16 глава
Сон — это, конечно, чудесно, если бы не одно «но». Порой он бывает кошмарным. И до чего же страшно, когда ты попросту не в силах проснуться...
Сначала мне снился Чонгук. Он уходил прочь, ни разу не оглянувшись, а я стояла и смотрела ему вслед, не в состоянии окликнуть. Окружающая темнота раскалывалась и исчезала как кусочки мозаики, оставляя после себя только пустоту. А потом эта пустота поглотила и меня.
И тут же сон сменился на другой, вот только теперь он уже не был игрой моего подсознания. Видимо, метка становилась сильнее и своим воплощением неумолимо связывала меня со своим хозяином.
Сначала вокруг царили лишь темнота и холод. Но постепенно вдалеке стал различим знакомый пугающий голос:
— Лалиса... — Даже мое имя Намджун произносил с откровенным предвкушением. — Мне никогда никто не противился...
Я пыталась убежать прочь, но голос доносился словно бы сразу со всех сторон, темнота живыми путами захлестывала ноги, не позволяя ступить и шагу.
— Мне всегда были покорны... Только ты осмелилась пойти наперекор, упрямая глупышка. — От тихого смеха даже темнота вокруг задрожала. — И ни одну другую я не желал так, как желаю тебя...
Я едва не задыхалась от ужаса. Путы тьмы нещадно тянули вниз, заставляя упасть на колени. А впереди в темноте уже мутным ореолом вырисовывался приближающийся мужской силуэт.
— Наконец-то ты смирилась... Ты больше не противишься... С каждым мгновением моя магия все крепнет в тебе... Не бойся, я слишком тебя жажду, ты умрешь далеко не сразу... Я отсрочу твою смерть до того момента, пока не испытаю полное наслаждение...
Силуэт обретал все более четкие очертания. Длинные волосы, хищные черты лица, улыбка победителя. Того, кому не ведомо поражение.
— Я знаю, где ты, Лалиса... Я иду за тобой... Я совсем близко...
Резкая вспышка света перед глазами. Я пришла в себя, тут же села. Доли мгновений! У меня есть лишь доли мгновений! Я схватила медальон, сжала его в кулаке и... Мое сознание отступило. Осталось где-то на задворках. Я как личность словно бы не имела никакого отношения к той девушке, которая сейчас неестественно неподвижно сидела на кровати и смотрела в одну точку. Да, я все видела, слышала и осязала, но я была больше себе неподвластна.
Обледеневшую комнату сияющая метка окрашивала в багровый цвет. Выглядело даже красиво, если в смерти вообще может быть хоть что-то красивое. Вот только мне было не до любований. Последними отчаянными остатками воли я сосредоточилась на том, чтобы ни в коем случае не выпустить медальон. Пусть я не могла полностью управлять своим телом, но хотя бы это мне пока удавалось. И на грани восприятия я чувствовала, как заключенный в реликвию дар словно бы робко взывает ко мне, пытается найти отголосок своей силы. Да только магия стихийника перекрывала все. Проявившаяся метка ждала своего хозяина.
Видимо, за магическим фоном комнаты все время следили. Почти сразу дверь отворилась, и в спальню вошел архимаг в сопровождении двух незнакомых мне целителей.
— Лалиса, ты слышишь меня? — Сокджин даже пальцами пощелкал перед моим лицом.
Никакой реакции. При всем желании я сейчас ничего не могла сделать.
— Лалиса! — снова чуть громче позвал архимаг.
— Я жду повелителя, — совершенно безэмоционально ответила я. — Повелитель идет за мной.
Словами не передать, в каком ужасе от происходящего я находилась! Даже хорошо, если я не выживу при отъеме магии метки. Попасть к Намджуну в состоянии послушной куклы — это хуже любой смерти. Безвольная, покорная, но при этом все чувствующая и осознающая...
Скоджин тут же скомандовал:
— Медлить нельзя, идемте.
Двое целителей осторожно взяли меня за руки. Я послушно встала с кровати и последовала за ними. Боялась, что заберут медальон, но они даже не обратили внимания на то, что у меня в кулаке что-то зажато. Мы вышли из комнаты и под охраной придворных магов двинулись вперед по коридору вслед за Сокджином.
В знакомой подземной зале с гигантским мерцающим кристаллом ждали принц и принцесса. Если Дживон выглядел внешне спокойным, то Айрин явно нервничала и даже боялась.
