-12-
Я создавал защиту Мунго неделю. Это была очень долгая работа, без перерыва и права на ошибку. Ведь если бы я сделал что-то не то, здание бы рухнуло. Но я действительно старался, решив, что в моих силах защищать и создавать, а значит, я должен сделать все правильно. И без ложной скромности мог сказать: это моя лучшая работа. Я был прав, когда думал, что по ходу построения щитов найду выход из ситуации. Я просто создал несколько новых цепочек рун, которые, казалось бы, не могут вместе сосуществовать, но я сам по себе был противоречием половины законов. Почему бы мне не нарушить еще парочку?
Вырезал на несущих столбах необходимое я долго. Но главнее было то, что я смог сделать порталы для перехода, с помощью которых можно было безопасно и безболезненно переноситься, а магия самого госпиталя не позволит нанести вред. Палочка просто не позволит этого. Я сделал запрет на все непростительные и некоторые огненные заклинания. В конце концов, здесь тоже было много каминов, и убирать вообще все заклинания, связанные с пламенем было неразумно. Так что я сделал то, что от меня просили. И мог больше не беспокоиться по поводу Мунго. И если я сам сюда попаду, то буду знать, что мне здесь ничего не угрожает. Ведь на физический вред я тоже смог сделать запрет.
Зарядив защиту и сделав ее самовосполняющийся, благодаря нахождению в госпитале большого количества магов, которые излишки своей магии и вспышки неконтролируемой, отдавали этим щитам. В конце концов, здесь это было обыденностью. В школе было похоже. Но здесь я многое поменял. Все-таки делать все одинаковым смысла не было. Главным была реальная безопасность. И здесь было больше нюансов, ведь действия колдомедиков магия могла бы расценить как вред, поэтому пришлось усиленно изучать этот вопрос. И теперь я мог бы стать неплохим лекарем. Правда, об этом можно особо и не задумываться. Ведь я уже давно выбрал свою профессию. И не жалею об этом.
Вернулся домой я затемно. За все эти дни, что я провёл в Мунго, я не спал, чтобы все успеть сделать, так что я прошел в свою комнату, быстро скинул с себя одежду, воспользовался очищающими чарами, чтобы не тратить время на душ, и завалился спать. Я знал, что завтра нужно возвращаться в школу, поэтому мне нужен был отдых перед этим.
Проснулся я спустя семь часов. Да, довольно долго для меня, но я был очень уставшим и долго не спал. Так что удивляться было нечему. Да и магии за эти дни я много потратил. Как и просто сил. Руки все еще немного побаливали, из-за большого количества кропотливой работы. Все-таки вырезать так много рун было тяжеловато. Я сжал ладони, направив магию в них, и боль тут же прошла. Мне не нужны были привычные заклинания для того, чтобы лечить себя. Я потянулся, посмотрел на часы, отметив, что еще лишь семь утра, и встряхнув головой, встал, щелчком пальцев заправив кровать. Да, жесты были не нужны, но так было забавней. Все-таки я ребенок. Мне простительно делать подобное.
Душ, который я ждал давно, отчистил мои мысли и расслабил мышцы. Было очень приятно совершать столь простое действие, после недели тяжелой и изнурительной работы. Выйдя из кабинки, я протер запотевшее зеркало и стал чистить зубы, глядя на свое немного уставшее лицо. Да, потрепала меня такая деятельность. В следующий раз не нужно так сильно стараться. Лучше бы я потратил больше времени. Но я знал, что я так бы не поступил. Я всегда был слишком увлеченный натурой, когда дело касалось магии или артефактов. А уж сделать из целого здания разумный артефакт с несколькими дополнительными бонусами, было настоящим вызовом для меня. Поэтому отказаться от подобного у меня не было сил.
Сполоснув зубную щетку и прополоснув рот, я вытер лицо полотенцем, и вышел из ванной. В комнате было чисто, как и всегда, так что я оделся частично в форму, мантию спрятав в сумку, а сверху накинув пальто, чтобы никто не заметил значков Хогвартса. Мы хотели прогуляться через маггловский вход, чтобы я прощупал эту защиту. Нужно было проверить многое в магическом мире. Так что я спокойно согласился на этот поход. К тому же мне самому было интересно.
