Безликий Се Лянь. Пятое Бедствие

Се Лянь сидел на балконе своей резиденции. Посмотрел на свои руки самым бесчувственным взглядом, а затем проглотил растущую ненависть к себе. В душе было невыносимо темно, словно он проживает отчаянный ад днем за днем, и только Хуа Чен это последний луч солнца, который может защитить его от скользких лап вечной ночи. На руках кроме «рабочих» шрамов появились синяки, всю ночь Безликий Бай сжимал руки ремнем и каждый удар приходился болезненней другого. Се Лянь не плакал, он вообще забыл, что такое слезы. Он опустился вниз, сжал перила балкона и плотно закрыл веки, пытаясь выбросить из головы воспоминания минувшей ночи.
Его Высочество редко был с ним жесток. В основном все эти года, он тепло относился к нему как глупому дитя и вечно улыбался, выслушивая сказки о вечной преданности и чувства обязанности перед ним. Его это льстило, ему это больше всего нравилось из всех бытовых дел. Иногда это даже входило в распорядок дня Гаогуина, первым пунктом, а иногда он приглашал его в свои покои, чтобы наслаждаться тем, что Се Лянь поклонялся к нему как Божеству. Это было отнюдь не здорово, он был больным человеком. Он лупил, когда Се Лянь сблизился с ЦиЖуном, говорил о том что сомневается в его преданности, а потом в ту же секунду падал на колени перед Се Лянем и говорил о своей ревности. Он бил кнутом, а потом целовал эти раны. Но нечто страшное произошло совсем недавно. Его Высочество дал приказ Се Ляню, сблизиться с Искателем Цветов, занырнуть под кожу и заставить того сходить с ума, и он был уверен, что так оно и будет. Се Лянь сходил с ним на личную встречу и опоздал на десять минут к Его Высочеству, после чего Безликий Бай взбесился и стал словно животное мучить Се Ляня. Он не слышал его мольбы о прекращении, он не слышал оправдания. Он подвесил его в своих покоев словно самую лучшую картину, подвязав его за руки и за ноги. Даже до этого момента отметины на руках напоминали о себе, словно змеи обвили запястья и на лодыжках. Он висел перед Его Высочеством обнаженный и беспомощный. Он видел изучающий взгляд Его Высочество и животный скал, он чувствовал как глаза задерживались в стороне паха. Он знал, что возможно этой ночью станет окончательной жертвой в его руках. Но ЦиЖун доложил об обстановке на Небесах и Его Высочество отправилось на встречу с Небожителем. Он провисел таким способом целых два дня, а потом Гаогуинаотправили в Призрачный Город. Поэтому в этот раз он легко отделался.
Плечи Се Ляня задрожали, а сам он посмеялся, бросив перед собой тетрадь Хуа Чена, которую бессовестно украл. Он изучил абсолютно все поперек и вдоль. Теперь он понял, почему Его Высочество ревновал его к Искателю Цветов, он понял почему ничего не помнил после своей смерти.
Тетрадь упала на пол, и сама по себе открылась на предпоследней странице. И Се Лянь, не сдеживая кривой улыбки, поднял глаза в небо.

« Я встретил своего принца, Се Ляня, по дороге к лесу Шилинь. Он стал Непревзойденным Нечистью. И совсем меня не помнит… Должно быть, в этом замешан…» — было написано отвратительным почерком на пожелтевших страницах тетради.

— Безликий Бай, — в строчку в строчку повторил Се Лянь, будто цитируя одно из китайских мудростей. А потом добавил в темноте шепотом. — Я Его Высочество, Наследный Принц Сяньлэ.
И словно в этот момент природа оживилась и молния ударила в небе, освещая полностью темные тучи мрачной ночи и каждый уголок , где заползла малейшая тень.
И он полностью осознавал куда он пригласил Хуа Чена. И понимал чем могла закончиться следующая ночь.

