Obviously [L. S]

Лyи просыпается от того, что Гарри, еле касаясь, гладит его шею. Он моргает и отгоняет остатки сна прочь. Гарри обнимает его, как тогда, только теперь его рука под футболкой лежит на животе Луи. В любой другой ситуации Луи бы чувствовал себя небезопасно и неуверенно, но сейчас это было так... Правильно. Будто так и должно быть. Он неуклюже поворачивается лицом к Гарри и улыбается, не закрывая глаза. Раз уж Гарри сказал, что влюблён в него, то, может, он не будет обращать внимание на его пустые глаза.

— Привет, — шепчет шатен, чувствуя, как Стайлс спускает руку на его поясницу и мягко водит по ней пальцами.

— Привет, — отвечает Гарри и прижимается носом к носу Луи. Эскимосский поцелуй. Луи читал о нём пару лет назад, когда беспрестанно читал романы. Это поцелуй всегда очень важен и приятен, особенно эти маленькие прикосновения, из которых он и состоит, потому что они соединяются, как пазлы. Как Луи и Гарри. Гарри нежно целует Томлинсона в лоб и чуть отстраняется. После Луи закрывает глаза, потому что, хоть они и влюблены, его глаза всё ещё отвратительны и могут разрушить всё.

— У тебя изо рта пахнет! — хихикает Луи, и Гарри прижимает его настолько близко, насколько это возможно. Их ноги переплетены, рука певца продолжает гладить спину Луи, а другая зарылась в длинные волосы шатена, мягко их перебирая. Мама давно говорила ему, что пора постричься, но Луи никак не может собраться.

— У тебя тоже! — усмехается Гарри, — поэтому мы квиты, — Луи даже не успевает ответить, потому что губы Стайлса накрывают его собственные. Поцелуй мягкий и сухой, ни капли вчерашней страсти. Губы Гарри такие необычные, они тонкие, но в то же время пухлые, и в этом нет смысла, так что... Стайлс прикусывает нижнюю губу Луи и, Боже, это горячо. Томлинсон снова чувствует этих бабочек и в испуге отстраняется.

— Гарри? — тихо спрашивает он. На языке крутился важный вопрос, который он не мог не задать.

— Да, Лу?

— Я всё ещё девственник? — Луи спросил так тихо, что еле услышал сам себя.

— Конечно, — успокаивающе отвечает Гарри, теребя большой палец шатена. Тот благодарно мычит, через пару секунд его мысли о девственности улетучиваются и сосредотачиваются на Гарри.

— А ты девственник? — как только слова слетели с его губ, Луи тут же пожалел об этом. Он зажмурил глаза, желая провалиться сквозь землю.

Конечно, он хотел знать ответ, но не был уверен, хочет ли Гарри отвечать. Луи в какой-то степени надеялся на положительный ответ, но, опять же, кто из поп-звёзд девственник? Каждый хочет их, каждый хочет быть ими, но не может, поэтому просто спит с ними. Луи знал, что Гарри встречался с десятками людей. Людей, которых Луи ненавидел и завидовал, потому что всегда думал, что у него никогда не будет шанса увидеть или встретить своего кумира. Жизнь иронична, но она та ещё сука.

— Нет, — выдыхает Гарри, — я потерял девственность, когда мне было 15. Я был совсем юный и ужасно жалею об этом. Это было с одной девчонкой, с которой я встречался тогда. Она сказала, что будет весело, но она ошиблась. Весело не было. Ни секунды, — Стайлс прижал Луи ещё ближе (серьёзно, сколько там между ними места?) и выдохнул ему в волосы.

