Глава 11. Шестьдесят пятый номер
— Сара, так не честно!
Подруга убегала от меня, смеясь, и скрылась за углом. Её смех звенел в ушах, разлетаясь эхом по пустому коридору.
— Адлер, я не буду за тобой бегать!
Вышла из кафе, направляясь к выходу, куда убежала подруга. На улице солнечный свет ударил в глаза, заставив прищуриться. Завернула за угол, надеясь увидеть Сару.
— Ну что, ты видела её? — запыханная Сара возникла рядом, положила руку на плечо, пока выглядывала из-за угла.
— Не кричи, — шикнула на неё. — Нет. Просто вышла и пошла за тобой.
Сразу после этих слов из центра вышла та самая женщина. Тёмно-бордовый спортивный костюм, тёмные очки, короткие тёмно-русые волосы. Она остановилась на мгновение, оглядываясь по сторонам, будто кого-то искала. Никого не найдя, двинулась вдоль улицы.
— Пошли, только тихо, — схватила Сара за руку и на носочках двинулась вперёд.
— А мне тоже нужно на носочках идти? — прошептала Сара, с трудом переставляя ноги в своих лодочках.
— Иди хоть вприсядку, только не шуми.
Шли за женщиной по пустынной улице. Людей, как назло, было очень мало — несколько прохожих, пара машин. Напялили солнцезащитные очки, прятались по углам, старались быть незаметными. Но это ведь не про нас. Сара, не видя серьёзности ситуации, вдруг решила, что она шпион. Сложила ладошки, имитируя пистолет, и пошла за мной, пригнувшись.
— Малыш, тётя Сара тебя прикроет! — прошептала она с таким пафосом, что я чуть не фыркнула.
Она изогнулась в три погибели, прячась за углами, выглядывала, делая выстрелы. Я только закатывала глаза, сдерживая смех.
Женщина свернула в какой-то проулок, потом ещё раз. Мы шли за ней по незнакомым улочкам, мимо ветхих домов и облупившихся стен. Наконец она остановилась возле старого здания, оглянулась и вошла внутрь.
— Только тихо, — прошептала я, поднимаясь на цыпочки к двери.
— Бу!
Обе подпрыгнули на месте. Я вцепилась в руку Сары и застыла, даже не развернувшись. Сердце ухнуло вниз.
— Мама не учила вас, что совать носы в чужую жизнь плохо? — раздался знакомый низкий голос.
— Ты не маньяк случаем? — повернулась и уставилась на Мэтью. Он стоял, прислонившись плечом к стене, скрестив руки на груди, с той самой наглой улыбкой.
— Я? — он притворно удивился. — Для тебя могу им стать. Люблю ролевые игры.
— Что ты здесь забыл? — даже Сара не выдержала.
— Мы договаривались, что я отдам тебе деньги за ремонт, — он пожал плечами. — А вы так заигрались в «шпионов», — он изобразил кавычки пальцами, — что я не удержался. Решил посмотреть, чем это всё закончится. Вы бы себя со стороны видели, — он усмехнулся. — Я, кстати, снял на телефон. Показать?
— Ну вот стоял бы и смотрел дальше, — выплюнула, чувствуя, как внутри закипает злость. — Чего полез-то?!
Злость была не только на него. Из-за него я теряю шанс, которого, может, больше не будет. Женщина внутри, она ждёт. Или уходит. А я стою здесь.
— Ладно, стойте здесь, — бросила через плечо. — Скоро вернусь.
— Ты оставишь меня с... ним?! — Сара указала на Мэтью пальцем и скривилась.
— Ничего, потерпишь, — он отодвинул её палец с лёгкой усмешкой.
Закатила глаза и направилась к зданию.
Внутри оказался отель. Всего три этажа, грязный холл с облупившейся краской на стенах. Регистрационная стойка — старая, деревянная, с выцветшей табличкой. Хлопнула по звонку — раз, другой.
Из двери вышла женщина. Грустная, недовольная, с грязными рыжими волосами, небрежно собранными в хвост. Ей было около пятидесяти, в красной футболке. Нижней части тела не было видно за стойкой.
— Слушаю! — её голос звучал так, будто я оторвала её от очень важного дела.
— Здесь только что должна была проходить моя тётя, мы договаривались встретиться у выхода, но у неё резко забо...
— Деточка, — она перебила меня, и её пальцы сложились в характерный жест — четыре пальца к одному, три раза. — Я хочу слышать столько, — она повторила жест трижды, — а хочу слышать столько, — повторила это же движение один раз.
— Извините, — постаралась улыбнуться, хотя внутри всё кипело. — Вы не подскажете, в каком она номере? Не берет телефон.
— Мы не имеем права распространять такую информацию.
