Пари

========== Часть 5. ==========
POV. ГАРРИ ПОТТЕР.
*
Так приятно слышать тёплый, застенчивый и смущенный голос Леонардо Альмейда. Что-то в этом Ангеле было не обычным. Такой красивый, весь прозрачный, тонкий и не только станом и комплекцией, которого хочется защищать, оберегать и любить, но его тонкая составляющая души, она была прекрасной. Почему он так настаивает на всех этих закрытых отношениях, когда я хочу всему миру заявить, что дикий белокурый Ангел нравится мне. Что-же ему купить? Я летел в самолёте и отдыхал впервые за несколько дней. Я закрыл глаза и провалился в сон. Мне приснился Драко Люциус Малфой. Наши танцы на выпускном, наши поцелуи и взаимные признания. Я был так счастлив тогда. Мой голос, как надтреснутый хрусталь звучал, когда я просил блондина поцеловать себя. Как же быть сейчас, с моим новым увлечением? Могу ли я назвать любовью моё влечение к Леонардо Альмейда? Не знаю. Время покажет все. Драко я никак не могу найти, а жить одному всю жизнь? Смогу ли? Хочется постоянных отношений, а не мимолетных, какие я легко нахожу. До этого момента я хранил свое сердце Малфою, но стоит ли продолжать это делать, если я не нужен Драко. И как же я отношусь на самом деле к моему новому увлечению? Вижу ли я в нем понравившегося человека, или все ещё пытаюсь разглядеть в парне того, кого любит и по кому скучает день и ночь моё сердце? Надо будет в этом разобраться. Вот только затащу юного Альмейда в свою постель и тогда разберусь, хочу я его как новую пассию, нравится ли он мне, как тот, с которым я хотел бы провести остаток жизни, отпустив прошлое, или нет? Драко, любовь моя, где же ты, мой хороший?
— Синьор Гарсиа, самолёт двадцать минут как прилетел на частный аэропорт города Нассау, — услышал я голос стюардессы Жанны.
— Да, да, — ответил я, открыв глаза. — Позвони в отель «Орхидея»…
— Все уже готово, синьор Гарсиа, шофер ждёт у трапа самолёта, он отвезет вас в отель, где вам приготовили самый лучший номер. К какому дню нам быть готовыми в обратный полет?
— Я пробуду в Нассау три, возможно, четыре дня… В пятницу, часов в девять утра, Жаннет, — ответил я, — полетим домой в Буэнос-Айрес.
— Я могу побыть со своим женихом в свободные дни? — спросила стюардесса.
— Значит, в Нассау живёт твой жених? — улыбнулся я.
— Нет, — застеснялась девушка, — это старший пилот Рауль Онетто и он из Буэнос-Айреса.
— О, вот как? Что ж, прекрасный выбор, Жаннет, Рауль — отличный парень. Вот только у Онетто погибла жена, оставив пятилетнего малыша. Ты знала об этом?
— Да, я готова принять ребёнка, Фернандо нужны оба родителя, полноценная семья.
Я кивнул в ответ, вынул свою книжку и подписал чек на тысячу долларов, и протянул его Жаннет.
— Купите мальчику что-нибудь, порадуйте его. Ну, а теперь мне пора.
Я приехал в отель «Орхидея» и принял душ. Презентация моей коллекции будет завтра в новом пострившемся ювелирном комплексе на улице Бэй. Завтра в десять часов его открытие, встреча с мэром и прочая волокита, но сегодня я могу отдохнуть. После душа я заказал ужин в номер и включил компьютер. Сводки цифр, письма с предложениями выгодных сделок и контрактов, и прочее, и прочее. Одно среди писем было от Альмейда.
«Синьор Гарсиа, — писал мой белокурый Ангел, — как вы? У меня дела на Багамах и я сегодня приеду в отель «Орхидея» в 20.30». В низу стояла подпись модели. Красивый, мелкий каллиграфический почерк Альмейда напомнил мне почерк Драко Малфоя. Помню, как он писал мне в школе, желая, чтобы я проиграл в квиддич или не сдал зачёт по зельем. Я распечатал письмо и через пару минут держал его в своей руке. Все буквы похожи. Наваждение, ей Богу.
— Мерлин Великий, помоги! — воскликнул я.
Я взглянул на часы. Сейчас шесть часов вечера, значит через два часа я увижу парня? Я набрал номер его телефона, но потом вспомнил, что он сейчас в самолёте на высоте десять тысяч метров над землёй. Тогда я просто ответил на его письмо, в надежде, что он прочтет.
«Синьор Альмейда, приветствую тебя! Мы договорились, что будем говорить друг другу «ты». Да, я на Багамах и сейчас заселился в отель «Орхидея». Мой номер 5070, пятый этаж. Как приедешь, позвони мне, пожалуйста. Твой Г.»
