I'm Sorry...

27.11.2021

Большой дом был наполнен запахами еды. Вкусный ужин стоял на столе. Бэкхён накрывал на стол, а близнецы Джиён и Джина помогали своему дедушке. Чимин нарезал огурцы. Сегодня день рождения Пак Чанёля, главы этой не очень большой, но дружной семьи. Самого именинника в доме ещё не было.

Сегодня альфе исполняется пятьдесят четыре года. Чанёля можно считать самым счастливым альфой в мире, ведь у него есть любящий муж, что на протяжении уже вот тридцати четырех лет рядом с ним. Любимый и в ответ любящий его сын, что не просто сделал жизнь ярче своим появлением на свет, но и подарил своему отцу двух замечательных внуков. Чанёль в своей семье имеет уважение от всех членов семьи, а Джуён и Джина считают деда примером для подражания.

Чанёль стал для близнецов не просто дедушкой, но и отцом, которого у них, к сожалению, не было.

Но близнецы даже не заметили отсутствия отца. Про семьи, где у детей нет одного из родителей, говорят, что они неполноценные. Но это слово нельзя употреблять в сторону семьи Пак, ведь она была полноценной, даже несмотря на то, что биологического отца не было рядом с детьми.

Вечер близился к девяти часам. Всё уже готово. Входная дверь скрипнула, пропуская в дом небольшой сквозняк и виновника торжества.

Пройдя в глубь дома, альфа остановился.

— В честь чего такой праздник? — Пак-старший откинул свой пиджак на кресло.

— Как это, в честь чего? — Удивился Бэкхён. — Любимый, у тебя сегодня день рождения, — напомнил мужу старший омега.

— Разве не через неделю? — Нахмурился альфа, присаживаясь в центре стола. По правую руку от Чанёля сидел Бэкхён, а по левую — Чимин. Джина сидела рядом с дедушкой Бэкхёном, а Джиён —с Чимином.

— Отец, ты совсем уже заработался, — качал головой Чимин, пока накладывал еды в тарелку альфы. — Тебе нужен отпуск.

— Сейчас слишком много работы, я не могу уйти, — приступил к ужину альфа.

— Я думаю, что без тебя компания не развалится, — закатив глаза, сказала Джина, нанизывая на вилку брокколи.

— Так, давайте закроем тему про работу. Мы собрались сегодня здесь не для этого, — Бэкхён разлил шампанское по фужерам взрослых, а внукам налил апельсиновый сок.

— Дорогой, сегодня твой день рождения. К сожалению, твой подарок ещё не успел прийти, но в ближайшие дни будет здесь. Его мне помогали выбирать Джина и Джиён.

Альфа улыбнулся и кивнул. Чанёлю было приятно не знание того, что ему подарят подарки или что-то подобное, а то, что вся его семья в сборе.

Чимин поднялся со своего места и направился в сторону прихожей, где висела его сумка. Достав из одного из карманов прямоугольную коробку, Чимин вернулся за стол и передал ее отцу.

— Это подарок от меня и детей, — поставив руки на стол и облокотившись на них, омега стал смотреть, как старший альфа распаковывает свой подарок.

В коробке лежали часы, о которых давно мечтал Чанёль, но всё никак не было времени сходить за ними в магазин.

Однажды альфе попались эти часы в интернете, когда он работал. Невзначай сказав о своем желании сыну, Чанёль и подумать не мог, что Чимин запомнит.

И вот наконец новые Rolex Watches красовались на запястье Пака.

— Деда, тебе идёт, — подмигнула Джина, с улыбкой смотря на любимого дедушку.

— Боже, Чимин-а, зачем? — Не мог налюбоваться часами Чанёль.

— Можешь считать это подкупом, — неловко чесал затылок Чимин.

— Не понял. Что ты имеешь в виду? — нахмурил брови альфа.

— Отец, я должен уехать, — не решался смотреть в глаза родителя Чимин. — И детей забрать с собой.

— Куда это? — Не сдавался Пак. Он хотел знать всё.

— В Корею, — наконец поднял голову омега. — Я должен вернуться в Корею.

— Зачем тебе это, Чимин-а? — Отложив столовые приборы в сторону, спросил альфа. — Это так необходимо?

Чимин кивнул.