В столовой уже стоял завтрак и Регулус сидел за столом, и пил свой кофе, читая утреннюю прессу. Сириус, судя по звукам, бегал по своей комнате, собираясь. Я спокойно прошел в помещение и занял свое привычное место. Блэк молча протянул мне какое-то письмо. Я спокойно открыл его, заметив, что оно от Энтони. Он писал, что нужно встретиться в поезде, потому что он хочет мне рассказать все о своих праздниках. Я задумался о причине такого странного письма, но решил, что узнаю при встрече. Все-таки чужой разум для меня всегда был открытой книгой.
— Министерство в восторге от твоей защиты для Мунго. Оплата на твоем счете артефактора.
Я кивнул, наливая себе какао. Мне нужно было много сладкого, после этой изнуряющей недели.
— Ты действительно молодец. Но в следующий раз так не мучайся. Лучше поработать подольше, чем не спать неделю. Даже твоему разуму это не просто, должно быть. Так что не проверяй свои способности.
— Я вполне осознаю свои способности. Как и знаю недостатки. И я не так уж и сильно устал.
— Ты спал долго. Я же знаю, что это значит, что ты действительно вымотался.
— Это не так уж и плохо. В конце концов, я все успел сделать до возращения в школу.
Он кивнул, но все равно был недоволен тем, что я делаю многое себе во вред. Хотя, я был не согласен с ним, но спорить с Регулусом было сложно. Послышались шаги, и в столовую зашел Сириус. У него все еще были влажные волосы, так что он встряхнулся и сел на свое место, наливая себе кофе.
— Я практически проспал. Работа закончена? — спросил он меня, а я просто кивнул, так как жевал тост в этот момент. С джемом, разумеется. — Высушишь меня? — спросил он с надеждой, а я просто моргнул, делая его волосы сухими и идеально лежащими.
Когда он делал это сам, то был похож на одуванчик, а у меня, почему-то, хорошо получалась такая магия. Так что мне часто приходилось ему помогать с этим. Пока я был в школе он ходил с хвостиком, чтобы скрыть этот ужас на голове. Он провел рукой по волосам и счастливо улыбнулся.
— Думаю, может по утрам к тебе в школу приходить?
Я фыркнул, чуть не расплескав какао, но пожал плечами, не зная, что лучше ответить.
— Бродяга, как дела в Аврорате? — спросил я, поставив на стол чашку какао, и пододвинув к себе шоколадный пудинг.
— К чему этот вопрос? — удивленно спросил он меня. Потом пожал плечами, и продолжил говорить. — Все хорошо. Подчиненные работают и слушаются, я завален бумагами, на рейды практически не хожу. Ничего необычного не происходит, если ты об этом.
— Понятно, — протянул я, подумав о том, что такая тишина в мире волшебников ни к чему хорошему не приведет. По крайней мере, лично для меня. Ведь я прекрасно понимал, что не просто так меня попросили усилить защиту на главных объектах нашего мира.
В воздухе прямо-таки витала опасность. Хотя, нити магии ничего не показывали мне. Настоящей опасности пока не было. Но я знал, что интуиция тоже имеет место быть, а это означало, что пройдет не так уж и много времени, когда все кардинально изменится для меня. Так что нужно было разрабатывать план. И завербовать своего палача. Я все еще думал о том, что Снейп неплохо бы справился с этой ролью. К тому же яд все-таки лучше, чем проклятие. И незаметней.
Позавтракав, мы поднялись за моей сумкой и отправились на вокзал. Сириус провожал меня, а Регулус ушел в Отдел Тайн. Ведь он для всего мира был давно мертв. И этого уже не изменить, ведь такой была плата главы самого секретного отдела Министерства. Потому и менялись они только после смерти предыдущего главы. Мне было жаль, что мой начальник не может жить так же открыто, как мы. Но он, похоже, не так уж и переживал по этому поводу. Что немало удивляло меня.
Вокзал Кинг-Кросс был шумным и многолюдным. Магов здесь было не так уж и много, ведь многие предпочитали переноситься на платформу с помощью портала, который был доступен для всех семей школьников. Но магглорожденные такое себе позволить не могли. А некоторым просто нравилось проходить сквозь эту стену. Например, Уизли. Они всегда ходили через нее, хотя, я был уверен, что у них был портал прямо на платформу. Просто не мог не быть, ведь их отец был работником Министерства, и такие артефакты им выдавали просто так. С распиской, конечно, не без особых проблем.
