Глава 32
Гарри с нескрываемой усталостью смотрел на Дамблдора, который последние тридцать минут пытался вытащить из слизеринца хоть какую-то информацию, но все, что ему отвечал Поттер: «не знаю, сэр», «простите, я об этом ничего не помню, сэр», «хотел бы я знать, сэр». Видимо, старик надеялся, что мальчик запомнил хоть что-то о том, как он уничтожил крестраж, но Гарри глядел на него честными щенячьими глазками, притворяясь, будто у него провалы в памяти. Брюнет уже даже начал задумываться, а не пойти ли ему в актеры, потому что врет он, как дышит.
Удивительно, но за все время разговора с Директором, Эмма так и не появилась, хотя раньше просто обожала наблюдать за всеми неприятностями, в которые влезает ее маленький Повелитель. Именно об этом и решил подумать Гарри, пока Дамблдор в очередной раз начал красочно расписывает варианты произошедшего. «Почему она зовет меня маленький Повелителем?» — думал мальчик, разглядывая морщинистый лоб старика: «Сказка о Дарах смерти гласит, что если собрать все три артефакта, то ты станешь повелителем Смерти, но ведь у меня есть только мантия, если это вообще она. Тогда почему Эмма зовет меня так?» — слизеринец нахмурился, старательно обдумывая все факты, что были в его распоряжении: «Повелитель смерти тот, у кого все три артефакта. Я точно не владею Бузинной палочкой, да и камня у меня не наблюдается...»
— Гарри, ты меня слышишь? — озабоченный голос Дамблдора вырвал Поттера из раздумий. — Ты хорошо себя чувствуешь, мой мальчик?
— Простите, сэр, я страшно устал, — честно ответил Гарри, потирая лицо рукой, чтобы взбодриться. — Я правда не помню, что со мной было. Простите, сэр.
— Ничего, ничего, — старик улыбнулся. — Главное, что ты в порядке.
— Профессор, — медленно начал брюнет, обдумывая каждое слово, — могу я... поделиться с вами кое-чем? Попросить совета? Я... не могу никому доверить это, а мне... нужен взгляд со стороны. Взгляд опытного мага.
— Конечно, — Дамблдор сразу оживился, а на его лице расцвела улыбка. — Что тебя беспокоит, мой мальчик?
— Я... как бы правильнее сказать, — Гарри сделал вид, что замялся, а сам активно думал над формулировкой предложения. — Я хотел спросить вас о Дарах смерти, сэр, — голубые глаза волшебника удивленно распахнулись, но он не перебил ребенка. — Видите ли, на прошлое Рождество я получил подарок от неизвестного — мантию-невидимку. Думаю, это та самая мантия из сказки о трех братьях. Скажите, а правда, что Дары существуют?
— Это сложный вопрос, — Дамблдор улыбнулся, а его очки-половинки загадочно блеснули. — Видишь ли, есть те, кто считают, что все это — вымысел, но я думаю, что Дары и правда есть. Насколько я знаю, еще никому не удавалось собрать их все, но многие пытались. Почему ты спрашиваешь?
— Мантию оставил мне отец, — слизеринец грустно улыбнулся. — Я хочу узнать о своих родителях побольше, а это одна из немногих вещей, связывающая меня с ними.
***
Дни тянулись нестерпимо долго, а Эмма так ни разу и не появилась. Гарри уже даже начал скучать по ней. К счастью, друзья были рядом, но с ними не было Гермионы, которая все так же лежала в лазарете. Они навещали ее каждый вечер, но все, что им оставалось, ждать, когда созреет мандрагора.
Суббота была в самом разгаре. Все студенты разбрелись кто куда, а слизеринцы вместе с Блейзом расположились в Большом зале. Ребята активно готовились к экзаменам, но никак не могли толком сосредоточиться, когда двери с шумом открылись. Дернувшись, все четверо повернули головы и уставились на усмехающегося Северуса Снейпа. За спиной зельевара что-то дернулось, а потом из-за него выглянула грива каштановых волос.
Пэнси восторженно взвизгнула и, сорвавшись с места, побежала навстречу Гермионе. Слизеринка чуть не сбила ее с ног, а потом попыталась задушить ее в своих крепких объятиях. Мальчишки же, широко улыбнувшись, так же двинулись навстречу выздоровевшей подруге. Уже через минуту они впятером стояли, крепко обнимаясь, сваливаясь в одну кучку.
— Гермиона! Как же я рада тебя видеть! — Пэнси наконец отпустила свою единственную подругу и осмотрела ее с головы до ног.
— Ты отлично выглядишь, — улыбнулся Блейз, подмигнув однокурснице.
