9.
Порыв и смятение, и ночной разговор
Ты слышишь раскат грома?
Судьба свела нас здесь...
Перевод песни Animal Sun – Can you hear the thunder?
Неделя подходила к концу, начинались выходные. Мы попрощались с Луцом, и я пошла на трибуны, где должна была ждать ребят после их последней пары. В планах у нас было пойти посидеть где-нибудь.
Я положила рюкзак на соседнее кресло и достала книгу. Сейчас меня тянуло на классику, поэтому с собой я взяла «Маленьких женщин» Луизы Олкотт. Маттео был удивлен тем, что я их не читала, поэтому в одну из моих последних смен зашел и положил книгу мне на стойку, пока я наводила порядок на полках. Только позже я обнаружила этот подарок.
В воздухе пахло дождем, запах которого приносил прохладный ветер. Оставив волосы распущенными, я убрала их под шарф и получше укуталась.
Не обращая внимания на то, что руки начинали мерзнуть и ветер пытался перевернуть страницы, я сидела склонившись над книгой.
Наверх кто-то поднимался. Я подняла глаза. Это оказалась Ерсэль. Вид у нее был извиняющийся.
– Привет, – я посмотрела на нее, и опустила глаза в книгу, чтобы дочитать абзац. Девушка села и дождалась, пока я закончу. Книгу я не закрыла, но стала смотреть вперед.
– Ты как обычно в своих книжках, – она кинула колкое замечание.
– А ты как обычно гоняешь мяч, – заметила я, стараясь не переходить во враждебный настрой.
– Книги не приносят мне особого удовольствия.
Ерсэль говорила так, будто мое чтение равно преступлению.
– Как и мне игра в мяч, – парировала я.
– И снова я тебя отвлекаю.
Я ничего не ответила.
– Прости, – добавила она. – Прости за мое поведение и неумение нормально общаться.
Боковым зрением я видела, что она смотрит на меня то ли ожидая моей реакции, то ли следя за ней. Я сохраняла спокойствие и невозмутимость, хотя внутри звучал один назойливый вопрос: сколько раз она вот так еще будет извиняться?
– Зачем?
Брови Ерсэль сошлись.
– Что зачем?
– Зачем ты извиняешься? Что дадут твои извинения? Где гарантия того, что твоя вспышка собственничества не повторится снова? – Тут я наконец посмотрела на нее.
– Не знаю, – она дернула плечами. – Я просто не хочу, чтобы между нами были обиды, чтобы ты злилась на меня. А гарантии нет.
Я фыркнула, помотав головой.
– Наверное, гарантия будет в том случае, если я буду только с тобой. Так? – Я с вызовом посмотрела на нее.
– Я не знаю, – она беспомощно пожала плечами и посмотрела на меня таким же взглядом.
– А что ты знаешь?
– Что я хочу проводить с тобой время хоть иногда.
– Сегодня я занята.
Она кивнула, принимая поражение.
– Тогда можем составить расписание.
Я не смогла разобрать ее интонацию, чтобы понять серьезно ли она.
– Шутишь или опять грубишь?
– Шучу, конечно. Я же не собственница.
Я закрыла книгу, оставив ее на коленях и сложила руки.
– Не молчи...
– Как ты не знаешь про гарантию, так и я не знаю, что сказать. Сегодня я уже занята и у меня есть планы, – я встала, – поэтому перенесем наши склоки на другое время. Дай знать, какое время у тебя в расписании свободно. – Ерсэль ухмыльнулась.
– А сейчас мне пора. Пока.
Я спустилась с трибун, чувствуя на себе ее взгляд. В который раз я давала ей шанс, надеясь, что она воспользуется им, и в то же время боялась, что она действительно это сделает.
Какой-то неведомой силой меня от нее отталкивало. Тело будто чувствовало опасность и инстинктивно защищалось.
Эдвард вылетел в двери так, будто ему дали хороший пинок. Следом выскочил Дэйв, а за ним спокойно вышли Маттео и Ричард, и разговаривающие между собой Нора и Зои.
– Как книга? – Маттео заметил томик у меня в руке.
– Я на главе с танцами. Лори очень заботливый и понимающий.
Парень кивнул. Кудри его были взъерошенны, будто и он поучаствовал в поединке с ребятами. Губы немного потрескались от прохладной погоды, которая завладела городом, а щеки уже успели покраснеть от ветра.
– А что думаешь насчет сестер?
– Когда я читаю их диалоги, мне кажутся они очень шумными и непоседливыми. Но пока что мне больше всех нравится Джо, Бесс и миссис Марч.