— Ритуал передачи магии начинаем сейчас же, — отрывисто скомандовал Сокджин, помогая безвольной мне спуститься по ступеням к кристаллу. — Все готово?
— Да-да, все сделали, как вы сказали. Тут еще нужна наша помощь? — обеспокоенно спросила Айрин, мельком с сочувствием глянув на меня.
— Нет, можете идти.
Подземную залу покинули все, кроме нас с архимагом. Он подвел меня к небольшому возвышению, напоминающему алтарь. Успокаивающе пробормотал:
— Ничего, Лалиса, скоро все закончится. Все скоро останется позади. И для тебя, и для нашего мира.
Я легла на алтарь, смиренно сложив руки на груди, но по прежнему не выпуская медальона. Сокджин метнулся к кристаллу, и тут же вырвавшееся сияние рвануло ко мне и окутало в мерцающий кокон.
Как же ужасно все чувствовать, но при этом быть совершенно бессильной что-либо изменить... Казалось, кристалл вытягивает из меня чуть ли не душу. Слишком сильна была магия стихийника, слишком не хотела даже частично покинуть жертву. Но неумолимо и совсем понемногу магия все же перетекала в кристалл. Да только сама при этом сразу восстанавливалась. То есть даже отдав нужное количество магии стихийников, я все равно останусь с полноценной меткой.
От мучительной боли я уже ничего не видела, да и почти не осознавала себя. На грани слышимости донесся треск двери и следом — такой родной голос:
— Лиса!
— Чонгук, спокойно! Ты все равно уже ничего не сможешь сделать! — Сокджин явно не ждал его появления, даже изумленно добавил: — Как ты вообще пришел в себя? Я рассчитывал, что ты очнешься после ритуала...
Почти тут же едва уловимо я ощутила знакомое, такое драгоценное тепло. Кажется, Чонгук хотел взять меня на руки, но его сразу отшвырнуло прочь мощным потоком магии.
— Я же говорю: ты уже ничего не сможешь сделать, — терпеливо и даже будто бы чуть устало повторил Сокджин. — Метка проявилась полностью, обратного пути нет. — Но почти тут же захрипел, словно ему стало резко не хватать воздуха.
— Да будь ты проклят! Эту метку еще можно было убрать! Ты должен был ее убрать!
— И упустить единственный шанс? — Даже задыхаясь, Сокджин стоял на своем. — Чонгук, она сама дала согласие, ее никто не заставлял! Ты все равно уже ничего не изменишь!
Почти тут же послышался стук, будто кто-то упал на пол. Видимо, Чонгук отпустил архимага. Снова шаги. Блаженное ощущение тепла, словно кто-то бережно сжал мои ладони.
— Лиса, — тихий, чуть срывающийся шепот, — я рядом. Я здесь, с тобой. Ты только держись, прошу тебя, не сдавайся.
Так странно... Может, мне чудилось, но через его прикосновение словно бы легким покалыванием перетекала магия. Нет, не моя потерянная возвращалась, Чонгук будто делился со мной своей! Жаль, что я сейчас ничего не видела. Но как же теплело на душе просто от того, что он рядом. Он не оставил меня...
— Чонгук, послушай, — отдышавшись, пытался все уладить архимаг, — все идет по плану. Извини, я не хотел так поступать, но у меня не оставалось выбора. Ты же ясно дал понять, что не позволишь использовать Лалису. Вот мне и пришлось вырубить тебя магией. Ты должен был очнуться чуть позже, уже после этого ритуала, и...
— После ритуала? — процедил Чонгук сквозь зубы. — Когда Лиса была бы мертва? Что ты ей сказал?!
— Я все ей честно объяснил. И она очень ответственно отнеслась к своей роли. Поверь, она прекрасно осознавала, на какой риск идет. Да, мне пришлось немного солгать, создав иллюзию, и Лалиса, конечно, наверняка расстроилась, узнав, что ради безопасности ты будто бы уехал...
— Ты сказал Лисе, что я бросил ее?! — перебил Чонгук таким тоном, что даже мне стало жутко. — Сказал, что я оставил ее одну, спасая собственную шкуру?!
— Чонгук, Чонгук, спокойно... — Пусть я ничего не видела, но мне казалось, что архимаг попятился. — Не доверяй эмоциям, оцени все холодным разумом. Нам ведь неимоверно повезло. Теперь шансы на успех увеличились многократно! Ну а то, что, возможно, одним человеком придется при этом пожертвовать... Печально, конечно, но цель оправдывает даже такие средства.
