Глава 16
Слабые солнечные лучи пробивались сквозь тяжёлые шторы, освещая комнату тусклым утренним светом. Кэтрин зажмурилась и с недовольным ворчанием перевернулась на другой бок, натягивая одеяло повыше. Её тело ощущалось немного вялым, но не из-за похмелья — она пила в меру. Скорее, это было приятное чувство усталости после бурного вечера, наполненного смехом, соревнованиями и неожиданно хорошей компанией.
— Доброе утро, спящая красавица, — раздался насмешливый голос Литы.
Кэтрин тихо застонала и зарылась лицом в подушку, не желая пока сталкиваться с реальностью.
— Не уверена, что оно доброе, — пробормотала она, голос ещё сонный.
— О, конечно. Тебе же нужно восстановиться после ночи с грифиндорцами, — усмехнулась Лита, перекидывая ногу через край своей кровати.
Элина, которая сидела у зеркала и аккуратно расчёсывала длинные волосы, с улыбкой взглянула на Кэтрин через отражение.
— Интересно, ты хотя бы понимаешь, как это звучит? — спросила она, приподняв бровь.
Кэтрин, наконец, повернулась на спину и уставилась в потолок.
— Хватит меня дразнить, — лениво протянула она.
— Но мы только начали, — фыркнула Лита. — Так как прошло твоё ночное приключение?
— Никаких приключений не было, — честно ответила Кэтрин, садясь и поправляя волосы.
— Правда? — Элина повернулась к ней на стуле, скрестив руки на груди. — Странно, а ты выглядишь так, будто что-то скрываешь.
Кэтрин внутренне напряглась, но старалась сохранить невозмутимое выражение лица.
— Да просто устала. Там было шумно, много народу.
Лита фыркнула и перебросила журнал с коленей на тумбочку.
— Ага, конечно, просто устала, — протянула она с явным скепсисом. — И ты хочешь сказать, что ничего интересного не произошло?
— Абсолютно ничего, — уверенно заявила Кэтрин.
— Ну-ну, — Лита ухмыльнулась. — И как, по-твоему, отреагирует Эдмунд, когда узнает, где его любимая провела вечер?
Кэтрин закатила глаза.
— Эйвери не должен об этом знать.
Лита прыснула от смеха и театрально покачала головой.
— Лестрейндж, да ты коварная девушка.
Кэтрин только улыбнулась.
Элина продолжала внимательно наблюдать за подругой, словно пыталась её разоблачить.
— Но если он всё-таки узнает, то, боюсь, Поттеру будет несладко, — заметила она.
Кэтрин задумалась. Эдмунд действительно был ревнивым. Хотя они встречались не так давно, он уже несколько раз давал понять, что не потерпит рядом с Кэтрин «непрошенных ухажёров». А если учесть, что Поттер был не просто каким-то учеником, а гриффиндорцем, ситуация могла принять совсем неприятный оборот.
— Поэтому он и не узнает, — спокойно сказала она, вставая с кровати и направляясь к комоду за формой.
Лита и Элина обменялись взглядами, но продолжать тему не стали.
Кэтрин быстро переоделась, расчесала волосы и нанесла лёгкий макияж. Несмотря на лёгкую усталость, она выглядела свежей и собранной.
— Ладно, хватит разговоров. Пора завтракать, — заявила она, хватая мантию и направляясь к выходу.
— Так ты так и не скажешь, что произошло после того, как ты ушла? — с любопытством спросила Лита, следуя за ней.
Кэтрин бросила на неё многозначительный взгляд, но ничего не ответила.
— О, это начинает становиться интересным, — хихикнула Элина, выходя из комнаты вслед за ними.
***
Тяжёлые двери в класс трансфигурации со скрипом открылись, и студенты потянулись внутрь. Кэтрин шагнула в просторный кабинет, наполненный ровным светом от огромных окон. В воздухе ощущался слабый аромат пергамента, древесины и магии, пропитавшей стены за годы обучения.
Она на мгновение задержалась у входа, глубоко вздохнув. Ей предстояло работать а Реддлом, и это совсем не радовало её. Напряжение между ними после вчерашнего разговора в коридорах подземелий висело в воздухе, невидимой нитью натягиваясь между ними.
Она перевела взгляд вглубь кабинета, где Том уже занял место у стола и неспешно перелистывал страницу учебника. Он выглядел безупречно, как всегда: аккуратно уложенные тёмные волосы, строгая мантия, тонкие пальцы, неторопливо пробегающие по жёлтоватому пергаменту.
