Глава 5. Граф
Вилберн, вставал всегда рано с первыми лучами солнца. Прислуга приносила ему зеленый чай на небольшом подносе и оставляла его в полном одиночестве, так как он не любил, когда его тревожили по пустякам во время его «чайной церемонии», как он обычно выражался перед прислугой и своим дворецким, пожилым джентльменом в черном, строгом костюме и в высоком цилиндре. Прислуга же женщина среднего возраста, немного полноватая и слегка неуклюжая, но со своими обязанностями справлялась на отлично. Чудесно готовила, убирала и стирала белье. Она хорошо относилась к графу и очень любила его и искренне жалела, так как тот рос без матери, а от своего отца он сбежал, будучи еще подростком.
— Ваш чай, — улыбнулась миссис Коул, ставя на небольшой столик поднос с прозрачным чайником и чашкой, — Фу, у вас тут так темно, как в какой-то коморке честно слово!
Женщина отворила шторы, плотно закрывавшие окно. В комнату проскочили яркие солнечные лучи, освещая спальню графа. Вилберн поднялся с кровати и потянувшись подошел к окну.
— Там письмо вам какое-то передали из дворца, кажется...— проговорила прислуга, наливая в кружку чай и подавая ее графу.
— Из дворца? — переспросил Вилберн, делая глоток напитка, — Наверное это снова король, что-нибудь придумал и собрание устроить желает.
— Ну может быть и так, — пожала плечами миссис Коул, — Оно лежит у вас в кабинете.
Граф молча кивнул, продолжая смотреть в открытое окно.
— Ох, что же у вас с рукой? — охнула миссис Коул, — Вы были у лекаря?
— Да, — ответил Вилберн смотря на свою забинтованную руку, — Был.
— У королевского? — спросила прислуга, — Хотя говорят он плохо лечит, бездарность, да и только.
— Нет, — покачал головой Вилберн, — Я был в простой лавке лекаря Фейна, а рану мне залечила умело его внучка...
— Рита должно быть? — полюбопытствовала миссис Коул, — Она у них одна. Ходят слухи, что она якобы дочь принце Северного Королевства.
— Рафаэля Лемона? Да, пожалуй, есть сходство, — согласился граф Вилберн, с любопытством слушая сплетни прислуги.
— Да говорят она никакая ему не дочка, оплошность дочери Фейна и только! — фыркнула Коул, составляя на подносе посуду, — Хотела просто свой грех спрятать и сказала, что это королевский ребенок.
— Да, но откуда у нее тотем Полярного волка? — пожал плечами граф, — Он достается только законным наследникам династии Лемон, а значит она настоящая дочь наследного принца Рафаэля.
Прислуга лишь пожала плечами и удалилась, оставляя графа наедине со своими размышлениями.
«В этой девушке, что-то есть...— подумал про себе граф Вилберн, посматривая на забинтованную руку, — Я видел один раз ее в Священном лесу, она тогда тренировала свой тотем. Плакала тогда, когда у нее не получалось»
Вилберн вспомнил, как однажды увидел ее первый раз с Фрёкой Джесси в компании. Скромная девушка, волосы завязаны в тугой хвост, пряталась под большой шляпой явно ей не по размеру, а карие глаза глядели на него тогда с большим интересом из-под челки, скрывающей их.
— Граф Вилберн! — закричала радостно Фрёка Джесси, бросаясь к нему в объятья, — Я так рада вас видеть на нашем балу...
— Взаимно, — пробормотал граф, не смотря на герцогиню, все его внимание было приковано к молодой волшебнице, которая робея смотрела на него.
— Мисс Лемон, если я не ошибаюсь? — обратился он к Рите, и с нежностью прикоснулся к ее руке губами.
— Да, все верно, — смутившись кивнула она, заливаясь ярким румянцем.
Фрёка недобродушно сверкнула глазами смотря на Риту. Ей совсем не понравилось то, что графу пришлась по душе молодая волшебница. В ней чувствовалась та ревность, которую испытывают девушки, когда видят в чьем-то лице соперницу. Сейчас же она это чувствовала к Рите.