Я отправил сообщение и через минуту пришёл ответ:
«Мой дорогой Генри, я постараюсь поселиться рядом с тобой, хотя бы на пятом этаже и если хочешь, мы могли бы прогуляться по ночному Нассау. Но я буду в маске. А ты захватил с собой маску? (Дальше шли смайлики и прочие рожицы из скаченных с интернета заставок). Закажи то, что посчитаешь нужным в свой номер. Угадай, что я люблю?..»
Этот мальчишка решил поиграть со мной? Дай подумать. Может Лео, как и Драко любит еду и лакомства одинаковые, если они с ним даже почерком похожи. Моргана, помоги, вразуми, что заказать? Итак, что любил всегда Драко? Зелёные яблоки. Фаршированных перепелов грибами, овощами с сыром, белое французское вино и ассорти мороженого с карамелью, шоколадом, сиропом, печеньем с фисташками, орешками и прочими вкусняшками. А ещё всяких устриц под соусом и морских гадов. Я тут же сел и написал ответ:
«Милый Лео, я чувствую, что ты был бы не против следующего…»
Дальше я перечислил все, что любил когда-то Драко Малфой и приписал следующее:
«В чем ошибся, прости меня и дополни, я все закажу и буду тебя ждать у себя», — написал я.
«А ты оказывается чувствуешь меня на расстоянии. Генри, признайся, откуда ты узнал, что я люблю? Ты умеешь читать мысли на расстоянии, или являешься экстрасенсом? Я уже побаиваюсь тебя, (хоть и хочу до безумия принадлежать лишь тебе одному), » — ответил парень.
То, что заключено в скобках, было тщательно зачеркнуто, и я удивился, что Альмейда не удалил это, а зачеркнул, но я применил заклинание выявления сокрытого и прочёл зачеркнутое. И так, парень меня хочет и до безумия ждёт нашей встречи.
«В школе у меня был человек, с которым я дрался, мы какое-то время ненавидели друг друга, но только на выпускном бале я понял, что любил его все годы с самой первой встречи» — написал я снова.
Мне принесли ужин и я заказал на восемь часов вечера все, что просил Альмейда, а ещё спросил у официанта, есть ли в отеле «Орхидея» маски карнавальные. Он странно на меня посмотрел и ответил, что маски имеются, даже открыл мне планшет и предложил на выбор. Мне понравилась чёрная с серебряными нитями, скрывающая лишь глаза. Я хотел, чтобы мой избранник всё-же видел моё лицо, если уж мне не дано. После того, как официант ушел, я перекусил, выпил пол бокала вина и переоделся в черные джинсы и молодёжную рубашку синего цвета. В семь вечера принесли маску и официант получил хорошую за неё не только плату, но и не плохие чаевые. Мерлин, почему же Альмейда ничего мне не написал?
«Милый Лео, ты пропал?» — спросил я.
«Я подумал, Генри, что если ты не в силах забыть парня твоей юности, может, нам не стоит начинать то, что нас обоих ранит?» — ответил Альмейда.
«Дай мне шанс, Лео, — написал я, — мне это нужно, я должен отпустить того, кому я не нужен все эти годы».
«Ты нужен твоему возлюбленному, я это точно знаю», — и снова этот каллиграфический почерк Альмейда — Малфоя ответил мне сразу.
«Не прошло дня, как ты снишься мне, Леонардо. Снишься на моей кровати, мой Ангел. Твои шелковые волосы рыссыпаны по моей подушке, а твои глаза насыщенны страстью и любовью, ты шепчешь мне, что любишь…» — послал я новое сообщение.
«Генри, ты мне тоже снишься с того самого карнавала в Гуалегуайчу и я не могу выспаться. Эти сны высасывают из меня все силы, я просыпаюсь и все тело горит. Генри…»
Я посмотрел на часы, осталось полчаса до приезда.
«Мой прекрасный Ангел, ты сейчас где? Я могу тебя встретить в отеле, могу поселить тебя в своих апартаментах, у меня три комнаты. Мы могли бы несколько дней побыть вместе. Что скажешь, красавчик?»
Ответа не было долго. Блондин написал только в 20.45. Наконец-то…
«Я на месте, Генри, приму душ и приду к тебе. Маску не забудь».
«Я жду», — написал я в ответ.
И вот наконец-то наступил час X. Я поддерживал температуру горячей еды и ждал Альмейда. В дверь постучали и я поспешил открыть. На пороге стоял Ангел весь в белой одежде и в белой маске, скрывающей его щеки, нос и половину лба. Серебряные глаза парня смотрели на меня с весельем и искрились.
— Привет! — проговорили мы вместе.
Я отступил в сторону и Альмейда вошел, мы обнялись.
— Вкусно пахнет, — улыбнулся блондин, — я как раз не ел. Не стал портить аппетит едой в самолёте.
Я приобнял парня и повел в зал. Мы сели за стол друг против друга.
— Расскажи мне о себе, Лео, — попросил я.