Но главное — его глаза.
Когда он поднял на неё взгляд, Кэтрин почувствовала, как её тело моментально напряглось. Тёмные, изучающие, с легкой насмешкой, словно он знал что-то, чего не знала она.
Она подняла подбородок и уверенно направилась к нему.
— Надеюсь, ты уже подготовился, — бросила она, опускаясь на стул напротив.
Том медленно закрыл книгу и сложил пальцы домиком, пристально наблюдая за ней.
— Считай, что тебе повезло, — произнёс он бархатным голосом. — Мне не пришлось тратить время на объяснение основ.
Кэтрин прищурилась.
— Что ж, тогда давай без лишних слов.
Она вытащила палочку и положила перед собой небольшую серебряную монету — объект их сегодняшнего задания. Нужно было превратить её в живую мышь, один из сложных, но базовых элементов трансфигурации.
Том лениво наклонил голову, наблюдая, как Кэтрин разминает пальцы, готовясь к заклинанию.
— Ты напряжена, — заметил он, голос его был тихим, но пробирал до костей.
Кэтрин бросила на него раздражённый взгляд.
— Я сосредоточена.
Том медленно кивнул, но по его лицу скользнула едва заметная ухмылка.
— Конечно, — протянул он.
Она сжала палочку и направила её на монету, мысленно повторяя формулу заклинания. Магическая энергия заклубилась в воздухе, искры пробежали по серебристой поверхности.
Но вдруг Кэтрин почувствовала, как кто-то чуть наклоняется ближе.
Его дыхание почти касалось её кожи.
Тепло его присутствия обожгло её шею, заставляя мелкие мурашки пробежать по спине.
— Ты слишком скована, Лестрейндж, — его голос был бархатным, но с явной насмешкой.
Она едва удержалась, чтобы не развернуться и не врезать ему локтем.
— Реддл, ты мешаешь, — процедила она сквозь зубы.
Том наклонился ещё чуть ближе, его губы почти коснулись её уха.
— Напротив, — прошептал он, — я пытаюсь помочь.
Кэтрин резко выдохнула, стараясь не показать, насколько он её задевает.
— Почему бы тебе не сосредоточиться на своей монете? — бросила она, не поворачивая головы.
Том отстранился, но его присутствие по-прежнему ощущалось слишком отчётливо.
— Мне интереснее наблюдать за тобой, — произнёс он спокойно.
Кэтрин сжала палочку крепче, направляя всю свою волю в заклинание.
— Мутатио роденти! — чётко произнесла она.
Монета задрожала, на её поверхности появилась шерсть, потом маленькие лапки, хвост... Но едва мышь сформировалась полностью, как она испуганно дёрнулась и вновь превратилась в холодный кусочек металла.
Кэтрин раздражённо стиснула зубы.
Том ухмыльнулся.
— Ты была так близка, но что-то тебя отвлекло.
Она резко повернулась к нему.
— Ты.
Он мягко рассмеялся, но в этом смехе было что-то хищное.
— Правда?
Её раздражение росло с каждой секундой.
— Дай мне спокойно закончить задание.
— Конечно, — он развёл руками, как будто соглашался. — Только учти, Кэтрин...
Она подняла на него глаза, ожидая подвоха.
Том приблизился, не касаясь её, но снова войдя в её личное пространство.
— У тебя есть привычка совать нос не в свои дела, — сказал он тихо, но в его голосе звучал скрытый предупреждающий тон.
Кэтрин затаила дыхание.
Она сразу поняла, о чём он говорит. О вчерашнем вечере. О её любопытстве. О том, что она подслушивала за дверью.
Том медленно выпрямился, всё так же наблюдая за ней своими внимательными глазами.
— Лучше избавиться от этой привычки, пока она не привела тебя к чему-то... нежелательному.
Кэтрин холодно посмотрела на него.
— Спасибо за заботу, но я как-нибудь разберусь сама.
Его губы слегка дёрнулись, но он ничего не ответил.
Том поднял палочку и спокойно произнёс заклинание.
Его монета мгновенно превратилась в идеально сформированную мышь, которая завизжала и попыталась убежать.
Кэтрин стиснула зубы.
Этот парень бесил её.
И в то же время...
Она не могла отрицать, что между ними витало что-то, что заставляло её сердце биться чуть быстрее.
