Глава 33
Гарри брел по Косой аллее в сопровождении Эммы, которая скучающе смотрела по сторонам. Девушка явно была не в восторге от того, что находится сейчас здесь, а не, например, в Малфой-мэноре, но не говорила этого, продолжая следовать за своим маленьким Повелителем. Исподтишка слизеринец наблюдал за своей спутницей, улыбаясь краем губ, но не говорил ни слова. Наконец, заметив нужный ему поворот, юноша свернул в теплый переулок, не обращая внимания на удивленно распахнутые глаза своей спутницы.
— Гарри, куда ты?! — прошипела Эмма и попыталась остановить его, но Поттер уверенно шел вперед.
Казалось, сюда никогда не заглядывало солнце. Люди, скрывающие свои лица и укутанные в поношенные мантии, глазели на юного, чистого и дорого одетого прохожего. Какая-то женщина толкнула слизеринца в плечо, начала бормотать, но парень смерил ее столь презрительным взглядом, что она охнула и засеменила прочь.
— Гарри, что мы делаем в Лютном переулке? — в голосе девушки послышались нотки злости и недовольства.
— Лавка Горбин и Бэркес, — усмехнулся юноша, а потом кивнул на одну из вывесок. — Здесь.
Эмма хмыкнула, но все же не исчезла. Поттер вошел в лавку и колокольчик над его головой звучно звякнул. Вокруг было полно старинных вещиц, в воздухе так и клубилась магия и, надо сказать, не только светлая. Из-за прилавка вышел уже не молодой мужчина с ровной осанкой. Некрасивое, старое лицо исказилось в нескрываемой гримасе отвращения, но уже через секунду он учтиво улыбнулся, почтительно кивнув головой.
— Простите, юноша, — Горбин сделал паузу, а потом его голос стал жестким и грубым, — но в моем магазине не место детям.
— Мистер Горбин, — Гарри провел рукой по полке, а потом растер тонкий слой пыли между пальцами, — думаю, вы знаете, кто я, — он ненавязчиво коснулся шрама на своем лбу, а по лицу мужчины проскользнуло удивление. — Я не глазеть пришел.
— Как вы узнали о моем магазине? — строго, но с ноткой опасения спросил хозяин.
— Не волнуйтесь, — юноша снисходительно улыбнулся, — о магазине я знаю... от одного из ваших клиентов. — Гарри решил не говорить, что видел чек, который подписывал Люциус. — Я хотел посмотреть, что у вас есть. Это возможно?
— Что вас интересует, Мистер...
— Мистер Принц, — слизеринец многозначительно посмотрел на мужчину.
— Решил представиться фамилией матери Северуса? — Эмма удивленно приподняла брови. — Умно. Кто догадается, что Принц — это именно фамилия.
— Мистер Принц, — кивнул Горбин.
— Кольца. Ищу подарок брату, — легко соврал Гарри. — Думал, может, здесь я найду что-то... интересное.
Горбин очень старался, показывая юному клиенту все, что у него имелось, но ни к одному из колец юноша не почувствовал никакой тяги. Конечно, он отнекивался, говоря, что все это не то, что ему нужно, не подходит по тем или иным критериям, но на деле все это были не крестражи. Кольца Марволо Мракса среди них не было.
Поблагодарив Горбина, Гарри покинул лавку и поспешил прочь из омерзительного переулка, недовольно бормоча себе под нос.
— Все не так просто, верно, мой маленький Повелитель? — усмехнулась Эмма, за что получила обиженный, совсем детский, взгляд Поттера и залилась звонким смехом.
***
Празднование Дня Рождения Гарри было в самом разгаре. Компания веселой толпой бродила по Косой аллее, поедая мороженое, а потом забрела в какое-то кафе. Гермиона была невероятно счастлива, что даже летом смогла встретиться с уже родными ребятами. Даже парни заметили, что за эти пару месяцев волосы подруги перестали виться так сильно, стали мягче и покладистей. Драко даже накрутил ее локон на палец, пристально рассматривая каждый переливающийся волосок. За такую наглость, правда, он сразу схлопотал от Пэнси подзатыльник, потому что сама Грейнджер замерла на месте от удивления.