— Только если этот человек не моя жена! Клянусь тебе, Сокджин, если Лиса не выживет, ты будешь первым, кого я убью! — Чонгук явно не шутил.
— Прошу тебя, спокойнее. Будем надеяться на лучшее... — Архимаг осекся. — Ты что?.. Ты делишься с ней своей магией?.. Чонгук! Да это безумие! Нам слишком нужна твоя сила! Прекрати немедленно! Или... Или я буду вынужден принять меры!
Вместо ответа послышался глухой удар. Кажется, Сокджина впечатало в противоположную стену. Больше я ничего не слышала. Боль от перехода магии обострилась настолько, что все остальное будто не существовало. Не в силах этого вынести, я просто потеряла сознание.
Нет, я все же не умерла. Вот только первым, что я ощутила, была никуда не девшаяся метка. Следом пробилось еще кое-что — уже знакомое ускользание магии. Ну да, раз я выжила, свадебную церемонию никто не отменял, моя сила продолжает переходить к мужу. И только после этого я ощутила умиротворяющее и такое приятное тепло. Кажется, Чонгук меня обнимал... Да, это именно объятия... И его магия. Если бы не переданная им магия, я бы точно не перенесла этот ритуал. А теперь даже боли не ощущала, лишь слабость. И, к счастью, полная покорность метке тоже исчезла.
Ресницы казались неимоверно тяжелыми. С трудом, но я все же открыла глаза. К счастью, контроль над телом вернулся.
— Лиса, как ты? — тихо спросил чуть бледный Чонгук, в его серых глазах было даже не беспокойство, а будто бы даже мука, искренняя боль... Он сидел на алтаре, держа меня на руках, бережно обнимая.
— Не очень. — В горле пересохло, слова давались с трудом. И куда сложнее было не разреветься.
— Прости, что меня не было рядом, — порывисто прошептал Чонгук, прижимая к себе чуть крепче. — Поверь, по своей воле я бы ни за что тебя не оставил. И клянусь, больше никогда не оставлю.
— Не торопитесь с клятвами, — послышался чуть рассеянный голос архимага, — еще не все закончилось.
Я перевела взгляд на Сокджина. Он возился возле кристалла. Похоже, проверял уровень магии. Констатировал даже немного торжественно:
— Передача силы метки прошла успешно. Теперь собранной магии точно хватит, чтобы вышвырнуть Намджуна из нашего мира, а дальше уже неумолимо утянет вслед и всех остальных стихийников. Кстати, этот долгожданный гость уже на подходе. И нам тоже пора. Держитесь.
Сокджин тронул несколько рычагов в стене за кристаллом. Тут же пол пришел в движение, потолок исчез — зала вместе с нами быстро поднималась наверх и наконец превратилась в открытую площадку на крыше центральной башни дворца. Царила ночь. Где-то вдалеке грохотал гром. Кажется, вот-вот сюда доберется гроза.
Чонгук встал с алтаря и, бережно держа меня на руках, понес к винтовой лестнице вниз.
— Чонгук, ты куда? — тут же всполошился архимаг. — Ты нужен нам! Из сильных магов внизу только Дживон и Айрин, они без тебя со стихийником не справятся! Но ты, похоже, вовсе не к ним направляешься!
— Естественно, я буду первым в ряду встречающих этого мерзавца, — бросил Чонгук, даже не оборачиваясь. — Но сначала нужно спрятать Лису в безопасном месте.
— Увы, во всей округе самое безопасное место именно здесь, — возразил архимаг. — Именно возле главного источника силы. Пусть тут открытое пространство, но уж точно защита лучше, чем где-либо еще.
Вздохнув, Чонгук внимательно посмотрел на меня. Я произнесла:
— Не волнуйся, я почти в порядке. Я просто подожду тебя здесь.
Явно нехотя Чонгук поставил меня на ноги. Бережно взял в ладони мое лицо.
— Лиса, будь все время под защитой, ни в коем случае не вмешивайся.
— Чонгук, я... — Я столько всего хотела ему сказать! Столько неимоверно важного, что должно было быть озвучено! Просто пока не поздно... Но словно ком в горле стоял, я не смогла даже подобрать слов. Лишь прошептала: — Я подожду тебя здесь. Будь, пожалуйста, осторожен.
Тепло улыбнувшись, Чонгук ласково провел тыльной стороной ладони по моей щеке.
— Ничего не бойся, я скоро вернусь.
Вот и все. Он ушел.
