Глава 1
— Тори, Лео, Алекс, бегите скорей к папе! Он принёс вам подарки! — Луи зашёл в дом с большими пакетами, которые он всегда приносил домой с работы. Луи снял кроссовки и услышал топот маленьких ножек. Ему на встречу выбежали шестилетние мальчишки и девочка, радуясь приходу папы. — Вы же мои солнышки.
Луи поставил на пол пакеты и присел, расставляя руки в стороны, принимая крепкие объятья мальчиков. Маленькая Виктория осталась в стороне, только смотря на папочку. Луи погладил мальчишек по спинкам, чтобы они отпустили папочку и он смог обнять их сестру. Когда Лео с Алексом отошли, к Луи подошла Тори, радуясь, что, она может обнять папу.
— Папочка! — закричала она, когда Луи поднялся с дочкой на руках.
— Привет, принцесса. Как ты? Мальчики тебя не обижали? — Виктория замотала головой и прижалась к папе, обвивая ручки вокруг шеи. — Ну и хорошо. Дядя Ричард у себя?
— Да.
— Хорошо. Как у вас в школе? Всё хорошо? — дети закивали головами и заулыбались. — Отлично, молодцы! Ну что, пойдёмте, подарки вам давать буду, — мальчики захлопали в ладоши и все пошли на удобный диван, по пути рассказывая, как прошёл день.
Прошло целых шесть лет, с рождения тройняшек Луи. Девочки и два мальчика. Луи с Шерил и Ричардом очень долго думали над именами. Правда, очень долго. Но всё же сошлись на мнении, что девочку будут звать Виктория Элизабет Джонсон. Она появилась на свет самой первой. Она именно такая, какой мечтал видеть её Луи. У неё были светло-коричневые волосы, которые крутились на концах, изумрудные глаза и невероятно красивую улыбку.
Мальчика, который родился после Тори решили назвать Александр Эндрю Джонсон и он, как и его брат, был точной копией отца, с изумрудными глазами и тёмно-коричневыми волосами.
Ну и второй мальчик- Леонардо Бенджамин Джонсон. Он — копия Луи. Будто его копировали. Профиль один в один и то, что его отличало от сестры и брата — глаза небесно голубого цвета.
Конечно, в первые месяцы Луи было очень тяжело. Не только Луи, но и Ричарду, который так же вставал посреди ночи, услышав крики крестников. Луи, как обладатель стольких сестёр и брата, уже знал, как и что нужно делать, но ему было реально очень страшно. Это же маленькие хрупкие дети. Но Ричард помог Луи. Он всегда оказывался рядом с Луи и напоминал, что он всё сможет. Все три кроватки Ричард поставил в комнате Луи, чтобы он всегда был рядом. Но молодой отец настолько уставал, что, когда плакали малыши, он уже начинал вставать, но слышал тихий шёпот Ричарда, который говорил Луи оставаться в постели и что он сам всё сделает. Луи тихо агакал и за секунду снова засыпал. У Ричарда с молодым отцом было очень много бессонных ночей на протяжении целых двух лет. Всё-таки трое детей.
На каждый день рождения детей, крестные одаривают малышей подарками так, что все подарки теперь валяются везде, в каждой комнате, в каждом углу. Но Шерил с Ричардом души не чаят в своих крестниках. Так же, как и Джонни с Брайаном.
Лео и Алекс выросли настоящими мужчинами, готовыми защитить свою сестру, отца и всех, кто входит в их семью — крестные, Джонни и Брайан. Из всех детей они отличаются манерами. У них отличные манеры, которым научил их Ричард. Они знают где, что и кому говорить и, даже не смотря на возраст, понимают вещи, которые даже взрослые понимают через раз. Но несмотря на это, мальчики обожают гонять с папой мяч. Мальчики, видимо, пошли в Луи.
