The object of adoration/ Объект обожания

Проснулась от телефонного звонка. Кое-как найдя телефон под кроватью, увидела незнакомый номер. Решила не брать и ещё немного поспать. Сегодня выходной, и мне никуда не нужно. Мысль о том, что Мэтью где-то рядом, согревала меня изнутри, разливаясь теплом по всему телу. Повернула голову, но в кровати его не обнаружила. Простыня с его стороны была холодной — значит, встал давно.

Снова звонок. Закатив глаза, лениво протянула палец к зелёному кружку.

— Да, — проговорила, потирая глаза и пытаясь прогнать остатки сна.

— Доброе утро, Диана, — на том конце провода послышался незнакомый голос взрослого мужчины. Я молчала, ожидая продолжения. — Это Юонг.

В руке что-то кольнуло. Сердце пропустило удар, а потом забилось быстрее, как бешеное. Я ожидала услышать кого угодно, только не его.

— Да, — выдавила из себя, чувствуя, как голос садится.

— Мы можем встретиться сегодня днём? Нам нужно поговорить.

В его голосе не было ничего устрашающего или угрожающего моей жизни. И именно это меня пугало больше всего. Спокойствие перед бурей.

— Я не собиралась сегодня никуда выходить. У меня выходной, — быстро ответила, надеясь, что он отстанет.

— Может, если хорошо подумаешь, ты всё же выделишь мне немного времени, — мужчина выделил «если хорошо подумаешь». Вот это уже звучало как угроза. — Я думаю, нам обоим будет полезна эта встреча.

— Хорошо, — выдохнула, понимая, что спорить бесполезно. — Давайте в три дня. В «Polo bar». Я надеюсь, вы не заблудитесь.

Быстро положила трубку, даже не узнав ответа. Пока приходила в себя после звонка, дверь в комнату открылась.

— Привет, — улыбнулся Мэтью.

Его волосы нелепо торчали в разные стороны, будто он только что встал, но лицо было слишком бодрым для человека, который проснулся несколько минут назад. На нём были только спортивные штаны, и я заметила, как капли воды стекают с его плеч.

— Что это? — сделала круг в воздухе, обводя пальцем лицо Мэтью, когда он сел на край кровати.

— Что там? — он придвинулся ближе, и я почувствовала запах геля для душа.

— Ты прям мистер Позитив сегодня, — улыбнулась, привставая и опираясь на локти.

Он поцеловал меня в уголок губ, и от этого прикосновения по телу пробежали мурашки.

— Что сегодня делать будем? — он наклонился ко мне слишком близко. — У меня осталось всего два дня.

— Давай просто проведём эти два дня вместе, — обняла его за шею, чувствуя, как его руки смыкаются на моей талии. — Мне в обед нужно будет съездить по делам, а потом мы можем сходить в зоопарк. — наклонилась к нему ближе. — С детства хотела там побывать. Или это слишком детское желание, и оно не для мистера Соблазнителя?

— Я постараюсь сделать так, чтобы ты не забыла эти два дня, — он потянулся ко мне, чтобы поцеловать. — И всегда думала обо мне, пока у меня будет тур.

Снова почувствовала свой самый любимый запах, в котором уже нуждалась как в воздухе. Как же быстро всё меняется. Ещё недавно презирала его, а теперь не могу без него. Прошло так мало времени, а этот парень заполонил всё внутри меня. Мне кажется, и дня без него бы не выдержала.

   Он только прикоснулся своими губами к моим, как меня снова накрыла тошнота.

— Да чтоб тебя, — выругалась, вставая с кровати и бегом направляясь в ванную.

   Склонившись над унитазом, пыталась очистить желудок. Позывы были, а вот в желудке не было совершенно ничего. От этого становилось только хуже. Горло резко начало жечь, живот скручивать. Мои волосы обхватили сзади, и Мэтью стал нежно поглаживать мои плечи. По моим щекам непроизвольно потекли слёзы.

   Второй день уже такое состояние. Я устала. Устала от этой тошноты, от этой слабости, от страха, который поселился где-то глубоко внутри. Села на пол и облокотилась спиной о колени Мэтью.

— Всё было так плохо? — чувствовала его холодные пальцы, которые водили по моим рукам.

— Мэтью, мне второй день плохо, — положила голову ему на грудь, чувствуя, как бьётся его сердце. — Мне кажется, я что-то не то съела.

— Может, покажемся врачу? — его голос был мягким, почти шёпотом. — Я не уверен, что нам стоит ехать сегодня в зоопарк или куда-либо ещё.

— Эээ, нет, — поднялась и села напротив него. — Ты обещал, что эти два дня я не забуду!