Я всеми силами отгоняла дурные мысли и предчувствия. Только сейчас разжала кулак. Надо же, так крепко держала до этого медальон, что даже пальцы затекли. Быстро спрятала артефакт в потайной карман платья. И просто стояла у края открытой площадки, с беспокойством вглядываясь в ночь. Гроза приближалась. Вдалеке тучи уже расцвечивались вспышками молний. А где-то внизу перед дворцом были маги. И Чонгук. Я понимала, что им придется удерживать Намджуна до тех пор, пока Сокджин не осуществит свой замысел. Но какой ценой?
— Ну все, теперь ждем. — Нервничающий архимаг подошел ко мне. — Как только стихийник появится, я приведу в действие кристалл. Надеюсь, никто не пострадает. Смотри... — Он замер, выдохнул: — А вот и он... Намджун собственной персоной.
Небо растрескалось, и сквозь тучи сверкающий шар с ужасающей быстротой ринулся к земле. Раздался страшный грохот, оболочка шара исчезла, и в образовавшейся при падении воронке выпрямился чуть мерцающий в ночи мужской силуэт. Метка на моей спине вмиг запульсировала, словно подавая знак хозяину. А я даже на шаг не могла отступить от края площадки. Смотрела как завороженная. Сейчас Намджун как ни в чем не бывало направится во дворец. За мной. И Чонгук непременно попытается его остановить.
— Сокджин, прошу, не медлите! — Я оглянулась на архимага.
Он хотел что-то ответить, но так и замер, смотря куда-то за моей спиной. Я тут же обернулась.
Сквозь покрытые светящимися трещинами тучи к земле устремлялись сверкающие шары. Грохот при падении... Один за другим... Девять... Намджун пришел не один. Все десять стихийников собрались здесь.
— Вы же учли это, правда? — Я перевела взволнованный взгляд на Сокджина.
— Нет... — глухо прошептал он. — Со всеми одновременно нам не справиться, попросту не хватит магии. Я не понимаю... Стихийник всегда приходит за своей жертвой один...
— Видимо, кто-то поведал им о ваших планах. — Я с замиранием сердца смотрела, как в воронках от падения шаров выпрямляются мерцающие мужские силуэты. — Вот они и явились все вместе. И какой у нас новый план?
— Да какой еще план! — Сокджин схватился за голову. — Если с одним стихийником еще можно было бы справиться таким образом, то всех уж точно не одолеть!
— Вы столько лет готовились, чтобы сейчас так легко сдаться? — Не хотела кричать, но нервы были на пределе. — Там, внизу, вот-вот начнут гибнуть люди! Нельзя медлить!
— Да-да, ты права. — Сокджин тряхнул головой, пытаясь прийти в себя и сосредоточиться. — Значит, так, план изменяем. Я выпускаю всю энергию из кристалла и свою магию заодно. Но этого все равно недостаточно, нужно, чтобы Чонгук, как сильнейший, пожертвовал и своей. Лалиса, как можно быстрее найди его и передай это. Как только начнется выброс магии кристалла, пусть присоединит к ней свою. Быть может, со всей его и моей мощью у нас будет шанс.
Но не успела я и шагу ступить к лестнице, как Сокджин обеспокоенно предупредил:
— Только не попадись никому из стихийников. Если хоть один из них тебя схватит, они попросту перенесутся в свою обитель, и все. А на расстоянии кристалл не сработает.
— Поверьте, я и сама не рвусь к ним попасть, — торопливо ответила я, устремляясь вниз по винтовой лестнице.
Площадь перед дворцом превратилась в выжженное поле. От подъездной аллеи, чудесных клумб и фонтанов ничего не осталось. Частично удручающий пейзаж скрывала ночь, частично — клубы дыма. Все-таки Сокджин не преувеличивал, когда говорил о долгой подготовке. Даже сейчас, с пониженным уровнем магии, я ощущала, как много здесь устроено магических ловушек. С виду — изящный дворец, а по факту — укрепленная крепость. Да, все было рассчитано на то, чтобы задержать одного-единственного стихийника. Но не десять. Особенно если все они заранее предупреждены о том, что именно их здесь ждет.
Я пыталась в творящемся безумии среди вспышек боевой магии отыскать Чонгука. В какой-то момент мимо меня пролетел принц Дживон, отброшенный неведомой силой, но все же более-менее удачно приземлился и снова ринулся вперед. А еще где-то здесь находились принцесса, придворные маги и целители. Последние должны были восстанавливать силы столь малочисленных защитников дворца. Если бы не король с его страхом перед стихийниками, не пришлось бы проворачивать это тайно! Да сюда целую армию лучших магов можно было бы согнать, а не пытаться немногочисленными силами остановить тех, кто считался непобедимым и бессмертным.
