15 глава
POV Шон
Мне очень не хотелось, чтобы Вика уходила, когда ей вдруг понадобилось уезжать домой. Я до последнего уговаривал девушку остаться, а потом, когда она всё ещё стояла на своём, предложил поехать с ней и тогда, она согласилась остаться до утра. Вечером она ответила на телефонный звонок, а потом выяснилось, что причиной спешки был приезд её тёти завтра утром.
— Ты успеешь, — уговаривал я. — Я даже попытаюсь для тебя встать пораньше.
Вика вопросительно вскинула одну бровь.
— Ну ладно, да, — признался я. — я не смогу встать пораньше. Почему ты не можешь просто всё отменить?
Девушка серьезно посмотрела на меня.
— Кроме неё у меня никого не осталось, — она склонила голову на бок. — Это действительно важно.
— Ладно, — я сдался и поднял руки. — важно так важно.
— Спасибо, — Вика поцеловала меня в макушку.
— Ты же не против, если мы сегодня ляжем в спальне?
Брюнетка покачала головой и удалилась в ванной комнате.
Я закрыл окно и, не спеша, разобрал кровать, аккуратно сложив на стуле серое покрывало. Зачем-то задержал взгляд на середине кровати, там, где был смят пододеяльник, а потом пошёл на кухню, чтобы перекусить. Не есть со вчерашнего вечера, было плохой идеей, хотя, на самом деле, я даже и не заметил, как пролетели эти часы, и вспомнил, что нужно поесть только сейчас. На плите стоял небольшой глиняный горшочек, который мне зачем-то подарила мама на прошлое рождество, при том, что я не особо обладаю навыками шеф-повара, да и готовит в основном она. В животе заурчало, и я поднял крышку. И только тогда я понял, почему в квартире так пахло. Был запах чего-то тушёного и мясного. Жаркое мне готовила мама, когда я ещё жил с семьёй, и тут я вдруг вспомнил, что мама сегодня не приходила. Когда я уже довольный сел за стол и собирался приняться за еду, из-за угла выглянула Вика. Она промакивала свои влажные волосы полотенцем, склонив голову на бок. Она улыбнулась.
— Проголодался?
— Жутко, — я подхватил ложкой картофелину и сунул в рот.
Девушка рассмеялась.
— Я пойду лягу, — развернулась и добавила. — Буду ждать.
Я улыбнулся каким-то своим мыслям и продолжил трапезу. Спешно расправившись с едой, я сбросил посуду в раковину и отправился в душ, так как сидеть на кухне без никого было слишком одиноко даже для меня. Когда я вернулся в спальню, Вика лежала ко мне спиной, на другой стороне кровати, и, кажется, уже спала. Я выключил свет и лёг рядом. Притянул девушку к себе и понял, что она действительно уже засыпала. Её тело было теплое, согретое одеялом, а моё холодное после душа. Потом она поняла, что это я и, ещё плотнее подтянув к себе мои руки, устроилась поудобнее и продолжила спать.
* * *
Ближе к часу следующего дня Вика снова ответила на телефонный звонок. Она как раз собиралась встречать свою тётю, которая, кажется, уже подъезжала к городу.
Уголки её губ медленно опустились, а лицо в миг побелело. Я тут же встревожился и присел рядом с девушкой, успокаивающе кладя руку на её колено. Вику замерла, а с её и так бледного лица слетели все краски. Я обеспокоенно оглядел возлюбленную и заглянул в её водянисто-голубые глаза, в которых застыл страх, которого я ещё никогда в них не видел. От этого мне и стало не по себе.
— Милая, — тихо позвал я, когда понял, что она не двигается.
Просто застыла на месте. Её рука с телефоном медленно сползла вниз, а сам гаджет упал на диван. Глаза в миг налились слезами, которые начали тихо скатываться по её щекам. Тогда я уже совсем перепугался и присел на колени перед девушкой.
— Вика, — позвал я. — Вика, что с тобой? Вика! — я тряхнул её за плечи. Она не отвечала. Она была в глубочайшем шоке, а я не знал почему, и это незнание пугало меня.
Её лицо ничего не выражало. Девушка просто сидела и плакала, а слёзы струились по её щекам.
— Она разбилась, — наконец тонко проговорила брюнетка.
— Кто? — мне приходилось с огромным трудом вытаскивать из неё слова. — В...
— Её больше нет.
— Да чёрт возьми, Вика! — я обхватил руками её лицо. — Посмотри на меня. П...
Она подняла на меня свои заплаканные глаза, и я тут же замолк, потихоньку начиная понимать причину.
— Та девушка? — одними губами произнёс я. Вика молчала, а её глаза наливались новой порцией слёз. — Нет.
Девушка открыла рот, чтобы что-то сказать, но вместо этого ещё больше расплакалась.
