Глупый поступок
— Да, спасибо большое! — на прощанье Минхо улыбнулся и помахал рукой. «Как дети...» — подумала Лия и улыбнулась.
***
Минхо пошел быстрым шагом в указанное место, ловко перебирая ногами по ступенькам и спрыгивая с лестницы, когда оставалось три-четыре шага. Он знал, что с его другом ничего не случилось, поэтому решил над ним подшутить. Когда Минхо уже подошел к его окну (Джисон проживал на третьем этаже, поэтому его друг был уверен, что Хан услышит) он крикнул:
— Хан Джисон, срочно просыпайся, атомная война!
Прохожие не посмотрели на него как на сумасшедшего, как вы могли подумать, — наоборот: они оценили шутку и посмеялись. Толко какая-то бабушка-душнила пробубнила: «Чокнутый», но её все равно никто не услышал.
Видимо Хан с первого раза не расслышал и продолжил спать мирным сном, слегка поморщив нос и перевернувшись на бок.
— Хан Джисон! Бомбардировка!
Джи резко раскрыл свои очи и принял сидячее положение, не понимая что происходит. Он вышел на балкон, посмотреть что случилось, вариантов было несколько: кошка подралась с собакой; какой-то наркоман снова зовет девушку, которую зовут Чонен; цена на его любимые чипсы повысилась.
— Что! Какой Басков? Когда? — он высунул свою голову из окна и стал мотать головой по сторонам, — Минхо-хен, а ты здесь что делаешь?
Ли рассмеялся, присев на корточки, потому что если бы он остался стоять, он свалился бы на землю.
— Поганец, это ты все устроил! Еще и смеется! Ну очень смешно... — Джи приложил ладонь ко лбу, в знак то ли тупости друга, то ли сонливости.
Этим двоим (и не только им) надо готовиться к экзаменам, а они тут бомбардировку с атомной войной устраивают, безобразие.
— Ладно, беги ко мне скорее. И больше не устраивай этот цирк! — Джисон зашел в комнату и взял телефон в руки. Только сейчас он вспомнил, что парни договаривались погулять.
***
Через какое-то время, белкообразный парень подумал, что более разумным решением будет — открыть дверь сразу. Он пошел к двери на носочках по паркетному полу, параллельно потягиваясь и слегка морща лицо. Уж слишком долго он спал в неудобной позе, даже тело затекло. На самом деле, Джисон никого не ждал и даже не надеялся, что его сон кто-то нарушит, особенно Минхо. Он был о нем лучшего мнении, не то, что его друзья по типу Хенджина, Бомгю или Енджуна.
Они и не такое устраивали. Начиная с сосисок, заброшенных ему на балкон, которые они же и украли, заканчивая бурным днем рождения Джисона, когда эта тройка «поймала белку в клетке», так ребята назвали свой супер-план. Они закрыли Джисона в школьном туалете на все семь уроков и включили ему песенки на подобии: «Дора-дура», «Френдзона» и «Ландыш». Выпустили бедного мальчонку под конец учебного дня, но слава Богу с извинениями и шоколадным тортом. Окружающие Джисона люди, в том числе и родители, не понимают, как он их терпит и каждый раз прощает? Ответ один: он любит этих конченых детей.
Хотя, Бомгю и Енджун как два блина с блинницы, вроде бы разные, но такие одинаковые. Все время на своей волне, часто ссорятся и часто мирятся: это замкнутый круг, который прервется только после их смерти (скорее всего их перепалки продолжаться и в другой Вселенной).
***
Мальчик, брошенный родителями в их квартире на несколько дней, открыл входную дверь и пошел выпить воды.
Он ленивым движением взял нагретую от солнца воду в графине и налил её в стакан. Хан держал стакан так, что казалось, она в один миг упадет и разольется.
Лучи солнца приятно разливались по стенам, полу, коже. Вообще, Джисон считает, что самое удивительное время для жизни начинается с середины апреля и берет конец в середине сентября. В интервале этого времени чувствуется невообразимая легкость; хочется разреветься от такого, но тебя держат потусторонние силы. Говорят, что плакать можно только с двадцатого сентября.
Послышался стук в дверь. Джисон, не отрывая глаз от окна, протянул: «Входи», стараясь сделать голос как можно громче.
— Добрый вечер! Как спалось? — Минхо зашел в квартиру и начал снимать свою обувь.
— Классно поспал. Если бы ты еще не пришел, я проснулся бы только в час ночи. — он проговорил это на два вдоха, — Да и вообще, что это было? Зачем ты это устроил?
— Й-а, Джис, ты не брал трубку. — Ли показал жест «телефон» и помотал рукой, сидя на стуле в прихожей и раскинув ноги, согнув одну под углом 90°. Он был возмущен, ибо не думал, что когда он придет, начнется допрос.
— И что! По твоему, это было поводом вводить людей в недоумение? — Джисон всеми силами жестикулировал, вскидывая руки вверх и морща лицо, словно у него заболели зубы от холода.
— Ого, ты прямо сейчас взорвешься или скриншот сделаешь. Будь проще, прохожие оценили пранк. — быстро, но расслаблено кинул Хо, перейдя на новомодный сленг и делая вид, будто бы общается с другом детства.
— Как ты вообще до такого додумался... — Хан закрыл лицо руками и потер глаза, облокачиваясь на стену.
— Джисон. Не раздувай из мухи слона. Крикнул и крикнул, прошлое неисправимо. — Минхо поднялся, горделиво поднял голову, расправил плечи, скрестил руки на груди, тем самым увеличивая личное пространство и взял обиженного жизнью мальчика за подбородок, чтобы установить зрительный контакт.
— Боже, да что ты себе позволяешь! Мы с тобой в конце концов не так уж и долго знакомы, чтобы ты ко мне лез! — резко закричал Хан и повернулся спиной, прикрывая лицо руками. Почему-то когда Джи флиртует с Лино, ему спокойно, но когда эту эстафету продолжает Ли...
— Ну, так что? Гулять идем, Хан~и? — Минхо словно выделил маркером последнее слово. Он скрестил ноги и приставил к нижней губе руку, которой только что смутил Джисона. А Джисон снова поделился своим взглядом со страшим.
— Уже поздно, десять часов вечера. — Хан оглядывал Минхо безразличным взглядом, иногда отвлекаясь на другие предметы гарнитуры.
— В каком таком смысле? Ночь только начинается, Сони. — одарил Джисона пошлой улыбкой исподлобья.