Я увидела Чонгука еще издалека, но даже окликнуть его не успела, к нему подбежала Айрин. Меня они не заметили. Перепуганная принцесса что-то в панике говорила, даже хотела прижаться к моему мужу, но он, видимо, ограничился лишь какими-то успокаивающими словами и указал в сторону дворца. Видимо, советовал ей спрятаться. К сожалению, на таком расстоянии я слов не слышала.
Но Айрин не спешила убегать, все говорила и говорила, не сводя с него взгляда. Вцепилась в его локоть, словно умоляя никуда не отходить. Чонгук быстро оборвал ее речь. Что-то ответил коротко и решительно, аккуратно высвободил руку из цепкой хватки ее пальцев и хотел было уйти... Айрин ничего не ответила. С совершенно каменным лицом она вмиг материализовала в руках кинжал и вонзила Чонгуку в бок.
Я не закричала, не заметалась в панике и не упала в обморок. Время словно замедлило свой бег. Я просто смотрела, как Чонгук согнулся от боли, схватился за рукоятку кинжала, начал его вытаскивать. А все еще стоящая рядом с ним Айрин презрительно улыбалась. Возникший за ее спиной один из стихийников — тоже.
Стремительно замерзающая вокруг меня земля, магия, рванувшая вперед ревущей стеной убийственного холода... У меня ее сейчас мало, но вполне хватит, чтобы размазать эту лицемерную тварь по стене ее же дворца! А заодно с Айрин — и этого стихийника!
От поднявшейся метели я толком ничего не видела. Просто бежала туда, где должен был остаться раненый Чонгук. Тонкая корка льда трескалась под моими ногами, глаза застилало снегом, в горле першило от дыма, совсем рядом раскатами грохотала боевая магия ловушек и срабатывали заклинания немногочисленных защитников. А я отчаянно пыталась найти в этом хаосе своего мужа.
— Лиса! — Внезапно появившийся впереди Чонгук был бледен, слева на рубашке расползлось кровавое пятно.
Выступившие на моих глазах слезы тут же замерзли льдинками. Быстро их смахнув, я едва подавила порыв разреветься от страха за него.
— Лиса, тебя трясет. — Он порывисто обнял меня. — Ты что тут делаешь? Здесь слишком опасно!
— Сокджин просил тебе передать... Но сначала нужно скорее найти целителя, они же где-то здесь! — Я никак не могла унять панику.
— Лиса, спокойно, — Чонгук взял в ладони мое лицо, — все со мной нормально, рана несерьезная. Что именно просил передать Сокджин?
Кое-как взяв себя в руки, я ответила:
— Из-за того что стихийники явились все вместе, магии кристалла попросту не хватит. Сокджин выпустит свою силу и сказал тебе своей тоже пожертвовать, лишь тогда будет шанс. Как только он задействует кристалл, медлить будет нельзя...
— Получается, сейчас там что-то случилось, раз до сих пор он не выпустил магию, — отрывисто перебил Чонгук, смотря в сторону дворца. — Сокджин не стал бы медлить! Видимо, на него напали. Лиса, идем, нужно задействовать кристалл как можно быстрее!
Крепко держа меня за руку, Чонгук устремился вперед. Но почти тут же нам навстречу попался Дживон с совершенно потерянным видом. Забавно, но сейчас принц вовсе не выглядел тем капризным неженкой, которым всегда казался.
— Айрин... — выдохнул он, словно все еще не веря, — Айрин заодно со стихийниками...
— Я уже знаю, — мрачно ответил Чонгук. — Она нас, видимо, им и сдала. Удерживай их здесь как можно дольше. У Сокджина с кристаллом что-то сорвалось, мы туда.
— Поспешите, — пусть и пораженный предательством сестры, принц все равно сохранял решимость, — я постараюсь продержаться как можно дольше.
Чонгук меня не слушал. Мол, какие целители, когда тут каждое мгновение на счету. Но, проклятье, он был серьезно ранен! Пусть он старался не показывать мне ни боли, ни слабости, но я ведь и так прекрасно понимала, что с ним.
— Потом, Лиса, потом. Сейчас есть дела поважнее.
