Ева
К вечеру в центре лагеря зажгли большой костёр - пламя било в чёрное небо, подбрасывая искры, как стрелы в сторону звёзд. Мы собрались на совет: Ричард, я, Зейн, Шон и его отец, так же Сайлас с Астрид. Сначала всё шло тихо мы обсуждали расстановку сил, дозоры, запасы. Но стоило Сайласу заговорить, как воздух снова натянулся.
- Если ударить с воздуха, мы сможем прорвать их первую линию обороны, - его голос был спокойным, даже ленивым, но в глазах блеснул хищный огонёк. - Первая группа воинов отвлекут Килию, а в это время другая группа ударят с флангов.
- Ну а вы что будете делать? - хрипло усмехнулся один из Лейто, молодой, но с глазами, полными бешеного света. - Оставишь нас внизу умирать?
Несколько волков одобрительно загудели, обменявшись мрачными взглядами.
- Если бы я хотел, чтобы вы умерли, - Сайлас чуть склонил голову, - я бы просто подождал, пока Килия сделает это за меня.
- Довольно! - Ричард резко встал, и тень от пламени легла на его лицо, делая его взгляд почти волчьим. - Здесь все умрут, если мы не начнём доверять друг другу.
- Доверие надо заслужить, - рыкнул кто-то из Лейто. - А вороны заслужили только смерть! Откуда нам знать, что ты не приведёшь нас к ловушке? Может ты заодно с Килией, а говоришь что идёшь с Ричардом? Воронам нельзя доверять!
Астрид, всё это время молчавшая, наконец подняла глаза.
- Неправда! - сказала она тихо, но так, что даже огонь, казалось, стих. - Мы пришли сюда, чтобы исправить ошибки и помочь вам. Да, вороны подчиняются Килии, но на самом деле они хорошие. Они просто не осознают что делают, Килия держит их в цепях. А Сайлас смог выбраться, ему хватало смелости пойти против неё...и мне.
- Какая невиновность. - усмехнулся один из волков. - И почему мы должны верить твоим словам? И ведь сама только что сказала, Сайлас пошел против Килии, откуда нам знать что он не пойдёт против нас? Предатель есть предатель, с ними нужно быть осторожнее.
Сайлас сжал кулаки и хотел ему ответить, но его обошёл Зейн который сначало молча наблюдал за перепалкой, но я видела как он напрягся когда один из его войнов грубо ответил Астрид. Он прекрасно понимал, что если сейчас кто-то сорвётся завтра мы будем сражаться не с Килией, а друг с другом.
- Достаточно. - сказал он. - В этой войне враг один. И она не в этом круге.
Молчание легло на костёр, тяжёлое и вязкое. Лейто не опустили взгляды, Сайлас ещё хотел многое сказать им, но пока что... мы всё ещё были союзниками.
После совета лагерь постепенно затихал. Лейто ушли к своим шатрам, Сайлас и Астрид к своим, как всегда бесшумно. Я тоже собиралась вернуться к Ричарду, но краем уха уловила голоса за большим запасным шатром, где хранили оружие.
- Я тебе говорю, нельзя им доверять, - глухо сказал один из Лейто, кажется, тот же молодой, что спорил с Сайласом. - Эти вороны всегда играют в свою игру. Сегодня они с нами, завтра - с Килией, если ей будет выгодно.
- Ты видел, как он на нас смотрит? - ответил другой, более старший, с хриплым, выжженным голосом. - Как на добычу. И девка эта, Астрид... слишком тихая. С такими молчаливыми надо вдвойне быть настороже.
- Что предлагаешь?
- Держать их на виду. Всегда. Даже в бою. Если пойдут не туда или попытаются исчезнуть покончим с ними без предупреждения.
Моё сердце неприятно кольнуло. Они говорили о Сайласе и Астрид так, будто это враги, а не союзники. И самое страшное я не могла быть уверена, что они ошибаются. Я сделала шаг назад, стараясь не выдать себя, но сухая ветка предательски хрустнула под ногой. Голоса смолкли.
- Кто там? - рыкнул один из волков, и я почувствовала, как воздух наполнился хищным напряжением.
Я спряталась за деревом так быстро что сердце сейчас выпрыгнет и старалась успокоиться, ведь они могли уловить звуки сердца или же запах. Оба Лейто уставились в мою сторону, в их глазах сверкнуло что-то, но благо они не подошли. Старший слегка наклонил голову, но его взгляд ясно говорил: он понял, что я слышала слишком много. Внутри всё сжалось. Теперь я знала эта война будет не только против Килии, нам еще и придётся следить за теми кто стоит рядом. Когда я вернулась в наш шатёр, Ричард сидел за картой, склонившись над чертежами расположения лагеря. Лампа отбрасывала на его лицо тёплый золотистый свет, но в глазах была холодная сталь. Он поднял взгляд, и я сразу поняла - он устал, но всё ещё держит себя в руках.