— А так ли это важно, дон Гарсиа? — спросил он. — Я уверен, ты бы тоже не стал о себе рассказывать.
Я согласно кивнул и блондин улыбнулся.
— Хорошо, а почему ты на Багамах? — Я отпил вино и встал со стула.
— У меня здесь есть дело одно, — ответил Лео.
Блондин не сводил с меня глаз и загадочно улыбался. Не смотря на заверения, что он голоден, Альмейда ел очень мало: пара моллюсков, да пару ложек салата, одну чайную ложку мороженого. Я вынул из шкафчика коробочку и протянул блондину.
— Что это? — удивился он.
Я подошел к парню и встал за его спиной. Альмейда открыл коробочку и привстал от удивления — золотые запонки с бирюзой и бриллиантами ему явно понравились, а также браслет на руку из такого же белого золота.
— Это мне? — спросил он.
— Хочешь, я помогу их надеть? — я обнял парня со спины.
— Не с этим нарядом, Гар… Генри, — ответил блондин.
— Я хочу поцеловать тебя, но мне мешает маска, можно мне её снять?
— Насчёт тебя я не знаю, — погрустнел парень, а я не сниму свою.
— Малыш мой, — сказал я, — а если я попрошу?
POV. ДРАКО МАЛФОЙ.
*
Как только я услышал, что Гарри летит на Багамы, я позвонил в свое агентство попросил дать мне за свой счёт пять дней отпуска. Тем более, что за все эти годы работы в модельном бизнесе, я не разу не брал его. Дон Хуан Роберто Диас согласился и даже оплатил мне билет на Багамы и обратно, а так же проживание в отеле «Орхидея». Я не мог оставить Поттера на растерзание очередных топ-силиконовых кобыл. Ещё утром я написал сообщение Гарри, что тоже лечу на Багамы. Так слово за слово я смог вытянуть признание, что брюнет все еще страдает по своей прошлой любви. Мне это льстило, душа пела, а тело плавилось от предвкушения. Моим девизом было, пока я ему не откроюсь, хорошенечко довести до бешенства и жажды меня. Я был очень удивлён, когда он заказал в номер все те блюда, которые мне нравились. Поттер ведь не мог меня вычислить, хотя я на его месте давно глянул бы в интернет на модель Леонардо Эрнесто ди Альмейда. Но к моему счастью, интеллект Гарри все еще подобен гриффиндорцу.
И вот, я наконец в отеле пять звёзд «Орхидея». Меня уже встречают работники отеля, вежливо спрашивая имя. Я называю и девушки улыбаются ещё шире.
— Господин Гарсиа перебронировал ваш номер с 3099 на 5068, вы будете жить на пятом этаже в нашем отеле, — проговорила вышколенная администраторша, а я только кивнул.
Я подхватил свой мини чемоданчик на колесиках и направился в сопровождение девушки к лифту. Богато, изысканно все кругом и красиво. А вот и мой этаж. Сопровождающая дева вставила электронный ключ в отверстие двери, раздался писк и я прошел внутрь. Прохладно, чисто, все кругом белоснежно.
— Фрукты, минеральная вода и вино на столе, приятного отдыха, — сказала улыбчивая девушка и вышла из прихожей, тут же набирая номер. — Да, синьор, он на месте, — проговорила она и, не замечая, что я наблюдаю, ушла прочь.
Я разделся и пошел в ванную комнату. Она как и мой номер, состоящий из двух комнат, вся сияла чистотой, белизной и дороговизной. Я принял душ, нежится в ванной буду после встречи с Поттером, а сейчас надо идти к нему, он меня ждёт. Как же я соскучился до одури по Гарри.
— Думаю, что ты будешь в чёрном, этот цвет тебе очень идёт, а я надену белый наряд.
Я высушил волосы феном, уложил их и нанес на кожу лица крем увлажняющий после душа, заколол волосы серебряной заколкой и вышел из номера, не забыв сунуть в карман ключ от номера. Перед номером 5070 я остановился и минуты две переминался с ноги на ногу, не осмеливаясь постучать. Я слышал за дверью, что Гарри был в номере. В желудке предательски заурчало, это я не ел с утра, не мог от переживания и предвкушения. Наконец, я постучал в номер Поттера. Через пару секунд он открыл мне дверь и мы зависли, не в силах оторваться друг от друга. Я увидел, как на пару тонов потемнели глаза брюнета. Да, любимый, и я хочу тебя до безумия.
— Привет! — произнесли мы вместе и Поттер отступил в сторону.
— Вкусно пахнет, — сказал я и прошёл внутрь.
Гарри приобнял меня и повел в зал. Стол был сервирован на двоих. Поттер отставил мой стул и помог сесть. Не смотря на то, что мне хотелось ещё пять минут назад есть, я еле смог заставить себя проглотить пару запеченых моллюсков с сыром и в сливочном соусе, съесть пару ложек салата и чайную ложку мороженого. Я плавился под огненным взором Поттера, воздух наэлектризовался.
