Глава 30
— Подъем!
Гарри, Драко и Тео подскочили на кроватях, вертя головами из стороны в сторону. Мальчишки еще толком не проснулись и не понимали, что происходит. Быстро нацепив на нос очки, Поттер постарался найти глазами того, кто их разбудит и так и замер на месте:
— Гарри, Драко, быстро вставайте, — уже спокойнее сказа Снейп. — У вас пять минут.
— Северус, что происходит? — спросил Малфой уже откидывая одеяло.
— Профессор, а?..
— Тебя это не касается, — оборвал студента зельевар. — Я жду вас в гостиной, — бросил мужчина, выходя из комнаты.
— Проклятье, — прошипел Драко, натягивая рубашку. — Что такого могло произойти?! Разбудил ни свет ни заря, — ворчал он.
— Точно ничего хорошего, — хмыкнул Гарри.
Когда через семь минут сонные и растрепанные братья вошли в гостиную, где их уже ждали Пэнси, Снейп и, что удивительно, Блейз. Подруга, как и мальчишки, была далеко не бодрой, но идеально собрана. Волосы расчесаны, рубашка идеально заправлена в плиссированную юбочку, и Паркинсон даже успела надеть сережки. Забини, увидев вопросительные взгляды на друзей, лишь неопределенно покачал головой. Они уже хотели спросить, зачем их разбудили, но Северус не дал сказать ни слова и поспешил на выход. Детям ничего не оставалось, кроме как побежать за ним. У зельевара были такие широкие шаги, что они еле поспевали за ним. Дети настороженно переглядывались, но, когда они поняли, что идут в сторону Больничного крыла, напряглись.
— Где Гермиона? — еле слышно шепнул Драко когтевранцу.
— Северус забрал только меня, — так же тихо ответил Забини.
— Можете говорить еще тише, я все равно услышу, — хмыкнул Снейп, резко останавливаясь у дверей лазарета. — Слушайте меня очень внимательно, — дети замерли, ловя каждое слово мужчины. — Вы должны будете сыграть искреннее удивление и недоумение перед остальными. Этой ночью было совершено еще одно нападение, — Гарри почувствовал, как по его спине побежали мурашки.
— Гермиона, — одними губами прошептал Блейз.
— Нет... — Пэнси отшатнулась от преподавателя.
— Увы. Мы не знаем, что она делала ночью в библиотеке. Ее спасло зеркало. Не знаю, почему она заглядывала за угол с его помощью, — по лицу Северуса пробежала тень усталости, но он быстро взял себя в руки. — Вы должны знать, что она в полной безопасности, зелье, которое вернет ее к жизни скоро будет готово.
— Проклятье! — не своим голосом крикнул Гарри, стягивая волосы на голове.
— Гарри, — Пэнси уже протянула руку к другу, но ее перехватил Снейп.
— Проклятье! Проклятье! Проклятье! — Поттер метался по коридору, а его крик превратился в бормотание. — Почему ты не предупредила?! Не сказала?! — спрашивал он у пустоты, когда услышал тихий и нежный голос Эммы:
— Прости, мой маленький Повелитель, я не могла, — на зеленых глазах девушки блестели слезы. Она видела, как мучается мальчик и не могла сдержаться. — Это бы нарушило череду...
— Проклятье! — сново крикнул Гарри, отдернув руки от головы. — Это перешло все границы, — прошептал он, а потом поднял глаза на Снейпа.
— Знаю, — тихо ответил он, — но сейчас вы должны сыграть глупых, ничего не понимающих детей убитых горем. Идите без меня.
***
Пэнси сидела на краешке кровати подруги и тихо плакала, стараясь как можно быстрее вытирать выступающие слезы; Блейз стоял рядом, положив руку на подрагивающее лицо слизеринки, неотрывно смотря на бледное запершее лицо Гермионы; Драко стоял напротив, скрестив руки на груди, закусив нижнюю губу, смотря на лицо одной из немногих магглорожденных, которую уважал, а Гарри... Поттер смотрел на Запретный лес за запотевшим окном Больничного крыла, проклиная Дамблдора, дневник, ту тварь, что живет в Тайной комнате, идиота, который подобрал дневник — все на свете, а главное себя. Он чувствовал на себе ответственность за то, что случилось с Гермионой и не мог ничего с собой поделать, хоть и понимал, что никак не мог это предотвратить.