***

Подготовка к Празднику заняло целое утро. Се Лянь сидел в своих покоях и подле него крутились две тени Безликого Бая. На нём было золотое ханьфу с вышивкой разных морд нечисти, а волосы нежно расчесывала одна тварь, а другая завязывала в прическу. Он смотрел в свое отражение, несилах даже согнуться под пристальным взглядом двух теней. Ведь всем известно, что это творение олицетворяло глаза Безликого Бая и он тщательно следил, чтобы Се Лянь выглядел как с иголочки. Принц смотрел в свои золотые глаза в отражении, холодные и рассудительные, но на душе стало намного спокойнее, он носил уже настоящее имя, а не лживоеГаогуин, что значило «Благородный». Румянец заиграл на щеках Се Ляня, когда его прическу закончили и теперь с каждый поворотом головой слышался звон золотых побрякушек. Две тени молча исчезли стенах Резиденции. Се Ляню не нужно было поворачиваться, чтобы знать кто перед ним, но ради манер он обернулся. Он склонил голову к его ногам, а затем посмотрел на Безликого Бая.
— Ваше Высочество, я рад, что вы в здравии. — Се Лянь смотрел на него. Бай был одет в такую же одежду как у него, даже прическа была словно идентичная. Чего он добивался?
— Не выспался, Гаогуин? — Он вновь стал играться с русыми волосами Се Ляня.
— Был взволновал предстоящим торжеством. — Соврал принц, Безликий Бай почуял обман, но не обратил на него внимания.
Он взял Се Ляня за руки и повёл в сторону кровати. Два мужчины сели с краю и Безликий Бай протянул корону. Она была создана из нефрита, шириной словно две мужских ладони. На ней, словно обнимаясь, распустились пять цветов разных видов, и дюжина маленьких бриллиантов словно парадировали ночное небо. Она была очень хороша.
— Это принадлежит тебе, Гаогуин, как мой приемник ты обязан носить эту корону.
И Безликий Бай надел на его голову эту корону. Се Лянь тяжело выдохнул, удивляясь.
— Ровно восемь лет назад, я нашёл тебя возле реки. — Стал уверенно врать Безликий Бай, — этот праздник полностью посвящен тебе… И нашему будущему. Ты должен продолжать создавать мертвецов, ты должен будешь продолжить мою деятельность. Чем больше из горы Тунлу выходит нечисти, тем больше ты помогаешь мертвецам прожить вторую жизнь. Все заслуживают на второй шанс. Небожителям это не понять, ты же понимаешь нашу ненависть к ним.
В голове Се Ляня забурлила гнев. Да, он понимал почему ненавидит их и почему разделяет политику Безликого Бая. Мертвецы заслуживают второго шанса, а Небожители лишают их жизни несмотря на то, что они делали или не делали. Если мертвец спокойно проживает свою жизнь в заброшенном доме, почему Небожители смеют думать, что раз он умер один раз, не имеет право обрести попытку исправить всё в следующей? Сидят на своих креслах, и в глаза не дуют, что происходит на земле, сами истребляют города, чтобы вознестись, но при этом ядом кидаются, увидев спокойно блуждающего мертвеца. Слишком много на себя берут.
— Небожителям слишком чужда жизнь мирных людей. Им нужен хаос и личное представления, сплошная гниль. — Ответил Се Лянь, чувствуя, как ненависть берет над его беспристрастием вверх, и он кривиться от злости.
— Умница, Гаогуин, — Безликий Бай улыбается и продолжает гладить того по спинке. —Знаешь почему Хуа Чен должен прийти сегодня на мероприятие? — Наклонился Безликий к уху Се Ляня и стал нежно шептать, — потому что он сам собачка Владыки.
Он? В сговоре с Небожителями? Се Лянь тяжело задрожал, глаза расширились. Безликий заулыбался, видя его реакцию.
— Владыка дал ему задания уничтожить моё лучшее творения, Ин-Ина, оборотня, которого вы встретили в пещере, — Се Лянь стал мотать головой. — Мне жаль, Се Лянь, что столь долгожданный тобой друг оказался лжецом. Ну если… Если ты сможешь Хуа Чена заставить принять нашу сторону, — Безликий Бай убрал волосы Се Ляня на другой бок и с шепота перешёл едва ли на ели-ели сдерживаемый крик от удовольствия, он стал проводить губами по шее Се Ляня, — это в твоих силах, мой Гаогуин. Мы сможем подружиться с ним…
— Нет! Нет, Ваше Высочество! — Се Лянь резко встал с кровати, убрав руки Безликого Бая от себя. — Прошу вас, не принуждайте меня к этому. Я не хочу заставлять его!
Безликий Бай задрожал от гнева, и Се Лянь сжался под его взглядом.
— Ты…
Безликий резко сменился в лице и заулыбался, вдруг распахнул свое одеяние и покрутил в руке кольцо, которое словно ожерелье обнимало его шею.
— Нет, дорогой Гаогуин, ты сделаешь это ради меня, ради наших отношений. Верно?
Се Лянь упал на колени в своих золотых одеяниях, узнав в кольце свой прах.
— Да, Ваше Высочество, я сделаю это ради Вас.