   Он ухмыльнулся и встал, протягивая мне руку.

---

   В два тридцать я уже была у входа в бар. Осмотрела себя в отражении стеклянной двери. Несмотря на то, что меня выворачивало уже второй день, я не выглядела истощённой или уставшей — казалось, наоборот. На щеках был румянец, а глаза больше испуганные от предстоящей встречи.

   Воспоминания о том, что через пару часов мы встретимся с Мэтью и проведём вместе полтора дня, подтолкнули меня быстрее схватить дверную ручку. Когда зашла, стала искать глазами корейца, но его не было. Села за свободный столик у окна и заказала зелёный чай с мятным печеньем. В этот момент к бару подъехало такси, и из него вышел мой ожидаемый собеседник.

— Здравствуй, Диана.

   Мужчина сел за стол и, заказав кофе, стал меня разглядывать. Ничего не могла понять по его взгляду. Такое чувство, что он пытался скрыть от меня все возможные эмоции, которые я могла у него вызывать. А у меня на лице читалось явное отвращение к этому человеку.

— Так о чём вы хотели со мной поговорить? — старалась держаться как можно увереннее, отпила глоток чая и взглянула на мужчину.

— Диана, ты знаешь, что сейчас Джун в тяжёлом состоянии из-за тебя и твоего друга, — Юонг перевёл взгляд в окно. — И дабы загладить свою вину передо мной и моим сыном, — он повернулся ко мне, — ты будешь вместе с Джуном.

— Что?! — мой голос задрожал. Не могла поверить в то, что услышала пару секунд назад.

— Тебе не послышалось. Я не знаю, что нашёл в тебе мой оболтус, но он слишком много времени потерял на общение с тобой. И мне хочется, чтобы он был счастлив. А ты его делаешь именно таким.

— Вы в своём уме? — перешла на лёгкий крик. — Мы с Джуном — лучшие друзья. Нельзя просто так брать в руки чужие жизни и делать с ними, что вам вздумается. Мы живые люди, а не марионетки на ваших верёвочках. И вы подумали, как отреагирует Джун, если узнает, что потерял меня окончательно и что этому виной стали вы? Потому что я ни за что не соглашусь на ваше «предложение».

   Хотела встать из-за стола, но Юонг схватил меня за запястье, отчего я скривилась, и усадил на место.

— Ты, деточка, похоже, забыла, что случится с твоей семьёй и очаровательным парнем, если мы с тобой не заключим перемирие. — он говорил тихо, но в его голосе звучала сталь. — Твоя взбалмошная мать решила одурачить меня один раз, второй раз я этого не допущу. Но я не такой изверг, каким, возможно, кажусь. Дам тебе время подумать. В твоём распоряжении сорок восемь часов.

   После этих слов он кинул купюры на стол за свой и мой заказ и вышел с ухмылкой из бара. Всё это время я прожигала его спину взглядом. Как же мне хотелось встать и дать ему пинка!

   Переведя взгляд чуть левее, увидела знакомый чёрный джип. «А он что здесь делает?» Забрав рюкзак с соседнего стула, выбежала из здания и направилась к машине.

— Что ты здесь делаешь? Мы же договорились в пять, — перевела взгляд на темноволосого, который сидел и морщился.

— Кто это был с тобой? — его голос был жёстким, и я почувствовала, как внутри закипает паника.

— Ээто... — стала заикаться. Чего-чего, а про Юонга Мэтью точно не стоит рассказывать. — Это друг нашей семьи. Он здесь проездом, хотел маме сюрприз устроить.

— Ваше общение не было таким дружеским, — он сердито посмотрел на меня. — Что ты скрываешь, Харт?

— Ого. Давно ты меня так не называл, — улыблась, пытаясь соскочить с темы. — Так мы едем в зоопарк?

— Не переводи тему, — он крикнул так, что в ушах резко зазвенело. — Говори правду. Кто этот хрыч, и что он делал с тобой?

— Господи, зачем так кричать? — закрыла руками уши, давая понять, что это всё слишком громко. — Это долгая история. Зачем тебе это знать? Это мои дела.

— Я что, левый человек с подворотни? — его голос дрожал от едва сдерживаемой злости.

— Мэтью, уймись и снизь тон, иначе мои перепонки сейчас начнут кровоточить.

— Я жду объяснений, — его тон немного снизился, отчего я удовлетворённо вздохнула.

— Не лезь не в своё дело.

   Как только выпрямила спину и хотела сесть удобнее, в животе что-то закололо, и снова к горлу подступила тошнота. В глазах потемнело, руки онемели. Увидев возле машины урну, быстро выбежала и склонилась над ней.

