10 глава
Я нетерпеливо нажал на кнопку дверного звонка. Когда никто не открыл, я дёрнул ручку, но дверь не поддалась. Я надавил на кнопку ещё раз, потом ещё и ещё, пока на услышал за дверью неспешные ленивые шаги. В двери что-то щёлкнуло и, когда она открылась на меня, я отпрянул в сторону, чтобы не пришибло. Я с облегчением выдохнул, когда понял, что это Вика. Девушка устало улыбнулась, прислонившись головой к дверному косяку. Одной рукой она держала дверь за ручку, а второй она потянулась ко мне и крепко обняла за плечи. Я прижал её к себе, обхватив обеими руками за талию.
— Почему ты не отвечала? — я строго посмотрел на неё, обхватив её лицо руками. — Я весь извёлся. Ты хоть понимаешь?!
Вика растерянно посмотрела на меня.
— У меня аккумулятор сел.
— А поставить на зарядку не судьба?
— Я похоже зарядное устройство оставила в России.
Я обеспокоенно оглядел её. Она была мертвецки бледной. Под глазами залегли тёмные круги, от чего их светло-голубой цвет стал ещё светлее. Волосы были кое-как закреплены сзади, а некоторые пряди спадали на лоб. Она слабо сомкнула веки и снова прислонилась к краю двери.
Я готов был придушить её — настолько меня перепугало её внезапное исчезновение. Но я лишь ещё раз прижал её к себе так крепко, что кажется её хрупкие рёбра затрещали.
— Ты заболела? — я прислонился губами к её лбу, но она была скорее слишком холодной, чтобы иметь хотя бы немного повышенную температуру.
Вика немного отстранилась.
— Да нет, просто голова болит, — она неопределенно махнула рукой, а потом пошатнулась в сторону. Я придержал её за локоть. Она еле держалась на ногах, но не дала себе упасть, оперевшись рукой о дверной косяк. — И кружится, — поправилась она. — Пустяки.
И тут девушка забегала глазами вокруг себя, удерживая равновесие.
— Ты совсем с ума сошла? — Вика в ответ рассмеялась, а потом свалилась мне на руки. — Ты в порядке? — я держал её, чтобы не упала.
— Ничего не вижу, — она вытянула перед собой руку и посмотрела на неё, будто бы впервые увидев.
Я занёс её в дом и положил на диван в гостиной, аккуратно придерживая голову. Её слегка потряхивало, когда я пришёл с покрывалом, чтобы укрыть её.
— Где тут у тебя лекарства? — я встал и направился на кухню. А потом заставил девушку открыть глаза и посмотреть на меня, но она тут же их закрыла, не в силах что-нибудь сказать. — Хоть что-нибудь?! — я досадливо промычал. Мне приходилось громко говорить, чтобы меня было слышно из другой комнаты.
— Шон... — я едва услышал то, как девушка тихо позвала меня. Её слегка трясло.
— Сейчас, не умирай, — крикнул я, копаясь в верхних ящиках. — Сейчас...да где же?! — снова, только уже самому себе.
Я лихорадочно бегал по кухне, ища хотя бы что-нибудь похожее на лекарства. И вот, наконец, отыскал серебристую пластинку жаропонижающего, а под ней бумажную упаковку каких-то круглых таблеток с высоким содержанием кофеина. Я конечно, не знаток в болезнях, но не попытаться хоть что-нибудь сделать я просто не мог. Я вскрыл бумажную упаковку, выложил на стол две таблетки и дрожащими руками налил пол бокала воды.
— Хей, — я сел на край дивана и ласково пригладил волосы на голове у дрожащей девушки. Она приоткрыла глаза. Я видел, что это ей давалось с огромным трудом. Сердце болезненно сжималось, когда Вика морщилась от головной боли, пока пыталась принять сидячее положение. Она судорожно проглотила две таблетки, одну за другой, а потом тяжело опустилась обратно, кое-как натягивая на себя покрывало.
Через некоторое время девушка притихла и, кажется, задремала. А я всё ещё сидел рядом с ней, поглаживая её висок большим пальцем руки, и старался сделать так, чтобы ничто не нарушило её сон. Она тревожно ворочалась и изредка звала меня, а я тихо откликался и подавал ей бокал с водой. Она перестала дрожать, но каждые десять минут жаловалась на острую головную боль. А потом и вовсе перестала это делать и даже не двигалась. Вика безжизненно лежала диване и спала, и только то, как вздымается её грудь, говорило о том, что она дышит.
Убедившись в том, что девушка крепко заснула, я встал с дивана и решил заварить кофе. Поставив чайник на газовую плиту, я взглянул на часы — 22:13, а потом понял, что забыл налить воду. Я открыл окно, чтобы хоть немного проветрить помещение.