— Расскажи мне о себе, — попросил брюнет.
«Ты же все обо мне знаешь, Гарри, » — хотелось мне сказать в ответ.
— Разве это так важно? — спросил я. — Уверен, что сам ты не рассказал бы всей правды о себе никому.
Брюнет кивнул в ответ и встал из-за стола. Он вынул из шкафчика коробочку и подошел ко мне сзади. Я чувствовал спиной жар его тела. Я увидел очень красивые запонки с бирюзой и бриллиантами и такой же браслет на руку. У меня от восторга перехватило дыхание.
— Хочешь, я надену их на тебя? — спросил он и его дыхание обожгло мне ухо.
Я не произвольно прижался затылком к его плечу, желая быть ближе.
— Не с этим нарядом, Гар… — ответил я вздрогнул, когда губы Поттера опустились на мою шею. Я чуть не проболтался, чуть не назвал его Гарри. Может, он подумает, что я хотел назвать его Гарсиа? Хорошо бы это было так.
— Я хочу поцеловать тебя, но эта маска, мне надо её снять. Я могу это сделать? — спросил брюнет.
Я встал со стула и обернулся к нему лицом.
— Твоё право, хочешь ты снять свою маску, или нет, но я останусь в своей, Генри, — ответил я.
— Малыш мой! — проговорил брюнет и притянул меня к себе. — А если я попрошу, Лео?
— Нет, возразил я.
Гарри поцеловал меня нежно, я не разжимал губы, но противиться долго не мог его языку, ласкающего мои сомкнутые губы и просящегося внутрь. Я приоткрыл губы и настойчивый язык Поттера проник в мой рот. Я успел только положить коробку с украшениями на стол и тут же меня понесли куда-то, а я обнял Гарри за шею руками и опоясал его торс ногами, отчётливо чувствуя набухшую плоть брюнета. Он положил меня на кровать и стал раздеваться. Я лежал и наблюдал, как освобождается желанное тело любимого от тряпья и я могу им любоваться. Потом он сорвал одежду с меня и растегнул заколку, освобождая мои волосы.
— Такой красивый, такой желанный, — целуя меня, проговорил парень.
— Маску с меня не снимай, — ответил я. — Генри?..
— Угу, — угукнул брюнет и подтянул меня за колени к себе, устраиваясь по удобнее между ног.
— Генри? — позвал я парня. Гарри склонился надо мной и провел рукой по моему животу. — Ах…
— Ты в порядке? — спросил он. — Ты так побледнел. Мне так хочется целовать твоё лицо, Леонардо, можно мне снять с тебя эту маску?
— Закрой все жалюзи и шторы, погаси все светильники и лампы во всех комнатах и тогда мы с тобой вместе снимем маски, я тоже хочу целовать твоё прекрасное лицо.
Гарри зарычал что-то на парселтанге и взмахом руки все сделал, применив магию. Причём, безпалочковую магию. Я сделал вид, что не заметил этого и он ещё усугубил — наложил на спальню чары непроницаемости, нас никто за пределами номера не услышит, а так же в комнате воцарился полный мрак.
— Все, Леонардо, я исполнил твою просьбу. Я вздрогнул, Поттер напомнил мне сейчас Тёмного Лорда, а не станет ли Гарри с годами вторым Волдемортом?
Я снял маску и сунул её под подушку, потом дотянулся до лица Гарри и снял с него маску. Поттер подтянул меня к себе и я оказался сидящим на нем.
— Боже, как же я мечтал вот так держать тебя в своих руках и целовать твоё ангельское лицо, твои щеки, твои красивые очи, сладкие губы.
— Ты не представляешь, как я хотел тоже целовать твоё лицо, твой шрам на лбу, он такой легендарный, — ответил я. — Гарри вздрогнул и остановился. В кромешной тьме я почувствовал, что Поттер всматривается в моё лицо. — Что с тобой? Ты в порядке?
— Показалось… Не переживай. Иди ко мне, Лео.
Я повалил его на кровать и взобрался на бедра Гарри.
— Любимый, расслабься, я хочу показать тебе, насколько ты мне дорог.
Я стал двигаться на парне и обнимать Поттера — мечту всей моей жизни. Гарри застонал. Я стал целовать его шею, покусывая ключицы, опустился губами к острым соскам. Я их посасывал, ласкал и языком, и пальчиками. Поттер стонал и хрипел. Я опустился губами к косточкам тазобедренным, а потом к паху и облизал приличного размера член.
— Ох, Драко… — тихо прошептал брюнет. — Любимый мой…
Какой песней показались мне его слова, его стоны и всхлипы с моим настоящим именем. Он любил именно меня, не таинственного Леонардо Альмейда, а меня, Драко Люциуса Малфоя. В его сердце живу я, в его мыслях обитаю я. Мной Гарри дышит, мной живёт. Я стал сосать, его налившийся соками любви член, а он уже в голос выкрикивал имя Драко. Пожалуй сегодня мы ограничимся минетом. От одних стоном и его хриплого: «Драко, любимый», я готов был и сам кончить, насколько это было сладко и горячо. На долго Поттера не хватило, он кончил в тот момент, когда я глубоко ртом опустился на член Гарри.