— Ты не виноват, — прошептала Эмма, обнимая его за плечи.
— Я... — Гарри напрягся всем телом, а потом шумно выдохнул, — я знаю, — прошептал он так тихо, чтобы его услышала только она. — Скажи мне у кого дневник, — прошипел мальчик, чуть повернув голову.
— Ты знаешь, что я не могу.
— Скажи мне у кого это чертова тетрадь, или я не прикоснусь ни к одному крестражу и сам воскрешу Волан-де-Морта! — прорычал Гарри сквозь зубы.
— Ты угрожаешь мне? — холодные руки Эммы соскользнули с плеч мальчика.
— И не только тебе, — зло усмехнулся слизеринец. — Ты не хочешь мне помогать, а из-за этого страдает моя семья. Скажи мне где дневник, если хочешь остаться друзьями!
Некоторое время девушка молчала, прожигая спину Гарри взглядом, но он так и не повернулся. Шумно вздохнув, она приподняла подбородок и усмехнулась краем губ:
— Хорошо, мой маленький Повелитель, но, запомни, у всего есть цена.
— И какова цена? — хрипло спросил Поттер, наконец повернувшись к ней лицом.
— Это ты узнаешь только после. Ты готов пойти на этот риск? — она выгнула левую бровь. — Это может быть что угодно от потерянного пера, до чьей-либо смерти. Ты готов пойти на это ради семьи?
— Готов ли я пойти на это ради семьи? — усмехнулся мальчик. Он сделал шаг к Эмме и заглянул прямо в глаза. — Я пойду на все ради семьи!
— Поговорим позже, — кивнула девушка.
Поттер уже хотел возмутиться, когда двери Больничного крыла открылись и в помещение вошел Дамблдор. Выругавшись сквозь зубы, слизеринец двинулся к друзьям и прошел бы насквозь Эммы, если бы она не растворилась в воздухе за секунду до этого. Гарри остановился рядом с друзьями и закрыл глаза на лишние несколько секунд, чтобы принять образ беззащитного мальчишки. Собравшись, он открыл глаза и с надеждой посмотрел на Директора:
— Она ведь будет в порядке, сэр? — мальчик удивился, как жалостливо звучит его голос.
— Конечно, — улыбнулся старик. — Уверен, в скором времени Мисс Грейнджер вновь вернется к нам. У Профессора Стебель зреет прекрасный урожай мандрагоры.
— Но что за существо нападает на студентов? — пискнула Пэнси, отворачиваясь от Гермионы. — Когда это прекратиться?!
— Мы делаем все, что в наших силах, Мисс Паркинсон и...
— Но этого недостаточно, — грубо оборвал его Драко. — Только по счастливой случайности еще никто из студентов не погиб, — слизеринец посмотрел прямо на Дамблдора. — Что вы будете делать, когда удача отвернется от вас, Директор?
Блейз слушал разговор, но продолжал смотреть на Гермиону, на лице которой застыл ужас. Единственная, кто всегда понимала его, не просила объяснять. Грейнджер стала для него лучшим другом за эти жалкие полтора года, ближе чем кто-либо другой. Забини сел на край кровати и накрыл ее руку своей: «Я обещаю, мы найдем того, кто это сделал...» — подумал он, чуть сжав ее руку: «Я найду...». И он почувствовал что-то. Скосив глаза на директора, когтевранец незаметно вытащил смятый лист бумаги и сунул его себе в карман.
— Директор, мы можем остаться с Гермионой наедине? — Блейз умоляюще посмотрел на старика, хоть его гордость сейчас и материлась хуже сапожника.
— Конечно, — подумав, кивнул Дамблдор, бросив злой взгляд на Драко. — В скором времени, уверен, все придет в норму.
