Глава 6
Библиотека находится в десяти кварталах от моего дома. Но, к счастью, этот факт никогда не останавливал меня на мысли доехать до нее на машине. Свежий воздух куда лучше пыльного, мертвого автомобиля. Я всегда шла туда с нетерпеливой спешкой, словно боялась, что к моему приходу все книги разберут. Музыка в наушниках, раннее прохладное утро, свежий воздух. Казалось, не существует в мире ничего, что может это испортить. Но, к сожалению, в нем существуют люди. Для города я больше не была той прежней Люси, радостно рвущейся домой. Каждое утро, когда стремительно, но тихо выходила из дома, я чувствовала на себе пристально преследующий взгляд, в котором читалось лишь сожаление и уныние. Прошло 2 года. Даже я уже старалась все забыть. А они, одержимые некой жадной и восторженной мыслью, не могли оставить меня в покое.
Когда я дошла до библиотеки, то вздохнула с радостным облегчением. Реконструкция подходила к концу. После недельной непогоды в городе бедное старое здание совсем развалилось. Пришлось взять все в свои руки.
- Доброе утро, Анна! – Крикнула я, как только за мной захлопнулась дверь.
Анна работает здесь уже 11 лет с тез самых пор, как только сама мысль построить здание появилась в светлой папиной голове. На протяжении долгих лет Анна была для меня не просто работником. Порой ей удавалось заменить мне даже самых близких людей. Она стала частью моей жизни. Частью моей семьи.
- Привет дорогая! – Раздалось с самых дальних полок. – Я здесь! Возле литературы по психологии!
Я направилась сразу к нужному ряду, потому что знала библиотеку наизусть. И пока я шла мимо старых потрепанным временем книг, душа моя прилежно погружалась в омут воспоминаний. Вдыхая аромат пыльных, пожелтевших листов, я на минуту забывалась в мыслях. Да, книги – это наркотик. Ты начинаешь читать, листать шуршащие страницы с запахом старой древесины и уже не можешь остановиться. Ты попадаешь в другой мир и уже не в силах оттуда выбраться. Но к тому времени у тебя уже нет ни проблем, ни даже капельки волнения.
-Что ты тут делаешь? – Дернулась я, наткнувшись на измотанную, сваливающуюся с ног Анну.
Это была взрослая женщина с короткими темно-рыжими волосами. Для своего возраста она прекрасно сохранилась, лишь очки иногда напоминали о последствиях бессонных ночей за какой-нибудь интересной литературой.
- Ох, Люси, раскладываю книги по местам. – Устало ответила она. – Ветер разнес задние стеллажи, все рухнуло. Некоторые книги порвались. Строители помогли мне здесь все поднять. А я вот заканчиваю здесь все расставлять, последняя полка осталась.
- Почему ты мне не позвонила, Анна? Я бы мигом приехала, помогла.
Анна была одной из тех наивных людей, которые готовы бросить все, чтобы помочь другим, но робеют попросить помощи для самих себя.
- Ну как? В такую рань?
- Анна, пожалуйста, если тебе нужна помощь, всегда звони. Я приеду. – Успокаивающе сказала я.
- Хорошо дорогая, - улыбнулась она, - в таком случае, пока я тут убираюсь, обслужи людей, пожалуйста.
Я направилась к огромному старому столу, который Анна принесла из дома и без которого не соглашалась работать. Между полками выглядывало несколько макушек, и я пошла к самой близкой. Когда я подошла к посетителю, он стоял ко мне спиной. Ох, как тяжело мне было начать разговор. Не люблю предлагать свою помощь незнакомцам. Они меня пугают. Не знаю, как я еще работаю в кафе.
- Добрый день, вам чем-то пом...
И только я хотела договорить, как он повернулся все с той же хитрой, высокомерной физиономией. Почему-то только сейчас я заметила, что у него светлые глаза, что вызвало у меня еще большую неприязнь.
- Что ты ту делаешь?! – Сорвалось с моих губ.
- Эм, - запнулся он,- пришел взять книгу, а ты?
- Это моя библиотека, – сказала я, намекая на свое превосходство.
- Да, - ухмыльнулся он, - я знаю.