***
Вечерние сумерки опускались на замок, окутывая коридоры длинными тенями, от которых мраморный пол казался ещё холоднее. Свет факелов играл на стенах, отбрасывая мерцающие отблески, а слабый ветерок из высоких окон шевелил тяжёлые портьеры.
Кэтрин шагала по коридору, прислушиваясь к звукам замка, но кроме далёкого гомона учеников, доносящегося из Большого зала, и мерного эха её собственных шагов, ничего не слышала. Её мысли были сосредоточены на одном — на той тайне, которую она чувствовала кожей, но не могла пока до конца понять.
Её кольцо.
Том.
И их родословная.
Она не знала, почему эти вещи связывались в её голове, но интуиция подсказывала, что ответ скрывается где-то рядом.
Её взгляд скользнул по коридору, и она заметила одинокую фигуру, стоящую у окна.
Алек.
Его силуэт чётко вырисовывался на фоне сумеречного неба. Он опирался плечом о стену, скрестив руки на груди, и задумчиво смотрел на пустынный внутренний двор.
Кэтрин на мгновение замедлила шаг, обдумывая, стоит ли подходить.
Но колебаться было нельзя.
Она вздохнула и двинулась к нему, каблуки её ботинок глухо постукивали по каменному полу.
— Одинокий мыслитель, — тихо заметила она, подходя ближе.
Алек даже не вздрогнул, словно знал, что она здесь. Только слегка повернул голову, скользнув по ней оценивающим взглядом своих тёмных глаз.
— Кэт, — коротко кивнул он, но в голосе его не было раздражения.
Она встала рядом, опираясь на прохладный камень подоконника, и посмотрела вниз.
Несколько мгновений они молчали.
— Я хотела тебя спросить кое о чём, — наконец заговорила Кэтрин, повернувшись к нему.
Алек вскинул бровь, но жестом дал ей понять, что слушает.
Она провела пальцами по краю подоконника, обдумывая, как лучше сформулировать вопрос.
— Что ещё ты знаешь о нашей бабушке по материнской линии? Изольде Девиль?
Глаза Алека на мгновение сузились, но выражение лица осталось бесстрастным.
— Ты до сих пор ищешь некую информацию. Когда ты уже успокоишься, Кэт.
Кэтрин пожала плечами.
— Просто,тут что-то не так. Мы никогда не говорили её происхождении.
Алек перевёл взгляд на звёздное небо за окном, словно обдумывая её слова.
— Она училась в Дурмстранге, — наконец произнёс он.
Кэтрин моргнула.
— Правда?
— Да. В отличие от остальной семьи, — добавил он. — Все Девили и Лестрейнджи всегда обучались в Хогвартсе, как и большинство старых чистокровных родов. Но Изольда была исключением.
Кэтрин нахмурилась, пальцами касаясь своего кольца — привычка, выработанная за годы.
— Это странно. Почему?
Алек слегка пожал плечами.
— Разные причины. Возможно, её родители были связаны с Дурмстрангом. Возможно, там были определённые знания, которые они хотели, чтобы она получила.
Кэтрин задумалась.
— А если наш дед тоже учился там?
Алек повернулся к ней, его тёмные глаза внимательно изучали её лицо.
— Ты слишком увлекаешься этими мыслями, Кэт.
— Может быть, — признала она, но её это не останавливало.
Он вздохнул, убирая прядь тёмных волос с лица.
— Если ты действительно хочешь узнать больше, в библиотеке есть книга, где перечислены все магические учебные заведения мира.
Глаза Кэтрин вспыхнули интересом.
— Где?
Алек задумчиво провёл пальцем по подоконнику.
— Раздел исторических архивов. Она не запрещена, но мало кому интересна.
Кэтрин улыбнулась.
— Спасибо, братец.
Он хмыкнул.
— Не увлекайся, сестрёнка. Иногда ответы, которые мы ищем, оказываются не теми, что нам хотелось бы найти.
Она закатила глаза.
— Ты драматичен.
Алек слегка усмехнулся, но в его взгляде было нечто большее.
— Просто будь осторожна, Кэт.
Она ничего не ответила, но в душе уже знала, что пойдёт в библиотеку.
***
Тихие шаги Кэтрин Лестрейндж раздавались по длинным коридорам Хогвартса. После разговора с Алеком она не могла выбросить из головы его слова. Дурмстранг. Изольда Девиль. Возможно, и её дед учился там? Если так, то кто он был?
Мысли клубились в её голове, переплетаясь с тревожными догадками. В её семье было слишком много тайн. Время их раскрывать.