— Оу, ясно, — мысли в голове Луи закрутились быстрее, и он ухватился за ещё один вопрос, который сорвался с губ без разрешения, — со сколькими людьми ты спал? — выпалил Луи, тут же закрывая рот руками, надеясь, что слова вернутся назад, но было поздно, — о Господи, Гарри, мне так жаль. Я не это имел в виду. Я не хотел спрашивать такую ерун-

— Шесть, — Гарри перебил его, — как это ни странно, учитывая всех людей, что хотят меня, спал я только с шестью. Кажется, вы называете их друзьями с привилегиями. Мы используем друг друга больше ради секса, чем дружбы. Трахать знакомых легче, чем искать кого-то на ночь, кто не разболтает об этом всему миру. И ещё это даёт мне уверенность, что я чист.

— Чист?

— Да, когда у тебя нет ЗППП и прочего дерьма, — Гарри вытащил ладонь из-под футболки Луи и неощутимо коснулся его щеки. Луи смущённо опустил голову и улыбнулся.

— Шесть — это много?

— Нет. Средне, наверное.

— Спасибо за то, что отвечаешь на такие личные вопросы, — нервно усмехнулся Луи.

— Я расскажу тебе, что угодно, малыш, — шатен почувствовал, как Гарри навис над ним, и закрыл глаза, подтягиваясь ему навстречу. Их губы соединились буквально на две секунды, прежде чем оба парня отстранились друг от друга. Оставшуюся часть дня они провели, хихикая и целуясь в перерывах между разговорами.

***

За неделю до Рождества Луи был на грани эмоционального срыва. Он не имел ни малейшего понятия, что дарить Гарри. Что ему нравится? Что он хочет?

— ААА! — зарычал Луи в ковёр, на котором лежал вот уже полчаса и пытался придумать подарок для Гарри. Может, просто сходить на заправку и купить ему конфеты или что-нибудь ещё? Живот Луи заурчал при упоминании конфет. Он тяжело вздохнул, потому что почти ничего не ел за день, а желания готовить что-то не было вовсе. Он был на работе сегодня и играл почти восемь часов на пианино. Руки ещё припомнят ему это.

— Ладно, ладно! — буркнул Луи, когда услышал повторное урчание живота.

Томлинсон поднялся с пола и медленно двинулся к двери. Он вышел, очень осторожно, спустился по ступенькам и оказался вне здания. Луи остановился в двух шагах от конца тротуара. Единственной его проблемой был переход дороги у автозаправки.

Шатен вспомнил, что если собирается переходить дорогу, то ему нужна его трость. Сердито фыркнув, Луи вернулся домой и взял трость с кухонной тумбы. «Нормальным людям не нужна трость», — подумал он и потряс головой, чтобы тут же избавиться от этой мысли. Он развернул трость и начал своё маленькое путешествие через дорогу. Послышался нетерпеливый гудок автомобиля, когда Луи прошёл лишь половину.

— Что за хрень?! — крикнул водитель, — таких придурков, как ты, должны упекать в соответствующие места! Как ты собираешься найти себе кого-нибудь, если даже чёртову дорогу перейти не в состоянии!

Луи зажмурился, не позволяя слёзам скатываться по щекам.

— Ещё четыре шага, — пробормотал он. Один. Два. Три. Машина снова загудела, мужчина снова возмутился, какой Луи всё-таки беспомощный. Четыре. Десять шагов. Десять шагов понадобилось Луи, чтобы перейти дорогу. Ему понадобилось десять шагов, чтобы заплакать. И это выглядит немного комично, ведь он нашёл себе кое-кого. Он нашёл Гарри.

Луи вытер глаза по очками и пошёл в сторону магазина. Он медленно продвигался вдоль маркета, пытаясь найти вход. Когда он наконец наткнулся на него, то услышал раздражающие голоса двух девушек по ту сторону двери, на которую он сейчас опирался, чтобы войти.

— Быть не может, что Гарри так поступил, — сказала одна из них.

— Почему нет, Кара? Я бы встречалась с ней, если могла. Она горячая, — ответила другая.