Когда они вошли в кафе, один из официантов сразу подошел к Блейзу который, как оказалось, в этом местечке был постоянным клиентом. С знанием дела когтевранец заказал блюда, а потом компания села за столик у окна. Они обсуждали последние новости в жизни друг друга, рассказывали, как их успехи в беспалочной магии. Гермиона, правда, продолжала твердить, что дома колдовать она не может, но Малфой на это только фыркал, вызывая у девушки еще больше раздражение.
— А ты можешь реагировать нормально?! — вспыхнула она, зло посмотрев на друга.
— Это совершенно нормальная реакция, — закатил глаза Драко, откидываясь на спинку стула.
— Извините, ваше высочество, но не все здесь рождены в чистокровных волшебных семьях! Я не могу колдовать летом! Это запрещено законом! — всплеснула руками Гермиона.
— Кстати, об этом, — влез в начинающуюся ссору Гарри. — Помните, как мы смогли читать мысли друг друга? — все за столом синхронно кивнули. — Вы поняли, как это произошло?
— Да, — когтевранка с превосходством посмотрела на блондина, а потом перевела взгляд на Поттера. — Думаю, когда мы объединяем наши силы, то наши сознания открываются для всех участников. Поэтому мы смогли читать мысли друг друга.
— А нам обязательно касаться друг друга, чтобы объединять силы? — поинтересовалась Пэнси, потягивая молочный коктейль через трубочку. — Знаете, это не очень удобно и немного подозрительно.
— Можно попробовать соединить нашу магию, если мысленно направить ее к другому, — пожал плечам Блейз. — Это как дернуть за рукав соседа во время урока МакГонагалл и попросить перо, потому что твое сломалось.
— Пэнс, попробуй, — предложил Драко, толкнув подругу локтем.
— Ладно, — девушка положила руки на стол и посмотрела на Гарри, который сидел прямо напротив.
Медленно энергия вытекала из нее, направляясь к Поттеру, когда он почувствовал, как его будто укололи. Сосредоточившись, слизеринец ответил на «призыв» и мысленно постарался представить, как их магия с Пэнси объединяется воедино где-то посередине. «Ну же!.. Давай!..» — мысленно шипел юноша, надеясь на успех. «Гарри? Гарри, ты слышишь?» — голос Паркинсон казался далеким, но с каждой секундой усиливался: «Га-а-а-арри-и-и-и» — тянула она, и он не сдержался, выдавая себя ухмылкой. «Так ты меня слышишь! — девушка, сидевшая напротив нахмурилась: «Вечно такой некультурный!» — обиженно заметила она: «С Днем Рождения» — улыбнулась слизеринская принцесса. «Спасибо, Пэнс» — вернул ей улыбку Гарри, а потом начал медленно забирать энергию.
— Работает! — воскликнула Паркинсон, смахивая с лица выбившуюся прядь.
— Да ладно? — Драко удивленно вскинул брови. — Герм, а ну-ка, потренируйся, пока не вернулась домой.
Грейнджер закатила глаза, но кивнула. В конце концов сейчас они в самом центре Косой аллеи и не пользуются магией как таковой, не колдуют, а лишь соединяют свои силы. Направив все свое сознание вперед, когтевранка замерла, пристально смотря на раздражающего моментами блондина. «Чтобы ему такое сказать?» — подумала девушка, когда почувствовала, как их энергии сплетаются. «Белобрысый идиот с завышенной самооценкой, не умеющий ничего, кроме как самозабвенно любоваться в зеркало!» — фыркнула Гермиона. «Ой, не надо!» — обиженно протянул Драко в ее голове: «Что поделать? Я прекрасен, но не надо так завидовать, Герми» — усмехнулся слизеринец. «Да, ты у нас сама красота!» — расхохотался голос Блейза, а на его лице расцвела хищная ухмылка. «Заноза! Проваливайте оба из моего сознания!» — воскликнула Грейнджер и оттолкнула их магию от себя. Парни дружно рассмеялись, а Гермиона обиженно отвернулась от них, задрав свой нос.
