Harold | h.s. [rus]

— Номер на двоих, — сказала я женщине за стойкой регистрации в отеле. Она напечатала что-то на своем компьютере и посмотрела через мое плечо на Гарольда, который разглядывал брошюру, и на ее лице появилась улыбка.

— Добро пожаловать в Иллинойс. Вы милая парочка. Значит, номер для пары? — спросила она меня с улыбкой.

— О нет, — отрицала я. — Мы просто друзья ...

— Ну, это она так думает, — внезапно вмешался Гарольд, перегнувшись через мое плечо. — Я совсем другого мнения.

— Так значит, комната с одной кроватью или двумя отдельными? — скептически спросила она.

— Отдельные. Одна, — сказали мы оба одновременно.

Я хотела было открыть рот, но Гарольд просто оттолкнул меня, перегнулся через стойку и посмотрел на нее своими красивыми глазами.

— Ей ещё предстоит признаться в своих чувствах, поэтому она старается держать меня на расстоянии. Поможете старому романтику и дадите нам номер с кроватью королевского размера? — ангельски улыбнулся он ей, выглядя как милый щенок перед канализационной крысой.

— Конечно, номер 243, — подмигнула она Гарольду, который немедленно потащил меня к лифту.

— Что это было? — заверещала я.

— Ты знаешь, что твои попытки держать меня на расстоянии никоим образом не уменьшают мою привязанность к тебе, — усмехнулся он и поцеловал меня в щеку.

— Конечно, какая привязанность, твое возбуждение? — насмешливо спросила я.

— Нет. Не только. Ты просто боишься, что я смогу тебя так хорошо трахнуть, что тебе это понравится. И если бы мы были парой, я каждую ночь не давал бы тебе покоя и заставлял бы тебя кричать, — прошептал он.

— Эмм, но мы не..

— На какой этаж? — спросил мужской голос рядом с нами. Портье.

— Второй, — ответила я, в то время как Гарольд подозрительно смотрел на молодого портье. У парня были черные взлохмаченные волосы и зеленые глаза, которые смотрели на меня, что совершенно не нравилось Гарольду, потому что он обнял меня за талию и прижал так сильно, что мне стало почти больно.

— И откуда же ты? — спросил портье, придвигаясь ближе, не замечая рядом стоящего Гарольда.

— Э ... — лифт остановился, и Гарольд холодно сказал. — Она занята, чувак.

Он вытащил меня из лифта и бросил на портье последний убийственный взгляд.

⟡

Часы показывали 3:12 ночи, и я больше не могла спать. Мы остановились здесь на две ночи.

Гарольд спал как убитый. Научно доказано, что мужчины спят лучше женщин.

Что ж.

Было сложно. Я имею в виду, что Гарольд сложный. Более чем сложный. Больше его перепадов настроения. Он также совершил побег из больницы, и мы расследовали убийство его семьи, в котором он был главным подозреваемым. Несмотря на все это, я не могла избавиться от ощущения, что скучаю по нему, как по дешевому маслу в Сахаре.

С этой мыслью я снова заснула.

Я шла по лечебнице, меня сопровождали голоса пациентов, которые изображали жалкие всхлипывания жертв дьявола.

— Он убил нас! — зашипел кто-то позади меня, и я мгновенно обернулась.

— Кто? — спросила я.

— Он ... здесь. Он придет! Будь осторожна! — скулил он.

Голос вроде бы ниоткуда не доносился, но звучал со всех сторон.

— Я позабочусь о тебе, — внезапно сказал кто-то рядом со мной. Гарольд. Он улыбнулся мне, демонстрируя свои ямочки на щеках, и я сразу почувствовала себя в большей безопасности.

— Никто не причинит тебе вреда. Я этого не позволю, мой ангел, — пробормотал он мне в волосы.

Предупреждающий голос отдалялся все дальше и дальше, и лечебница, казалось, становилась все меньше и меньше ...

⟡

— Итак, я понял, что почти ничего о тебе не знаю, — сказал Гарольд, делая глоток кофе.

Мы сидели в холле отеля, и я чувствовала пристальный взгляд администратора, которая мечтательно на нас смотрела.

С кофе в руке, мы сидели на противоположных диванах и говорили о том и о сём, не говоря ни о кровопролитии, ни о чем. Если честно, было приятно вернуться к нормальной жизни. Даже если с Гарольдом ...

— Мне нечего тебе особо и рассказать, — сказала я, делая еще один глоток слишком горького кофе.

— Тогда я просто возьму и спрошу, — сказал Гарольд, когда понял, что я больше не собиралась продолжать.

— Но не снова эти нескромные вопросы, — прервала я его мысли, после чего он коротко рассмеялся, что привлекло внимание персонала отеля. Они, наверное, думали, что мы симпатичная пара. Если бы они только знали.

— Любимый цвет? — спросил он.

— О, теперь ты переступил черту, — пошутила я, и Гарольд улыбнулся.

— Пурпурный, — я ответила на вопрос. — Твой?

— Серый.

— Что? Никто не любит серый.

— Но я же люблю, — сказал он обиженно.

— Как скажешь, «никто», — хихикнула я, после чего он посмотрел на меня, все еще с улыбкой, но пронзительным взглядом.

— Что-нибудь еще, что ты хочешь знать, — я попыталась снизить интенсивность.

— В какой-то момент тебе придется с этим смириться, мой ангел, — ухмыльнулся он, качая головой. — Какие хобби у тебя были в старшей школе?

— Ну, я была больше похожа на книжного червя и серую мышку. Большую часть времени пропадала в библиотеке. Но меня это устраивало, я была в покое и тишине, и парни не называли меня первой красавицей школы.

— Как бы ты ни принижала себя, моя любовь к тебе не уменьшится, мой ангел, — просто сказал он, но внутренне я замерла на слове «любовь», не привязанность. А любовь. Гарольд, похоже, не собирался развивать эту тему, но продолжал смотреть на меня своими теперь демоническими глазами, в которые я погружалась все глубже и глубже.

Настроение снова изменилось.

Я мимолетно подумала о позапрошлой ночи, единственные доказательства того, что она имела место быть, моя теперь почти зажившая рука и помятая машина, моя машина ... но теперь это казалось бледным воспоминанием.

За последние несколько дней, которые мне показались вечностью, мы сильно сблизились.

Но эти резкие перепады настроения вызывали у меня головокружение.

Тем не менее, я не уклонилась, когда Гарольд наклонился вперед и обхватил мое лицо руками, чтобы соединить наши губы.

Я снова почувствовала головокружение, которое испытываю только от его прикосновений.

И в одном я должна была признаться самой себе. Я не боялась в него влюбиться.

Потому что это уже произошло.