— Это не имеет значения. Почему он выбрал именно её, если у его ног весь мир? Очевидно же, что это пиар, — они говорят о Гарри, который Стайлс? Луи сделал шаг вперёд, чтобы быть ближе к девушкам, и повернулся к полкам, пытаясь сделать вид, что ищет что-то.

— Может, она ему действительно нравится? — Луи сгрёб первую попавшуюся коробку с полки и поднёс её к лицу, делая вид, что читает инструкцию.

— Бред. Гарри Стайлс стопроцентный гей, я почти уверена, что у него есть парень, и они наняли её в качестве бороды, — заявляет Кара, и Луи застывает. Они говорят о Гарри. Не может быть, ведь Гарри и вправду гей и встречается только с Луи. Шатен делает глубокий вдох. О ком они говорят? Гарри изменяет ему?

— Верь во что хочешь, но Гарри встречается с Кендалл, — Гарри изменяет ему. Гарри изменяет ему и делает это с такой лёгкостью. Ну конечно, Луи ведь особо не с кем и поговорить, откуда он может узнать об этом? Но почему он делает это? Почему он врёт Луи? Разве они не влюблены? Разве они не счастливы?

Злость волной прокатила по всему телу, и Луи еле удержался на ногах. Он поставил коробку с чипсами на место и вылетел из магазина на тротуар. Да, впервые он не плачет, нет, он в ярости. Луи переходит дорогу, злостно топая ногами, и откидывает свою трость прочь. Маленькими шагами он заходит домой. Всё, что он хочет, — это накричать на Гарри и зарядить в него парочкой вещей, чтобы ему было больно.

— Дженни. Позвони Гарри, — прогремел Луи в телефон, когда вошёл в кухню и начал наматывать круги на маленьком участке. Он чувствовал, будто у него из ушей идёт пар, как в той сцене в Гарри Поттере. О, не Гарри Поттер. К чёрту Гарри. К чёрту всех людей с именем Гарри, но особенно Гарри Стайлса.

— Лу! А я только собирался... — радостно начал Гарри.

— Ты просто невероятен! Ты не только хороший певец, но ещё и превосходный актёр! Ты ворвался в мою жизнь и заставил почувствовать, будто я чего-то стою. Ты заставил меня почувствовать себя любимым. И я просто замешкался на минуту и — бам! — всё превратилось в ложь. Всё, что ты мне говорил. Твои признания в любви — буквально самая невероятная вещь, которую человек может сказать или сделать! Я думал, ты выше этого. Я думал, у тебя и правда есть чувства ко мне. Но нет. Я ошибался. Хотя, может быть, нет, может, у тебя есть чувства ко мне. Но это не имеет значения теперь. Между нами всё кончено. Я больше не хочу слышать о тебе что-то или чувствовать тебя рядом. Так что, я надеюсь, что тебе хорошо с этой Кендалл, кем бы она ни была, и вы счастливы вместе. Луи рывком отключил звонок и опустил руку болтаться вдоль тела. Слишком много эмоций сейчас бурлило в его венах. Злость, боль, грусть, предательство.

— И что теперь, — прошептал Луи. Он прошёл в гостиную и улёгся на диван. Как только его голова коснулась мягкой ткани, слёзы ярости покатились по щекам. Он потерял Гарри, единственного человека, которого он любил, человека, с которым он хотел быть счастливым. Человека, за которого однажды мог выйти замуж(не то, чтобы он загадывал, но помечтать же можно).

Счастье с Гарри — мечта, ведь он знаменитый человек и, как сказала Кара, может получить любого в этом мире. Так почему Луи думал, что Гарри вообще захочет встречаться с таким неудачником, как он? Может Гарри и богатый, и знаменитый, и секс-символ, но он не может поступать так с людьми, как с Луи. Луи такой слабый, его сердце разбито, Гарри буквально вырвал его половину. Шатен вернулся к тому, что у него было в начале, и это отвратительно. Гарри заставил его стать сильнее, но, как пел Эд Ширан, «что не убивает меня, то никогда не делает меня сильнее». Луи восхищался Эдом, тот знал, что значит боль.

