25 часть.
— Мда, мне аж самой интересно, что ты там хочешь мне сказать, что так усердно стремишься остаться вдвоём, — сказала я, стараясь придать голосу легкую насмешку, чтобы скрыть настоящую любопытность к будущему разговору.
— Да ничего особенного, — сел рядом на стул Минхо, спокойно опершись локтем на стол.
— Ну давай, говори тогда своё «ничего особенного», — подтолкнула я его, подталкивая к откровению.
— Я, когда заходил, увидел, как вы мило сидели, бросали друг другу взгляды, — признался он.
— Минхо, ты серьёзно? — усмехнулась я, почесав переносицу. — Ты же сейчас просто ведёшь беседу к реальной теме.
— Почему? Я её уже озвучил, — ответил он с лёгкой ухмылкой.
— О боже... — закатила я глаза.
— Между вами что‑то есть? — спросил он уже напрямую.
— Боже, Минхо, между нами ничего нет, он просто помог намазать мазь на рану, — оправдывалась я, хотя в глубине души и правда чувствовала к нему нечто большее.
— Ну в этот раз он намазал тебе мазь, а на плантациях и в других местах вы так просто пытаетесь прожечь друг другу взглядами душу, — не сдавался он, дразня меня.
— Минхо, отстань, — выдавила я, чувствуя усталость от его настойчивости. — Я уже ответила: нет. Я очень устала.
— Ладно, отдыхай. Но я за вами слежу, голубки‑непокорные, — сказал он и вышел.
— Наконец‑то ушёл, — промелькнуло у меня в голове, и я глубоко вдохнула, освобождаясь от лёгкого напряжения.
Прошло минут тридцать. Как бы я ни была уставшая, сидеть на месте не могла — в груди бурлило беспокойство. Решив проведать Алби, я тихо поднялась и направилась к нему.
Зайдя тихо, я увидела его: он сидел, уткнув взгляд в пустоту. Его лицо было бледным, глаза — потухшими; вид его вызывал тяжёлое, жалостливое ощущение.
— Привет, Алби, — тихо произнесла я, садясь рядом. На моё приветствие он не отреагировал, будто даже не услышал. — Как ты? Тебя ведь вылечили... Мне сказали, ты просто сидишь. Я переживаю. Что‑то случилось? — пыталась я завести разговор, стараясь достучаться до него.
Он шевельнулся, и, наконец, прошептал:
— Я вспомнил...
— Что? — удивилась я. — Что ты вспомнил?
— Тебя и Томаса, — коротко ответил он, и эти слова ввергли меня в ступор. — Ты всегда была для них занозой, вечно путалась у них под ногами, а Томас — наоборот. Он был их любимчиком, — сказал он монотонно, будто пересказывал чей‑то чужой рассказ.
Я застыла. Эти слова звучали словно нож, торопливо вонзённый в тонкую плёнку понимания. Какая «заноза»? Для кого он так говорил? О ком именно шла речь? Голова заполнилась вопросами, и сердце защемило от тревоги.
— Алби, для кого «они»? — спросила я, пытаясь разглядеть в его глазах ту искру сознания, которая позволила бы прояснить смысл сказанного.
Он поднял лицо лишь на мгновение.
— Алекса, — невнятно произнёс он, — я хочу побыть один.
За весь разговор он не дрогнул: сидел так же неподвижно, глядя в пол, словно каменная фигура, застылая под тяжестью воспоминаний и молчания.
Я не стала спорить и, уважая его просьбу, молча вышла из лазарета.
Не желая оставаться там дольше — запах трав и лекарств сводил меня с ума — я направилась в свою комнату. Затворив за собой дверь, я легла на жёсткую кровать и уткнулась взглядом в потолок, где тёмные трещины и пятна казались мне теперь знаками какой‑то неясной карты. Слова Алби крутились в голове, как разбросанные кусочки пазла, которые никак не хотели складываться в целую картину. Мне не хватало каких‑то фрагментов, и это чувство незавершённости тяготило.
С этими мыслями я, сама не помня, как именно, уснула.
Я проснулась не от сна, что удивительно, а от криков. Вокруг раздались вопли и дикий шум, они словно вспарывали ночную тишину. Голова раскалывалась от внезапной боли. Я приподнялась и, схватившись за подлокотник кровати, вышла на улицу.
Глаза ещё не до конца прояснились, сознание приходило в себя медленно. Передо мной развернулся хаос: люди бросались в разные стороны, кричали, спотыкались, на лицах — растерянность и страх. В воздухе пахло пылью, горечью и металлом.
Внезапно я услышала кричащие, пронзительные вопли, которые эхом разлетелись по улицам глейда. Это были звуки, от которых кровь стыла в жилах — вопли гриверов. Они заполнили пространство глейда своим рёвом; их присутствие ощущалось в каждом дрожащем листе и в каждом тёмном углу.
Почему они здесь? Как они пробрались внутрь? Эти вопросы всплыли в голове, но ответов не было. Пока я стояла, окоченев от ужаса, передо мной появился гривер — высокий, безобразный силуэт, чьи глаза словно отражали самую тёмную пустоту. Он уставился прямо на меня, и, не колеблясь, рванул в мою сторону.
Наконец, приходя в себя и осознав всю опасность, я ринулась бежать. Сердце колотилось в висках, ноги не слушались, а воздух резал лёгкие, но убежать было необходимо — инстинкт самосохранения превзошёл усталость и все сомнения.
Новая часть. Маленькая, но это лишь предвкушение для следующей части. Будет очень интересно и захватывающи. Вы ждёте ее? Я пойму это лишь по вашим звёздочкам и комментариям, которые вы оставите. Как можно больше - вы очень хотите новую часть, мало - вы совсем ее не ждете)
780 слов
Люблю ❤️