Весь бал она всячески пыталась завладеть вниманием графа Вилберна, но это не всегда получалось. Он был не многословен, молчалив и очень тих. Герцогиня злилась чувствуя, что все ее старания бесполезны. Даже ее отец мистер Джесси не мог повлиять на мнение графа, он лишь услужливо ходил вокруг него и часто рассказывал и хвалил свою дочь. На балу он не с кем не танцевал, а лишь задумчиво стоял с бокалом у стены и наводил на всех некую таинственность.
Фрёка с трудом вытерпела присутствие на балу Риты, ей хотелось непременно вышвырнуть ее, так как из-за нее весь план герцогини Джесси провалился (Это было, по ее мнению).
Рита сидела отдаленно от всех и посматривала на бал со стороны. Разглядывала пышные платья маркиз и герцогинь, которые лихо отплясывали со своими кавалерами, статными красавцами в строгих костюмах. Многие хотели пригласить Фрёку Джесси на танец, но она отклоняла все предложение. Она хотела, чтобы лишь один человек это предложил и это был граф Вилберн, но тот даже не собирался делать первый шаг ей на встречу, ему было все равно, хотя он отлично знал, что герцог Джесси желал выдать свою дочь за графа Вилберна в своих финансовых целях и причем это почти не скрывал.
— Граф Вилберн. — произнес полноватый мужчина средних лет вставая рядом с Вилберном, — Очень рад видеть вас, очень рад.
Граф лишь кивнул головой.
— Так как вы смотрите на мое предложение? — полюбопытствовал он, — Вы согласны?
— Нет, — ответил Вилберн, — Мне нужно подумать, я не привык так быстро решать так скоро.
— Это конечно, — закивал мистер Джесси, — Понимаю, конечно. Но, как решите дадите свой ответ? Я надеюсь, он будет положительным?
— Не могу вас уверять, что он будет положительным, — ответил граф, — Но я и не отрицаю, что он будет возможно и отрицательным.
Герцог замолчал, и стал молча переминаться с ноги на ногу и ломать руки от волнения, ведь это был его единственный шанс, чтобы избавиться от долгов.
— Простите за нескромный вопрос, но вы...нашли кого-то другого? — полюбопытствовал герцог.
Граф качнул головой, поправляя свои красноватые волосы.
— Я не в ком не требуюсь. — бросил он, на что герцог слегка взволновался, — Не зачем торопить события, раньше, чем они должны произойти.
Герцог Джесси помолчал, взвешивая сказанные слова графом Вилберном.
— О, смотрю у нас на балу присутствует внучка лекаря Фейна...Рита...— герцог задумался на пару минут делая вид, что забыл фамилию девушка.
— Рита Лемон, — поправил его Вилберн.
— Да, — кивнул герцог Джесси, — Это она так считает, что принадлежит этому роду, а на деле...возможно, что и нет. Так удобнее, придумывать свою историю чем иметь свою настоящую.
— А вы думаете, что она не принадлежит к роду Лемон? — спросил Вилберн.
Герцог покачал головой.
— А вы, что верите этой дезинформации?
— Я верю своим глазам и сердцу, — ответил граф Вилберн, — Нельзя судить о человеке по слухам, если не знаешь лично.
Герцог был глупым человеком, он часто поддавался чужому мнению и делал все то же, что и все, не имея своего мнения, но очень любил свою дочь и ее желания были для него законом. Одно только желание он не мог выполнить для своей дочери, так это заставить жениться графа Вилберна на ней. Ведь многие правду говорят, что на сильно мил не будешь. Если человек упорен, то все равно продолжает стучать в закрытую дверь пытаясь пробить себе путь, расшибаясь и убиваясь об свои же требования и желания, котором порою не суждено воплотиться в жизнь. Так иногда бывает и с этим ничего не подделаешь...
Рита Лемон поглядывала на толпу и ожидала свою подругу, которая болтала с каждым из присутствующих. Периодически девушка поглядывала на скромно стоявшего в стороне этого веселья графа. Ей он казался благородным человеком, высокого статуса и никак не подходившего для этого мероприятия.