— Отец, мне предложили расширить компанию. У меня будет больше моделей, больше контрактов, больше возможностей. Я смогу чаще выпускать новые коллекции. Этот переезд того стоит. Он поможет мне.

Чимин боялся этого дня. Боялся того, как отреагирует на новость Чанёль, ведь он был категорически против возвращения сына в Корею. Младший омега уже заводил подобный разговор с отцом лет так пятнадцать назад, когда Чимин только закончил школу и решил вернуться в Корею. Омега хотел продолжить обучение на своей родине, но не вышло. Тогда случилась самая большая ссора между отцом и сыном.

— Раз так, и ты всё решил, — Чанёль поднял бумажную салфетку со стола и вытер губы от жира, которым сочилось мясо. — Это твой выбор, мне ничего не остаётся, кроме как поддержать тебя.

Отложил грязную салфетку на стол глава семьи.

— Что? — Не понял Чимин и, вытаращив глаза на родителя, изумлённо спросил. — Я не ослышался?

— Нет. Я говорю, это твой выбор, — пожав плечами, сделал глоток шампанского альфа.

— И не будет никаких скандалов, попыток меня остановить? — Продолжал с подозрением смотреть на отца Чимин.

— Сынок, ты уже взрослый. Я не могу тебя остановить. У тебя своя голова на плечах. Я думаю, что перед тем, как принять предложение, а я так понимаю, ты уже его принял, — Чанёль смотрел на сына внимательно. Чимин кивнул в подтверждение слов родителя, — ты всё обдумал и взвесил все положительные и отрицательные стороны этого предложения.

— Но почему ты был против в тот раз?

— Чимин, тебе было восемнадцать.

— И что? Я уже был совершеннолетним.

— Боже, сын, речь идёт вовсе не о возрасте. У тебя на руках было два маленьких ребенка. Да ты сам ещё тогда был ребенком. Только закончил школу, как решил сбежать из дома в другую страну. Мы с папой не смогли бы полететь за тобой, — Чанёль хотел продолжить говорить, но был перебит.

— Отец, я же не просил вас ехать со мной.

— Ты меня не слушаешь и не можешь понять, к чему я веду, — качал головой старший Пак. Чанёль взял ладонь сына в свою и продолжил. — Ты бы не справился там один. Ты бы сломался. На тебе была бы учеба, дети, домашние дела. Это я ещё не называл работу, чтобы ты мог хотя бы прокормить себя и детей, не то что одеть. Единственная помощь, которую ты бы мог ожидать от нас с папой, так это финансовая. Но разве деньги помогут, когда рядом нет самого главного — моральной поддержки от самых близких?

— Нет, не помогли бы, — опустив голову в стол, пробурчал Чимин.

— Вот и я так думаю, — поглаживая нежную кожу ладони Чимина, сказал Чанёль, одаривая сына самой ласковой улыбкой.

— Отец, прости, что обижался на тебя и устраивал истерики, игнорировал тебя. Я был глупым, — продолжая смотреть в стол, бурчал омега.

Старший альфа поднялся со своего стула и утянул сына в поддерживающие объятия.

— Сынок, я не обижаюсь, — погладив Чимина по щеке и поцеловав в лоб, Чанёль вернулся на своё место. — Так, когда вы улетаете?

— Завтра вечером. Я так боялся рассказать тебе, что решил просто поставить перед фактом. Я думал, ты будешь против.

— Ого, у нас так мало времени? Тогда предлагаю не растрачивать его понапрасну. Сегодня давайте праздновать, а завтра посмотрим, что нам даст новый день.

Подняв фужер с наполовину выпитым шампанским, Чанёль улыбнулся.

***

Праздничный ужин закончился раньше, чем того хотелось бы.
Спать все легли поздно ночью, а проснулись рано. Чимину надо было закончить дела на работе, а близнецам собрать оставшиеся вещи.

Уже в шесть вечера все были готовы и освобождены от каких-либо дел. Самолёт через три часа, поэтому пора выезжать. Чанёль приехал с работы пораньше, чтобы успеть попрощаться с сыном и внуками. Бэкхён весь день провёл в квартире Чимина, помогая со сборами.

— Ну что, все готовы? — Зайдя в квартиру, спросил Чанёль. Последние сумки с вещами были погружены в багажник.

— Да, мы готовы, — улыбнулся Чимин, положив телефон в сумку.

— Ну что, тогда в путь?