— Драко, я люблю тебя! — выкрикнул Поттер и забился в оргазме, а следом за ним, пачкая простыни брюнета, излился и я.
— Гарри, я люблю тебя, — тихо прошептал я и подполз к Поттеру.
Брюнет вырубился сразу после оргазма. Я поднялся с кровати, просунул руку под подушку, взял свою маску и закутался в верхнюю простыню, укрыл брюнета лёгким одеялом и отодвинул жалюзи и шторы, пропуская в спальню лунный свет и свежий воздух, нашел свои разорванные брюки на полу, и вынул из кармана ключ от номера. Потом я подошел к столу в зале и взял коробочку с подарком.
— Отдыхай, любимый, — прошептал я и вышел из номера Поттера.
========== Честь 6. ==========
POV. ДРАКО МАЛФОЙ.
*
Кто-то отчётливо и настойчиво тарабанил в дверь. Я посмотрел на часы, время показывало два часа ночи. Я проспал три часа и у меня просто раскалывалась голова. Я огляделся и вспомнил, что нахожусь в отеле «Орхидея» на Багамах. А этот стук — это явно Поттер. Мерлин Великий! Маска…
— Леонардо? — постучал снова Гарри. — Альмейда открой!
Я подошел к двери, успев надеть маску и открыл дверь. Тайфун по имени Поттер влетел в мой номер и я успел только закрыть дверь, как меня заключили в объятия и принялись жадно целовать.
— Любимый, почему ты здесь? Я проснулся, а тебя нигде нет. Тебе не понравилось? Ты не хочешь меня?

Я обнял за шею моего Гарри и нагнулся к его уху.
— Я люблю тебя, Генри, и до безумия хочу быть только твоим. Я без тебя я не могу ни дышать, ни жить. Гар… Дон Гарсиа, — спохватился я, чуть снова не проболтался, — это моя комната. Я ушел потому, чтобы ты хорошенько отдохнул. Генри…
— Я устал просыпаться один, засыпать без объятий любимого человека. Лео, прошу тебя, милый. Если мы были близки, то ты не можешь больше просыпаться не в моих объятиях.
— Нам надо узнать друг друга ближе… И почему ты без маски? — удивился я.
Гарри обнял меня и поднял на руки. Он понес меня на кровать и положил, а сам принялся снимать халат с себя.
— Генри, только не рви на мне одежду, мне скоро ходить будет не в чем, — улыбнулся я.
— Милый, я куплю тебе одежду, много одежды, — ответил он, — но как ты можешь думать о чем-то помимо меня? — укорил меня нежно Поттер.
— Конечно, купишь, но я не могу носить любую одежду, мой синьор, — улыбнулся я. — Хорошо, можешь остаться у меня, но сегодня я просто хочу поспать. У меня после перелёта разболелась голова. Иди ко мне, Генри, мы просто поспим сегодня. Тебе тоже стоит хорошенько отдохнуть, так как завтра тяжёлый день. Я могу поприсутствовать рядом завтра, если хочешь? Инкогнито.
Гарри лег рядом со мной, а я положил голову на его грудь.
— У меня будет сначала открытие ювелирного магазина в 10 утра, потом презентация изделий, обед в 14 часов и мини банкет в 18, в «Орхидее». Я хотел бы, чтобы ты был на всех этих мероприятиях, Леонардо.
— Но как же моя маска? Я её не сниму, Генри. Уговор — дороже денег, — произнес я.
Гарри перевернул меня на спину и лег сверху. Его сильные руки прижали мои по обоим сторонам от головы и поцеловал.
— А если мы приедем на банкет вместе в масках? — спросил брюнет после того как мы отдышались. — Лео? Что ты на это скажешь, красавчик?
— А это будет уместно? — спросил я.
— Мы разыграем всех, — ответил Гарри. — Может, ты уже снимешь маску? Не могу видеть, как твоё прекрасное лицо Ангела парится под этой маской. Я не буду смотреть на тебя, мой хороший.
— Поклянись, — произнес я, вглядываясь в чистые изумрудные глаза Гарри. Они не лгали.
— Клянусь честью своей матери, — ответил Поттер, — твоё лицо и твой спокойный сон мне дороже, чем любопытство узнать, как мой Ангел выглядит. — Я обнял Гарри и поцеловал. — Завтра после приёма мы с тобой погуляем по ночному Нассау.
— Если ты не устанешь, любимый, — улыбнулся я, дотянулся до выключателя и погасил свет, потом осторожно снял маску. Кожа лица и правда чесалась.