Библиотека встретила её привычной тишиной. Воздух был пропитан ароматом старых книг, пыльных страниц и чернил. Огромные книжные шкафы возвышались над ней, словно древние стражи знаний.
Кэтрин направилась вглубь библиотеки, туда, где находился раздел исторических архивов.
Она скользнула пальцами по корешкам книг, пробегая взглядом названия. «История магии Британии», «Чистокровные роды Европы», «Исчезнувшие дома». Всё не то.
— Ищешь что-то конкретное, Лестрейндж? — раздался за её спиной спокойный голос.
Кэтрин вздрогнула.
Оборачиваясь, она встретилась взглядом с Альфардом Блэком.
В отличие от своих родных, Альфард не казался зацикленным на крови и фамильной гордости. Он был единственным из этого семейства, с кем Кэтрин могла нормально поговорить.
— Блэк, — ровно поздоровалась она. — Ты всегда так подкрадываешься?
Он усмехнулся, скрестив руки на груди.
— Прости, но ты выглядела слишком погружённой в поиски. Что ищешь?
Кэтрин прикусила губу, обдумывая, стоит ли ему рассказывать. Впрочем, какой смысл скрывать?
— Книгу про магические учебные заведения, — ответила она.
Альфард приподнял бровь.
— Необычный выбор.
Кэтрин пожала плечами.
— Просто захотелось узнать кое-что.
Он кивнул, принимая её ответ.
— Думаю, я видел такую вон там, — он махнул рукой в сторону дальних стеллажей.
Они вместе направились туда. Альфард внимательно изучал полки, а Кэтрин следовала за ним, время от времени оглядываясь по сторонам.
— Нашёл, — через минуту сказал он, вытаскивая массивную книгу в тёмно-синем кожаном переплёте. На обложке золотыми буквами было выгравировано: «Академии магии: История великих школ».
Кэтрин взяла её из его рук, пробежав пальцами по тиснённым буквам.
— Спасибо, Блэк.
Альфард улыбнулся.
— Всегда рад помочь, Лестрейндж.
Он слегка наклонил голову, затем, не говоря больше ни слова, развернулся и направился к выходу.
Кэтрин уселась за массивный дубовый стол, осторожно раскрыв книгу «Академии магии: История великих школ». Огромный фолиант издавал слабый запах старых страниц, а тёплый свет парящих свечей отражался в золотых буквах заголовков.
Она водила пальцем по оглавлению, отыскивая раздел о Дурмстранге.
— Вот он... — пробормотала она, переворачивая страницу.
Кэтрин жадно вчитывалась в строки. Описание школы было подробным: её основал норвежский колдун Хервард Мрачный, Дурмстранг славился суровыми методами обучения и предпочтением к магии боя. В тексте также упоминались известные выпускники, но среди них не было ни Изольды Девиль, ни каких-либо знакомых фамилий.
Она раздражённо перелистнула страницу, пробежав глазами список великих директоров школы.
— Всё не то...
Ей нужна была информация обо всех студентах, когда-либо учившихся в Дурмстранге. Но в этой книге её не было.
Кэтрин глубоко вздохнула, пытаясь понять, где ещё можно найти такие данные. Может, в Министерстве Магии? Нет, туда ей доступ закрыт. Или в архиве самого Дурмстранга? Это тоже невозможно.
Она потёрла виски, чувствуя, как её одолевает усталость. Глаза слипались.
— Чёрт, — пробормотала она, чувствуя, как веки становятся тяжёлыми.
Кэтрин не заметила, как её тело расслабилось, а голова опустилась на раскрытые страницы книги.
Тьма.
Она стояла в пустоте, окутанной серебристым туманом.
Перед ней возник силуэт мужчины. Высокий, с длинными белыми волосами, в тёмной мантии. Его лицо оставалось в полумраке, но холодные, пронизывающие глаза выделялись.
— Ты опять, — сказала Кэтрин, сжимая кулаки.
Мужчина чуть склонил голову, внимательно глядя на неё.
— Наконец-то, — произнёс он низким голосом. — Теперь я понимаю, почему наша связь так сильна.
— О чём ты говоришь? — нахмурилась Кэтрин. — Почему ты мне постоянно снишься?
— Ты ищешь ответы, — мужчина скрестил руки на груди. — И я могу помочь тебе их найти.
Кэтрин сжала губы.
— Где?
— Список всех студентов Дурмстранга хранится не в школе, а в Главной библиотеке в Косой аллее, — ответил он.