Послышался стук в дверь и крики Гарри, просящие впустить и всё объяснить. Луи просто игнорировал его. Он вздохнул, осторожно двинулся к своей спальне и рухнул на одеяла, не переодеваясь в пижаму и даже не умываясь.

— Быть слепым отстойно, — мямлит Луи и закрывает глаза, хотя особой разницы нет. Что так, что так, всё, что он видит — темнота.

***

Луи просыпается опустошённым. Он бредёт в душ и быстро моется. После одевается в рабочую одежду до ужаса медленно, даже не заботясь о том, что может опоздать, потому что это всего лишь работа. Может, ему не стоит так халатно относиться к этому, ведь это всё, что у него есть. Семья, школа, работа и Г-

— Не думать о нём, — приказал себе Луи и, схватив ключи, вышел из квартиры. Он взвизгнул, когда сделал первый шаг и споткнулся обо что-то, рухнув прямо на пол и уткнувшись лицом в какую-то лужу, — уф, — мычит Луи, переворачиваясь на бок. Не прошло и двенадцати часов без Гарри, а он уже вляпался в неприятность. Чёрт, он снова подумал о нём! Возле его ног что-то замешкалось и послышался сдавленный стон. Он споткнулся о кого-то!

— Лу? — Гарри! Он споткнулся о Гарри.

— Гарри?! Что ты делаешь у моей двери?! — спросил он, поворачивая голову в сторону своих ног.

— Я пришёл вчера вечером, а ты не открывал дверь. Ты даже не отвечал на звонки и сообщения, поэтому я решил подождать, в конечном счёте ты бы всё равно вышел когда-нибудь, — объяснил Гарри, заставляя Луи съёжиться и перебороть в себе желание броситься в объятия певца.

— Мне нужно на работу, — бормочет шатен, хватаясь за перила в попытке подняться.

— Луи, подожди! — Гарри мягко перехватывает его руку, Томлинсон останавливается, не поворачиваясь к Стайлсу лицом, — пожалуйста, просто выслушай меня.

— Гарри, я должен идти на работу, — чеканит Луи, судорожно хватая ртом воздух.

— Не должен. Я позвонил и сказал, что ты отравился и не можешь прийти сегодня, — выпаливает Гарри.

— Что?! — Луи резко поворачивается, возмущённо распахивая глаза под очками,

— Гарри, ты не можешь просто позвонить и сказать такое моему работодателю!

— Не волнуйся! Они поверили, потому что позвонил кто-то посторонний, так что теперь они думают, что ты действительно болен, — возвражает Стайлс, и Луи качает головой, обвивая его локоть рукой.

— Ладно, — соглашается он, — давай поговорим, — Луи плетётся за Гарри, когда они входят в гостиную и садятся на диван со сплетёнными руками.

— Я люблю тебя, — говорит Гарри, Луи раздражённо фыркает, но в душе всё ещё надеется, что это правда, — всё, что ты слышал или услышишь, — ложь. Ты должен понимать, где я работаю и кем. Я пою в бойбэнде, по которому сохнут миллионы девчонок. Поэтому, чтобы поддерживать популярность, менеджмент заявил, что я не могу рассказать всем о своих гендерных предпочтениях, а если это случится, то мы потеряем большую часть фанбазы, и я разрушу жизнь Найла, Лиама и Зейна. Они мои братья, я не могу поступить так с ними, поэтому пообещал, что буду одинок всё это время, но каждый год в канун Рождества менеджмент устраивает мне вылазку с какой-нибудь девушкой. На этот раз ею стала Кендалл. Они заставляют нас делать тупые вещи, так что выглядит это так, будто мы вместе, но я не уверен, что сказал ей больше десяти слов тогда, — Гарри останавливается и делает глубокий вдох, — поэтому, что бы ты нам не надумал себе, я хочу, чтобы ты прекратил. Я люблю тебя, я не изменял и никогда не изменю тебе. И я надеюсь, что ты сможешь простить меня, — Луи качает головой, — пожалуйста, Лу.

