1.07.2013
Йогурты с персиком, расчитанные на 50 человек, почти закончились через две недели.
Слава богу, у меня есть бумага и целый набор ручек. Я веду календарь. Еще помню, сколько месяцев в году и сколько дней в каждом из них. По моим расчетам, начался июль. Вчера было ровно две недели с пожара. Мой последний шанс выжить пролетел как фанера над Парижем. Стараюсь не паниковать. Но сейчас на меня накинулись мысли о семье. О маме, о сестре. О подруге, которая хотела помочь мне. О подруге, по вине которой я сейчас здесь. О других друзьях, и о тех, чьих имен я уже не помню. Но я помню свое. Габриэль. Фамилия - Роузесси. Дата рождения - 15.02.1996. Четыре часа утра. Это я помню давно, лет с шести, когда родители вели меня по врачам, а я называла свои данные. Они так хорошо въелись мне в память, что я могу написать их на бумаге с закрытыми глазами. Единственное, что не может остаться у меня в памяти, так это то, как спасатели оставили меня умирать.
Здесь очень скучно. Единственное, что я могу делать - это спать, писать в дневнике, гулять по комнатам и рыться в чужих сумках в поисках чего-то полезного.
Каждое утро я просыпаюсь с надеждой, что все это сон, что я дома лежу в теплой постельке. Позавтракав персиковым йогуртом, я иду разгребать сумки.
Рядом с выходом наверх обнаружилась еще одна дверь, которая, судя по всему, являлась туалетом для служебного персонала, что для меня было очень хорошо. Когда я ее открыла, я услышала тик. Это были часы! Настоящие часы! По ним теперь я определялась, когда надо есть, когда спать. Просто благословление Богов какое-то.
В два часа дня я опять ем и иду засчитывать день на моем "календаре". Хотя это и календарем сложно назвать. Каждый день я отмечаю черточку на стене подвала с помощью перочинного ножика, найденного чудом в одной из сумок. После отметки я пишу в этот дневник, закусывая черствым куском хлеба.
Слава Богу, что я хотя бы жива.
Интересно, о чем сейчас думают мои друзья? О чем думает Китти?