— Я тоже по вам очень скучала, — когтевранка чуть ли не плакала от счастья, смотря на всех своих друзей.
— А что у тебя на голове?! Где моя фирменная прическа?! — всплеснула руками Паркинсон, а потом, схватив Гермиону за руку, потащила ее к скамейке, чтобы сотворить очередной шедевр, а мальчишки дружно рассмеялись.
— Она в порядке? — тихо спросил Гарри у Северуса, смотря на то, как Пэнси, используя палочку, как гребешок, творит чудеса с гривой подруги.
— В полном, — кивнул Снейп. — Как и остальные.
— Они меня не так интересуют, — качнул головой Поттер, а потом посмотрел на своего приемного отца. — Летом нужно найти кольцо.
***
Была середина июля. Гарри сидел в зале суда и смотрел в пустоту перед собой. Откуда-то издалека доносился голос Дамблдора, доказывающего невиновность Сириуса Блэка, а рядом сидел внешне совершенно спокойный Северус. Поттер прекрасно знал, чем закончится это заседание и никак не мог себя заставить сосредоточиться на происходящем. Вначале он пытался разглядывать Сириуса, которого привели в порядок (хотя бы позволили воспользоваться душем и переодели), но вскоре мальчику это надоело. Блэк был все таким же исхудавшим и слабым. Его длинные волосы беспорядочно вились, а, когда-то красивые, черты лица страшно заострились.
Мысли скитались по бескрайнему сознанию Поттера, перетекая от одной темы к другой. Тут и там всплывал в памяти образ Эммы, которую Гарри не видел уже много месяцев, что было для нее совершенно несвойственно. Слизеринец перестал ее чувствовать, ушел столь привычный ему холодок, который приходил с ней.
— Как много случилось пока меня не было, — женский голос врезался в сознание мальчика, как иголки.
Резко повернув голову, он еле сдержал счастливую улыбку. Рядом с ним стояла Эмма, которая, будто прочитав его мысли, появилась спустя месяцы отсутствия. Видя радостное лицо своего маленького Повелителя, она тихо рассмеялась, а потом щелкнула пальцами. Мужчина, сидевший на скамейке рядом с Гарри, медленно подвинулся, будто сам этого не замечая, и продолжил неотрывно смотреть на Дамблдора.
Взмахнув полом своего платья, Эмма грациозно опустилась на скамейку рядом с слизеринцем. Тонкие пальчики девушки переплелись с пальцами Поттера, даря ему привычное спокойствие и прохладу.
— Я тоже скучала по тебе, — улыбнулась она, смотря на Сириуса, сидевшего на стуле посередине зала. — Прости, но я не могла появиться раньше. Ты возмужал, мой маленький Повелитель.
— Это и была цена? — еле слышно спросил Гарри скорее одними губами, чтобы не привлекать чужого внимания. — Тебя не было много месяцев...
— Отчасти, — кивнула Эмма, сжимая его ладонь. — Все будет хорошо, не переживай.
— Ты знаешь, что ждет меня в будущем? — скосив на нее глаза, поинтересовался слизеринец.
— Прошлое.
***
Как Гарри и думал, Сириус был оправдан. Когда мальчик вместе с Северусом вышли в опустевший коридор Министерства, счастливая улыбка освещала лицо бывшего заключенного Азкабана, а он сам уже больше минуты расписывался в благодарностях перед Дамблдором. Старик снисходительно улыбался, держа руку на плече молодого мужчины, и кивал на каждое предложение.
В сопровождении Снейпа, Поттер подошел к ним, натягивая на лицо восхищенное выражение. Что его успокаивало, так это мягкая рука Эммы, которая продолжала сжимать его ладонь, ни на секунду не отпуская. Девушка была рядом с ним, будто боялась, что если отойдет, то снова не увидит многие месяцы.
Заметив приближающихся, Сириус замолчал и перевел взгляд на Гарри. В его взгляде смешалась боль, тоска, любовь и счастье. К счастью, за эти несколько месяцев, слизеринец вытянулся и сильно повзрослел, что не могло укрыться от Блэка и Директора.
— Я оставлю вас, — Дамблдор посмотрел на мальчика поверх своих очков-половинок, загадочно блеснув глазами. — Буду ждать тебя в начале учебного года, Сириус.
— Спасибо, Альбус, — эхом отозвался Блэк, неотрывно смотря на крестника. — Ты так похож на отца, но глаза... мамины, — мужчина тепло улыбнулся, протягивая руку к лицу ребенка.
— Спасибо, сэр, — Гарри признательно посмотрел на Директора. — Я так благодарен вам! — старик кивнул, а потом перевел взгляд на Снейпа:
— Северус, оставим их ненадолго, — улыбнулся старик, двигаясь вперед по коридору.