«Когда это закончится? Это уже не смешно! Неужели Сара была права?»

   Закончив, кинула взгляд на машину. Мэтью сидел внутри и даже не собирался выходить. Открыв дверь и схватив рюкзак, направилась по улице в поисках аптеки.

— Стой! Ты куда пошла? — он схватил меня за запястье и притянул к себе. — Что с тобой случилось? Ты стала другой в последнее время.

— Я осталась той же, Мэтью, — выдернула руку. — Просто ты стал по-другому смотреть на меня.

   Стала отходить назад, всё так же глядя на него.

— А может, это и к лучшему? — крикнула я, чтобы он меня услышал. — Может, нам дают второй шанс, чтобы мы хорошенько всё обдумали?

— Не поступай так, Диана, — он направился в мою сторону, но я вытянула руку вперёд, давая понять, чтобы он остановился.

   Он стоял как вкопанный и смотрел на меня. Из-за какой-то ерунды мы оба раздули из мухи слона. Хотя почему из ерунды? Мэтью изменил мне, избил моего друга, а я, возможно, на пятьдесят процентов беременна от него, и мне нужно подумать над предложением Юонга — стать девушкой Джуна. У меня голова сейчас лопнет. Схватилась за виски и, развернувшись спиной к парню, пошла прочь. Во мне было столько эмоций, но они менялись каждые пять минут.

---

   Выпив за полчаса два литра холодной воды и купив три теста, вернулась и попросилась в туалет прямо в аптеке. Ждать долго не смогла — меня бы сожрало любопытство. Положив два теста на раковину, принялась умывать лицо в ожидании результата. Взглянув на край раковины, почувствовала, как на лбу выступили капли пота.

— Нет... нет... Пожалуйста, — взяла тесты в руки и стала трясти их по очереди. Наверное, слишком хотела увидеть другой результат.

— Деточка, тряси не тряси — это не волшебная палочка, — ко мне подошла женщина в возрасте в медицинском халате. — Результат не поменяется. Стоит осознать содеянное и принять это с позитивом в глазах и душе. Ведь ты зарождаешь новую жизнь. Частичку себя.

   Она взяла мой подбородок в свою руку и провела большим пальцем по моей щеке. Мило улыбнувшись, женщина вышла. А я скатилась спиной по холодной стене на пол. Взявшись руками за голову, не могла собрать мысли в одну кучу.

— Господи, — посмотрела в потолок, и по моей щеке скатилась слеза. — Ну как так? Я не готова. Не сейчас.

   Дрожащими руками взяла тесты снова. Две полоски. На всех трёх. Две яркие, чёткие, без сомнений. Слёзы хлынули новым потоком — не от горя, не от страха, а от осознания того, что внутри меня действительно зарождается новая жизнь. Частичка Мэтью. Частичка нас. А мы есть?

   Сидела на холодном кафельном полу, прижимая тесты к груди, и пыталась дышать. Воздух не хотел входить в лёгкие, лёгкие горели, а в груди разрасталась паника. «Что я скажу маме? Папе? Как я скажу Мэтью? Он уезжает в тур. Через два дня. А у меня... у меня это».

   В голове пронеслись картинки: его улыбка, его руки, его голос. И тут же — его глаза, когда он увидит эти тесты. Что он скажет? Обрадуется? Испугается? Уйдёт?

   Поднялась на ноги, опираясь о стену. В зеркале отражалась бледная, растрёпанная девушка с красными глазами. Я не узнавала себя.

«Сорок восемь часов, — напомнил голос в голове. — У тебя есть время. Подумай».

   Медленно убрала тесты в рюкзак, застегнула молнию и вышла из туалета. Женщина в халате стояла у прилавка и улыбнулась мне. Я выдавила из себя улыбку в ответ — слабую, дрожащую — и направилась к выходу.

   На улице было солнечно. Слишком солнечно для такого дня. Слишком светло для того, что я только что узнала. Остановилась у входа, подняла голову к небу и закрыла глаза. Ветер коснулся лица, и я попыталась успокоиться.

«Я справлюсь. Я должна. Ради себя. Ради него. Ради... ребёнка».

   Открыла глаза. Вдалеке, на другой стороне улицы, стоял Мэтью. Он смотрел на меня. Его лицо было бледным, руки сжаты в кулаки, а в глазах — тревога, боль, мольба. Он ждал. Он хотел подойти, но боялся. Я видела это.

   Я сжала ремни рюкзака, где лежали тесты, и сделала шаг вперёд. Один. Потом другой. Мэтью сделал шаг навстречу.

«Сорок восемь часов, — пронеслось в голове. — Я должна решить. Но сначала... сначала я скажу ему».