Виктория — это маленькая победа Луи. Эта девочка выросла настоящей принцессой. Она очень добра, рассудительна и справедлива. Также имеет манеры настоящей королевы. В компании, она никогда не скажет ненужного слова. Тори, как и её братья, умна не по годам, и Луи не знает, за что Бог наградил его такими ангелами.
Что же сказать на счёт Луи в роли отца, то он очень мягкий с детьми. Он не может на них закричать. Наверное, все эти события изменили характер Луи, да и самого Луи, и теперь он реально ответственный отец, которые просто не может повысить голос. Если они что-то сделали, то Луи только посмотрит на них, нахмурив брови и помотает головой в стороны, говоря, что они сделали не то и обязаны всё исправить. Дети любят своего папу и не хотят, чтобы ему было больно и стыдно за них. И, как вы заметили, у детей другая фамилия. Как и у самого Луи. Уже шесть лет он Луи Уильям Джонсон. Он взял фамилию Рича, тем самым оборвав все связи с прошлым.
— Лу, это ты пришёл?! — закричал Ричард из своей комнаты, пока дети рассматривали свои новые игрушки.
— Да! Спускайся!
На коленях у Луи сидела его доченька, которая вертела в руках новую куклу Барби. Что ещё нужно ребёнку для счастья? Кстати, никто не говорил, что малыши не умеют веселиться. Несмотря на их манеры, они иногда бывают такими непослушными, что у Луи просто взрывается мозг. Но он очень терпелив. Он знает, что криком он никогда ничего не добьётся. Как бы, сам таким был. Но знаете, когда детям что-то нужно, они до конца стоят на своём. Чего бы им этого не стоило. И это да, срабатывает. Видимо, передалось от Гарри.
— Привет. Как на работе? — Ричард спустился со второго этажа, потрепал Луи за волосы и сел рядом.
— Всё отлично. Я договорился, что я буду приходить через день, так что, да, мы сможем меняться.
— Отлично, — Ричард взял на руки Лео и Алекса, и посадил на колени. — Лу, ты не хочешь в Донкастер?
— Нет. Почему ты спрашиваешь? — Луи нахмурил брови и посмотрел на Ричарда, когда Тори мило прижалась к груди папы, обнимая его своими маленькими ручками. Луи приходил с работы в шесть часов вечера и очень уставал. Его работа — это постоянные цифры. И, конечно, мозг к концу дня уже просто не воспринимает какую-либо информацию. Но после работы, он заходит в магазин и спешил домой, чтобы полностью посвятить себя детям. Его малышам.
— У меня там дело, и я подумал, что ты захочешь в родной город, к родным.
— Рич, мы не общались шесть лет. Понимаешь. Шесть лет. Не созванивались, не писали даже простую СМСку. Я не общался с Лиамом, Найлом, Зейном. А тем более с Гарри. Зачем мне туда возвращаться? Тем более, я не оставлю малышей. Их не с кем здесь оставить. Оставить на Джонни с Брайаном — не вариант. Мы и так сильно им должны. Они столько раз нам помогали, что просто уже стыдно. А перелеты они вообще плохо переносят. Поэтому здесь без вариантов.
— Хорошо, Лу. Но когда-нибудь всё же придётся вернуться и рассказать правду.
— Только тогда, когда тройне будет по двадцать пять, они будут заканчивать учиться в университете, девушки Лео и Алекса будут беременны, а Тори выйдет замуж за богатого бизнесмена и уедет из страны.
— Как знаешь, Луи, как знаешь. Но до вылета ещё неделя. Ты можешь передумать.
— Нет, Рич. Если я полечу туда с детьми, а я полечу туда с детьми, потому что ты скажешь, что дети должны знать, где рос их папа и узнать, в конце-то концов, их бабушку и остальных членов нашей большой семьи, то я не знаю, как их представить. Я же не могу сказать, что я встретил девушку, а она умерла во время родов. А уж тем более, я не скажу, что это мои дети, что я их выносил. Они посчитают, что свихнулся в своём... Куда я там поехал? В Бродфорд? Вот, в Бродфорде. Я не могу. Я не готов к этому. Сейчас не время, я думаю.