— Скучаешь? — спросила Фрёка Джесси, подсаживаясь рядом с Ритой.
— Немного, — едва слышно ответила волшебница, изредка поглядывая на графа из-под опущенных пышных ресниц.
Фрёка пыталась проследить за ее взглядом, пытаясь выяснить на кого направлен взгляд и мечты Риты.
— Кого ты ищешь? — снова обратилась к ней Фрёка.
— Никого, — краснея ответила девушка, потупив взгляд в пол.
— Я же видела, что ты кого-то искала.
— Никого, я не искала, — покачала головой Рита Лемон, — Просто смотрю на гостей.
Герцогиня, как-то недоверчиво поглядела на подругу и направила взгляд в сторону гостей, где яркой фигуркой среди приглашенных выделялся фигуркой граф Вилберн.
— Можешь даже не стараться, дурочка, — посмеялась Фрёка, — Он на тебя все равно не посмотрит.
Рита обижено сжала губы. Ей совсем не нравились частые оскорбления и унижения со стороны герцогини, которая называла себя подругой.
— Ты же сама знаешь, какого он статуса, а ты? — Фрёка усмехнулась, — Ты обыкновенная волшебница, которой не суждено стать женой графа!
— Я ни на что и не надеюсь, — фыркнула Рита, отворачиваясь от Фрёки, все ее дерзкие фразы действовали ей на нервы.
— Глупо мечтать о том, чего не может быть, — изрекла герцогиня, обмахиваясь дорогим веером, — Рано или поздно, граф Вилберн согласиться на этот брак, но я разрешаю тебе на него смотреть, — усмехнулась она, — Он действительно очень симпатичный молодой человек.
Вилберн поглядывал на сидевших и на толпу, собиравшуюся по углам и шумливо болтавших. Он видел на себе взгляды герцогини, внимательные и испытуемые. Зеленые, хитрые глазки, сверкавшие по лисьи, да и сама она чем-то была похожа на лису, такую же хитрую и осторожную, как и ее тотем-хранитель. Графу хотелось немедленно удалиться с бала и уйти домой, где витал покой и тишина, но скрыться от герцогини Джесси было невозможно.
— Вы собираетесь уходить? — встрепенулась герцогиня, заметив, как граф направлялся к выходу.
— Да.
— Вам, наверное, не понравился бал? — спросила девушка, останавливая его, — Он действительно скучный...мне тоже не понравился.
— Нет, — покачал головой Вилберн, — Очень хороший бал, но мне пора. Прощайте.
Он откланялся и последовал на террасу, выходящую в сад.
— Но, если будет еще бал вы придете? — взволнованно спросила Фрёка, — Бал в мою честь...придете? О, только дайте обещание, не уходите так!
Фрёка Джесси поспешила за графом и нагнав его, крепко схватила за руку не желая отпускать. Граф повел раздраженно рукой, пытаясь освободиться от ее хватки.
— Вы же мне правда обещаете?
— Постараюсь, — бросил сухо Вилберн, — Во дворце много дел, а я как правая рука короля, его особо приближенный, должен быть всегда подле его величества.
— Вы очень важный и занятой, — проговорила со вздохом герцогиня, — У вас совсем нет времени на балы...как жаль.
И она снова вздохнула.
— Балы это лишние, очень отвлекает от работы, — изрек Вилберн, и слегка оттеснив от себя Фрёку Джесси, отправился к ожидавшего его экипажа, запряженного рыжими лошадьми с королевским гербом на карете.
— Куда прикажите? — спросил лакей, посмотрев поверх очков на молодого графа.
— В замок, — утвердительно кивнул Вилберн, запрыгивая в экипаж.
Девушка осталась стоять одна. Она стояла посредине сада и смотрела вслед уходящей карете. Ненависть и злоба окутывали ее молодое сердце, ей было неприятен этот разговор, то как граф с легкостью отклонил ее предложения не собираясь являться ни на один бал.
— Граф Вилберн уехал? — спросил встревоженно отец.
Герцогиня кивнула.
— Но должно быть пообещал приехать еще раз? — уточнил герцог.