— Мне бы вашу уверенность, — пробормотал Малфой, но его не услышал никто кроме Гарри.
— Смотрите сюда! — Забини сорвался с места, как только двери Больничного крыла закрылись. — Это было у Гермионы в руке, — когтевранец развернул скомканную бумагу.
— Василиск, — прошептала Пэнси. — Неужели...
— Змей, — понимающе кивнул Поттер, а потом сорвался с места.
— Куда ты?! — Драко двинулся за братом. — Гарри?!
— Останьтесь с Гермионой! — крикнул через плечо брюнет, выбегая прочь.
***
Вбежав в выручай-комнату, мальчик рухнул в кресло, и наклонился вперед, пристально вглядываясь в пустоту кресла напротив, когда в нем появилась Эмма. Закинув ногу на ногу, она посмотрела на Гарри без привычного тепла и улыбки, строго, оценивающе, будто видела впервые. Несколько минут они молчали, играя в гляделки, а потом девушка усмехнулась, сложила руки и начала медленно аплодировать.
— Ты уже ставишь условия самой смерти, мой маленький Повелитель.
— Ты не оставила мне выбора, Эмма, — покачал головой Гарри. — Я должен защитить свою семью любой ценой. Я не хочу с тобой с тобой ссориться, но тот, в чьей власти дневник, покусился на тех, кто мне дорог. Такое я не прощу.
— Знаешь, — она с улыбнулась краем губ и задумчиво посмотрела на мальчика. — Я долго ждала, когда же ты наконец начнешь действовать, мой маленький Повелитель.
— И ты никогда не расскажешь почему зовешь меня так, — тихо рассмеялся Поттер. — У кого дневник, Эмма?
***
Весь Хогвартс гудел, как пчелиный улей. Средь бела дня в гостиную Гриффиндора кто-то пробрался и разгромил одну из комнат девочек. Удивительно, но ничего не пропало. Пароль не знал никто, но как-то пробрался внутрь, искал что-то, но, видимо, не нашел.
Гарри скучающе смотрел на возмущенных гриффиндорцев, держа в руках заветный дневник Тома. Мальчик пристально следил за тем, как девчонки с первого курса в сотый раз рассказывают эту историю. Усмехнувшись, Поттер подошел поближе и встал в первом ряду. Раскрыв тетрадь, он начал демонстративно перелистывать страницы, следя за реакцией каждой из них. Только Джинни Уизли, заметив дневник замерла, а потом побледнела. Усмехнувшись, Гарри подмигнул ей, а потом, громко захлопнув тетрадь, развернулся на каблуках и пошел вглубь замка. Стоило ему пройти чуть вперед, повернуть пару руз, как его грубо схватили за руку и развернули. Он не был удивлен, когда увидел перед собой круглое веснушчатое личико гриффиндорки, усыпанное веснушками.
— Это мое! — воскликнула Джинни, попытавшись вырвать тетрадь.
— А! — Гарри не удержался и рассмеялся. — Не так быстро, дорогуша, — он поднял дневник над головой. — Откуда у тебя это?
— Не твое дело! — Уизли подпрыгнула и попыталась забрать «свое.
— Очень даже мое, маленькая ты тварь, — зашипел слизеринец. — Моя подруга, моя семья пострадала от этой вещицы. Я отдам его тебе, не переживай. Знаю, у тебя от него зависимость, — он усмехнулся, видя нетерпение на лице девчонки. — Тебе нестерпимо то, что дневник в чужих руках, да? Кто дал тебе тетрадь?
— Верни... — прохрипела Джинни.
— Кто дал тебе тетрадь?! — почти крикнул Поттер, и от него волной разлилась энергия, которую он не смог сдержать. — Говори!
— Я не знаю, кто мне его дал, — затараторила гриффиндорка. — Она была у меня с начала года. Может, мне подбросили ее, может я ее перепутала, я не знаю... Я...
— Ты не получишь его снова, — констатировал Гарри, начиная идти в другую сторону.
— Но ты обещал!
— Я слизеринец! — усмехнулся мальчишка, махнув рукой на прощание.