— Ты так возмужал за эти годы, — Сириус жадно изучал глазами лицо мальчика.
— Прошло почти пять лет, — пожал плечами слизеринец. — Многое изменилось. Хорошо выглядишь для того, кто двенадцать лет провел в Азкабане, — к собственному удивлению, Гарри услышал в своем голосе насмешку.
— Как твои дела? Расскажи мне? Я хочу знать все, — Блэк сел на диван, стоявший у стены. — Я ведь твой крестный, а меня не было столько лет!..
— Да, — Поттер сел напротив в другой конец дивана. — Тебя не было. Вместо того, чтобы пойти за крестником, который остался без родителей, которому ты должен был их заменить, ты бросился за предателем, — Гарри осмотрел мужчину с головы до ног. — К счастью, у меня есть отец и семья, — по лицу Блэка пробежала тень, но он продолжал слушать ребенка. — Мои дела? Отлично. Я один из лучших учеников Хогвартса, прекрасно чувствую себя на Слизерине.
— Слизерине? — не выдержал Сириус, перебивая крестника. — Но ведь твои родители?..
— Вся моя семья учится на Слизерине, — Гарри с удовольствием наблюдал за тем, как отчаяние наполняет глаза крестного. — Малфои, Северус, — уточнил он, — все учились на Слизерине, как и мой брат Драко.
— Вижу, они сильно на тебя повлияли, — прохрипел Сириус, стараясь сесть поровнее.
— Возможно, — пожал плечами мальчик. — Я не держу на тебя обиды или зла. Думаю, стоит начать наше общение с начала, но, — Гарри встал, стряхивая с брюк невидимые пылинки, — я должен был сказать, что не доверяю тебе. Пока не доверяю.
— И как мне завоевать твое доверие? — грустно усмехнулся Блэк, так же поднимаясь с дивана. — Мы ведь семья. Я твой крестный, Мерлин подери!
— Докажи, что я могу тебе доверять, — слизеринец посмотрел в глаза мужчине, стараясь разглядеть что-то. — Я хочу, чтобы этот разговор остался между нами и не дошел ни до чьих ушей, Сириус.
— При Дамблдоре ты вел себя иначе, — позволил себе ухмылку Блэк. — Я даю тебе слово, что смогу снова стать твоей семьей.
— Ты многое пропустил, пока был в Азкабане, — Гарри сложил руки за спиной, как это любили делать Северус и Люциус. — Ты доверяешь Директору, и это твое право, а теперь извини, меня ждет отец.
— Отец?!
— Северус, — уточнил Поттер. — Он — мой приемный, но отец. До свидания, Сириус.
Не оборачиваясь, Гарри поспешил прочь от злосчастного дивана, не оборачиваясь на крестного. Возможно, он еще пожалеет об этих словах, возможно, Блэк передаст все Дамблдору, но если Поттер хоть что-то понимал, то лучший друг Джеймса сделает все, чтобы заполучить доверие крестника. На это юноша и рассчитывал.
Пока Эмма отсутствовала, ему пришлось научиться самостоятельно быстро и верно обдумывать все, что происходило вокруг. У него больше не был подруги, которая, хоть и загадками, но помогала ему найти верное решение в любой ситуации. Он мог бы попросить помощи или совета у друзей, но боялся, что втянет их в неприятности и придется заплатить «цену».
Гарри медленно брел по оживленному Министерству магии, даже не смотря на лица проходящих мимо волшебников. Они с Северусом договорились, что если разойдутся, то встретятся дома, поэтому юноше некуда было спешить. Положив руки в карманы, Поттер ждал, когда лифт дойдет до нужного ему этажа, и изо всех сил игнорировал любопытные взгляды работников. Гордо приподняв голову, он смотрел поверх их голов, скучающе и даже несколько надменно. Невольно он поймал себя на мысли, что ведет себя не как сын Джеймса и Лили, а Нарциссы и Люциуса. «Да, я определенно стал Малфоем» — подумал Гарри, а потом двинулся к открывшимся дверям лифта.
— А если Сириус расскажет все Дамблдору? — полюбопытствовала Эмма, появившись из неоткуда.
— Мой театр гипогрифу под хвост, но не больше, — бесстрастно пожал плечами юноша, идя в сторону каминов. — Эмма, может, прогуляемся по Косой аллее?
— Слишком шумно, — поморщила свой носик девушка, беря его под руку.
— Значит мне придется идти туда в одиночестве, — усмехнулся Гарри, чуть повернув голову в сторону своей спутницы. — Все еще не хочешь составить мне компанию?
— Мой маленький Повелитель, ты невыносим! — фыркнула Эмма. — Конечно я пойду с тобой!