— Он отклонил все предложения! — всхлипнула Фрёка, бросаясь в утешительные объятья отца и расплакавшись, как дитя.
***
В это время граф Вилберн направлялся к замку.
Король ждал его во дворце, в зале, высоко с поднятой головой он всегда восседал на троне, с гордостью носил корону, которую снимал только перед сном, а если бы была такая возможность не снимал бы и вовсе.
Экипаж Вилберна мчался по городу. Все расходились с дороги заметив карету с гербом короля, не желая связываться и притягивать к себе лишние проблемы.
— Граф Вилберн, — проговорил король, заметив в дверях в тронный зал графа.
— Позволите войти, ваше величество?
— Входи, — махнул рукой король, и указав на стул и стол, поставленный рядом с троном, приказал Вилберну сесть, напротив, — Как обстоят дела?
— Без изменений ваше высочество, — проговорил с граф Вилберн.
— Замечательно. — потирая руки произнес король, — Так и должно быть всегда, не люблю шум и всю эту суету, которую может выдать народ, — Только не верные мне могут устраивать шум, а остальные обязаны подчиняться мне, ведь так?
Вилберн кивнул.
— Сыграйте со мной шахматы, дорогой граф, — попросил король, и прихлопнув в ладоши позвал слугу, который принес шахматную доску и фигуры. — Вам нравиться играть в шахматы, граф Вилберн?
— Все, что нравиться вам, нравиться и мне, — учтиво поклонился Вилберн, что очень растрогало короля.
— Вы мне льстите, — посмеялся король, своим холодным смехом, эхом раздавшемуся по залу, — За это вы мне и нравитесь, граф Вилберн. Вы преданны и очень хорошо умеете говорить.
Вилберн снова учтиво поклонился королю, от чего тот снова расхохотался.
«Вы мне слишком доверяете, — отметил про себя граф, — Но это мне только и на руку»
— У королевы довольно большой ход, не правда ли граф?
Граф Вилберн молча слушал речи короля.
— А король? Так...ограничен во всем, но не я, — он снова расхохотался, — Я хоть и король, но имею очень большую власть над Розалией! Не, то что эта пешка. — и он указал рукой на фигурку короля, — Но все же...если надеться эта принцесса, то она будет в праве занять мой трон? А я этого не хочу! Не хочу и все.
— И, что вы предлагаете? — тихо спросил Вилберн.
— Найти эту девчонку! — проговорил ненавистно король, — Нужно, как можно скорее избавиться от нее...раньше, чем она объявиться и попытается занять мое место, к которому я так долго шел.
— Да, — согласился граф Вилберн, — Будет неприятно, если такое произойдет, ваше высочество.
Король так и подскочил на месте, смотря на графа своими светло-голубыми глазами.
— Поэтому именно вы, граф Вилберн, обязаны сделать так, чтобы этого никогда не произошло!
Граф склонил голову, показывая свою покорность королю.
— Я не допущу этого, ваше величество, — Все те, кто будет против вас будут моими врагами...
— В вас я не ошибся, когда назначал к себе на службу, — улыбнулся король, — Такого преданного слугу, как вы граф нельзя отыскать ни в одном городе Розалии, хотя я знаю еще одного человека, который готов умереть за короля...капитан Флечер, очень хороший малый, он может нам пригодиться, как думаешь?
— Флечер молод и глуп, — презрительно фыркнул Вилберн, — Вряд ли он заслуживает вашего внимания ваше высочество.
— Вот ты и проверишь его на верность, — ответил король, передвигая шахматную фигуру по доске, — Шах и мат, — посмялся король, — Вы проиграли, граф Вилберн.
Вилберн внимательно посмотрел на доску, где король легким движением обыграл половину его фигур.
— Вы превосходный игрок, ваше высочество.
Король просиял от пахлавы графа, чувствуя свое превосходство над всеми, что он очень любил.
— Но могу сказать, что...— снова подал голос граф, — Жизнь, как шахматное поле. Нужно следить за тем, чтобы тебе никто не поставил мат.
— Соглашусь с вами граф, — проговорил задумчиво король, — Но, я думаю, что такого никогда не произойдет.