- Ты бледная, - сказал он тихо, убирая в сторону пергамент. - Что-то случилось?
Я колебалась. Знала, что, если расскажу он не оставит это просто так. Но молчать было хуже.
- Я слышала, как Лейто разговаривали... - начала я, стараясь, чтобы голос не дрожал. - они... не доверяют Сайласу и Астрид. Говорят, что будут следить за ними в бою и если что-то покажется им подозрительным они убьют их без предупреждения.
Тишина.
Ричард медленно поднялся. Его тень легла на стену шатра, широкая, будто он стал вдвое больше и пламя лампы дрогнуло от его движения.
- Чёртовы псы! - прошептал он почти беззвучно, но я услышала. - Они не понимают, с кем имеют дело.
Я смотрела на него и впервые испугалась не за себя... за него. В его глазах горело не просто раздражение, не злость, а было нечто глубже, огонь, готовый разгореться в пламя, которое сожжёт всё вокруг. Я знала если Лейто решат перейти грань Ричард не отступит. Он будет биться до конца, даже если врагами окажутся те, кто ещё минуту назад сидел с ним за одним костром.
- Ричард... - я шагнула ближе, обхватила его руку. Его пальцы были холодными будто в них застыла вся усталость войны. - Они всего лишь боятся. Как и мы.
Он медленно повернулся ко мне, и я увидела на его лице то, что редко показывал даже мне - тяжесть и тень. В его красивых зелёных глазах больше не было только стали, там лежала усталость, такая глубокая, будто она пришла из самого сердца этой войны.
- Бояться можно по-разному, - ответил он глухо. - Но страх не даёт права предавать союзников.
Я прижалась к его груди. Сначала он не пошевелился, но потом его руки сомкнулись на моём теле так крепко, что стало больно. Будто он пытался удержать не только меня, а весь этот мир, который рушился у него на глазах.
- Я не позволю им тронуть Астрид и Сайласа. - сказал он мне в волосы. Голос у него звучал твёрдо как приговор. - И уж точно не позволю им тронуть тебя.
Я замерла, чувствуя, как во мне поднимается страх.
- А если это разделит нас? - спросила я тихо, и сама удивилась, насколько дрожит мой голос. - Если Лейто решат уйти? Если мы потеряем союзников?
Ричард отстранился, но не отпустил его ладонь осталась на моей щеке такая тёплая и сильная, что я невольно прижалась к ней.
- Тогда мы будем стоять до конца сами. - его голос был не обещанием, а правдой. - Но я не позволю никому решать за нас, кто достоин жить, а кому суждено умереть.
Внутри всё сжалось. Я знала, что он сдержит слово. Даже если придётся пролить кровь союзников. Даже если это приблизит нашу смерть. Я сжала его руку, как будто могла удержать.
- Только не потеряй себя. - прошептала я. - Пожалуйста...
Ричард закрыл глаза и на миг прижался лбом к моему. Его дыхание обожгло кожу, и я поняла он уже сделал свой выбор. И в тот миг небо за стенами шатра будто стало тяжелее, тьма плотнее. Будто сама ночь слушала нашу клятву. Я не знала, что страшнее - враг впереди или те, кто должен стоять рядом.
Когда я вышла из шатра, лагерь был почти тихим. Лишь костры догорали, потрескивая углями и в воздухе стоял запах дыма и железа. Люди спали, свернувшись на своих постелях, но тревога чувствовалась в каждой тени, в каждом шорохе. И вдруг я заметила их. Сайлас сидел у костра, чуть в стороне от шатров, его лицо освещал огонь, и казалось, что тени скользят по нему, будто маски. Рядом сидела Астрид, в простом плаще склонившаяся вперёд с руками сжатыми в кулаки. Они молчали, но тишина между ними была не пустой, а наполненной. Я остановилась и не стала мешать.
- Они не доверяют нам. - наконец сказал Сайлас. Его голос был низкий, ровный, но в нём сквозила горечь. - Я видел, как они смотрят. Как будто мы всё ещё в цепях Килии.
- Потому что они не знают тебя...меня. - тихо ответила Астрид. Она смотрела в огонь и отблески золотом играли в её разноцветных глазах. - А незнание всегда страшнее правды.
Сайлас горько усмехнулся.
- Правда не лучше. Я предал её. Я предал всех. Для них я всегда буду вороном, который вырвался из клетки. Но для кого? Для чего? Чтобы оказаться чужим и там, и здесь?
Астрид повернулась к нему, её взгляд был твёрдым, как сталь и мягким, как шелк.