Достала из сумочки пару купюр, просунула их женщине. Её лицо мгновенно преобразилось.
— Шестьдесят пятый номер. Вам на третий этаж, — она быстро сунула деньги в лифчик. От этого зрелища захотелось провалиться сквозь землю.
— Спасибо, — открыла сумку и достала ещё немного купюр, положив их на стол. — А вот так, может быть, вы ещё поделитесь со мной ключом? А то вдруг не смогу достучаться до тёти, а у неё давление высокое. Сами понимаете.
Женщина, подумав, молча забрала деньги и просунула под ладонь старый ключ с выцарапанной цифрой «65».
— Я вам этого не давала, — бросила она и скрылась за дверью.
— Естественно, — прошептала сама себе и направилась к лестнице.
Старая деревянная лестница скрипела под ногами. Грязные стены, облупившаяся краска. Показалось, что в углу мелькнула крыса. Как здесь можно жить? Даже еду страшно представить.
Третий этаж. Дверь с номером «65». Сердце колотилось так, что казалось, его слышно во всём здании. В горле пересохло, руки дрожали.
«Что скажу, если это она? Как себя вести?»
Поднесла ладонь к двери, чтобы постучать. Остановилась. Опустила руку.
Нужно ли это делать? Даже если это она, мама бросила меня, не прислала весточки. Может, я просто слишком хочу увидеть её и ищу в каждой похожей женщине. Но зачем она следит за мной второй день? И до этого чувствовала на себе прожигающие взгляды. Думала, это папины люди. Он часто приставляет их к моему дому и колледжу, чтобы присматривали за мной.
Помотала головой. Снова поднесла ладонь к двери. Не успела постучать. Дверь открылась. Передо мной стояла мама.
Я не верила своим глазам. Она смотрела на меня около двадцати секунд, не двигаясь. В её взгляде читался шок, узнавание, страх. Она хотела что-то сказать, но не могла.
И закрыла дверь.
А я стояла с поднятой ладошкой и открытым ртом.
«Это она. Это точно она. Я уверена».
Хотелось прыгать от счастья. Хотелось кричать. Но тело было ватным, как после долгой болезни.
Только опустила руку, собираясь достать ключ, как дверь снова открылась. Мама стояла на пороге, слёзы текли по её щекам, и она молча всматривалась в моё лицо, будто пыталась убедиться, что я реальна.
Она шагнула вперёд. Я сделала два шага назад. На автомате — сработала самозащита, которую выстроила за пять лет без неё.
— Диана?! — её голос дрожал.
Риторический вопрос. Она улыбнулась, и новая слеза скатилась по щеке.
Стояла в ступоре несколько секунд. А потом — осознание. Передо мной человек, которого ждала два года. Которого молила по ночам присниться. Которого ненавидела и любила одновременно.
Шагнула вперёд. Положила руку на её щёку. Мама вздрогнула. Видимо, ожидала другой реакции. Это было больно.
— Твой голос совсем не изменился, — провела большим пальцем по её щеке, стирая слёзы. Наклонилась к её шее, вдохнула. — Мята. Как я скучала по этому запаху. Он везде и всегда напоминал тебя.
В голове мелькнул Мэтью. Тот же запах. Странно, почему он тоже?
— Можно мне обнять тебя? — голос мамы дрожал.
— Тогда мне можно будет после этого зайти? — улыбнулась, и она ответила тем же.
— Конечно, еношик!
Она притянула меня к себе, сжала с такой силой, что земля ушла из-под ног. Я рыдала у неё на плече, захлёбываясь счастьем и обидой, которые боролись внутри.
Мама вела меня в комнату. Закрыла дверь.
— Мама, можно выглянуть в окно? Там моя подруга. Нужно сказать, что я остаюсь.
— Она может подняться, — мама улыбнулась. Я снова увидела её ямочки.
— Пока не готова делить тебя с кем-то. В другой раз.
Она указала на балкон.
— Балкон напротив.
Вышла. Увидела Сару, ходящую из стороны в сторону. И Мэтью, сидящего на тротуаре и ковыряющего палкой алфавит.
— Сараааа!
Оба подняли головы.
— Ди, что ты там делаешь? — заволновалась подруга.
Увидев моё счастливое лицо, она закричала:
— Да лаааадно?!
Девушка показала «класс», улыбаясь.
— Да, всё хорошо, — кинула ей ключи от машины. — Позже наберу.
Сара поймала ключи и, пританцовывая, пошла прочь. На Мэтью не обратила внимания. Но услышала его голос — громкое недовольное «Отлично!» и палку, брошенную с такой силой, что она отскочила от алфавита.
Улыбнулась и вернулась в комнату. К маме. К ответам. К прошлому, которое вдруг стало настоящим.