«Каждый надеяться в свою пользу! — усмехнулся Вилберн, — Но я знаю одно, он боится потерять свою власть и статус над народом»
— Думаю в четверг, вы окажите мне честь и присоединитесь ко мне, когда я отправлюсь на соколиную охоту?
— Ваша просьба, равносильна приказу, — снова поклонился граф, и встав со стула отправился к выходу.
За пределами зала, граф почувствовал свободу. Ему было тяжело сидеть под внимательным взглядом короля и говорить только, то что угодно его величеству. В коридоре замка ему встретилась Джулия. Преданная, королевская ведьма. Она таинственно шла по коридору неся стопку колдовских книг. Заметив графа, она приветливо улыбнулась.
— Добрый день, граф Вилберн.
— Добрый день. — произнес в ответ граф.
— Вы должно быть были на аудиенции у его величества? — спросила она, разглядывая молодого графа каким-то хищным взглядом.
— Да, — сухо ответил граф, — Мы играли в шахматы.
— Значит король сегодня в хорошем расположении духа, — снова улыбнулась Джулия.
Многие знали эту привычку. Если у короля было хорошее настроение, то он очень любил сыграть в партию шахмат или выехать на соколиную охоту вместе со всей королевской свитой. Его привычки были всем хорошо известны, кто был подле него.
— Вам помочь? — предложил свою помощь граф, заметив тяжелую ношу в руках девушки.
— Если вас это не затруднит, — пожала плечами она, все так же смотря на молодого графа.
Вилберн взяв тяжелые книги, отправился следом за ведьмой, чтобы донести их до ее кабинета.
— Это древние магические книги. — сказала Джулия, — Они достались мне еще от моей тетки, — Они мои главные помощники во всех делах...
Граф Вилберн молчал.
— А вам не нужна моя помощь?
— Благодарю, но смею отказаться, — покачал головой граф, он то знал, что общение с ведьмами опасная штука, — Не нуждаюсь в помощи.
— Очень жаль, — проговорила с печалью ведьма, — Ставьте сюда, — чуть позже попросила она, указывая на старый стол, — Благодарю вас за вашу помощь, граф Вилберн.
Поклонившись Вилберн поспешил к выходу из замка, ему хотелось побыстрее отправиться домой и насладиться тишиной, но на обратной дороге хотел навестить некую миссис Брэдли, дальнюю родственницу его матери, даму с кучей маленьких и голодных детей, которая всячески помогала детям сиротам забирая их в свой небольшой дом. На рынке он купил много продуктов, не щадя денег и отправился к небольшому домику из окон, которых за ним наблюдали маленькие глазки.
— Это граф Вилберн! — обрадованно закричала маленькая девочка, бросаясь к двери.
Все остальные последовали за ней.
— Давно же вы к нам не заходи, — улыбнулась миссис Брэдли, — Но я часто получала передаваемые деньги от вашего слуги, — Вы единственный кто идет на помощь детям, оставленным в беде!
— Угощайтесь, — улыбнулся Вилберн, поставив корзину с продуктами на стол, от чего дети радостно завопили.
— Да вознаградят вас Небеса за вашу доброту к нам...— благодарственно сказала миссис Брэдли.
— Вряд ли они будут ко мне добры, — печально изрек граф, присаживаясь на диван возле детей, — После того, что я сделал? Разве можно ли?
Он покачал головой, злясь на себя и свою судьбу.
—Вы очень критично к себе относитесь, граф Вилберн, — покачала головой женщина, — Я верю, что вы хороший человек, за кого вы только себя не выставляли, но в душе вы совсем другой.
— Без вас мы бы просили милостыню на улице. — сказала девочка с красноватыми волосами чем-то похожими на волосы графа Вилберна, — Вы настоящий герой и наш добродетель.
Вилберн слегка улыбнулся, смотря на растрогавшуюся от этих речей миссис Брэдли. Дети обняли ее со всех сторон, они любили ее, как родную мать, которой у некоторых из них сроду не было. Девочка обняла тоненькими ручками шею графа и повисла на его руках.