Я повернулся к Поттеру, но он уже уснул, крепко меня обнимая. Мне хотелось наколдовать темпус, но я не рискнул. Если Гарри Поттеру за применение волшебства ничего не будет без регистрации в местном Министерстве Магии, так как он — Герой всемирного маг мира, то меня, как бывшего Пожирателя Смерти ждут большие неприятности. Я дотянулся до прикроватной тумбочки и завёл часы на восемь часов утра. Поттеру не понравилась моя возня на кровати и он обнял меня крепче, уткнувшись в белокурые волосы носом.
— Спи, мой родной Драко, спи любимый, — прошептал он очень тихо уже в полусне.
Я проснулся по привычке за пять минут до того, как запищит будильник, сработали внутренние часы. Я выключил опцию звонка и повернулся к Поттеру, парень спал. Я надел маску на лицо и попытался выкорабкаться из медвежьих объятий брюнета, но этот собственник перевернул меня на спину и лег сверху.
— Драко, малыш, дай мне ещё пять минуточек поспать, прошу…
Я обнял его, но тяжёлое тело, комфортно утроившееся на мне, не давало мне дышать. Поттер снова спал крепко.
— Гарри, — тихо прошептал я на ухо брюнету, — милый, ты меня раздавишь.
И тут Поттер открыл глаза и ясно посмотрел на меня.
— Как ты меня назвал, Лео? — воскликнул он.
— Гар… Гарсиа, — ответил я с опаской. — Может, ты уже слезешь с меня?
Поттер скатился с меня, но увлек за собой, потом поцеловал.
— На банкете потанцуешь со мной, Лео, хорошо? — спросил брюнет и я кивнул в ответ.
Он набрал по телефону номер администратора отеля «Орхидея» и передал трубку мне. Я недоуменно посмотрел на Гарри.
— Закажи себе костюм на банкет. Продиктуй размеры и в течение двух часов тебе в номер принесут несколько на выбор. Заплачу я сам.
— Генри, не надо, у меня есть деньги, — возразил я.
— Я знаю, что ты — ведущая мужская модель Аргентины, а значит, весьма не беден, но я вчера разорвал твой дорогой наряд. Пусть это будет некой компенсацией.
Я медленно и согласно кивнул в ответ и заказал костюм, рубашку, галстук и туфли. Гарри обнял меня, крепко поцеловал, надел халат на свое тело и пошёл к выходу.
— К полудню я пришлю за тобой машину, Леонардо, и она доставит тебя на презентацию моей новой коллекции.
Гарри вышел из моего номера, а я лег на кровать и поставил часы на 9.30, снова засыпая. Разбудил меня местный телефон. Принесли четыре костюма и я выбрал современный, приталенный. Я заказал в номер завтрак, а сам пошёл в душ.
В полдень Поттер действительно прислал за мной машину, и мне ничего не оставалось, как поехать на презентацию бриллиатовой коллекции. Я впал полный ступор, когда увидел в зале сюрприз в виде Пэнси Паркинсон. Она легко ходила между рядов и витрин, рассматривая украшения. С ней был спутник, но я его видел впервые. Я надел маску на лицо и прошёл было дальше, но девушка резко повернулась ко мне и схватила за рукав.
— Малфой? Сколько лет, сколько зим, Драко! — воскликнула она и обняла.
— Вы ошиблись, — ответил я и поспешил прочь.
Девушка улыбнулась, глядя мне в след и что-то зашептала на ухо своему приятелю. Кто он ей, жених или любовник? Паркинсон за эти шесть лет похорошела, от того мопса, которым её обзывали в школе, не осталось и следа. Теперь это была прекрасная леди, утонченная, изысканная, красивая и богатая. Я шёл и оглядывался, все удивлялся чудесному перерождению из гадкого утёнка в прекрасного лебедя, как вдруг натолкнулся на Поттера. Он поймал меня в объятия и прижал к себе, не дав упасть, так как я, засмотревшись на Пэнси, споткнулся.
— Любимый, — проговорил Гарри, — я рад, что ты приехал, но куда ты так бежишь? Наблюдая за тобой, я подумал, что ты встретил приведение.
— Можно и так сказать, — ответил я. — Думаю, что я зря пришёл.
К нам подошла Паркинсон. Она спокойно обняла бывшего врага из Гриффиндора, назвав его, не сколько не сумняся, Генри Гарсиа.
— Дорогой Генри, а ты не представишь мне и моему мужу своего возлюбленного? — спросила девушка.
— О, конечно же, Пэнси… — смутился брюнет, сверкнув изумрудными, очень тепло на меня смотрящими, очами. — Это Леонардо Эрнесто ди Альмейда — мой парень.
— Генри, а почему он в маске? — удивилась экс-слизеринка.
— Мой парень — большой шутник, он пока не хочет, чтобы я видел его.
— Синьор Гарсиа, — к Гарри подошел какой-то парень и что-то прошептал на ухо.