***

Первое, что удивило Хуа Чена так это координаты огромной пещеры, поверх которой располагалось огромное здание, похожее на усадьбу. Возможно, это была Резиденция Его Высочества, но он в записке уточнил именно проход сквозь пещеру.
Му Цин и Фень Син, которые стояли рядом удивленно цокнули и направились сразу в усадьбу, положив руки на оружия, но Хуа Чен их пыл быстро остудил.
— Сказано, что нас ждут в пещере, а не в усадьбе, — уточнил градоначальник, но небожители были с этим не согласны.
— Кто проводит торжества в пещере? Неужели у нечисти это такая традиция? — Воскликнул Фень Синь, разводя руками в стороны.
— От Безликого Бая там ждать только какой-то подставы. Мы будем абсолютными глупцами, если поведемся… — добавил Му Цин.
— Вперед! — Протолкнулся градоначальник, уже не в силах терпеть, хотелось поскорее увидеться с Се Лянем.
Музыка стала доноситься с глубины пещеры и каково было удивление отряду «спасителей Его Высочества», что, пройдя короткое расстояние, перед их встретил настоящий город мертвецов. Он находился под землей и камни выстроились в пятиэтажные здания, Хуа Чен поднял голову вверх, высота пещеры, где находился своеобразный «подземный городок», была приблизительно 550 фунтов. Городок кипел, нечисть торопилась, украшая главную площадь золотыми гирляндами, а продавцы устанавливали сбоку ларьки со сладостями, фонарики весело кружились в постоянном мраке пещеры. Комфортное мягкое свечение вело их к главной дороге, Фень Цин благородно отходил от компании дьяволиц, которые кокетливо подмигнули ему, а Му Цин скрывал неконтролируемое раздражение. Как обычно в общем, лишь Хуа Чен, подобно солнцу, или скорее, судя по этому месту звезде, вглядывался в лицо каждого, ожидая увидеть Се Ляня в образе прохожего.
— Где мы сможем найти Его Высочество? — Спросил самый логичный вопрос Му Цин.
Мелодия скрипки прервала гомон прохожих, и все застыли перед сценой с улыбкой. В их глаза заблестело предвкушение с примесью восхищения. Дьяволицы стали быстрее махать своими роскошными веерами вдоль лица. Хуа Чен проследил за направленными обожаемыми взглядами в сторону сцена.
— Мать твою, это внатуре Его Высочество… — прошептал Фень Синь.
Хуа Чен застыл в удивление, ловя такое же дежавю. Он вдруг ощутил себя ребенком, который вскарабкался я на стену дворца, чтобы напакостить правящей семье Сяньлэ, но застыл от безупречной красоты благородного Наследного принца. Словно этот день повторился, но только он теперь являлся Князем Нечисти. К скрипке подключилась флейта, которая разрезала слух прекрасным исполнением песни, посвященной Поклонению Небесам. Но с каких пор нечисть отмечает давно забытый праздник Сяньлэ?
На платформе стоял Се Лянь, на его голове покоилась вычурная корона, он ловкими движениями фехтовал с пустотой, выполняя различные трюки с мечом. Его движение хвалила толпа, но они требовали совершенно другого актера, не Его Высочество. Му Цин и Фень Синь сжали руки на рукояти клинка.
— Вздор. — В одну минуту выдохнули те, догадавшись, что будет происходит на сцене.
На вторую платформу приземлился Безликий Бай, заставив посетителей покрыться мурашками на месте. Безликий Бай носил такое же роскошное убранство как Се Лянь, но оно выглядело настолько дешево, что хотелось вырвать от такого зрелища от неприязни. Его лицо закрывала маска, где с одной стороны смеялся человек, а с другой – плакал. И возгласы радости толпы ударили по ушным перепонкам Му Цину, Фень Сину и Хуа Чену. Затем Се Лянь и Безликий Бай вцепились в сражении, они виртуозно разыгрывали сцену поединка, лавируя подле платформ, перепрыгивая с одной на другой. Кружились в сумасшедшем танце смерти клинков, и каждая сторона давала фору другой, с каждого конца удара, появлялся новый, который отбивал противник. Но затем Безликий Бай зацепил мечом рукав Се Ляня и тот отвлекся на секунду, и оказался уже лежачим под ногами Бая. Бай поднял заранее подготовленную маску, что была схоже с его маской и надел ему, Се Лянь покорно принял её, а потом они встали рядом с друг другом.
— Он полностью переделал «Поклонение Небесам», очернил старую традицию Сяньлэ, еще и заставил Его Высочество участвовать в этом гнусном спектакле! — Прорычал Фень Синь, взрываясь от злости.
Но последующий жест заставил сойти с ума и Хуа Чена. Се Лянь перед толпой нечисти встал на колени перед Безликим Баем и поклонился ему, положил руку на свое сердце. Словно являлся не благородной ветвью венценосного рода правителей Сяньлэ, а шавкой, которую нашли в одном из дворов.
— Мразь! — Прокричал Фень Синь, настолько громко, что все обернулись.