— Я не поеду. Попрощаюсь тут, — вышел с кухни Бэкхён, вытирая руки полотенцем.

— Что? Но почему, пап? — Повесив сумку на плечо, спросил Чимин, подходя к родителю.
www.labirint.ru

— Расставаться с вами и так тяжело, а делать это в аэропорту я тем более не хочу. Будет много слез, — закинув полотенце на плечо, сказал старший омега, утягивая единственного сына в крепкие объятия. — Я буду скучать по вам.

Чимин ели выбрался из родительских объятий. Но на его месте оказались Джиён и Джина. Их объятиям не было суждено продлиться долго.

— Ну мы поедем сегодня, нет? На самолёт опоздаете, — закатив глаза, сказал Пак-старший.

— Всё-всё, идём.

Близнецы выбрались из объятий любимого дедушки и, взяв в руки рюкзаки, двинулись в сторону выхода.

***

Дорога до аэропорта не заняла много времени. Ехали Паки в тишине. Близнецы занимались своими делами, Чимин решал дела через смс, а Чанёль был занят вождением, и всё его внимание было устремлено на дорогу, от которой взгляд альфы ни разу не оторвался.

Уже после полной остановки машины на парковке аэропорта Чанёль заговорил.

— Чимин, ты нашёл, где вы будете жить, на чем ездить? Нашел школу для детей и договорился ли с её администрацией? Мало кто примет новых учеников в середине семестра, — облокотившись о руль, спросил Пак-старший.

— Не беспокойся, отец. Жить я планировал в нашей старой квартире, машину мне уже подыскал и купил Чонгук, а со школой я договорился ещё месяц назад. Их уже там ждут. Я отправляю их в школу, где раньше учился сам, так что директор был даже рад принять близнецов. Он меня ещё помнит, поэтому всё будет хорошо. Единственное, надо будет отнести оригиналы их документов, — пожал плечами омега.

— Хорошо, что ты всё продумал, — улыбнулся Чанёль сыну и повернулся на задние сиденья. — Сколько можно уши затыкать?

Недовольно проговорил альфа и потянулся к наушникам Джины и подёргал заснувшего Джиёна.

— Ну дед-а, — недовольно протянула Джина, отрывая взгляд от телефона.

— Что, деда? Сколько можно уши затыкать? Мы с вами неизвестно сколько не увидимся, а она в своих наушниках сидит, — ворчал альфа.

— Но мы ведь по телефону поговорить можем, по фейстайму. Зачем трагедию разводить? — Закатив глаза, сказала девушка.

— Телефонный разговор и фейстайм — это не то же самое, что живая встреча.

— Я думаю, ты драматизируешь.

— Мы уже приехали? — Наконец очнулся Джиён.

— Да, — посмотрел на сына Чимин, после чего посмотрел на наручные часы. — Нам уже пора.

— Ещё минуту, — кивнул Чанёль и вернул внимание к внукам. — Давайте договоримся?

Вопросительный взгляд близнецов Пак давал понять, что они внимательно слушают.

— Не приносите проблем своему папе. Ведите себя спокойно, постарайтесь не ссориться ни с кем, не драться. В большей степени это относится к тебе, Пак Джина, — перевел строгий взгляд на внучку Чанёль. — Нас с дедушкой рядом не будет, и со всем справляться придется Чимину одному. И он не сможет каждый день мотаться в школу из-за вашего поведения. Так что, договорились?

Получив утвердительный кивок, Чанёль улыбнулся.

— Вот и хорошо. Если вы что-то устроите, я узнаю.

— Ну, теперь идём? — Чимин отстегнул ремень безопасности и вышел из машины. Чанёль и близнецы последовали его примеру.

— Я с вами не пойду, — Чанёль остановил омегу своими словами.

— Что? Но почему? — Не понял брюнет.

— Теперь я понимаю, почему Бэкхён не решился ехать сюда. Слишком сложно прощаться. Давайте сделаем это здесь, а заходить я не буду.

Чанёль утянул внуков в крепкие объятия, куда после присоединился и Чимин.

— Не хочу отпускать вас, — альфа горько усмехнулся.

— Отец, но ты ведь понимаешь, что должен? — Поднял взгляд на Чанёля омега.

— Понимаю, — выпуская из объятий детей, сказал Чанёль. Слеза, что непроизвольно скатилась по щеке, была быстро им стёрта.