— Прошу меня простить, но мне надо отлучиться, приехал мэр города Нассау. Милый, поговори пока с леди Паркинсон и её мужем.
Я махнул рукой Поттеру и медленно повернулся к супругам.
— Лукас, принеси, пожалуйста, шампанского, — улыбнулась мужу Паркинсон и он, как верный пес, понесся исполнять просьбу своей жены.
— Драко, почему ты в маске, и почему сменил имя? — спросила она. — Я тебя сразу узнала, и даже твой фирменный парфюм за эти годы не изменился.
— Пэнси, я прошу тебя, не говори Гарри, что это я. Не могу тебе пока ничего объяснить, но так надо.
— Хорошо, — ответила девушка, — но почему ты сбежал из маг мира Лондона и что ты делаешь в Нассау?
— Я живу не в Нассау, — возразил я, — а в Аргентине. Я уехал сразу после выпускного и меня пригласили в Буэнос-Айрес на работу в качестве модели, а теперь ещё пригласили сыграть в кино. Прошу тебя, не говори Поттеру ничего, кто я на самом деле.
— А ты думаешь, что он — полный идиот, не распознал в тебе задиру из Слизерина? — рассмеялась девушка.
— А что если не распознал? Ты же знаешь, каким Поттер всегда был в Хогвартсе? Мы с ним будем играть в фильме вместе. Я прилетел сюда…
— Чтобы к Гарри никого не подпустить? Ты всегда сходил по нему с ума, Драко, а вот он по тебе тоскует до сих пор. Поттер плакался мне утром, что любит все еще тебя, он спрашивал, знаю ли я что-то о тебе. Малфой, ты не думаешь, что Гарри взбесится, когда узнает, что ты его обманываешь?
— До съёмок сериала осталось три недели, хочу немного Поттера разыграть. Помоги мне, прошу тебя, Пэнси, — проговорил я и девушка улыбнулась, кивнув в ответ. — Расскажи, как ты? Что за парень?
— Я после выпускного уехала из Англии. Ты же знаешь, что я осталась совсем одна после войны. Моих родителей казнили, как Пожирателей Смерти, предали Поцелую дементоров, меня тоже хотели за то, что я тогда в Большом зале предложила отдать Волдеморту Поттера, но на суд пришёл Герой магического Альбиона и спас меня, сказав, что я была всего лишь маленькой девчонкой, напуганной Томом Риддлом. Гарри дал мне денег на дорогу и я уехала после суда и казни родителей в Испанию. Там я выучилась на врача в маггловском университете и познакомилась с Лукасом де Феллино. Он тоже врач, у него целая клиника. Муж меня любит.
— А как ты тут оказалась? — спросил я.
— Гарри меня пригласил, — ответила Паркинсон.
Тут вернулся Лукас и принес три бокала вина, один он протянул мне.
— Я вас узнал, — проговорил Лукас Феллино, — вы ведь — модель Аргентины, «Ангел Буэнос-Айреса», Леонардо Эрнесто ди Альмейда? — Я кивнул в ответ и улыбнулся, а парень пожал мою руку, чуть задержав в своей. — Моя сестра просто от вас без ума. Вы бы не могли ей что-нибудь подарить от себя.
— А сколько лет вашей сестре? — спросил я.
— Восемнадцать, — улыбнулся испанец, — у неё вся комната в ваших фотографиях и альбомах. Она просто вами бредит и мечтает стать моделью.
Я подошел к витрине, в которой увидел кулон на цепочке «Сияние солнца»
— Вы не против, если я подарю вашей сестре кулон «Сияние солнца»? Я слышал, он приносит счастье. Колечко не подарю, потому что моё сердце занято.
— Я заплачу вам за кулон, — сказал доктор.
— Ну, что вы?! Я в состоянии сделать подарок милой девушке, моей фанатке, — улыбнулся я испанцу.
Я тут же купил не только кулон «Сияние солнца», но и открытку, подписал её примерно так: «Милой своей фанатке, Монсеррат… от Леонардо Альмейда» и передал мужу Паркинсон. Мерлин Великий! Только бы ещё кого-нибудь не встретить из бывшей школы.
Гарри потащил меня за собой в обеденный зал ресторана «Cosa del vino» и посадил рядом с собой. Я поглядывал на Паркинсон с её мужем, сидящих через два стола. Мэр расположился рядом с Поттером и они премило разговаривали сейчас. Мэр и Гарри тут же подписали договор, что брюнет не будет платить пошлину, но за это десять процентов от дохода будут перечисляться на имя мэра инкогнито.
— Что ж, пусть будет так! — проговорил Гарри на итальянском языке. Он посмотрел на меня, а я легонько погладил его бедро под столом.
На все вопросы мэра города кто я такой, Поттер отвечал по моей просьбе, что я просто друг. Об этом я успел попросить Гарри, пока он вёл меня на обед, на что любимый кивнул в ответ, и приобнял за талию.