— Не может быть, — тихо сказал я и, когда она громко всхлипнула, закрыв лицо руками, привстал и прижал её голову к своей груди.
— Она почти приехала, — с новой силой зарыдала Вика. — Я даже не увиделась с ней.
Я молчал, не зная, что ещё добавить.
— Почему?... — тихо добавила девушка.
POV Вика
Юли больше не было. Когда я, понемногу сумев взять себя в руки, приехала другим утром на её похороны, её муж стиснул меня в своих крепких руках, давая на ухо обещание поддерживать меня, ведь эта трагедия касалась нас обоих. Он сквозь слёзы говорил, что нам нужно держаться вместе, потому что хуже того, что произошло, быть уже не может. А для меня было. Я снова вспомнила о том, что теперь у меня никого нет, и от этого становилось ещё больнее. Я успокаивала мужа своей тёти, пытаясь держать голос ровным, чтобы тот не выдавал того, настолько мне сейчас плохо.
Я потеряла всё своё самообладание, когда увидела труп. Его занесли в соседнюю комнату и впускали к нему всех желающих попрощаться. После того, как я убедилась в том, что у меня не начнется истерика, медленно прошла в просторное помещение и закрыла за собой дверь. Темно-фиолетовый гроб водрузили и поставили на длинный прямоугольный стол. Я подошла ближе, а потом тут же отвернулась и, сдерживая эмоции, задрала голову к потолку. Я поняла, что не смогу посмотреть на Юлю. Её мёртвый образ будет со мной всю оставшуюся жизнь. Будет пожизненным увечьем. Шрамом, который никогда не разгладится.
Но я решилась. Я повернулась обратно и стиснула зубы, сдерживая всё то, что копилось во мне эти два дня с момента аварии. Я сказала себе, что Юле бы не хотелось видеть мои слёзы и пообещала, что не стану плакать хотя бы ради неё, но меня хватило только на полминуты. Я слегка погладила тётю по темным волосам. На её лбу были глубокие ссадины. Видно, что крови было много и её не всю смогли оттереть.
— Пора прощаться? — я громко всхлипнула, но потом улыбнулась и стёрла слёзы рукавом. — Рановато конечно, но... — я с новой силой расплакалась и снова подняла голову, надеясь, что слёзы затекут обратно, но они всё так же скатывались с краёв глаз. — Придется...
Я присела на корточки перед гробом и взяла Юлю за ледяную и окаменевшую руку. Кончики её пальцев уже немного потемнели и тяжело разгибались, а сама рука была грубой иссохшей и неровной.
— Не хочу, чтобы ты уходила, — я уже понемногу успокаивалась. Скорее всего от осознания того, тётя, наконец, рядом, и я могу поговорить с ней. — Знаешь, я...у меня появился молодой человек, — да, сейчас было самое время рассказать. — Такой высокий и кудрявый, а ещё очень хороший и любящий. Я хотела прийти вместе с ним, но ему нельзя светиться на публике. Ты... — тут у меня снова началось. — просто...просто хочу, чтобы ты не тревожилась за меня. У меня...у меня действительно есть те, кто меня любит, кто может помочь и поддержать.
Я уже безудержно рыдала, обливая слезами крышку гроба, что стояла на полу.
— Много хороших друзей, — я вспомнила про Мишель, которая уехала отсюда и о том, что, возможно, я её больше не увижу. — Любящих родственников, — я вспомнила про маму с папой, что сейчас больше всего не хотят, чтобы я возвращалась. — У меня есть работа да и вообще у меня всё замечательно. Просто...просто не переживай.
Рёбра сжались, сдерживая громкие рыдания, я крепко сжимаю руку своей уже неживой тёти, как можно ниже опуская голову, будто боясь, что она может что-то увидеть, а огромный ком, образовавшийся в горле, мешает говорить дальше.
Я наконец встала и, в последний раз взглянув на Юлю, аккуратно поцеловала её в лоб.
— Прощай.
За день до похорон где-то глубоко во мне теплилась какая-то детская надежда на то, что это всё розыгрыш. Что всё это не взаправду. Что Юля выпрыгнет из этого чёртового гроба с криком "С первым апреля!", и ведь совсем не важно, что сегодня только начало сентября. Тогда мне казалось, что я уже схожу с ума. Сейчас этой надежды не было.
Кажется, всё внутри уже давно разбилось и поломалось. Так, что починить нельзя. Неисправно работающее сердце, что уже никогда не будет биться так, как раньше. Казалось, что это конец.