По пустующим коридорам и лестницам дворца мы добрались до открытой площадки башни. Нет, здесь противников не было. У кристалла суетился один бледный чуть ли не до полусмерти архимаг.
— Что с кристаллом? — Чонгук замер на последней ступени винтовой лестницы.
— Он запечатан! — Сокджин словно задыхался. — Кто-то наглухо запечатал кристалл! Теперь силу невозможно выпустить! Я пытался пробить — все без толку!
— Айрин... — мигом догадалась я.
— Айрин? — не понял архимаг. — Но принцесса...
— Заодно со стихийниками. — Чонгук подошел к кристаллу, осторожно коснулся мерцающей грани. — Боевой пробить пытался?
— Да я как только не пытался. — Сокджин выглядел обессиленным. — Похоже, все впустую... Зачем же Айрин так нас подвела...
У меня это тоже в голове не укладывалось. Зачем принцессе прислуживать стихийникам? Из страха, как и король? Но сейчас было не до размышлений.
— Отойдите подальше, — отрывисто произнес Чонгук.
— Ты что задумал? — не понял архимаг.
Но ответа не последовало. Приложив ладони к грани кристалла, Чонгук закрыл глаза. Тут же весь водоворот магии внутри запульсировал яркими вспышками. А потом... Магия начала исчезать...
— Остановись! Ты не выдержишь! — закричал Сокджин, но Чонгук его, похоже, даже не слышал. Архимаг крепко держал меня, не давая ступить и шагу.
В последний раз магия в кристалле разорвалась яркой вспышкой, и сосуд полностью опустел. Чуть пошатнувшись и тяжело дыша, Ксандр тут же направился к лестнице. Едва слышно бросил архимагу:
— За Лису жизнью отвечаешь, — и покинул площадку.
— Чонгук, подожди! — Я хотела броситься следом, но Сокджин меня не отпустил:
— Лалиса, не мешай. Вдруг он все же справится.
— Да что произошло? Куда делась энергия кристалла? Что с Чонгуком?!
— Он полностью вобрал магию в себя. — Сокджин как будто и сам с трудом верил в то, что говорил. — Ты понимаешь, он вобрал в себя силу множества сильнейших магов! Я даже не думал, что такое возможно... Теперь Чонгуку нужно лишь добраться до кого-то из стихийников и выпустить эту мощь. Теоретически должно сработать. Если магии все же хватит...
— Хватит магии на что? — прозвучало с явной издевкой позади нас.
Мы тут же обернулись. Парящий в воздухе Намджун опустился на площадку. Инстинктивный ужас встал комом у меня в горле. Как я все дни с нашей последней встречи боялась этого момента... Момента, когда стихийник все-таки доберется до меня... И вот этот момент настал.
Сокджин решительно задвинул меня себе за спину, но Намджун, похоже, не воспринимал его как какую-либо помеху.
— Я смотрю, вы расстарались, оказали нам такой теплый душевный прием. — Самодовольная улыбка не сходила с его лица. — Я даже польщен.
— Убирайся прочь, Намджун, — Сокджин и шагу назад не ступил, — я не отдам тебе девушку.
Жадно пожирающий меня глазами стихийник перевел взгляд на архимага. Задумавшись на миг, вдруг чуть ли не расхохотался:
— Сокджин! Так это ты! Вечно забываю, как быстро вы, люди, дряхлеете, даже не узнал тебя сразу. Хм, надо же, а я ведь был уверен, что убил тебя тогда... Но, смотрю, ты зря времени не терял, за эти годы даже до степени архимага дошел. Похвально, похвально. Дай угадаю: вся эта мышиная возня с попыткой нас изгнать — тоже твоих рук дело? Да тебе давно пора уже в сторону кладбища ползти, а не в великого спасителя играть. Ну ничего, я сегодня добрый. Так и быть, прямиком отправлю тебя на тот свет. Как раз встретишься там со своей возлюбленной... как ее там...
— Джису, — процедил Сокджин, по-прежнему стоя между мной и Намджуном нерушимой стеной. Он даже словно бы выше стал и моложе. — Ее звали Джису.
— Да какая разница? — Стихийник гадко усмехнулся. — Я их имен не запоминаю. А ты, значит, бедняга, все это время пылал жаждой мести. Ну да, конечно, раз спасти не получилось, то хоть отомстить. Забавно, правда? Ты этим всю жизнь жил, а в моей вечности это лишь мгновение. Я бы про Джису и не вспомнил, если бы не ты сейчас. Да и что вспоминать? Твоя несостоявшаяся невеста была слишком слаба, прожила лишь неделю. Но нам этой недели вполне хватило.