Ах! Я покосила взгляд, тяжело и грубо вздохнув от его наигранной лжи.
- Ты, по-моему, хотела чем-то помочь?
- Да, -протянула я, стиснув зубы.
- Где у вас находится английская литература?
- Кто именно тебя интересует?
- Не знаю, посоветуй мне что-нибудь.
Ничего не ответив, я повела его через несколько рядов к нужной литературе.
- Здесь представлена вся английская литература, которая у нас имеется. Выбирай.
- «Дракула» или «Всадник без головы»? – спросил он. – Что лучше?
Сначала я удивленно улыбалась, а потом и вовсе засмеялась над его глупыми словами.
- Ты серьезно? Хочешь, чтобы я выбрала между этими книгами?
Алан, видно, совершенно недоумевал от моего удивления. Его лицо, искаженное в неловкой гримасе, объясняло многое. Тут я сделала серьезное лицо.
– Я никогда не выбираю между величайшими произведениями литературы. Я либо беру оба, либо, - я приостановилась, - беру оба.
Алана немного смутило положение, в которое он попал, но, как я уже говорила, у него всегда был ход про запас.
- Хорошо, - хитро улыбнулся он, - беру обе книги.
Я протянула ему книги и вдруг почувствовала его холодные дрожание пальцы. Мне стало и неловко, и неприятно одновременно. Надеюсь, он этого не заметил.
Пока я заполняла данные в журнал, Алан томительно ходил взад и вперед, видимо, желая поговорить. А я почему-то все медленнее и медленнее выводила каждую букву и цифру и часто поглядывала на него, не поднимая при этом головы.
- Я не знал, что ты сюда заходишь, - начал он, - я часто здесь бывал, но ни разу не видел тебя.
В его словах чувствовалось волнение, словно он старается как можно правдоподобнее соврать.
- Я редко выходила из дома, - грустно проронила я, а в мыслях продолжила - «почти никогда».
- А что мешало?
Я аккуратно отложила журнал, подала ему книги и ответила:
- Когда жизнь ставит тебе подножки, страшно выходить даже за порог дома.
В конце я добавила улыбку, которую обычно храню для таких назойливых людей.
- Книги нужно вернуть через месяц, - спохватилась я, - если вдруг потребуется продлить время, позвони и Анна все сделает.
Последние мои слова были сказаны протяжным, тихим тоном. Я видела, как Алан пытался улыбнуться, но у него это не получалось. Не знаю, обидела я его или нет, но вид его был не из лучших. И в эту секунду высокомерность и хитрость рухнули в моих глазах, открыв путь искренности.
Он повернулся, сделал два шага и вновь остановился.
- Может, - сказал он, взглянув на меня, - мы позавтракаем? Я нутром чувствую, что ты еще не ела.
- Я..., - не спеша начала я.
- Только не говори мне нет.
- Нет, я просто не люблю...
- Есть? Ты не любишь еду?
- Людей!!! – Остановила его я. – Людей не люблю! Когда их много и когда они смотрят на меня таким взглядом, словно я призрак, который чудом вышел из дома и которому не стоило этого делать. Ведь мне, наверное, нельзя продолжать жить дальше. Мне следует пойти и сброситься с крыши. А потом они так мило и угнетающе спрашивают меня, как я себя чувствую, словно трагедия произошла вчера и не со мной, а с ними. Меня мучают их лживое лицемерие и фальшивые улыбки, которыми они «пытаются» задобрить меня с отцом и назвать себя героями, которые, видите ли, спасли нас от мрачной, лишенной всякого смысла жизни. А на самом деле они лишний раз напоминают нам о боли, от которой мы, черт возьми, пытаемся убежать!
Я произнесла все это на одном дыхании и закончив, поняла, что даже до строителей это дошло, раз уж они приостановили работу.
- Ого, - удивился Алан.
-Так что... - вздохнула я.
- Мы можем поесть где-нибудь, где нет людей.
- Я буду крайне удивлена, если ты сможешь найти такое место.
- Ты меня недооцениваешь.
Он восторженно улыбнулся и протянул мне руку. Я слегка замешкалась, взглянув на его ладонь. Но, разозлившись, я сказала себе: «Пора уже стать нормальным человеком и начать жить».