Эби
- Эби, твоя очередь, - обратился Бен к своей соседке слева.
- Отвали! - огрызнулась она. У нее были светлые золотистые волосы до плеч и глубокие голубые глаза. Она была очень красива, если бы не огромный уродливый шрам на всю щеку.
Мало кто добирался до тринадцатого этажа целым и невредимым.
- Эби, - обратилась к ней Бри, другая ее соседка - Если ты поговоришь с нами, тебе станет легче.
Бри положила ей руку на плечо, но блондинка вся передернулась, будто ее ударило током.
- Ты не должна бояться нас, мы такие же как и ты, - продолжила говорить Бри. Она была не намного старше всех остальных женщин в зале, но иногда мне казалось, что она была для нас не просто другом, не просто собратом по несчастью. Она была для нас мамой, которой нам нам всем так порой не хватало.
- Вот тут вы все ошибаетесь! - закричала Эби, вскакивая со стула. - Меня зовут Эби, и я не какая-то застрявшая. Я не наркоманка, не раковая больная, не самоубийца, - она злобно посмотрела на Ханну, и та буквально сжалась от неосторожно брошенных Эби грубых слов.
У каждого из нас была причина оказаться здесь. Причина Ханны была умышленная передозировка снотворными.
- Я не жертва автомобильной аварии.
Вот и обо мне вспомнили.
- Я не самоотверженный герой, - она посмотрела на Барта, он был пожарным, который спас двоих детей из горящего дома, а сам оказался здесь.
- Я здесь совершенно случайно.
- Это все какая-то нелепица. Я не могу поверить, что вообще разговариваю с вами.
- У меня даже кома не такая как у вас. Ненастоящая. Врачи поместили меня в искусственную кому. Это же значит, что я обязательно выкарабкаюсь, да?
Ее вопрос остался без ответа. Не в первый раз среди нас появилась та, что считала себя лучше остальных.
Мы все знали, через что проходила Эби, эта стадия называлась отрицание. Я помнила это ужасное чувство невозможности принятия ужасной реальности, и мне было искренне жаль Эби. Это как рыбная кость застрявшая глубоко в горле. Сперва ты пытаешься ее вытащить, но в итоге сдаешься и учишься жить с этой ежедневной болью.
- Мы просто поехали с друзьями покататься на лыжах в Аспен на выходные, - она привычным жестом отбросила свои волосы назад.
Я давно уже про себя прозвала ее золотой девочкой. Такой же золотой, как и ее крашеные волосы.
- Все было как всегда. Мы выпили, потусовались в клубе, мой парень предложил попробовать новую трассу, немного сложнее чем то, к чему я привыкла. Я долго отказывалась, на самом деле, я не такая уж экстрималка или любительница спорта, но он просто не переставал тараторить, как классно его бывшая каталась на лыжах. Не могла же я, так просто взять и уступить этой сучке!
- Эби! - прикрикнула Бри. - Мы здесь стараемся не материться...
- Что Эби? Вы же сами просили меня все рассказать. Не стоило мне лезть туда. Я была пьяна, мой друг был под кайфом, было темно. Но я все равно рискнула. Сейчас я просто не понимаю, что вселилось в меня в тот момент. Мои друзья сейчас греются где-нибудь на теплых пляжах Майами, а я тут застряла с вами.
- Черт!
- Черт! - снова выругалась она.
- Значит ли это, что я теперь действительно одна из вас? - спросила она в никуда, и смысл ее собственных слов стал наконец доходить и до нее самой.
Она перешла на следующий уровень - принятие.
- Привет, - она смиренно помахала нам. - Я - Эби. И кажется, я - застрявшая.