Я медлительно поплелась домой, обессиленно волоча за собой вдруг потяжелевшие ноги, что уже отказывались нести меня. Темная прихожая, наполненная слабым запахом дыма от камина, приподнесла себя самым худшим образом. Было ужасно холодно, и температура почти ничем не отличалась от той, что была снаружи. Разве что только на пару градусов. Но зато было довольно чисто. Скорее всего от того, что здесь живёт только один человек — я — и грязнить особо некому. Обои как и прежде отходили от стен, а разводы тошно улыбались мне из-под них своими неровными жёлтыми зубами. С оконных щелей сильно сквозило, и я зябко повела плечами.
Взяла с тумбы свой забытый телефон и открыла входящие сообщения. Юля.
"Дорогая Вика.
Настал тот день, когда я могу поздравить тебя с твоим девятнадцатым днём рождения. Мы с Беном безумно любим тебя и готовы поддержать во всех твоих начинаниях. Ты у меня уже такая взрослая. Люблю тебя бесконечно.
Твоя любимая тётя.
P.S. Когда я приеду, пришлю тебе цветы. С днём рождения. Целую."
В груди что-то очень сильно и больно кольнуло, и я снова заплакала, но вскоре улыбнулась и стёрла слёзы рукавом. Я почти всегда улыбаюсь, когда плачу. Это некое самовнушение того факта, что всё хорошо, хотя на самом деле ничего хорошего и нет вовсе. Психологический ход против самого себя.
Я громко фыркнула. А я ведь совсем забыла, что сегодня мой день рождения. Сентябрь, второе число. Всё верно. По-моему, никто не поминает родственников в свой день рождения, а мне вот досталось. И теперь жить мне с этим всю оставшуюся жизнь.
На втором этаже, к счастью, батареи были хорошо отапливаемыми и прогревали помещение. Хотя бы достаточно для того, чтобы здесь жить и не бояться умереть от холода. Наверное, так было и до моего приезда, ведь на первом этаже предусмотрен камин. После того холода, что был внизу, моим холодным ногам даже пол здесь казался тёплым. Звонок в дверь. Настойчивый и нетерпеливый.
Шаркая ногами по полу, я поплелась открывать. Ну да, а кого я ещё ожидала увидеть?
Высокий парень с вечным беспорядком на голове, в капюшоне и солнечных очках. Напомню, сейчас совсем не бывает солнца даже днём. Угадали?
— Привет, Шон, — слабо произнесла я.
POV Шон
— Ну как ты? — я прислонил ладонь с левой щеке девушки и заботливо потёр большим пальцем скулу.
— Всё уже хорошо, — Вика слабо улыбнулась, но её глаза были красными и заплаканными, а лицо сильно побледнело и осунулось, выдавая ложь в её словах.
Я удивлялся тому, насколько она была маленькой и сильной. Всё, что свалилось на неё за эти последние три месяца, придавливало девушку с немоверной силой. Один за другим события били по ней тупой стороной ножа, будто ей было этого мало. Обычно после такого человек обретает заслуженное счастье и спокойную жизнь. Так сказать, после грозы всегда нужно ждать солнца, ведь чаще всего так и происходит. Но Вика, кажется, была аномалией. Непонятным дефектом, которого всё хорошее решило обойти стороной, обделив только тревогами и несчастьями. Но, не смотря на это, девушка твёрдо держалась и обходилась только скудными слезами, что крайне редко позволяла себе проливать. С одной стороны я знал, что она сильная девушка, и мне не нужно за неё волноваться. Но с другой всё было немного иначе. Любой человек может потерять терпение и сорваться от такого сильного давления, и никто не знает к чему это может привести.
Мы вошли в дом, и Вика закрыла за нами дверь, пока я снимал обувь. Здесь был очень холодный пол, и я неспеша прошёл в гостиную, стараясь больше наступать на носки. На столе были разбросаны полупустые пластиночки из-под таблеток, а сами лекарства лежали на середине так, будто кто-то хотел собрать их в мозаику, но цветов не хватило и это занятие решили отложить. Я двумя пальцами поднял со стола одну коробку, а потом посмотрел на остальные. Сильные обезболивающие средства, комбинированные анальгетики и антимигренозные препараты с самыми разными названиями.
Огромное множество пилюль и таблеток гостями лежали на столе, а бумажки с указанными дозами, противопоказаниями и побочными эффектами, смятые и рваные, валялись на диване. В камине горел огонь. Я поворошил прогоревшие угольки кочергой и бросил туда все пустые коробки и смятые бумажные инструкции. Всё это тут же загорелось и превратилось в пепел.
— Да, правильно, — у меня за спиной послышался голос Вики. — Почему я сама не додумалась? Надо было давно так сделать, всё равно я уже перестала различать их.
Девушка села на диван и потёрла виски.
— Зачем тебе они? — я кивнул на горсти таблеток. — В таком количестве.
— У меня в последнее время начала очень часто болеть голова, и в какой-то момент я поняла, что всё то, что у меня есть из лекарств, перестало помогать.