Сокджин не стал ничего отвечать. Звание архимага давали не просто так... Мощнейшим порывом магии Намджуна едва не размазало по каменному полу вместе с его гадкой ухмылкой. Вцепившись в своего заклятого врага, Сокджин слетел с ним с башни. Испуганно ахнув, я подбежала к краю площадки. Успела лишь заметить, как в яростном столкновении магии противники достигли земли.
Я не могла больше оставаться здесь, неведомое предчувствие влекло меня вниз. Где-то там Чонгук, раненый, да еще и с непосильным бременем столь огромной магии... Страх за него гнал меня вперед. Я тоже маг. И уж точно не слабее той же Айрин. Я должна помочь, а не отсиживаться тут. Все равно стихийники легко меня найдут.
Я спустилась вниз по винтовой лестнице, бросилась вперед по коридору, и тут из-за ближайшего поворота вылетела Айрин.
— Ты... — Глаза принцессы сверкнули торжеством. — Вот мы и встретились. Теперь тебя никто не защитит.
Я прекрасно понимала, что нет смысла с ней разговаривать, но все равно не удержалась:
— Как ты могла вступить в сговор со стихийниками! Ты же стольких людей предала!
— Глупости какие. — Она смотрела на меня с пренебрежением. — Как истинный правитель, я приняла единственно верное решение. Стихийники — это снизошедшая на нас милость небес, само воплощение истинной силы! Мы поклоняться им должны, а не пытаться от них избавиться!
Самое ужасное, она не была сумасшедшей. Она именно так и думала!
— Послушала бы я твои суждения, если бы эти мерзавцы тебя наградили своей меткой. Или, по-твоему, метка — это вообще божья благодать? Проклятье, Айрин, ты ведь девушка! Неужели тебя не ужасает участь подобных тебе, обреченных на смерть по милости этих тварей?!
— Всегда приходится чем-то жертвовать. — Она равнодушно пожала плечами. — Одной больше, одной меньше, какая разница. Вот только жаль, что я раньше не узнала про твою метку. — У нее даже лицо перекосилось. — Сразу бы тебя Намджуну выдала, и ты ничего бы не испортила!
— Не испортила что? Твое светлое будущее с Чонгуком? То-то, я смотрю, ты весьма красноречиво продемонстрировала ему свою любовь, всадив кинжал в бок. — Я сжала руки в кулаки, едва сдерживая ярость.
— У Чонгука был шанс поступить правильно. — Айрин побагровела. — Только из-за него я медлила. Но он сделал неверный выбор. Ты все испортила! Ты не заслуживаешь ни Чонгука, ни того, чтобы служить господину Намджуну. Они оба этого не понимают, но я сама решу проблему за них. Нет тебя — нет и этой ошибки.
А я еще ее жалела... Даже неловко перед ней было, сколько я негодовала на Чонгука, что так бессердечно поступает с принцессой. А она вон какой оказалась. И, видимо, именно она как-то вынудила осведомителя оболгать меня, а потом его убила. С виду — милая сдержанная девушка, а по сути — гадина.
Похоже, Айрин либо себя считала всесильной, либо меня — ничтожеством. Или думала, что я слишком ослабла из-за метки. Больше не тратя время на разговоры, она атаковала. В коридоре было негде укрыться, так что избежать столкновения я никак не могла. Зато могла отразить. В один миг корка льда расползлась по стенам, полу и потолку, устремляясь вперед. Айрин истошно закричала, и в следующее мгновение повисла неестественная тишина, нарушаемая лишь грохотом за пределами дворца.
Через несколько секунд снежная пыль улеглась. Ледяная глыба, бывшая когда-то принцессой, покатилась вниз по уклону коридора, пробила и без того поврежденную сражением стену и вылетела наружу. Следом раздался грохот разлетающегося на крохотные осколки льда.
Меня даже замутило. Я убила человека... Пусть я защищалась, пусть сама Айрин была той еще гадиной, но как же тошно от всего этого... Но раскисать нельзя! Только не сейчас! Я поспешила прочь из дворца.
Парадного входа уже не было. Вместо него зияла обугленная дыра. Когда я спустилась по остаткам ступеней, двое целителей уносили с поля боя Дживона. Похоже, принцу сильно досталось, он был без сознания. На мой вопрос один из целителей с безысходностью ответил:
— Пока держатся двенадцать из тридцати придворных магов, господин Сокджин и господин Чонгук. Но лорд Чонгук серьезно ранен, и его мы в последние минут десять не видели, даже не знаем, что с ним. Похоже, — голос мужчины дрогнул, — мы все здесь обречены.