Мэр, Нил Патрик Хьюмен, поглядывал на Поттера.
— Синьор Гарсиа, вы ведь не коренной житель Аргентины? — спросил мэр.
— Аргентина очень давно стала моей второй родиной, господин Хьюмен, — ответил Гарри.
— Ваш шрам на лбу — это приобретенное или врожденное явление.
И снова Поттер посмотрел на меня, а я, как некогда мама пожатием руки прибодряла отца на тот или иной поступок, так я сейчас тихонько пожимал руку моего Гарри, как бы говоря: «любимый, я рядом».
— Это приобретенное, мистер Хьюмен, — улыбнулся натяжно брюнет.
Наконец, этот обед закончился, во время которого ни Поттер, ни я толком не поели. А потом началась экскурсия по большому магазину и показ ювелирных изделий на моделях.
Время то тянулось долго, от чего хотелось выть, то иногда бежало вперед. И я снова сжал руку Гарри в своей, когда помощник Поттера доложил, что все готово и гости могут поехать в отель «Орхидея». Парень обнял меня и повел к своей машине.
Бальный зал был великолепен, он сиял огнями, роскошью и красотой, а главное вместитительностью людей. Гарри постоянно кто-то приглашал на танцы. То дочь мэра, Оливия Хьюмен, то дочь священника Николь, то кто-то ещё. Хотелось к пиксям напиться.
POV. ГАРРИ ПОТТЕР.
*
Банкет в отеле «Орхидея» был в самом разгаре, а я все еще не мог пригласить на танец моего парня. Я видел, как возле него слонялись богатенькие девочки и парни, но он только потягивал коктейль и поглядывал в мою сторону. Когда в очередной раз к нему подошел чей-то сынок и стал теснить Лео к выходу, я выпустил девушку, с которой танцевал и поспешил к Альмейда.
— Ты в порядке? — спросил я, приобнимая моего Ангела. — Прости, я задержался.
Парень, что приставал к Альмейда, ретировался, а Леонардо обнял меня за шею и тихо прошептал на ухо:
— Я убью тебя, Гарсиа, ты — покойник! Ты оставил меня на два часа одного!
Я понимал, что парень был крайне зол и обижен на меня.
— Я достоин твоей кары, милый, — ответил я. — Прости меня, пожалуйста. С этой минуты я весь твой, Лео. — Блондин кивнул мне и уткнулся губами в мою шею.
Начался медленный танец и я завис. Мне показалось, что я сейчас снова очутился на выпускном бале в Хогвартсе. Так было хорошо в любимых руках, в родных…
— Мерлин Великий!.. — прошептал я. — Сплю. Я определённо брежу.
— Ммм… — услышал я рядом томный голос Драко. Я понимал, что рядом со мной Леонардо Альмейда, но эти ощущения…
Сейчас блондин даже прижимался ко мне так, как это делал когда-то Драко Малфой. Его руки гладили меня по плечам так-же, как руки любви всей моей жизни. Драко Люциус Малфой.
— Ммм… — теперь уже я застонал. — Как мне с тобой хорошо.
— Гораздо лучше, чем со всеми этими наряженными куклами из высшего общества? — спросил меня блондин охрипшим голосом.
— В сотни раз, любимый, — ответил я.
— Гар… — тихо прошептал Лео. — Я хотел сказать, Генри, ты так волнуешь меня. — Он положил свою голову мне на плечо и надтреснутым голосом попросил очень тихо: — Поцелуй меня, пожалуйста.
Совсем как я когда-то просил на выпускном об этой милости Драко. И я поцеловал его, услышал протяжнее стон в ответ.
— Любимый, давай сбежим? — предложил я.
Затуманенные серебристые глаза взглянули на меня так, что у меня стал наливаться член.
— А это возможно, Генри? — спросил он.
— Все возможно, сейчас я скажу заключительную речь, малыш и мы сбежим.
Он потерся щекой о мою ладонь, прямо как котёнок, как тёплый ласковый Хорёчек из рода куньих. Его реснички нежно опустились, а губы сложились в кроткую улыбку. Господи, как же я хочу прямо сейчас любить тебя, мой сладкий котёночек. Пока я говорил заключительную речь, Леонардо Альмейда стоял у колонны и не сводил с меня глаз. Все похлопали в ладоши в конце моего выступления и попросили станцевать заключительный танец. Зазвучала музыка танго и я взглянул на всех присутствующих в зале. Девушки ждали, что я кого-нибудь из них приглашу на танец, но я прошёл через весь зал и протянул руку моему Альмейда. Он подал мне свою руку и я прижал его к себе. Танец начался. Мы танцевали так, словно были профессиональными танцорами танго. Один танец на двоих, одна душа на двоих. Я крутил моего парня и вертел в своих руках, а все смотрели на нас с восхищением. Я и не думал, что Лео так прекрасно танцует.
Гости ещё танцевали, пили и веселились, а мы с Альмейда по-тихому сбежали.