Так что их присутствие здесь создавало множество вопросов, но я всегда мог узнать ответ на все, что меня интересует. Решив, что дети вряд ли в курсе, я залез в голову к Молли Уизли. Да, бывшая леди Прюетт даже в мыслях была шумной, и, почему-то, наглой и невоспитанной, что в принципе противоречит тому, как ее воспитывали. После смерти своих братьев и замужеством за Артуром Уизли, она больше не виделась со своей семьей, а точнее отцом, который остался последним представителем, некогда многочисленного рода. Их считали Предателями Крови. Сначала я думал, что это не такое уж и значительное клеймо, но давно уже изучил этот вопрос, узнав, что это легко исправить. Но уже не для них. Ведь Молли стала такой не просто так. Привыкнув жить в достатке, она попросила у отца денег, ведь у ее мужа их не было, а вышла она за него по любви. По крайней мере, она так думала. Но я уже знал, что это было больше подростковым бунтом, чем реальными чувствами. Она хотела противопоставить себя отцу и семье, не желая больше жить в такой строгости и следовать правилам чистокровных семей.
Ее отец, разумеется, отказал дать ей денег, сказав, что она нарушила все законы, и не только магии, ослушавшись отца, и выйдя замуж без ритуалов и не дождавшись семнадцати лет. И забеременев до магического совершеннолетия. Это позволило ее первенцу стать сильным магом, но не ей. Остальные дети становились все слабее. Когда у нее родились близнецы, это был знак того, что магия дает им прощение. Со следующим ребенком проклятие было бы снято. Но она сделала ошибку. Причем роковую.
Ее братья прятались от войны, не желая вмешиваться, да и отец не хотел убивать магглорожденных и противопоставлять себя чистокровным. Тем людям, с которыми он вырос и общался. Поэтому его семья была в нейтралитете. Близнецы Прюетт поставили заклинание хранителя, сделав ключом к тайне свою сестру, думая, что она не предаст. К тому же она сидела с детьми и была беременна девочкой. И магия простила ее семью, даровав ей сильного ребенка и магию, что вновь вернулась к ней в полном объеме. Уизли не были предателями крови ровно три года. Пока Молли не пришла к Дамблдору и не продала своих братьев и отца.
Отец был не дома в тот момент, когда его семью пришли убить. Так что ее план провалился. И деньги Рода ей не достались. Но оставили клеймо на них на несколько поколений. Все чистокровные знали правду. Но не делились этим с другим. А Дамблдор смог внушить своим последователем, что так называют тех, кто поддерживает магглов и объединение с ними.
Нужно сказать, что такая информация была ужасной для меня. Я, тот за кого умерли родители и которого приютили дальние родственники, хотя один из них и был крестным, не мог понять, как можно продать свою кровь. И от этого стало еще противней. Я точно никогда не смогу спокойно общаться с этой семьей. Ведь те, кто стелют себе дорогу в жизнь кровью родных, не заслуживают этой жизни. Но это было не главным, по крайней мере, для меня. Им приказали подружиться со мной, чтобы понять, в чем моя сила и какие у меня способности. А главное, чтобы было больше влияния на семью Блэк и Поттер.
Да, Директор видел во мне опасность, ведь он прекрасно знал, что я действительно отбил Аваду. И совершенно не мог понять, как у меня это вышло. В жертву моей матери он не верил, хотя именно эта версия была донесена до общественности. Поэтому он хотел аккуратно узнать, как меня можно будет убить. Что же, такого я себе позволить не мог. И сближаться с Уизли не собирался, несмотря на то, что это могло бы помочь мне. Но я просто не мог заставиться себя. Не говоря уж об их ужасном воспитании и поведении.
— Сириус! Какая приятная встреча. Провожаешь Гарри? — спросила миссис Уизли.
У нее был не особо приятный голос. Явно крикливый, шумный, суетной. Полная противоположность тому, что был у нее в детстве, пока она еще чтила законы магии и любила свою семью. Я скривился, не желая разговаривать с ней.
— Да, решил прогуляться перед работой, — сказал он, глядя на меня.
Я же молчал, смотря на стену платформы, чтобы понять, как соткана материя, что создавала этот барьер между мирами волшебников и простых людей.
— Гарри, очень приятно тебя наконец-то увидеть. Рон столько о тебе рассказывал! Говорит, ты лучший ученик вашего курса, если не всей школы!