Мы стояли двоем немного в стороне и вместе с остальными ждали, пока Дэйв и Эдвард перестанут дурачиться.
– Да, есть такое. Обсудим образ Джо после того, как прочитаешь и вторую часть.
– Договорились.
– Погода в последнее время оставляет желать лучшего. Но нам всем все равно надо собраться как-нибудь вместе и провести время, отдохнуть и забить на эту учебу хотя бы на один день. – Дэйв раскинулся на стуле и теперь толкал свои философские речи после очередной пары, которая вывела его из себя.
Эдвард, Зои и Нора одобрительно воскликнули.
– Можно затусить у меня и даже с ночевкой, – предложил Эдвард. – Мне не запрещают приводить гостей. Затаримся всем, чем захотим, приготовим или закажем что-нибудь.
– А займемся чем? – Нора листала тетрадь с конспектами перед тестом.
– Настолки, фильмы. Разберёмся.
– А когда? – спросил Луц.
– Можем в пятницу после пар. У кого-то из вас есть смена? – обратился он ко мне с Луцом.
Я подняла руку.
– Думаю, нет в этом проблемы. Все, кто освободится после учебы, поедут к Эдварду и зайдут в магазин, остальные подтянутся, как смогут, – Зои начала убирать со стола, – обсудим подробнее в чате или же после занятий.
Я выскочила из аудитории, к которой подошел только Маттео, за мной выходил Луц.
– У меня высший балл!
Я победно подняла руки и от радости неожиданно обняла парня.
– Оу, поздравляю, – он острожно замкнул руки выше моей талии.
– Спасибо, – я медленно сделала шаг назад, чувствуя неловкость за такой порыв.
Луц и Маттео хлопнули другу друга по рукам.
– Ребята сейчас подтянутся, – сообщил Маттео, засунув руки в карман толстовки.
Мы распределили обязанности, поделившись на группы. Дэйв и Эдвард должны будут купить алкоголь, Ричард и Нора отвечают за продукты, а Зои и Луц за ужин. Маттео должен продумать, чем будем заниматься, составить список фильмов. Мне же досталась одна обязанность: прийти после работы.
Идти самой мне не пришлось. Тео вызвался подбросить меня.
– Надеюсь, компания хорошая. Хотя там, где Ричард, нет плохих людей. Он слишком хорошо в них разбирается, – брат рассуждал сам по себе.
– Не переживай, пожалуйста. В крайнем случае я тебе позвоню.
– Договорились.
Мы подъехали как раз, когда Дэйв и Эдвард подходили к дому. Они дождались меня, и мы вместе поднялись в квартиру.
Зои и Ричард приготовили шикарный ужин. Девушка продолжала бегать из комнаты на кухню и обратно, расставляя тарелки, салатники, бокалы и стаканы. Ричард пытался ее угомонить, прося, чтобы она хоть немного посидела. Сам парень принёс вазы с фруктами: виноградом, яблоками и апельсинами.
Пока эти двое ответственно выполнили свои обязанности, другие уже начали разливать алкоголь. Я села в одно из кресел, другое уже занял Маттео.
– Рей, ты что будешь? – Эдвард держал в руке стакан, готовясь налить то, что я ему скажу.
– Я буду яблочный сок. У меня непереносимость алкоголя.
– Что? – Парень замер на месте и теперь не сводил с меня глаз. Казалось, он вообще впервые слышит, что такое бывает.
– Мне нельзя алкоголь, – пояснила я.
– А что будет... если ты выпьешь? – Нора, расставляющая тарелки, села рядом.
– В прошлый раз все закончилось больницей. Мне просто будет очень плохо. И на следующий день я вряд ли смогу что-то вспомнить даже от одного бокала.
– Прости, Рей. Я забыл их предупредить. – Ричард виновато посмотрел на меня.
– Ты и не обязан. Все в порядке.
Я заметила вгляд Маттео на себе и не смогла до конца прочитать его. В нем будто была какая-то вина и недоговоренность.
Мы посмотрели фильм Yesterday, а потом и сами слушали Beatles. У Дэйва была гитара, на которой он не умел играть, поэтому аккомпанировала нам Зои, а остальные пели.
Suddenly
I'm not half the man I used to be,
There's a shadow hanging over me.
Oh, yesterday came suddenly.*
*The Beatles – Yesterday
Перевод:
Вдруг
я заметил, что уже не такой, каким был
Надо мною нависла какая-то тень.