Она резко подняла голову, собираясь спросить что-то ещё, но мир вокруг дрогнул.
— Запомни, Кэтрин, — голос мужчины эхом разнёсся по пустоте. — Ответы ближе, чем ты думаешь.
Она вздрогнула, распахивая глаза.
Библиотека. Полумрак.
Кэтрин резко села, ощущая, как сердце бешено колотится.
Сон. Это был всего лишь сон... или нет?
Она провела рукой по лицу, осмысливая услышанное.
Главная библиотека в Косой аллее.
Она знала, что делать дальше.
***
Кэтрин быстрым шагом шла к своей комнате, мысли её были заняты событиями последних часов. Она всё ещё ощущала странное напряжение от сна в библиотеке, а слова загадочного мужчины эхом отдавались в её голове. Но как только она подошла к двери, её внимание привлёк приглушённый звук.
Всхлипы.
Она резко остановилась, прислушиваясь.
Изнутри комнаты доносился тихий, прерывистый плач.
Кэтрин нахмурилась.
Лита?
Она попробовала открыть дверь, но та оказалась заперта.
— Алохомора.
Щелчок. Дверь мягко распахнулась.
Перед ней, сидя на кровати, сгорбившись и закрыв лицо руками, плакала Лита.
Как только Лита услышала шаги, она резко вскинула голову и тут же начала вытирать слёзы, стараясь скрыть следы своего горя.
— Кэтрин, — голос её был хриплым, но она попыталась изобразить лёгкую улыбку. — Ты уже вернулась?
Кэтрин нахмурилась и закрыла дверь за собой.
— Лита, что случилось?
— Ничего, — поспешно ответила девушка, отворачиваясь.
Кэтрин прищурилась.
— Не ври мне.
Лита нервно усмехнулась, но её пальцы всё ещё сжимали подол мантии.
— Просто дурацкий день, вот и всё.
Кэтрин сложила руки на груди.
— Это из-за Абраксаса?
Лита вздрогнула.
— Потому что если он тебя обидел, — продолжала Кэтрин, в её голосе зазвенела угроза, — я ему устрою такую взбучку, что он пожалеет, что вообще родился.
Лита подняла глаза и покачала головой.
— Нет, Малфой тут ни при чём.
— Тогда в чём дело?
Лита отвернулась, нервно теребя край рукава.
— Кэтрин... Я... — Она тяжело вздохнула, прежде чем продолжить. — Обещай мне, что никому не расскажешь.
Кэтрин села рядом и взяла её за руку.
— Клянусь.
Лита ещё раз глубоко вдохнула, а затем заговорила.
— Это связано с моей тётей...
Кэтрин нахмурилась.
— Твоей тётей?
Лита кивнула, опустив взгляд.
— Тётя Винда Розье... Она была единственной, кого я любила из всей нашей семьи.
Кэтрин молчала, внимательно слушая.
— Она была особенной, — Лита грустно улыбнулась. — Не такой, как остальные Розье. Она не жила по строгим канонам чистокровных семей. Она была... свободной.
Кэтрин немного удивилась. Она никогда раньше не слышала, чтобы Лита говорила о своей тёте.
— Она не подчинялась никому, всегда поступала так, как хотела. А я... — Лита сглотнула, её голос дрожал. — Я всегда ждала её на семейные праздники.
Лита замолчала, словно не решаясь сказать что-то важное.
Кэтрин осторожно спросила:
— Что случилось?
— Она... — Лита прикрыла глаза. — Она отреклась от нашей семьи.
Кэтрин нахмурилась.
— Как это?
— Отец сказал, что её больше нет. Для нас.
— Почему?
Лита крепче сжала кулаки.
— Потому что она пошла к Гриндевальду.
В комнате повисла гробовая тишина.
Кэтрин застыла, её сердце пропустило удар.
— Что?..
Лита кивнула, глядя в одну точку.
— Она стала одной из его приближённых. Почти его правая рука.
Кэтрин не знала, что сказать.
— Но... твой отец...
— Он её вычеркнул, — Лита горько усмехнулась. — Сказал, что она опозорила нашу семью.
Кэтрин медленно вдохнула.
— Но ты ведь любила её...
— Да. — Голос Литы дрогнул. — И теперь, возможно, я её никогда не увижу.
Она закрыла лицо руками, пытаясь сдержать новые слёзы.
Кэтрин молча обняла её, позволяя Лите выплеснуть боль.
Долго они сидели так, молча, в тишине.
И только тихие всхлипы Литы наполняли комнату.