— Но вы же не общались целых шесть лет, Луи. Ты даже матери ничего не писал. Ты даже не поздравлял кого-либо с днём рождением. Это же неправильно. Ты, будто, преступник, который совершил убийство. Ты залёг на дно и не подаёшь признаков жизни. Ты мог бы один раз в полгода звонить домой. Это же твоя семья, Лу.
— Я подумаю, Рич. На данный момент вы моя семья. Ты, Шерил, Джонни, Брайан, малыши. Вы — моя семья. Я не говорю, что забуду про них. Просто... Не сейчас. Не время, — три пары маленьких глазок смотрели на папу и совсем не понимали, почему он сейчас разговаривает, а не играет с ними, как всегда, или же не помогает с домашним заданием. Хотя, Луи уверен, что у них всё сделано, так как Рич был дома и он давно помог им. — Тем более, у них американское гражданство. Нужна виза. Как и мне, — дело в том, что Луи несколько дней назад получил американское гражданство. Ну, а дети автоматически стали гражданами Америки, так как уже родились на территории США.
— Будто это так сложно.
— Дел-...
— Папа! — воскликнула Тори, которая до сих пор сидела у папы на коленях, и ей уже надоела болтовня папы.
— Да, принцесса.
— Хватит разговаривать. Поиграй с нами.
— Конечно, солнышко. Давайте посмотрим мультик?
— Да! — закричали дети и запрыгали на коленях у папы и крестного. — "Тачки"! "Шрек"! "Рапунцель"!
— "Рапунцель"!
— "Тачки"! — прервал Тори Лео.
— "Шрек"! — вмешался Алекс. Ричард и Луи только засмеялись.
— А давайте посмотрим все три? И не будем ссориться. Мы же семья, — предложил Луи. Дети вздохнули и закивали головами. Ричард с Луи уселись поудобнее на диван и прижали к себе детишек.
Первым они решили посмотреть «Шрека», потом «Рапунцель», а на сладкое они оставили «Тачки». Конечно, в их семье были разногласия. Полный дом парней и всего одна Тори. Она хочет мультик про принцесс, а мальчики, включая Луи и Ричарда, были за боевик или за «Тачки». Но, как бы то ни было, они всегда, как истинные джентльмены, уступали Тори и смотрели то, что она захочет. Но Лу пугает то, что когда малышке будет двенадцать-тринадцать, или во сколько это начинается, ему нужно будет рассказывать Тори о месячных и тому подобное. Каждый раз, когда он об этом вспоминает, он краснеет. И сейчас не исключение. Но, всё же, Луи надеется, что на помощь придёт её крестная Шерил, и расскажет все как нужно. Он очень на это надеется.
Луи уже тысячу раз за эти шесть лет думал, каким он будет по отношению к дочери, когда начнутся свидания и парни. Всё сводилось к тому, что он будет строже. Он не хочет, чтобы такая же судьба, как у него, была и у Тори. Нет, он рад, что сейчас у него есть его малыши и малышка, но всё же. Он будет строго следить за тем, чтобы она не совершала ошибок. Он будет общаться с каждым, кто захочет быть рядом с его маленькой девочкой. С парнями же всё проще. Он просто расскажет, как и когда применять презерватив, и научит, что с девушками лучше не играть, а встретил одну — люби до конца. Именно так он и сделает. Да.
С каждым новым днём у Луи жизнь наполнялась новыми красками. Чем старше Виктория, тем больше она похожа на Гарольда. Внешность, поведение, манера говорить... Всё от него. Она говорит чётко и медленно, так же, как и её второй отец. А ещё, Луи обожает её кучеряшки. Ради них он даже вспомнил, как плести косички, колоски и как завязывать хвост.