Я удивлённо посмотрел на Рона. И знал, что он это ей не говорил. Всю эту информацию поведал ей Дамблдор, чтобы ей было легче заговорить со мной при встрече.
— Да, я люблю учиться, — просто ответил я, все еще смотря на стену. Я уже понял всю структуру этого плетения материи, и понял, как ее можно улучшить и обезопасить. — Нам пора, — сказал я Сириусу, идя в сторону стены.
Под ошарашенный взгляд Молли мы ушли, и весь путь я чувствовал на своем затылке мишень. Они явно были в бешенстве от моей отрешенности и нежелании общаться. И это могло значить, что скоро мне могут причинить вред. Совершенно случайно, разумеется.
Но я давно был готов к этому. Ведь я прекрасно знал, кто убил мою семью. И каждый день в школе мне было больно, когда я смотрел как он сидел на своем «троне» в Большом Зале и улыбался, покровительственно смотря на учеников школы. Я знал, что эту угрозу нужно устранить. И уже пора было начинать рушить его репутацию. Ведь я знал большинство его секретов. Потому что был в его голове. И не увидел там ничего светлого.
И кто сказал, что Темный Лорд — один? Волдеморт лишь ребенок, которого воспитал Дамблдор, как прикрытие для себя. Директор это делал не в первый раз, но предыдущего пришлось убрать, ведь тот отбился от рук. С этим он уже подобных ошибок не совершал, надев на него ошейник. В прямом смысле. Я даже задумался о том, чтобы освободить Волдеморта. Может на деле он окажется не таким уж и монстром?
Но размышлять о подобном было преждевременно. Я вздохнул, и попрощался с Сириусом, заходя в поезд. Быстро найдя свободное купе, я сел, удобно устроившись и достав книгу. Я вновь оглядел материю поезда, думая о том, что все-таки не все в моих силах. Хогвартс-Экспресс защитить не получится, я не мог придумать ничего, что могло бы помочь движущемуся составу в случае опасности. Поэтому мы решили просто создать порталы, которые были заключены в билеты. Они могут сработать только в случае опасности. Я сделал несколько параметров, так что все должно сработать, отправив детей в Мунго. Лучший выход, на мой взгляд, учитывая, что они могут пострадать до срабатывания портала. Директор знал об этом, к сожалению, но думал, что их создали в Отделе Тайн по общим параметрам. Но его никто не стал разочаровывать. Я действительно сделал их такими, что от обычных порталов не отличишь. Проблем это создать не должно.
Вскоре ко мне в купе зашел Энтони, и я отвлекся от книги и своих размышлений. Мы принялись обсуждать каникулы, мне было особо не о чем ему рассказывать. Да и нельзя, если уж на то пошло. Хотя, он бы и не поверил. Но его послушать было интересно. У него была очень дружная семья, и они всегда придумывали что-то необычное на праздники. На этот раз они отправились в горы, решив, что тропики уже надоели. Учитывая, что жили они там в магических палатках, можно сказать, что неудобств они точно не испытывали. В конце концов, волшебники любили комфорт.
— А еще поднялась такая пурга! Не было видно даже себя самого! Все было настолько белое, что даже глазам было больно, не говоря уж о ветре, который сдувал с ног. Хорошо, что магия хорошо защищает от подобного. А на следующее утро вышло солнце, осветив весь этот снег, он искрил на солнце ярче, чем вода или драгоценные камни, это было прекрасно… — мечтательно протянул Энтони.
Да, он умеет рассказывать. Сразу видно, что он читал не только научную литературу.
— Снег так приятно хрустел под ногами, и нарушать эту гладкость, созданную ветром и непогодой, идя по дорогам, было очень приятно. Ощущали себя первопроходцами.
Я с улыбкой слушал его. И мне было действительно интересно. Я даже не влезал в его голову, наслаждаясь рассказом, и самостоятельно представая то, о чем он говорил.
Ехали мы как и всегда до вечера. И так и не открыли книги, говоря о горах, снеге, зиме и вспоминая разные мифы и легенды, связанные с этим. Не он один любил читать подобные книги. Я в очередной раз порадовался такому знакомому. В конце концов, скучно мне с ним точно не будет. Возможно, со временем я смогу назвать его другом. Конечно, если он не узнает правду обо мне. Хотя он бы мог понять, его мозгов для этого хватит. Но информации о таких как я нет. Так что пока я был в безопасности.