POV Вика
Я не совсем понимала, сплю или лежу без сознания. Кажется, я была где-то между этими крайностями. Тело ходило ходуном, когда его то и дело пробирала дрожь, которую я никак не могла контролировать. Голова юлой кружилась, не давая нормально держаться на ногах. Единственное, что я едва различимо видела, пока не канула в небытие — это Шон. Его кудрявая голова постоянно крутилась вокруг, а черты лица расплывались перед глазами. Его губы двигались, он пытался привести меня в чувство, призывая по имени, и просил не закрывать глаза. Я помню, как он приподнял меня на кровати и заставил проглотить лекарство. Тогда я окончательно потеряла способность двигаться. Я звала его, чтобы убедиться, что Шон здесь, а он откликался. Потом я, кажется, провалилась в сон. Он был такой лёгкий, едва различимый, будто я сама спала, а тело боролось с чем-то, что с силой сжимало всё внутри.
Мне стоило огромного труда хотя бы немного приоткрыть глаза. В комнате было очень темно, и я не сразу поняла, где нахожусь. Рядом лежало скомканное покрывало из моей комнаты. Я медленно села и огляделась. В гостиной, кроме меня, никого не было. Голова гудела, но уже не так, как утром. В горле пересохло, и ужасно хотелось пить. Я нашла в себе силы подняться с дивана, кое-как дойти до кухни и налить бокал воды.
Мне показалось, что уже очень поздно. Хотя, может, всё так и было. Я решила пойти наверх и нормально лечь спать. Искать выключатель я была просто не в силах и на ощупь двинулась к лестнице. Половицы скрипели под босыми ногами, а я цеплялась за деревянные перила и старалась не наступить мимо какой-нибудь ступеньки. Вот показалась знакомая дверь. Она была приоткрыта и я, толкнув её рукой, прошла внутрь. На моём столе слабо светил ночник, а потом в его тусклом свете я увидела спящего на моей кровати Шона. Он лежал на животе и еле слышно сопел. Я поняла, что всё происходящее сегодня днём мне не приснилось, и Шон действительно был рядом всё время. Я улыбнулась, а потом подошла к нему и, аккуратно убрав несколько кудрявых прядей, мягко коснулась поцелуем его лба, выражая благодарность. Парень смешно поморщил носом, а потом продолжил безмятежно спать. Его оголённые плечи вздымались в такт дыханию, а кудри снова спали на лоб, когда он перевернулся на другой бок. Я легла на кровать рядом с ним и укрылась одеялом, при этом не забыв захватить и Шона, а потом быстро провалилась в сон, едва коснувшись головой подушки.
POV Шон
Я проснулся, когда солнце только-только показывалось из-за горизонта. Оно наполняло комнату ярким оранжевым светом, отбрасывая лучи на белую стену. Я открыл глаза, и каково было моё удивление, когда я увидел Вику, лежащую на другой половине кровати. Девушка, укуталась в белое пуховое одеяло, но её ноги всё равно выглядывали из под него. Она вдруг дёрнулась и спрятала их обратно. Я улыбнулся и, придвинувшись к ней поближе, прижал к себе этот маленький кокон. Я долгое время слушал её тихое дыхание, а потом зарылся носом в её волосы и задремал.
* * *
Я проснулся от очень противного пищащего звука. Я лежал и ждал, когда же он наконец прекратится, так как думал, что это всё ещё сон. А потом понял, что это мой телефон, на котором я забыл отключить будильник, и сонно потянулся выключать его. Если верить ему, то сейчас 7:30. Я лёг обратно спать, но сна вообще никакого не было. Как я мог нормально уснуть после будильника, который должен был разбудить меня на работу? Тогда я перевернулся на другой бок, но ничего не изменилось. Проклиная всё на свете, я аккуратно откинул одеяло, бережно накрыл им Вику и встал с кровати. Холодный пол пронизывал ступни. Я передёрнул плечами и, сняв со стула одежду, надел её и вышел из комнаты, тихо прикрыв за собой дверь. Пасмурная погода затемнила всю квартиру. Я щёлкнул выключателем и прошёл на кухню. В окно, которое я вчера так и не закрыл, дул лёгкий, но довольно холодный ветер, вытягивая из помещения всё тепло. А я-то думал, почему на первом этаже так холодно. Я закрыл его и включил газ, чтобы он хоть немного прогрел кухню. Когда спустя пятнадцать минут теплее не стало ни на градус, я прошёл в гостиную и присел перед камином. Красный кирпич, из которого он был аккуратно выложен, казался очень холодным. Я взял в руку одно отсыревшее полено и слегка подкинул его, переворачивая, чтобы осмотреть другую его сторону. Тогда я взял с кухни спички и поджёг один его конец. Полено долго отказывалось загораться. Открыв заслонку, я бросил его в камин и аккуратно, чтобы не сбить едва видимое пламя, накрыл его щепками, что лежали в маленькой железной дровнице. Когда они быстро разгорелись, я немного поворошил их кочергой и положил ещё два полена. Мне удалось разжечь камин. Я стал ждать того момента, когда мне уже можно будет отойти от него и не следить за тем, чтобы огонь не погас. Едва ощутимо запахло жжёной древесиной, летели маленькие искорки, а огонь тихо потрескивал, излучая мягкий оранжевый свет. Я снова покопался в угольках кочергой и только тогда вернулся на кухню, чтобы поставить чайник. Хоть и солнце уже давно встало, тучи от этого не рассеялись. Морось накрыла Торонто. Такая мелкая, что вдалеке была похожа на лёгкий туман, будто на город кто-то пшикал водой из спрея для цветов. Я грел руки о бокал с горячим чаем, сидя напротив камина, и наблюдал за пляшущими в нём язычками пламени. Гостиная потихоньку прогревалась, и было уже не так холодно, как когда я спустился вниз.