— Так нельзя, понимаешь? — я серьёзно посмотрел на неё. — ты глотаешь их, даже не читая эту чёртову инструкцию. Давай я просто дам тебе травы?
Девушка поморщила носом.
— Курить эту дрянь? Нет.
— Она будет даже лучше, чем весь этот яд, который ты сама себе прописала. Ты ведь купила все обезболивающие, что дают без рецепта?
— Именно так я и сделала, — огрызнулась Вика. — И вообще какого чёрта ты мне указываешь? Я сама знаю, что для меня лучше.
— Давай просто сделаем вид, что твоя агрессия — это побочный эффект обезболивающих?
Девушка приложила руку ко лбу и вздохнула.
— Прости, — тут же извинилась она.
— Иди сюда, — я откинулся на спинку дивана и похлопал по своему колену, приглашая её сесть.
Брюнетка боком села на мои колени, оперевшись спиной о правый подлокотник дивана, а ноги вытянула в обратную сторону. Она провалилась между моих ног и удобно устроилась, закинув руку на мои плечи. Со стороны мы, наверное, смотрелись странно. Девушка была одета в белую пижаму в горошек, а на мне была тёмная уличная одежда: серый свитер и черные джинсы. Вика была такой маленькой в моих больших руках и безумно очаровательной, а моё умилительное отношение к этой малышке от этого становилось ещё теплее.
— Хочешь, мы съездим куда-нибудь? — предложил я. — Развеешься. И так много всего свалилось.
— Давай останемся дома, — девушка аккуратно коснулась губами моих губ. Я почувствовал маленькие тёплые ладошки на щеке и непроизвольно сжал её бёдра, подтянув поближе к себе. Почувствовав это, она запустила пальчики в мои волосы и настойчиво продолжила поцелуй, мягко надавливая на пах ягодицами.
— Мы же не будем делать это именно сейчас? — сквозь поцелуй произнесла Вика. — Ко мне скоро должен наведаться Бен.
— Чёрт с ним, — мне потребовалось всего полторы секунды, чтобы опомниться, и я отстранился. — Кто это?
— Муж моей тёти, — девушка слезла с меня и села рядом на диван. — я и правда, кажется, не могу делать это здесь, — она закрыла лицо руками.
Я понимающе положил руку на её колено.
* * *
Ближе к вечеру я решил остаться с Викой. Где-то в два часа дня к ней действительно приехал Бен. Мне пришлось уйти наверх и посидеть в её комнате какое-то время. Мужчина передал девушке какую-то сумму денег, а потом они долго обнимали друг друга. Первым пустил слезу он, потом следом за ним и Вика. Я потом ещё долго после его ухода успокаивал её. Точнее пытался, ведь девушка постоянно отпиралась и кричала, что всё нормально и ей вовсе не нужна помощь. Я впервые увидел её такой. Она билась в истерике. Пусть всего несколько минут, но мне было по-настоящему страшно за неё. Она молча опускалась на пол и плакала, а мне не давала подойти к себе ближе, чем на два метра. Когда Вика успокоилась, она сама подошла ко мне в то время, как я стоял на кухне и пытался заточить ножницы о дно большой белой кружки, чтобы открыть пакет к хлопьями.
— Наплакалась? — я бережно обнял её, обрадовавшись тому, что всё снова нормально.
Девушка сидела в зале, когда я ушёл наверх, чтобы включить душ, потом поднялась за мной и встала в дверном проёме, наблюдая за мной. Я в это время стягивал с себя одежду, а потом обернулся и обнаружил, что за мной следят. Я улыбнулся, когда Вика подошла ко мне и позволила раздеть себя. Такая маленькая и невинная. Мы вместе залезли в ванну. Здесь не было душевой кабины, а сам душ висел на специальном крючке и лил воду прямо в ванну, но это было даже удобнее.
— Тебе нужно расслабиться.
— Знаю. Сделай это со мной.
Я нашёл её губами и прижал обнаженное женское тело к себе. Горячая вода наполняла комнату паром, из-за которого напрочь запотевали зеркала, а дышать становилось сложнее. Молча развернув девушку к спиной к себе, я плавно вошёл в неё, стараясь делать это как можно глубже, чтобы в полной мере ощутить её. Вика выгнулась в пояснице и томно вздохнула. Она отвыкла от моих размеров, но через несколько толчков, уже хорошо принимала меня.
— Умница.
Я слегка ускорился, и тут она отстранилась.
— Шон, — тревожно произнесла девушка.
— Что-то не так? Мы...
— Да нет, я только сейчас подумала, что мы можем подскользнуться. В смысле...не рискованно ли нам ускоряться и...
Я рассмеялся и поцеловал её в плечо.
— Всё под контролем, малышка, я не дам тебе упасть.