— Я все же буду надеяться, что в скором времени настанут светлые времена на смену темным и не имеющим никакого будущего, — проговорила едва слышно миссис Брэдли.
— Да, но они могут наступить спустя долгое время, — возразил граф Вилберн, — Может пролиться много невинной крови, слез и денег нищих перед тем, как наступит мир.
Дети налетели на еду, пробуя всякого вида деликатесы, которые только мог достать граф Вилберн. Граф расчистив мандарин кормил девочку, давая ей по маленькой дольке в руки.
— Когда сможете забрать свою племянницу? — спросила миссис Брэдли, указывая на девочку на его руках.
— Не на кого оставить, — ответил он, — Кто сможет ее воспитывать? Я почти не появляюсь дома...с вами ей привычнее, а что могу дать я? Какое же это будет воспитание без моего присутствия...
Малышка с трудом отпустила графа Вилберна, на ее глазках появились слезы от чего миссис Брэдли кинулась ее утешать.
— Он обязательно зайдет к нам, — прошептала утешительно женщина, взяв ее на руки, — Граф Вилберн никогда тебя не оставит.
— Прощай, — улыбнулся он, пожав ее худенькую ручку, — Веди себя хорошо, — и с этими словами он позволил себе немного нежности, поцеловав малышку в лоб.
Девочка улыбнулась уголками губ, смотря на графа, она крепко держала его за протянутую руку. Граф Вилберн вызывал в ней чувства защищенности от внешнего мира, но она очень редко видела его, но любила этого человека всем своим детским сердцем. Единственный человек, который был добр к ней, так же, как и миссис Брэдли.
— Мамочку, жалко, — почти шепотом проговорила она, от чего ее нежно-розовые губки сжались, сдерживая плачь.
— Но у тебя есть в память о ней кулон и ее портрет. — сказал граф Вилберн, заглядывая в темно-карие глаза девочки.
Малышка достала из кармана платьица маленький кулон внутри которого располагался портрет, симпатичной молодой женщины, с длинными светло-русыми волосами и в нежно-розовом платье из пышной ткани, а на боковой стороне кулона было написано ее имя «Леди Агнес». Она отдала дрожащей ручкой свое сокровище и прижалась головой к его плечу.
— Элиза хочет, чтобы этот кулон хранился у вас. — произнесла миссис Брэдли, — Она им очень дорожит, но боится потерять его... Поэтому пускай он будет лучше у вас, граф Вилберн.
Вилберн стал молча рассматривать портрет девушки.
Он лично знал графиню Агнес. Хрупкая, маленькая девушка с длинными волосами и темными глазами, у нее были тонкие, почти детские черты лица, что очень придавало ей добрый и наивный вид. Она была дочерью графа Батлера, строгого, возрастного мужчины в длинном, черном плаще и в шляпе. Он строго относился к своей дочери и жене миссис Батлер, в которую пошла милой внешностью мисс Агнес. Граф Батлер редко проводил балы в своем доме, редко кого пускал в гости в особенности молодых мужчин, остерегаясь за свою красавицу дочь, которая была недурна внешностью и образованностью. Читала, вышивала и играла на фортепьяно от чего была объектом обожание всех местных, знатных людей, но ее сердце принадлежало лишь одному человеку. Молодому графу, который стал совсем недавно знатным человеком и не часто появлялся на балах, где молчаливо посматривал на всех.
Юноша не по годам умный и рассудительный с внимательными темными глазами. Агнес заметила его на одном балу и сразу заприметила молодого графа за его спокойный и рассудительный характер. Он ничего не спрашивал, часто молчал, ему было, как будто бы все равно на происходящие и его было ничем не удивить. Влюбленность охватила ее молодое сердце, она всюду ходила за ним и внимательно наблюдала, обмахиваясь пышным веером. Во время мероприятия она любила проводить время только с ним одним, слушала его игру на фортепьяно, бывало и сама присоединялась после чего они играли в четыре руки.
— Вы очень дивно играете на инструменте, — улыбнулась девушка, — И ваши пальцы, как будто бы созданы для этого игры на фортепьяно, — и она с нежностью взяла его за руку, рассматривая кисть.