Вдруг с лестницы послышались шаги. Вскоре из за угла показалась голова Вики, а потом и она сама. Девушка завернулась в одеяло, которое теперь смешно волочилось за ней по полу. Она сонно протёрла глаза, посмотрев на меня сверху вниз.
— Шон? — спросила она и широко зевнула. Я улыбнулся и позвал её к себе. Вика медленно спустилась, пока я терпеливо ждал её. Девушка подошла к дивану и плюхнулась рядом.
— Как ты себя чувствуешь? — я внимательно оглядел её. Она неопределенно пожала плечами.
— Как выжитый лимон.
— Лихорадило тебя не по-детски, — я рассмеялся и приложил руку к её лбу.
— Голова немного болит, — она придвинулась поближе и положила голову на моё плечо. — Что это было?
— Я думаю, что у тебя резко упало давление. Такое бывает, но ты так меня перепугала. Просто не представляешь, — я слегка потрепал её по голове.
— Я сама испугалась, хоть ничего и не соображала, — девушка вздохнула. — Я даже не помню то, когда я уснула и как вообще смогла это сделать, — она посмотрела на меня. — Кстати, какие таблетки ты мне дал?
— Ой, — я махнул рукой. — там очень странное название, но вот с такой буквы, — я начертил её в воздухе.
— Ц... Цитрамон? — спросила Вика.
— Да, наверное. Это русский?
— Угу, бабушка видимо закупалась медикаментами в России, ну или моя тётя ей привозила, — она снова положила голову мне на плечо. — Старый добрый Цитрамон.
— Но я точно знаю, что это была добавка кофеина. Именно поэтому я подумал, что у тебя низкое давление.
— Да. Цитрамон вообще от многого помогает, не только давление поднимает.
Я тихо хмыкнул.
— Ты хоть что-нибудь ела, пока меня не было? — девушка подняла голову и удивлённо распахнула глаза. — Понятно, — я встал и направился в сторону кухни. — Сейчас что-нибудь придумаем.
Я открыл старенький, но чистый небольшой холодильник. Яйца, коробка молока, овощи в нижнем ящике. Ещё парочка батончиков Марс и банка газировки. Классно. Я достал несколько продуктов и выложил их на стол. Послышались шаги. Вика подошла ко мне со спины и положила голову на моё плечо, привстав на носочки, чтобы было удобнее заглянуть за него.
— Спасибо, — она тяжело вздохнула.
Я развернулся к ней лицом.
— За что это?
— За то, что был рядом. Не думала, что ты останешься здесь.
— Меня не могли иначе воспитать, — я улыбнулся и щёлкнул Вику по носу, от чего та поморщилась и протёрла его рукой.
Пока я стоял у плиты, девушка крутилась вокруг меня, то и дело спрашивая, чем она может мне помочь. А я просил её наконец сесть на место и успокоиться. А ещё лучше лечь в кровать и отдохнуть, пока я не позову. Я чувствовал себя молодой мамашей, когда провожал её наверх, а потом пригрозил пальцем, когда она снова поплелась за мной.
— Сядь на место, пока ещё можешь это делать, — я стоял в проёме, придерживая дверь за ручку. — Увижу хоть твою тень внизу — ты потом неделю сидеть не сможешь.
Вика испуганно покосилась на меня, а потом, когда я снова спустился, вроде как поняла, что идти за мной действительно плохая идея. Иначе участь её ждёт неминуемая. Девушка послушно сидела в комнате, пока я не позвал её кушать.