— Видимо, работает, — улыбнулась Пэнси. — Будем тренироваться в течение года?
— Конечно, — уверенно ответил Блейз. — Будем надеяться, этот год пройдет спокойно и...
Гарри не слушал. Он чувствовал на себе чей-то пристальный взгляд, и ему это совершенно не нравилось. Оглянувшись, юноша быстро осмотрел всех в зале, но никто из посетителей не следил за ним, что лишь усилило его беспокойство. Что Поттеру никогда не нравилось, так это когда за ним наблюдают исподтишка. Может это врожденные осторожность и чутье Тома говорили Гарри найти следившего, а может и его собственные, но он, бросив друзьям, что сейчас вернется, встал из-за стола.
Медленно слизеринец двигался к выходу, следя за каждым из посетителей. Чувство не исчезало, а на него все так же никто не обращал внимания. Вдруг, его будто кольнуло в бок, как когда он соединял сознание с Пэнси. Обернувшись, Гарри поймал на себе взгляд Драко. Быстро направив энергию к брату, брюнет начал чувствовать его. «... в окне» — только и услышал он.
Метнувшись к двери, именинник выскочил на улицу. Его глаза безумно метались по лицам прохожих, когда он вдруг увидел знакомое лицо. Облегченно выдохнув, Гарри натянул сдержанную улыбку и подошел к мужчине в котором узнал Сириуса Блэка. В руках крестный держал небольшой сверток в подарочной упаковке, перевязанной лентой. Для себя Поттер отметил, что выглядит крестный уже лучше, чем пару недель назад: черты стали мягче, кожа приобрела естественный цвет, черные волосы были чуть короче и уложены, а серые глаза оживились. Тот безумец, которого Гарри видел год назад, и побитый жизнью узник на суде были лишь тенью этого холенного, ухоженного, со стилем одетого, хоть еще и худого, но достаточно красивого мужчины.
— Зачем следил за мной из тени? — поинтересовался юноша, подходя к крестному.
— Сегодня твой День Рождения, — улыбнулся Блэк.
— Можно было подойти, — пожал плечами Гарри. — Или зайти к нам домой.
— Не думаю, что Цисси или Ню... — слизеринец вопросительно выгнул бровь, — или Северус были бы мне рады, а как подойти я не знал.
— Думаю, моя семья будет не против, если ко мне иногда будет заходить мой крестный, — смягчившись, кивнул юноша.
— Ты совсем взрослый, — как-то отчужденно сказал Сириус.
— Мне всего тринадцать, — пожал плечами Гарри.
— Да, только вот с тобой беседует сама смерть и ты поглотил душу не молодого и могущественного волшебника, — скучающе заметила Эмма, появившаяся, как никогда вовремя.
— Было бы неплохо поговорить с глазу на глаз, — Поттер скосил глаза на девушку, которая фыркнула и исчезла, — но это можно сделать позже.
— Я... — мужчина повертел в руках сверток, — хотел поздравить тебя с Днем Рождения, Гарри, — он неловко улыбнулся и протянул подарок.
— Спасибо, Сириус, — юноша принял подарок и улыбнулся в ответ. — Буду рад, если ты на днях заглянешь в мэнор.
— Я зайду, — просиял Блэк, светясь от счастья, а потом одернул себя. — В конце концов в этом году в Хогвартсе мы будем часто видеться.
— Вот как? — Гарри почувствовал, как неприятный холодок подозрения пробежал по спине.