— Пап! Папа! — в непонятно какой раз звал своего отца Лео. Видимо, Луи сильно задумался и даже не заметил своего сына перед собой.
— Да, Лео. Что случилось?
— А ты завтра будешь с нами?
— Да, у папы завтра выходной. А что?
— А мы сходим в магазин? — Луи прищурился, понимая, зачем сыну понадобился магазин. Но он должен был проверить свои догадки.
— А зачем тебе в магазин?
— Хочу игрушку. Там появилась новая игрушка, — Луи усмехнулся. Да-а-а, Луи и в правду очень хорошо знает своих детей.
— Ну хорошо, Лео. Сразу, как только вы проснётесь, мы пойдём за игрушкой, — Лео улыбнулся и сел на вторую коленку папы, обнимая. Не хватает только Алекса на плечах. А, нет. Алекс уже забрался к Луи на плечи и обнял руками шею. Вот теперь Луи счастлив. Все на месте. Конечно, Луи понимает, что он очень их балует, но что он может сделать? Это же его детишки, которых он сам выносил. Им просто невозможно отказать.
Через четыре часа
— Спокойной ночи, папочка! — крикнули мальчишки и, когда Луи выключил свет в их комнате, они укутались в одеяла и засопели.
Луи закрыл дверь и пошёл в свою комнату, где уже ждала его Тори. Он не хочет больше уговаривать её спать в собственной комнате. Каждую ночь, когда Луи уверен, что малышка заснула в своей кроватке, он чувствует тёпленькое, маленькое и до боли родное тельце дочери рядом с собой. Она приходит к отцу каждую ночь, потому что она уже просто не может заснуть без своего любимого отца. Луи решил перенести все её вещи к себе и не мучать Тори. Когда молодой отец зашёл в комнату, он увидел Тори, которая сидела на кровати в своём необыкновенно красивом салатовом платье и махала ногами.
— Ну что, крошка, давай спать? — Луи помог переодеться дочке и уложил её в теплую кровать, пока он сам надевает спальные штаны с футболкой. Когда он закончил с переодеванием, и ванными процедурами, он вышел из ванной, залез в кровать и, обняв Тори, заснул, слыша тихое сопение рядом с собой.
Следующий день
— Алекс, давай быстрее, мы на кассе стоим уже полчаса, — Луи поторапливал своего сына, который не знал, какую машинку ему выбрать: голубую или синюю.
— Иду!
Алекс взял голубую машинку и пошёл к Луи, который уже протягивал кассирше деньги. Кассир отдал сдачу и, взяв её, Луи вышел из магазина, держа за руку Тори. Мальчики шли впереди, немного дальше от Луи, чем им позволено, и спорили чья машинка лучше: Алекса, которая голубая или Лео, которая красная. Они уже подходили к дороге, чтобы перейти на другую сторону.
— Алекс, Лео, возьметесь за руки и подойдите ближе ко мне, — сказал Луи, но мальчики так спорили, что уже не услышали просьбы отца.
Мальчики вышли на дорогу, где ехала машина. У Луи становилось сердце и, бросив руку Тори, побежал за сыновьями. Машина всё приближалась, и если бы не какой-то прохожий, который дёрнул на себя мальчиков, то они были бы уже мертвы. Луи даже не успел посмотреть на прохожего, как уже мчался к сыновьям. За этот путь бубнил столько матов, что вы даже представить себе не можете. Он ругал, большей части себя, за то, что не уследил.
— Как вы могли?! Что я вам говорил?! Держаться возле меня! А вы что сделали?! Меня чуть приступ не хватил! Вы этого хотели?! — кричал Луи, но, заметив испуганные лица Лео и Алекса, сел на корточки и обнял их, понимая, что он безумно их любит и не хочет потерять. Плюс ко всему это первый раз, когда Луи повысил голос на детей, и он надеется что в последний. Прохожий смотрел на них, раскрыв широко глаза и не понимал, как он мог здесь оказался.
— Луи?!