- Ты не чужой, для семьи Ричарда! - возмутилась она. - Я видела как они любят тебя, даже не смотря на то, что ты обманул их. Они приняли тебя и не важно что думают Лейто. Главное, ты нашёл семью. Ты нашёл то, что искал...они...они удивительные. У них крепкая связь и я видела через что они прошли, вместе. И не смотря на всю боль они приняли тебя...нас. Я ведь думала, что буду одна не смотря на стольких душ рядом. Но это не так. Я ошибалась. Они оказались намного лучше. И если другие вороны узнают об этом, если они поймут, что Килия лишь испортила их, а ведь сами они уникальны и прекрасны, то смогут выбраться из её когтей. Сайлас, здесь, рядом с Ричардом я нашла себя. И я не хочу однажды проснутся и снова быть там, в заточении.
Это правда. Ричард сделает все возможное, чтобы они чувствовали себя хорошо. Они часть нашей семьи. Астрид и Сайлас успели подружиться со всеми, но с Тиной у них более глубокая связь. Она для всех стала матерью, которая им к сожалению не хватало.
Сайлас задержал взгляд на ней. Долго. И впервые за всё время в его лице промелькнула тень понимания. Сайлас многое осознал за эти короткие моменты. Он полностью принял мою связь с Ричардом, смирился с тем что он мыслит совершенно по другому. Этим он и заразил Астрид. Возможно удастся и других.
Огонь потрескивал, и казалось, ночь слушает их так же, как слушала нас с Ричардом. Сайлас смотрел в костёр, но видел явно не пламя.
- Они не доверяют нам. - повторил он. - Я видел, как эти псы смотрят. Как будто я всё ещё её игрушка.
Ох, Сайлас. Ты не ее игрушка. И я тоже. Килия думает, что сможет взять меня силой или хитростью? Тогда я стану в разы сильнее и хитрее, но не позволю ей завладеть мной и моей семьёй. Одну она у меня забрала...разрушила...растоптала и я раскрою ей весь свой гнев.
Астрид подтянула колени к груди, обняла их руками и тоже смотрела в огонь.
Сайлас усмехнулся без радости.
- Я был её клинком. Её кровавыми когтями. Я убивал для неё, Астрид. Без воли, без выбора. Для них я всегда буду вороном Килии. Предателем, что однажды повернёт обратно к своей госпоже.
Астрид повернула голову, её глаза вспыхнули в отражении огня.
- А для себя ты кто?
Он замер.
- Я... не знаю. - он отвёл взгляд. - Вороном я стал благодаря ей. Оружием с тех пор, как Килия взяла меня. Я никогда не был свободен. Даже сейчас... - он сжал кулаки. - Даже сейчас её тень во мне.
- Ты был моим другом. - перебила она мягко, но твёрдо. - До того, как нас разделила эта тьма. Ты всегда находил меня, когда я пряталась от всего мира. Ты учил меня летать, Сайлас. Не крыльями - сердцем. Разве это тень?
Он вскинул на неё взгляд, в котором полыхнуло боль.
- Ты помнишь то лето? - выдохнул он и голос дрогнул. - Мы летали над скалами, и ты смеялась... Смеялась так, будто мир никогда не сломает нас. А я... я знал, что когда вернусь, Килия снова позовёт. Я знал, что она отнимет у меня даже этот смех.
Астрид вытянула руку и накрыла его пальцы своими.
- Ты уже вырвался, Сайлас. - сказала она тихо. - Ты выбрал. Ты сидишь здесь, не у её трона.
Он задержал дыхание, словно эти слова были заклинанием. Долго смотрел на их переплетённые руки, будто не верил, что это возможно.
- А если я снова сломаюсь? - спросил он почти шёпотом. - Если эта тьма позовёт, и я... не смогу устоять? Если она снова будет звать меня по метке? Что тогда?
Астрид подалась ближе. Её волосы коснулись его плеча, её взгляд пронзал его, как свет в темноте.
- Тогда я напомню тебе, кто ты. - её голос был твёрдым. - Я встану перед тобой. Даже если придётся умереть.
Сайлас закрыл глаза и на миг его лицо стало беззащитным.
- Спасибо сестра. - прошептал он.
Я была в роли марионетки Килии...и это невыносимое чувство. Чувство, когда ты хочешь что-то сказать, но не можешь, куда-то убежать или уйти в себя, но не можешь...ведь она держит тебя. Поэтому я ушла. Я понимала Сайласа и то как сильно ему хочется кричать от боли.
Да, он ворон.
Но он белый ворон, среди других воронов, с сильной волей и несокрушимым желанием быть свободным и взлететь высоко в просторное небо. Я с трудом сдерживала нарастающие слезы, держалась и говорила себе не давать слабину, но не смогла. Одна слеза все же скатилась по щеке. Это была моя вина, из-за меня у Сайласа нет больше крыльев которые он так сильно жаждал получить.