Ах, вчерашний день внезапно пришел.
Так как ребята все приготовили, а я пришла на все готовое, я вызвалась помочь с посудой. Нора принесла сначала мне все тарелки, а потом уже бокалы со столовыми приборами.
– Слушай, Рей... Прости, тебе, наверное, уже много раз задавали этот вопрос, но я все равно спрошу, – девушка сделала паузу, без слов спрашивая, можно ли продолжить.
– Да?
– Ты не чувствуешь себя обделенной насчет алкоголя? В смысле тебе не грустно, что ты не можешь выпить со всеми, как все?
– Нет, я как-то умею хорошо проводить время без спиртного, да и какая разница чокаться сг стаканом сока или с бокалом вина, когда главное компания, в которой ты находишься, и тебе хорошо и без этого?
Девушка улыбнулась, ей явно было приятно насчет слов про компанию.
– Глупый был вопрос. Я и сама считаю, что если человек умеет весело и хорошо проводить время, то ему и алкоголь не нужен. Для меня это так, приятное дополнение.
На кухню зашел Маттео, неся в руках вазы с оставшимися фруктами.
– Вы не знаете, куда их поставить?
– Думаю, можно на окно. — Нора кивнула на подоконник.
– Спасибо.
Я продолжила мыть посуду, но посмотрела вслед парню, когда он уходил с кухни.
– Ты не жалеешь, что уехала из Испании? Знаю, вопрос внезапный, но я бы на твоем месте, наверное, очень скучала, даже, если мне там было плохо, просто из-за привычки.
– Не жалею. Но немного скучаю по любимым местам. – Мне хотелось добавить, что по родителям нет, но промолчала. Нора не стала про них спрашивать. Может, посчитала, что не ее дело, а может, и так все поняла.
Все уже улеглись спать, но я заснуть не могла, поэтому перебралась на кухню, где сидела на стуле, подняв на него ноги, и читала «Хороших жен» – продолжение «Маленьких женщин».
– Не спится? – На кухню зашел Маттео. Волосы его были взъерошены, видимо, от того, что тоже ворочался в попытках уснуть.
– Не привыкла так поздно ложиться. Ты тоже не можешь уснуть?
Парень кивнул, пододвигая стул, и сел напротив меня.
– Как тебе «Хорошие жены»?
– Нравятся... Слог у всей этой истории такой... сказочный что ли? Такая добрая история, но с горестями и печалями. И у меня такое ощущение, что я из нее выросла. Прочитай ее года четыре назад, я была бы в большем восторге, чем сейчас. Но при этом я почти не пережила ничего из того, о чем здесь написано... От этого мне очень грустно.
– Думаю, я понимаю о чем ты, – Маттео слабо улыбнулся. – Мне нравится, как ты рассуждаешь. Тебе понравился кто-нибудь еще из персонажей?
– Лори, он кажется очень хорошим.
– Вошел в твою горячую коллекцию литературных персонажей?
Я рассмеялась, прикрывая рот рукой, чтобы никого не разбудить. Впервые мне кто-то задал такой вопрос. Никому даже и дела раньше не было до того, что я читаю.
– Возможно... – я прикусила губу и пожала плечами. – А у тебя такая есть?
– Пфф, конечно.
– И кто же в нее входит, если не секрет?
– Если конкретно из этого романа, то Бет.
– А если не конкретно? – я прищурилась.
– Надо вспоминать, – увильнул он от ответа и встал. – Тебе заварить чай?
– Да, спасибо.
Маттео поставил передо мной кружку и сел на свое место. Все это время, пока он готовил чай, я наблюдала за ним и предпринимала жалкие попытки продолжить чтение.
– Ты не голодная?
– Нет, спасибо. Мне кажется, я за вечер наелась на год вперед. – Это заставило его улыбнуться.
Мы сидели с приглушенным светом. За окном светился спящий город. Наши тени падали на стену кухни, повторяя все движения. Кудри Маттео казались золотистыми. Он держал кружку в одной руке, другой листал книгу, просматривая мои заметки.
– Можно тебя нарисовать? – неожиданно спросила я.
Маттео поднял голову и посмотрел на меня с удивлением. В глазах его читались небольшая неловкость и смущение.
– Если не хочешь, то ничего страшно... – уже отступила я.
– Нет-нет, просто неожиданно. Можно, конечно.
– Спасибо.
Я почувствовала какую-то необычную радость.