— Я позвоню, как мы будем дома, — улыбнулся на последок Чимин и, подталкивая детей в сторону здания, последовал за ними.

***

Спустя тринадцать часов самолёт рейсом Лос-Анджедес — Сеул приземлился в международном аэропорту Инчхон. Во время полета близнецы успели поспорить, поспать, покушать и снова поспорить. Чимин поклялся себе больше никогда не сажать детей рядом друг с другом. Вот она, первая Чиминова ошибка, после того, как он покинул родителей, что больше не смогут ему помогать. Нужно было самому сесть посередине, а близнецов посадить по бокам. В итоге, за время полета Джиён и Джина поссорились дважды. В первый раз, когда спорили, кто сядет у иллюминатора, а во второй, когда Джина отказалась пропускать брата в туалет. Обосновывала она свое поведение тем, что «раз он сел у иллюминатора, то пусть так и сидит до конца полета. Пусть либо терпит, либо под себя сходит»

Чимину ели удалось их успокоить. Джиёна посадили у иллюминатора, потому что там было его место по билету, а Джина обиделась за это на папу. Второй раз Чимин уговорил дочь выпустить Джиёна и, пока старший из близнецов был в туалете, сам омега побеседовал с альфой насчёт её поведения. И опять Джина обиделась на папу.

Обычно обиды Пак Джины не длятся долго, ведь любовь к единственному родителю куда сильнее. В этот раз всё произошло так же. Уже выйдя из самолёта, Джина разговаривала с Чимином на разные темы, а с братом дурачилась.

Семнадцать лет назад Чимин родил близнецов, но были брат и сестра абсолютно разными.

Пак Джиён — альфа, старший ребёнок Чимина. Он старше своей сестры на двадцать четыре минуты. Джиён с самого рождения был спокойным и никогда не приносил проблем своему родителю. Но над парнем всегда издевались то в детском саду, то в школе, из-за чего альфа и стал неразговорчивым. Вывести Джиёна на диалог было чем-то безумно сложным. У маленького альфы никогда не было друзей. Все его сторонились из-за того, что Джиён был глухим. Он таким родился. Причиной его потери слуха стала сестра.

Джина полная противоположность Джиёна. Девушка всегда была энергичной. Из-за того, что альфа была слишком активной, находясь в утробе папы, и постоянно пиналась, Джиён и потерял слух. Джина частенько попадала своей маленькой пяточкой по голове и ушам брата. Врачи не смогли сразу заметить этой травмы на УЗИ. Узнали о том, что ребенок родился глухим, лишь на обследованиях, когда Джиён не реагировал на звуки разной громкости. Чимин тогда не знал, что ему теперь делать. Чимину только исполнилось семнадцать, он не закончил школу, на его руках двое детей, так один из них ещё и не слышит.

Перед омегой стоял сложный выбор. Врачи говорили, что ещё не поздно отказаться от сына. Но Чимин не хотел. Он уже дал имя мальчику, успел к нему привязаться и по-настоящему полюбить. Это ведь его ребенок, как врачи могут предлагать подобное?

Конечно, после того, как врачи получили ответ, что Чимин ни в коем случае не будет отказываться от ребенка, они сказали, что с четырех месяцев можно будет носить слуховой аппарат, тогда хоть на немного, но Джиён сможет стать как остальные дети. Но врачи с самого начала предупредили, что
без издевательств не обойтись. Так и сделали, как только Джиёну исполнилось четыре месяца, ему установили слуховой аппарат. Маленький альфочка, когда впервые после рождения услышал голос папы, такой нежный, родной, любящий, улыбнулся, потянул ладони к лицу родителя и начал его трогать, мило кряхтя. В тот момент Чимин не смог сдержать слёз радости.
www.labirint.ru

***

Дорога до дома, в котором провел всё своё детство Чимин, заняла ещё полтора часа.

Приехав домой, у семьи хватило сил лишь на звонок Чанёлю и Бэкхёну, после чего, сбросив вещи в гостиной, все разошлись по комнатам и, застелив постели, легли спать.

Завтра у близнецов состоится первый день в школе. С утра нужно отнести их документы и подписать бумаги, потом заняться уборкой и разобрать вещи. Сам Чимин выйдет на работу лишь через два дня. Пока что со всеми делами разбирается лучший друг Чимина — Чон Чонгук. Знакомы они были ещё со школы. Из-за того, что Чон был альфой и близко общался с Чимином, Юнги вечно ревновал и был против его дружбы с омегой.