— Благодарю, — поклонился молодой граф, слегка краснея от ее прикосновения.
— Что с вами, вы больны? — встревожилась Агнес, внимательно смотря на него карими глазами.
— Нет, нет...все хорошо. — более убедительно проговорил граф, — Я от волнения.
— Но от чего же вам волноваться? — удивилась девушка, — Неужели, вы...боитесь меня?
— Не смею, — улыбнулся он, — Я лишь только очарован вашей красотой...
Мисс Агнес улыбнулась, смотря на графа, он показался ей очень милым и добрым.
— Могу ли я вас видеть сегодня в саду? — спросила девушка, наблюдая за юношей, — Сможете прийти, сегодня в полночь?
— Вы должно быть хотите пригласить меня на свидание?
— Ах, как вы влюбчивы! — воскликнула, смеясь Агнес и схватив графа за обе руки прокружилась с ним.
Ее платье зашелестело подолом по полу. Длинное и пышное, светло-розового цвета, как можно было полагать, что это ее любимый цвет. Граф впервые был влюблен, от чего чувствовал себя взволновано и жарко. Горячая, молодая кровь часто приливала к его лицу, а сердце сильно-сильно билось в груди юноши. Агнес была по детски озорной и задорной, она была младше графа на два года, но несмотря на юный возраст очень умна, а иногда становилась серьезной от чего графу становилось смешно глядеть на ее детское личико приобретавшее серьезные черты.
— Отчего вы опять смеетесь? — строго спросила девушка, надув розовые губки.
— Вы очень смешная, когда становитесь серьезными, — ответил с улыбкой граф.
Агнес снова улыбнулась.
— Прощайте, — проговорила она, когда бал стал подходить к концу, — Но я хочу увидеться с вами снова...
Граф поцеловал ее протянутую руку на прощание, а затем удалился, покидая замок графа Батлера.
Вечером же справившись со всеми делами, граф спешил на встречу, назначенную леди Агнес. Конь, стуча копытами скакал по городской дороге по направлению к замку графа, во всех окнах была темнота, кроме одного. Там его ждали. Он увидел, как шелохнулась занавеска, а за ней был виден маленький силуэт графини. Она держала в руках свечу и смотрела в окно, высматривая долгожданного человека, который был так интересен ее сердцу.
Граф соскочил с лошади, и направился к замку. Свет в окне исчез.
На крыльце он заметил девушку, робко поглядывая по сторонам и рассматривая темнеющий сад.
— Пойдемте, — шепотом произнесла она, — Погуляем по саду и поговорим, я давно не с кем не говорила, папенька запрещает.
Граф кивнул, но понял, что в сумраке его кивок девушка могла не заметить.
— От чего же он вам запрещает?
— Говорит, что многие из людей могут дурно влиять на меня, — ответила Агнес, — А вы как считаете?
— Да, по правде сказать...и не знаю, — проговорил задумчиво граф, — Многие могут быть и дурны, а другая половина возможно даже полезна для общения и развития.
— А вы...вы к какому типу людей относитесь? — полюбопытствовала графиня, — Дурны собой или наоборот?
— Ни один человек плохого о себе не скажет, — покачал головой юноша, — О нем могут лишь сказать поступки, то что он делает или говорит...
— О, вы так умны! — посмеялась графиня и прислонилась к его плечу, — А я даже не знаю...какая я? Многие говорят, что умна и прекрасна, но я считаю иначе! Вы мне не верите? — спросила она, поглядев на удивленного графа, — Да. Я считаю иначе. Я недостаточно хороша, я не сделала никому и ни зла и ни добра...пустой человек, что и для кого я значу?
— Я думаю, что в вас так играет возраст, — предположил граф, — Этап взросления, как говорят лекари.
Графиня покачала головой.
— Нет, не в этом дело.
Они молча шли по цветущему саду. Птицы пели даже ночью, ночи были теплые, летние. Лето было только в самом разгаре, когда солнце начинает по-настоящему припекать, растения цвести, а сердца искать того, кто разделит тихие вечера на двоих.
— Вы когда-нибудь любили? — робея спросила Агнес.