— Я... Ладно, — говорит Томлинсон с улыбкой. Это был последний раз, когда шатен поверил словам фанатов. Гарри любит его и просто защищает своих лучших друзей, — ты такой самоотверженный. Не каждый может делать столько для своих близких.

— И ты, — певец придвигается ближе, — такой красивый, такой идеальный и весь мой, — Гарри накрывает губы Луи своими, и последний тает, забываясь в поцелуе. Гарри прижимает Луи к себе, приподнимая его, пока тот не ложится на диван. Певец облизывает нижнюю губу шатена, заставляя того приоткрыть рот в немом стоне, и скользит языком меж его губ. То самое странное чувство снова обосновалось в животе Луи, и он не знал, хочет этого или нет.

— Не сопротивляйся этому, — шепчет Гарри, отстраняясь от губ парня и опускаясь к шее, сильно засасывая нежную кожу и заставляя Луи выгнуться в спине.

— Гарри, — выдыхает Томлинсон, впиваясь пальцами в спину певца. Он дёргает бёдрами в поисках трения и зарабатывает смешок Гарри, который медленно спускает его бёдра ниже. Сначала он двигается медленно, но стоны шатена заставляюи его ускориться и буквально потерять рассудок. Луи задирает футболку Стайлса и чувствует рельефную спину и талию, — Гарри-и-и, — стонет он, когда кудрявый прикусывает кожу на его шее, приближая к оргазму.

— Давай, — шепчет Гарри в ухо шатена и делает резкий рывок, заставляя Луи выстанывать его имя. Он зажмурился и расслабил тело, изливаясь в собственные штаны. Снова. Он ослабил хватку на футболке певца, судорожно хватая воздух и пытаясь восстановить дыхание. Гарри делает ещё несколько движений, прежде чем протяжно застонать и уткнуться лицом в грудь Томлинсона. Спустя пару минут они лениво развалились на диване, Гарри невесомо ласкает шею Луи, шепча о том, как сильно он влюблён в него и как много он значит для него. Шатен хихикает и изредка целует кудрявого.

— Прости, — шепчет Томлинсон.

— Не извиняйся. Просто в следующий раз, когда ты услышишь что-то, не верь этому, — перебивает Гарри, качая головой. Луи согласно кивает и понимает, что пока он с Гарри, тот будет его защитой. Он любит его, защищает и доказывает, что все слухи — ложь, — я тоже хочу извиниться.

— За что? — спрашивает Луи, удивлённо выгибая брови и поворачиваясь лицом к Гарри.

— За твою шею. Тебя могут уволить, если ты придёшь в таком виде на работу, — хихикает Стайлс.

— Что?

— Засосы. Они везде, — объясняет певец, пальцем нажимая на участок кожи на шее Луи и заставляя того поёжиться.

— Это больно, — морщится Томлинсон, шлёпая Гарри по руке и слушая его смешок.

— Прости, малыш, — извиняется кудрявый и прижимается губами к губам шатена.

— Я люблю тебя.

— Я тоже люблю тебя. Но сейчас нам нужно выбраться из этих штанов, — заявляет Гарри, поднимаясь и утаскивая за собой Луи.

***

— Что ты хочешь на Рождество? — спрашивает Луи на следующий день, когда они идут на его работу, держась за руки. На шее шатена болтается шарф, который повязал Гарри, чтобы скрыть следы прошлого вечера.

— Ничего.

— Ну Гарри, — гудит Луи, поворачивая голову в сторону Стайлса, — скажи мне.

— Я бы хотел новые часы, — отвечает певец, и над головой Томлинсона будто загорается лампочка. Он знает, что подарит Гарри. И это не часы.