Я не хотела в это верить. До последнего не хотела терять надежду! Устремилась туда, где в самой гуще сражения должен был находиться Чонгук.
Дым застилал глаза и затруднял дыхание, от грохота боевых заклинаний закладывало уши. Я искала почти вслепую. Но ушла недалеко.
— Лалиса... — От одного этого голоса у меня пробежал мороз по коже.
Метка запульсировала острой болью, заставляя замереть на месте. И тут же передо мной появился Намджун, все такой же аккуратный и холеный, словно он не в магическом сражении участвовал, а на бал пожаловал.
— Лалиса, наконец-то мы наедине, — он, улыбаясь, подходил ко мне все ближе, — без всяких мешающих ничтожеств. Ну что, моя непокорная даже сейчас, с воплотившейся меткой. Ты не хочешь склониться перед своим повелителем?
— Гори в бездне, проклятый мерзавец, — процедила я сквозь зубы, по-прежнему не в силах двинуться с места.
Намджун с демонстративным укором покачал головой. Схватив меня за подбородок, наклонился к моему лицу. Прошептал многообещающе:
— Ничего, я научу тебя покорности, малышка. И всех остальных людишек — тоже. Хватит уже с этим тянуть. Я и так слишком долго ждал из-за твоей строптивости. Давно пора проучить тебя за эту дерзость. Вот и все, моя прелесть, последний раз ты видишь свободный мир. Теперь до конца весьма недолгой жизни ты будешь заточена в темнице. Но не волнуйся, — он многозначительно усмехнулся, — ты редко будешь там одна.
Хотел сказать что-то еще, но получился лишь клацающий звук. От резкого удара у Намджуна неестественно свернулась набок голова. Стихийник отлетел в сторону и упал на землю, не удержав равновесия. И тут же ко мне вернулась способность двигаться.
— Чонгук, — выдохнула я, едва не всхлипнув. Я ведь была уверена, что мне конец!
Бледный и изможденный, Чонгук бережно обнял меня. Успокаивающе прошептал:
— Не бойся, Лиса, мы справимся. Скорее спрячься где-нибудь.
— Как же ты мне надоел, — прошипел Намджун, вставая. В земле, с разбитой губой, он уже совсем не выглядел холеным господином мира. — Пошел прочь от моей добычи, пока я еще позволяю тебе трусливо бежать. — Он неумолимо приближался.
Но Ксандр не дрогнул, шепнул мне:
— Беги к Сокджину. Я справлюсь, не бойся.
Мне оставалось только ему верить.
Намджун хотел меня перехватить, но Чонгук перегородил ему путь.
— Да как ты смеешь мне мешать! — Стихийник почему-то не спешил атаковать, больше исходил ядом. — Кто ты такой?!
— Я ее муж. И ты сдохнешь раньше, чем к ней приблизишься.
Ярчайшим световым всполохом разорвалась столкнувшаяся магия. Я едва успела отбежать подальше, иначе бы меня тоже задело.
— Лалиса! — Чуть прихрамывая, ко мне изо всех сил спешил Сокджин. — Где Чонгук? Медлить нельзя, нужно начинать! Больше, чем уже получилось, ослабить их не выйдет! Нужно выпускать всю магию!
— Чонгук сражается с Намджуном, нам туда и близко не подойти! — Из-за грохота приходилось чуть ли не кричать.
— Я все-таки попробую. — Сокджин не стал медлить. На ходу наращивая вокруг себя угрожающе потрескивающую искрами сферу, поспешил к сражающимся.
Несколько мгновений — и вдруг воцарилась оглушающая тишина. Дым расступился, словно брезгуя скрывать убитого. Намджун лежал на выжженной земле, торчащее из его груди ледяное острие равнодушно искрилось в ореоле затухающей магии. Стоящий рядом Чонгук едва держался на ногах, Сокджин упал на колени. А я смотрела и не верила. Стихийник убит... Чонгук сделал невозможное... И именно моей магией! Той магией, которая перетекала к нему после свадебной церемонии!
Вокруг раздалось одновременно девять ударов. Сражавшиеся в разных краях площади стихийники, видимо, вмиг почувствовали смерть собрата и теперь окружили нас.
— Пора... — прохрипел Сокджин. — