Выбор

 Гарольд задумчиво смотрел на девушку, размышляя о том, стоит ли ей доверять, или она, как и другие, пытается его одурачить. Её поведение указывало на подобное, поэтому слизеринец и размышлял, не послать ли ему Науру с «заманчивым предложением» куда подальше... Но всё же любопытство пересилило, и он решил выслушать ту. Ему было интересно услышать, что же эта странная особа ему намерена предложить и как оправдает свой поступок. В конце концов, выслушать – не означает согласиться. – Я внимательно слушаю, – в подтверждение своих слов парень прошел к креслу и с удобством в нем расположился, внимательно смотря в глаза девушки. На вид казалось, что Певерелл полностью расслаблен, но умеющий наблюдать заметил бы, с какой силой тот сжимает рукоять волшебной палочки, в любую секунду готовясь отражать нападение. – Я могу помочь тебе с твоей «маленькой» проблемой, – Наура особо выделила слово «маленькой». – И даже более, я расскажу, кто сделал это с тобой. Укажу на предателей, посмевших покуситься на твою душу. И даже помогу отомстить, если ты этого пожелаешь. – Хм, – Певерелл задумчиво смотрел на девчушку. – А почему я должен тебе верить? Ты уже раз обманула меня, что помешает тебе сделать это ещё раз? К тому же я до сих пор не знаю кто ты такая. – Полагаю, моему слову ты не поверишь. – Нет, – согласно кивнул брюнет. – В последнее время я стал очень недоверчивым. Да и слова лживы, если они не подкрепляются магией. – Я могу дать тебе клятву, что всё, сказанное мной, будет правдой. – Было бы неплохо... Но ведь ты тоже хочешь чего-то? Какова твоя цена за правду? – Певерелл не верил в бескорыстность этой особы. С самого начала было видно, что ей что-то требуется от него, и, чтобы получить желаемое, Наура попытается манипулировать им. – Сущие мелочи, – парировала девушка, слегка улыбаясь, – одно моё желание. – Желания бывают разные, – запротестовал Гарольд. Он не собирался соглашаться на кота в мешке. В конце концов, он больше не эмоциональный гриффиндорец, а осторожный слизеринец. – Ничего ужасного. Я не потребую кого-то убивать или что-то в этом роде. Одна меленькая любезность, которая не обременит тебя. – Нет, – отрицательный жест головой. – Так не пойдет. Или говори сейчас о своем желании или сделки не будет. – Разве ты не горишь желанием узнать правду? – Не стану лгать, мне интересно узнать, кто виновен в моем нынешнем состоянии, но не настолько, чтобы я согласился неизвестно на что. Я тебе не доверяю, – просто заявил Гарольд. Наура задумалась. Она ожидала, что мальчишка окажется посговорчивее. Видимо, это не так. Ритуал, который заставили его провести портреты, менял его слишком быстро и неизбежно. На смену благородному гриффиндорцу пришел расчетливый слизеринец. И это лишь начало, что будет дальше с этим магом неизвестно. Но одно ясно: ритуал подействовал не совсем так как должен был. Пока девушка пребывала в своих мыслях, Гарольд внимательно её рассматривал. У него было такое чувство, что где-то он её уже видел, вот только где, никак не получалось вспомнить. – А если я скажу, что могу помочь тебе с невестой? Ты же не хочешь, чтобы она постоянно была беременной, выполняя долг перед твоим родом? Певерелл однозначно этого не хотел. Но и соглашаться на сомнительные условия, не имея каких-либо гарантий, тоже не хотелось. Решение далось ему с трудом. – Если ты не назовешь свои условия, никакой сделки не будет. Я сам найду способ решить свои проблемы, пусть для этого и потребуется время, – голос был серьезен как никогда. – Кроме того нам нужно решить, что делать дальше. Как ты сама понимаешь, я не могу позволить тебе просто так находиться рядом. Ты обманула меня однажды и можешь сделать это еще раз. Поэтому я предпочту обезопасить себя и своих близких. – Хочешь надеть на меня ошейник так же как на Беллатрису Блэк? – Сомневаюсь, что ты согласишься на подобное. Принуждать тебя я не вижу смысла. – А если я соглашусь на это добровольно? – серьезно проговорила Наура. – Соглашусь принадлежать тебе душой и телом. – В самом деле? Ты хочешь стать рабыней без прав и возможностей? Твоя жизнь безоговорочно будет принадлежать мне. Одно мое слово – ты должна будешь подчиниться. Пожелай я тебя убить, ты не сможешь даже защититься. Ты лишишься всех прав и превратишься в мою вещь. Гарольд очень сомневался, что кто-то добровольно может на подобное согласиться. Он точно бы не согласился на такую участь, а предпочел бы умереть. – Рабство – это не самое ужасное, что может быть, – задумчиво изрекла девушка. – И... Это воспринимать как твое согласие? – Да, – согласный жест головой. – Буду откровенен с тобой: я не ожидал подобного поворота. Мне казалось, что сегодня наши дороги с тобой разойдутся, и каждый пойдет своим путем. Ошибся... Мне не понять мотивов данного поступка, да и, если честно, я и не стремлюсь этого сделать. Тебе не десять лет, значит, говорить о том, что ты не понимаешь, на что соглашаешься, тоже не имеет смысла. Поэтому я спрошу в последний раз... Ты уверена, что хочешь этого? Пути назад не будет. – Уверена, – ответила Наура. – Хорошо. Тогда в выходные, когда я смогу выбраться из Хогвартса, и проведем ритуал. Тогда ты мне и расскажешь всю правду. Певереллу была непонятна логика этой девушки. Наура разительно отличалась от всех его знакомых, поэтому слизеринец смутно представлял, как себя стоит с ней вести. Он решил действовать так, как ему подсказывает сердце. В конце концов, после ритуала Наура будет полностью в его власти. Она не сможет предать или как-то навредить ему. Пока Гарольд не понимал, какую пользу может извлечь из этого, но всё ещё впереди. Да и портреты неоднократно повторяли, что их роду нужно обзавестись вассалами.

***

Учебная неделя пролетела быстро, и вот настало долгожданное воскресенье. На этот день у Певерелла были грандиозные планы. С утра намечалась одна занимательная прогулка с Беллатрисой, затем нужно было наведаться в замок и кое-что обсудить с портретами. После чего... Поход в ресторан с обеими сестрами. Зачем он согласился на свидание, Певерелл по сей день не знал. Видимо, это всё из-за принятого тогда успокоительного – оно подействовало слишком сильно. А может, всё дело в том, что ему надоело ссориться с Беллой, и он решил попробовать наладить их отношения, насколько это вообще возможно. Декан без возражений отпустил сестер Блэк навестить родителей, а у самого Гарольда было постоянное разрешение, предусмотренное уставом Хогвартса для юных лордов, которые получили титул, не успев ещё окончить учебу. Когда слизеринец спустился в гостиную, то девушки уже ждали его там.– Доброе утро, – поприветствовал он обеих леди. – Доброе, – улыбнулась Нарцисса, а Белла лишь кивнула. – Можем отправляться, – скомандовал брюнет и первым направился к выходу. Сестры без возражений последовали следом. И вот через несколько минут они уже стояли около личных апартаментов Слизнорта. Не прошло и минуты, как портрет отъехал в сторону, и мужчина пригласил троих студентов внутрь. После короткого приветствия, воспользовавшись летучим порохом, все трое переместились на Гриммо. Выйдя из камина, Певерелл взмахом волшебной палочки очистил мантию от сажи, а после этого поприветствовал Вальбургу, решившую лично их встретить. Нарцисса и Беллатриса уже негромко переговаривались с матерью. – Гарольд, я хотела бы с тобой кое-что обсудить чуть позже. Если ты не против, – проговорила женщина. – Что-то важное? – Да, поэтому я бы не хотела обсуждать это в спешке. Я могу подождать, пока ты разберешься с запланированными делами. – Хорошо. Вечером я буду свободен. Певерелл отметил, что леди Блэк встревожена. Это наталкивало на мысли, что его ждет серьёзный разговор, а не всякая болтовня.– На этом и договоримся, – Вальбурга отошла в сторону, давая тем самым понять, что разговор окончен. Сам же Певерелл тоже решил не терять время даром.

***

Гарольд аппарировал с Беллатрисой в неприметное местечко, скрытое зарослями от любопытных взглядов. Отпустив девушку, он огляделся по сторонам, отыскивая выложенную камнями тропинку. К счастью, снега вокруг было немного, поэтому Певерелл без труда ту отыскал. – Где мы? – прозвучал недовольный голос слизеринки. Видимо, она ожидала слегка иного от предложения Певерелла. Прогулки по Лютному или Косому переулку, но никак не того, что они окажутся непонятной поляне, обросшей высоким кустарником, который сейчас был укрыт тонким слоем снега. – О, не переживай, убивать я тебя не собираюсь,– пошутил Гарольд. – А всего лишь хочу устроить экскурсию по знаменитым местам.– Везде одни заросли, и я не вижу здесь ничего того, что могло бы меня заинтересовать, – поморщилась Блэк. – Или это очередная твоя шуточка? – Не спеши возмущаться, – засмеялся парень, – уверен, тебе понравится.– Сомневаюсь. Если ты не забыл, то я леди, а не какая-то магглокровка. Я предпочитаю окружать себя изысканными вещами, а не всякой грязью. – Ха-ха, – Певерелла забавляло недовольство Беллатрисы. Та выглядела так забавно, когда морщила нос. – А я думал, тебе будет интересно увидеть собственными глазами дом славного рода Гонтов. Как ни как, а они потомки Салазара Слизерина. Практически все слизеринцы считают Салазара Божеством, перед могуществом которого преклоняются. – В самом деле? – недовольство ушло из голоса, а на смену ему пришло любопытство. – И где же сам особняк? – Блэк начала оглядываться по сторонам. – Особняк... – Певерелл при всем желании не мог назвать развалины, где жили родственники Реддла, особняком. Да это место и домом не назовешь, так, развалюхой. У Уизли сарай для метел и то был получше, чем дом Гонтов. – Здесь недалеко. Идём. И первым ступил на тропинку, которая как раз и вела к дому волшебников. Беллатриса, немного поколебавшись, последовала за ним. Осторожно ступая, Гарольд пробирался вперед, сквозь густую жимолость и другие кустарники. Миновав рощицу, Гарольд свернул влево и продолжил идти дальше. Сквозь деревья уже проглядывали развалины, гордо именуемые домом Гонтов. Ещё минута пути, и вот они уже оказались перед дверью, на которой была прибита усохшая тушка змеи. – Вот мы и на месте, – торжественно огласил слизеринец, оборачиваясь к девушке.– Если это шутка, то она совершенно несмешная, – карие глаза гневно сверкали. – Никакой шутки. Я вполне серьёзен. Это на самом деле дом Гонтов, – взмах руки в сторону развалин. – И ты надеешься, что я поверю в эту чушь!? – Верь, не верь... Мне нет до этого дела. Я решил показать тебе это место, чтобы ты собственными глазами убедилась, что на самом деле не всё так радужно, как тебе пытались преподнести. Беллатриса молчала около минуты.– Но как здесь вообще может кто-то жить!? Это же... Убожество.– Как-то да жили. Сейчас дом пустует. Хочешь, можем подойти поближе, и ты рассмотришь всё. Внутри, если память меня не подводит, есть некоторые вещи, что раньше принадлежали Гонтам. – Нет уж, воздержусь от подобного. Давай уйдем отсюда поскорее. Мне не нравится это место, – девушка поежилась. – Я хотел показать тебе ещё дом Реддлов. Он неподалеку, здесь. – Зачем мне смотреть на дом магглов? – поморщилась Беллатриса. – Чтобы убедиться в том, что всё, что я говорил тебе – правда, а не мои выдумки.– Я тебе и так верю. Так что мне не нужны демонстрации, – проговорила брюнетка. – Кстати, а ты раньше бывал здесь? – Да, – кивнул Певерелл. – Получив информацию от гоблинов, я решил её проверить, – легко соврал парень. – Так что, продолжим нашу экскурсию или твое любопытство удовлетворено, и мы возвращаемся назад? Беллатриса некоторое время молчала. Было видно, что она усиленно размышляет. – А те магглы... Родственники этого лжеца еще живы? – под лжецом девушка подразумевала Темного лорда. После того вечера, когда Гарольд рассказал ей часть правды, авторитет Тома в её глазах пошатнулся. Из умного и талантливого лидера он превратился в лжеца и проходимца. Певерелл был уверен, что не стребовал бы он клятву, Беллатриса кинулась мстить Темному лорду и рассказала подлинную историю, а не красивую сказку всем остальным. «Правильный вопрос», – про себя порадовался Гарольд. Парень надеялся, что Белла спросит об этом, и он, конечно же, расскажет правду. Для слизеринки, несмотря на её вспыльчивый характер и дурные наклонности, семья всегда была важна. Она могла ругаться с Нарциссой. Ненавидеть Андромеду за бегство с магглорожденным. Не одобрять поступки тетушки или родителей. Но даже это не заставило бы её направить волшебную палочку на них. Семья превыше всего. – А я разве в прошлый раз не говорил об этом? – театрально удивился Гарольд.– О чём? – О том, что Томас Гонт собственноручно убил своего деда Марволо Гонта и всех членов семьи Реддлов. Точно не помню, когда это было, но, кажется, лет семь-десять назад. Ты даже могла прочесть об этом в "Пророке". Да, там писалось о том, что Морфин Гонт напал на семью магглов, за что и получил пожизненный срок в Азкабане. Там он и умер, а никто так и не узнал правду о случившемся. Том подставил дядю, хотя это было и не трудно, ведь Морфин был безумен.– Это тебе тоже гоблины рассказали? – в голосе зазвучали нотки сомнения.– Часть они, а об остальном я сам узнал. Гонты мне хоть и очень дальние, но всё же родственники, вот я и решил узнать, что стало с последними представителями рода. – А мне зачем ты это сообщил?– Просто так. Я не считаю это какой-то тайной.– Значит, я могу об этом рассказать еще кому-то?– Не думаю, что это будет хорошей идеей, по крайне мере, прямо сейчас. Ты и сама видишь, что в магическом мире не всё спокойно. Идет борьба за власть, которая может перерасти в войну. Уже несколько семей волшебников были найдены убитыми. Министерство списывает убийства на оборотней.– Но это не они убили, – ответила Белла. – Оборотни не смогли бы пройти сквозь защиту и проникнуть в мэнор Патрексов и Боунсов. Это чистокровные маги, за плечами которых сила рода. Защита на их домах ненамного уступает хогвартской. Это сделать могли только очень сильные волшебники, которые разбираются в высшей магии.– Вот именно. Среди оборотней мало волшебников, и даже те, кто владеет магией, не способны на подобное колдовство. К тому же не стоит забывать, что все погибшие были убиты смертельным проклятием или другими темными заклинаниями, и лишь на теле одного обнаружены следы от клыков. А оборотни, как ты знаешь, предпочитают действовать грубо: загрызать своих жертв.– В "Пророке" об этом не писали. Там лишь сообщили о смерти некоторых семей от рук оборотней. Даже были названы некоторые имена нападающих, которые сейчас в розыске.– У меня хорошие знакомые, которые милостиво дали мне почитать отчеты.– Вижу, ты серьезно относишься к сбору информации.– Осведомлен, значит, вооружен. Я предпочитаю быть в курсе всего происходящего.– А еще ты очень осторожен.– Не хочу умереть молодым, а планирую дожить до двухсот лет. – Поэтому ты и взял с меня и Нарциссы клятву о том, что мы будем молчать, – не спрашивала, а утверждала девушка. – Вот видишь, ты всё и сама понимаешь. Род Блэков сейчас под прицелом. Один неверный шаг и его ждет участь Боунсов. – Ты думаешь, Темный лорд со своими сторонниками нападет на мою семью?– Да. Смерть Ориона наглядно это доказала. Реддл уничтожает всех неугодных ему.– А Дамблдор? Я слышала, он собрал какой-то орден. Туда входят Лонгботтомы, Поттеры, Уизли и многие другие чистокровные семьи.– Дамблдор лишь прикидывается маразматиком. Он далеко не дурак и догадывается, что назревает противостояние.– Конечно не дурак, он же победил Гриндевальда.– «Победил» – это громкое слово, – ответил Гарольд. – Альбус одолел его на дуэли и запрятал в тюрьму. – Мне всегда было интересно, почему Дамблдор сохранил ему жизнь. Проще было убить, а он смалодушничал. Или старик не захотел марать руки и пятнать свой образ светлого мага. Певерелл засмеялся.– Сразу видно, что историю магии в Хогвартсе ведет нудный призрак, на уроках которого все спят, а не изучают прошлое. – Он только и может, что рассказывать о восстании гоблинов.– Это и плохо. Если бы этот урок вел нормальный учитель, то все ученики знали бы о дружбе Дамблдора и Гриндевальда. Были даже намеки на то, что они куда больше, нежели друзья, – на этих словах Беллатриса скривилась. – У них были общие идеи по процветанию магического мира. Оба одаренные в магии и целеустремленные. Оба хотели власти... А затем что-то произошло, и Дамблдор отвернулся от своего друга, – что именно произошло, Гарольд не стал уточнять.– Фу, – скривилась девушка, – этот старик ещё хуже, чем я думала.– Победителей не судят, – глубокомысленно изрек Гарольд. – Ладно, будем считать, что на сегодня урок истории окончен. Давай возвращаться.– Не хочу, – Белла по-детски надула губы. – Мне в Хогвартсе надоело сидеть. Четыре стены и потолок. Давай прогуляемся по Косому переулку. Мне нужно купить перья и некоторые ингредиенты для уроков зельеварения.– Ты можешь заказать всё требуемое по почте или купить в Хогсмиде.– Пф, это так скучно. Идем сейчас. Или ты боишься меня? – хитрый взгляд.– Вот еще, – огрызнулся Певерелл. – С чего мне тебя бояться? – Тогда докажи это. Гарольд хотел было заявить, что не должен ничего доказывать ей, но передумал. Сегодняшняя их прогулка и в самом деле приносила ему удовольствие. Беллатриса не хамила и вела себя прилежно, поэтому ему было с ней комфортно находиться.– Ладно. Взяв девушку за руку, он аппарировал к Дырявому котлу. Появилась их парочка в одном из неприметных для магглов закоулке. Отстранившись, Гарольд стряхнул несуществующие пылинки со своей мантии и выжидающе посмотрел на напарницу. Беллатриса, высокомерно вздернув свой хорошенький носик, шагнула вперед. Певерелл, хмыкнув про себя, последовал следом. Внутренне поражаясь, как быстро девушка преобразилась. Несколько секунд назад она была в некоем роде милой, а теперь его взору предстала высокомерная леди из знатного рода. – Идем. Что ты там копаешься так долго? – прозвучал мелодичный голос. Певерелл прибавил шагу и поравнялся с нахалкой. Беллатриса схватилась тонкими пальчиками за его локоть, и так они проследовали вперед. Минуя бар, где на них с интересом поглядывали посетители, парочка добралась до кирпичной стены, преграждающей путь в Косой переулок. Достав волшебную палочку, Певерелл указал на нужные кирпичи. Через несколько секунд послышался скрип, и кирпичи начали разъезжаться, открывая проход.– Давай для начала выпьем горячего чая, а затем отправимся за покупками, – предложил парень. Не то чтобы он замерз, просто решил проявить галантность. На улице не лето, а самый пик зимы. Морозы и снег радуют своим обилием. – Ладно, – согласилась Блэк. – Может, ты мне ещё что-то интересное расскажешь. – Мне кажется, что пришла твоя очередь рассказывать. Парочка с удобством расположилась за одним из столиков. Внутри было тепло и уютно, именно то, что нужно после длительной прогулки. Хозяйка заведения принесла им по чашке чая и по десерту.– И что тебя интересует? Мне казалось, ты всё обо мне знаешь, – проговорила после пяти минут молчания слизеринка. – Нарцисса тебе всё обо мне рассказала.– На самом деле мы редко говорим с Нарциссой о тебе. – Правда? – нотки удивления.– Да, – кивок, – к тому же твоя сестра – слизеринка, а не болтливая гриффиндорка. – Выходит, она тебе ничего не рассказывала обо мне? Я в печали, – брюнетка попыталась изобразить печаль, но у неё это плохо вышло. В карих глазах засияло веселье.– Не то чтобы совсем ничего. Всякие мелочи и курьезные случаи из вашего детства она рассказывала. – Предательница, – беззлобно проговорила слизеринка. – Ладно, что ты хочешь знать?– Хм, почему ты выбрала Слизерин? Ты достаточно умна и любишь читать, значит, Шляпа не могла тебе не предложить Рейвенкло.– А ты наблюдателен, – с одобрением отметила девушка.– Любой мог бы заметить, что основную часть времени ты проводишь в библиотеке. – Да, мне нравится читать. В этом есть проблема? – в карих глазах привычно появился маниакальный блеск. – Нет, никаких проблем, – последовал ответ.– Хорошо, а то я уже грешным делом подумала, что тебе не нравятся умные девушки.– Ха-ха, – засмеялся парень, – а ты что, хочешь мне понравиться? – Певерелл, не строй из себя хаффлпаффца. Тебе это не идет. Ты прекрасно знаешь о моих желаниях. Я тебе неоднократно о них говорила.– О да, о желании стать моей супругой.– А почему бы и нет, – из голоса исчезло всё веселье. – Я хороша собой. Чистокровна и воспитана. Что тебе ещё нужно? – А ты не подумала, что я могу хотеть банального покоя. – И... В чём проблема?– В том, что твой вспыльчивый характер никак этому не будет способствовать. И вообще, я не хочу об этом говорить.– А через не хочу. Мне, это важно знать, ведь моя судьба на кону.– Я же дал тебе слово, что ты не станешь женой Лестрейнджа. – А чьей? Нотта или Гампа? Я вижу, как вы общаетесь, поэтому не будет ничего странного, если ты решишь организовать мою помолвку с кем-то из них.– Признаюсь честно, я одно время подумывал об этом, но быстро отмел эти мысли. Вальбурга не одобрит такой выбор, да и твои родители тоже. А мне в семье не нужны склоки. Они подчинятся моему решению, но будут недовольны, – честно ответил Гарольд. Нет, он мог бы сделать так, и Блэки подчинились бы такому решению, но не хотел. Что Нотт, что Гамп... Не подходят Беллатрисе. Та быстро возьмет их в оборот и превратит в подкаблучников. – Кстати, не так давно лорд Малфой сделал мне одно предложение.– Какое? – Он предложил, чтобы ты стала супругой Люциуса.– Что!? – прошипела не хуже змеи девушка. – Женой этого напыщенного павлина? Да никогда! Я лучше отрекусь от семьи, чем позволю этому произойти. Так и знай, Певерелл.– Не шипи, – возмутился Гарольд. – Я и не собирался соглашаться. Мне тоже не нравится Малфой и вся его семейка. А что ты думаешь насчёт одного из Пруэттов? – Ничего. Это же их сестра забеременела от предателя крови на шестом курсе.– А-а-а... – Гарольд не знал этой информации. Он как-то не интересовался раньше историей семьи Уизли. – Молли, кажется, так её зовут. Так вот, она была помолвлена с Монтегью, но, влюбившись в Уизли, наплевала на своего жениха и семью. Не знаю, что у них было да как, но на шестом курсе эта ненормальная уже ходила с животом. За этот проступок её изгнали из рода и лишили наследства, – поведала Белла. – Я слышала, что она выскочила замуж за Уизли и родила ему сына. После такого поступка к Пруэттам относятся с предостережением. Чистокровные не спешат отдавать в их семью своих дочерей.– Ясно. Кстати, ты так и не ответила, касаемо факультета. – Шляпа мне предложила на выбор Слизерин и Рейвенкло, и я выбрала первый. Почти вся моя семья училась на этом факультете, и я не хотела их разочаровать. – Думаешь, они были бы разочарованы? На Рейвенкло тоже много чистокровных.– Не знаю. Выбор уже сделан, так какой смысл гадать, что было бы? Мне нравится мой факультет, правда, за исключением некоторых личностей.– Малфой и Лестрейндж, – не спрашивал, а утверждал Гарольд.– Они меня раздражают. Два чванливых тупицы, которые строят из себя королей, – слизеринка молчала несколько секунд. – А знаешь, хорошо, что они получили Метки. Их место у ног лживого полукровки. Я с удовольствием сотру надменные улыбки с их лиц, рассказав, что на самом деле означает эта метка.

***

Воспоминание Сегодняшний вечер принёс много неожиданностей. Беллатриса даже не могла подумать, что Темный лорд – это на самом деле шарлатан, который умело всех дурачит. Он врал им всем о своем происхождении и ложью заставлял принимать рабское клеймо. Фу, метка... Какой ужас. Это позор для всего рода, который смывается лишь кровью того, кто посмел это поставить или своей собственной. Это ничуть не лучше, чем метка предателей крови. Беллатриса глубоко вздохнула, пытаясь унять колотящую внутри ярость. Она благодарила Магию за то, что уберегла их род от такой участи. Хотя это сделала не столько Магия, сколько Гарольд Певерелл. Он раскрыл ложь и не дал Блэкам получить это презренное клеймо. Певерелл спас её от ужасной ошибки и помог Нарциссе. В глубине души Беллатриса была безмерно благодарна Гарольду. Ведь если бы не он... Она бы попыталась отомстить, а если бы не вышло, то убила бы себя, лишь бы смыть этот позор. Девушка понимала, что Певерелл о многом умолчал, а кое-что преподнёс в выгодном ему свете. В конце концов, он хитрый слизеринец, а не благородный гриффиндорец. История с гоблинами тоже вызывала сомнение. Вот не верила Блэк, что эти карлики могли такое рассказать, даже за несколько тысяч золотых. Выходит, Гарольд узнал эту информацию из другого источника...– Может, ему рассказал дядя? – сама у себя спрашивала девушка. – Вполне возможно. Я бы даже сказала, вероятнее всего. Дядя не мог не знать подлинную историю Волан-де-Морта. Они даже могли в одно время учиться в Хогвартсе, – задумчивый взгляд. – Поэтому он и не хотел присоединяться к нему. Он знал правду и рассказал обо всем Певереллу. Да это и логично, ведь Гарольд каким-то странным образом стал наследником Блэков в обход Сириуса и Регулуса. Певерелл был частым гостем на Гриммо, и дядя рассказывал ему всё, – продолжала говорить вслух девушка. Беллатриса расхаживала по своей комнате, анализируя информацию, и с каждым разом чувствовала себя всё глупее. Какая же она была наивная. Девушка горько рассмеялась. Она привыкла считать себя самой умной и хитрой, а так глупо облажалась. Это будет ей хорошим уроком. Теперь Певерелл предстал перед ней в новом свете. Она привыкла считать его самоуверенным и тщеславным, а сама оказалась ничем не лучше. Гарольд же смог обхитрить её... На самом деле он не такой, каким хочет показаться. Певерелл – истинный слизеринец, который играет роль благородного гриффиндорца. И играет хорошо, если все верят. Даже она...

***

Разговор сам собой прекратился, и парочка направилась за покупками. После чего вернулась на Гриммо. Певерелл оставил там Беллатрису, отправившись в свой замок. У него был серьезные вопросы к портретам. Да и ритуал стоило провести поскорее. А на вечер у него запланирована прогулка с обеими сестрами Блэк и разговор с Вальбургой.