Я сходила в комнату за блокнотом и вернулась на кухню. Людей я рисовала не очень хорошо, о чем Маттео знал. Сначала я обрисовала его силуэт, а потом начала детализовать: растрепанные кудри, легка улыбка на губах и в глазах, одной рукой он приподнял кружку над столом, другой держит страницы книги, все еще просматривая мои заметки. В основном я пользовалась тенями. Портрет получался миниатюрным, вечерним и уютным. Я добавила вытяжку с включенным светом, которая и создавала атмосферу.
– Ты смогла передать все то, что я сейчас чувствую... Спокойствие, уют, уединение. У тебя прекрасно получается.
– Спасибо...
Эти слова были так важны для меня. Мне редко, кто говорил, что чувствует, смотря на мои рисунки. Маттео один из первых. И я была рада, что смогла передать на бумаге то, что хотела.
– Ты хочешь стать художницей?
– Да...
Я скрывала эту мечту ото всех, особенно от родителей. Но иногда мне так хотелось, чтобы кто-то понял и поддержал.
– Тогда почему ты поступила на архитектора?
– Для отвода глаз.
Маттео нахмурился, не понимая почему.
– Родители всегда были против. Они не считают, что это профессия. Ну или просто не верят в меня и не хотят в этом признаться. Когда я начала рассказывать о своих планах еще за несколько лет до окончания школы, а они, мягко говоря, не поддержали меня, стали разубеждать. Я поняла, что уеду, когда они почти каждый вечер спрашивали, поменяла ли я свои планы. И я решила поступить в другую страну, на другое направление и учиться самостоятельно тому, что люблю.
– Мне очень жаль...
Я не знала, что ответить. Спасибо? Я кивнула, опустив глаза на блокнот, пытаясь придумать, как перевести тему. В голове крутились воспоминания о сегодняшнем вечере.
– Маттео, можно задать вопрос? – я сделала паузу и получив положительный кивок продолжила: – Сегодня после того, как я сказала о моей непереносимости алкоголя, ты как-то странно на меня посмотрел, виновато будто, или мне показалось?
– Просто не хотел, чтобы ты подумала, что я об забыл и не рассказал другим. На самом деле не хотел делиться чем-то твоим личным с кем-то другим. Подумал, что наш разговор должен оставаться между нами, не надо всем о нем знать.
– Ты не обязан был никому сообщать. А другие могут как-то не так воспринять наше общение?
– Надеюсь, что они уже повзрослели, но не хочется выслушивать какие-нибудь подколы или же отвечать на вопросы что да как.
– Понимаю о чем ты. Думаю, тоже этого не хочу.
– Так у тебя есть испанские корни?
Ночной разговор продолжался, но я чувствовала его неизбежный конец – клонило в сон.
– Да, мой дедушка из Испании, его звали Маттео, в честь него меня и назвали.
– Прости за личный вопрос... Ты его успел застать?
– Да, но его не стало, когда мне было два года. И не извиняйся, и не стесняйся спрашивать. Все хорошо.
– Спасибо, ты тоже.
– Выглядишь очень сонно. Хочешь пойти лечь? – Я кивнула.
– Я, если честно, уже тоже хочу.
– Тогда пойдем.
Мне хотелось спать, но не хотелось расходиться, заканчивать разговор. Хотелось рассказать ему о моем дедушке, о детстве, о Тео, о книгах – обо всем.
Спальное место Маттео было сбоку от меня на полу. Я спала с другими девочками на разобранном диване в гостиной, остальные легли по двое в ряд. Ричарду досталась комната Эдварда, так как он раньше всех ушел спать.
Маттео лег лицом ко мне и въерошил волосы так, что кудри рассыпались по подушке.
– Спокойной ночи, Рейна.
– Спокойной ночи.
Все воскресенье я просидела над домашним заданием , а потом закончивала картину. Погода за окном вконец испортилась: весь день шел сильный дождь и дул ветер, склоняя деревья к земле. Окно в моей комнате было открыто, мне не хватало свежего воздуха. Поэтому я надела спортивные штаны с теплыми носками, широкий свитер и еще дополнительно накрыла ноги пледом, сидя в кровати.
Тео уехал с утра по делам и должен был вернуться к обеду.
На телефон пришло сообщение от Маттео: Как насчет того, чтобы посидеть завтра в библиотеке после занятий?
Я ответила, что это отличная идея.
За Маттео я замечала явное проявление ко мне интереса, но он не был навязчивым и уважал мое личное пространство, не пересекал личных границ без моего разрешения. В разговоре с ним я чувствовала легкость, хоть и иногда и смущалась. А еще... кое-что изменилось после того вечера.