Часто Юнги устраивал скандалы по этому поводу, запрещал Чимину общаться с Чонгуком, но младший никогда его не слушал.

***

Утро наступило слишком быстро. Несмотря на то, что близнецов всегда было очень сложно разбудить, в восемь утра они уже сидели на кухни, поглощая приготовленный на скорую руку Чимином завтрак.

Если честно, то омега думал, что будет сложнее поднять детей. Особенно так рано, после долгого перелета.

Уже в девять часов утра семья Пак подъезжала к школе. Уроки во всю шли. Припарковав машину у обочины, Чимин направился к воротам школы. Близнецы плелись позади, с неохотой переступая порог своего нового учебного заведения. Дорога до кабинета директора не заняла много времени. Омега шел, осматривая стены школы, в которой когда-то учился. Коридоры, что когда-то были зелёного цвета, стали белыми со следами от подошвы учеников. Шкафчики с обычными ключами теперь заменяли новые с навороченными замками, открывающимися от отпечатка пальца, а обычные, ужасно неудобные, деревянные скамьи заменили мягкие диваны и цветастые пуфики. Двери в школе тоже заменили. Когда-то обшарпанная дверь директора исчезла — её заменила новая.

Чимин вспоминал как хорошие моменты, которые получил в стенах этого учебного заведения, так и плохие. Вовремя выйдя из своих воспоминаний, Чимин стал стучать в дверь, пока не получил разрешение войти.

— Здравствуйте, директор Чхве. — Чимин прошел в кабинет и сел на кресло перед рабочим местом директора. Близнецы прошли в кабинет следом за родителем и сели на диванчик, что так же стоял в кабинете.

— Божечки, Чимин-и, как ты изменился, — удивился Чхве.

— Директор, надеюсь, что в хорошую сторону? — Хихикал Пак.

— Обижаешь, конечно, в хорошую. Ты стал выглядить более зрелым, хотя и в шестнадцать лет ты был ответственным парнем, да и к тому же гордостью нашей школы, — обойдя стол, сказал директор и облокотился на него.

— Вы мне льстите, — улыбаясь, сказал Пак.

— А это я так понимаю, твои дети? — Посмотрев в сторону близнецов, спросил Чхве.

— Да. Я бы хотел, чтобы они учились там же, где и я когда-то, — смотря на детей, проговорил омега.

— Это хорошо. Я очень рад, что ты решил отдать своих детей к нам, — кивал своим словам директор. — Скоро должен подойти классный руководитель, так что, может, пока что отдашь документы?

— Да, конечно, — Чимин потянулся к сумке и выудил из неё две папки: в одной лежали документы Джиёна, а во второй — Джины.

Быстро просмотрев документы, директор стал расспрашивать омегу о его жизни. Близнецы за всё их нахождение в кабинете ни слова не сказали, общаясь с друзьями, которых оставили в другой части света.

***

Начало недели никогда не радавало Юнги. Пятница — да, а вот понедельник никогда. Так ещё и директор вызвал к себе. Обычно такие встречи с альфой в возрасте ничем хорошим не заканчивались. Зачастую Юнги вызывали, если он что-то не то сделал, или его класс снова отличился своим неподобающим поведением.

Уже подходя к кабинету директора, Мин почувствовал до боли знакомый запах. Зажмурив глаза, альфа стал трясти головой, чтобы эта «иллюзия» покинула его голову, но этого не происходило. Единственное, что заметил Мин, — это то, что запах изменился. В нем присутствовало ещё два резких аромата. Любимый запах апельсина приобрёл нотки лесной свежести, что ещё больше притягивало.

Но долго нельзя было стоять и наслаждаться запахом. Юнги ждали в кабинете. Коротко постучав в деревянную дверь и получив в ответ «войдите», Мин прошёл вглубь помещения.

Взгляд альфы задержался на омеге, что сидел к нему спиной. Но Мину не нужно было видеть лицо, чтобы знать, кто перед ним. Судя по всему, омега тоже понял, кто вошёл и произнёс:

— Ну, здравствуй, Юнги, — наконец Пак повернулся. На лице его была тоскливая улыбка. Выпустив рваный выдох, Мин сказал:

— Чимин…