— Дамблдор предложил мне и еще одному моему другу должности учителей! Он, кстати, так же дружил с твоим отцом. Уверен, вы с Лунатиком поладите.
— Это прекрасная новость, — выдавил из себя именинник, стараясь продолжить улыбаться. — Ты сказал «Лунатик»?
— Да, у нас у всех были клички. Я, например, Бродяга; Джеймс — Сохатый; Ремус — Лунатик; а этот предатель... Петтигрю — Хвост. Я обязательно расскажу тебе, но в... — Блэк посмотрел на спешащих людей вокруг. — Да, наверное, выслеживать тебя и встречаться на улице — не самая лучшая затея.
— Да... — протянул Гарри. — Заходи в мэнор, — повторил юноша.
— Можно... можно обнять тебя? — замявшись, спросил Сириус.
— Да, конечно, — улыбнулся именинник и обнял крестного.
Вышло неловко, но Поттер видел, как Блэку было это нужно. В какой-то степени он мог понять мужчину. Он был отрезан от мира, целых двенадцать лет провел в настоящем аду — в Азкабане, и теперь единственным родным ему существом был его крестник, перед которым он чувствовал вину. Если он не разболтал все Дамблдору, если встанет на их сторону, Гарри был готов принять его, наладить отношения, но если Сириус будет докладывать всё этому любителю лимонных долек...
«Нужно будет рассказать об этом старике так, чтобы Блэк захотел защищать меня» — подумал слизеринец, уже смотря вслед крестному: «Сириус должен быть на моей стороне и верить каждому слову, не подвергая сомнению...»
Подарок Гарри решил развернуть прямо на улице. Под оберточной бумагой лежала записка, старая колдография и какой-то сложенный пергамент. На изображении были запечатлены уже совсем взрослые Джеймс и Лили, Сириус и еще два каких-то молодых человека. Лицо одного пересекали грубые шрамы, а другой, пухлый и невысокий, воровато озирался по сторонам. Перевернув фотографию, Поттер прочитал подпись: «Мародеры и Лили. За день до выпускного».
— Видимо, мать не была частью этой банды, — хмыкнул Гарри, убирая фотографию во внутренний карман мантии.
Следующей в его руках оказался записка. Почерк юноше был незнаком, но он с легкостью разобрал его:
«Гарри, это мой маленький подарок, но, надеюсь, он придется тебе по душе. Уверен, Джеймс передал бы это тебе, чтобы ты продолжил наше бравое дело — учинять неприятности в Хогвартсе. Поднеси палочку к пергаменту и скажи: «Торжественно клянусь, что затеваю шалость и только шалость». Это карта Хогвартса, которую, еще учась в школе, создали мы с друзьями. Она показывает всех, кто находится в замке и окрестностях, их местонахождение и передвижения. Храни ее в строжайшем секрете. Надеюсь, она пригодится тебе и твоим друзьям. О, и чтобы никто не узнал о карте, когда она будет тебе уже не нужна, скажи: «Шалость удалась!» — и карта исчезнет. Лучше сожги эту записку, чтобы никто ненароком не узнал про мой маленький подарок.
Всегда твой крестный,
Сириус»
Поттер уже поднял палочку, чтобы сжечь записку и опробовать подарок, но потом заметил заинтересованный и недовольный взгляд одного из прохожих. Гарри прекрасно знал, что колдовать вне Хогвартса запрещено, но он так же знал, что отслеживаются заклинания, а не маги, поэтому одно маленькое Инсендио в Косом переулке никого не удивит. К тому же, он может пользоваться беспалочной магией, чтобы сделать это уж совсем незаметно. Бросив бумагу за мусорку, слизеринец щелкнул пальцами и проследил за тем, чтобы огонь, поглотив пергамент, стих, не привлекая ничьего внимания. Только после этого Гарри вернулся в кафе, где его ждали друзья. Стоило ему сесть на свое место, как они завалили его вопросами, ожидая красочного рассказа.