— Нет, — тихо ответил граф, — Но сейчас, кажется да.
— И кого же вы любите? — шепотом спросила графиня, во все глаза глядя на молодого графа.
— Вас. — ответил ей юноша.
Она замолчала, не зная, что сказать, на ее лице мелькнула робкая улыбка, но затем она произнесла:
— И я вас тоже люблю. С первого вашего появления у нас...— О я буду слезно просить отца дать согласие на наш брак, если вы согласитесь? Или вы испытываете мимолетную влюбленность ко мне и ни больше?
— Я вас правда люблю, — возразил граф, — От всего сердца.
Он поцеловал ее руку.
— Не верите мне?
— Я вам верю, граф...— закивала девушка, и крепко обняла его. Он с нежностью зарылся в ее длинные волосы, осыпая их сотнями поцелуев.
Мистер Батлер долго не хотел давать добро на этот брак. Не смотря на многочисленные слезы дочери, все ее упреки и угрозу сбежать из дома, если отец не согласиться. Лишь только благородный рыцарь Ариан Тайгерленд смог повлиять на все это. Он дал хорошую рекомендацию об молодом графе. Хвалил его, рассказывая о его подвигах на ровне с настоящими рыцарями.
Спустя время граф согласился. Сыграли тихую свадьбу, без гостей и прочих незнакомых лиц. Мистер Батлер считал, что на таком мероприятие не нужны лишние глаза и уши способные разрушить чужое счастье. Ведь те, кто завидует нам своей черной завистью, способны навлекать на нас кучу несчастий так как в глубине души они нас ненавидят.
У графини Агнес родилась дочь. Совсем не похожая на династию ее семьи. Многие смеялись над ее внешностью, красные волосы совсем не подходящие для этого королевства. Дочь росла так же, как и мать в замке и никогда не выходила за его пределы, но их семейное счастье продлилось не долго, в стране начались мятежи. Граф Грей, собрав вокруг себя нужных людей наобещал им всего и предложил свергнуть с власти короля Ричарда. Все, кто был за короля Ричарда не уцелели. Так же, как и мистер и миссис Батлер. Леди Агнес тоже погибла, но уцелела лишь дочь. Граф спрятал ее, боясь, как бы ее не нашли. После мятежа, когда все стало спокойнее он переправил ее в приют для сирот, часто помогая деньгами и прочей помощью какая только могла понадобиться...
Граф Вилберн вернувшись в замок, провел в долгом молчании смотря в пол. Миссис Коул поставила перед ним горячий обед и несколько раз покашляв, попыталась обратить его внимание.
— Вы были у девочки?
Граф кивнул.
— Бедное дитя...— проговорила с печалью женщина, — Хоть бы вы забрали ее. Что же это за жизнь в приюте?!
— Мне некогда, — покачал головой Вилберн, — Ребенку нужно воспитание и забота, а я не смогу дать ей этого. А я не хочу, чтобы она страдала, живя в замке под замком.
— Леди Агнес была замечательной девушкой. — сказала миссис Коул, — Могла бы быть заботливой женой и любящей матерью, — А теперь, где она?
Женщина печально махнула рукой и присела за стол, недалеко от графа.
— Я ее помню еще маленькой девочкой, — улыбнулась она, — Чудесный ребенок, словно ангел, надеюсь она им и стала. И я думаю, ей наверняка тревожно за судьбу Элизы! А у вас как будто бы нет совести!
— Как пройдет все это, я обязательно что-нибудь придумаю, — попытался убедить миссис Коул граф Вилберн, — Сейчас не время трогать старые раны, уж поверьте мне.
Женщина что-то пробормотала про себя и удалилась, оставив графа одного.
Вилберн долгое время смотрел в окно, выходившее в сад. Его мысли уносились куда-то далеко. Он вспоминал прошлое и часто думал о будущем, которое как известно не было никому известно до мельчайших подробностей. Он достал из кармана плаща кулон и открыв его стал молча смотреть на портрет девушки. В памяти она осталась такой же, какой была несколько лет назад.
— Леди Агнес...— произнес в слух граф Вилберн, — Вы слишком рано ушли...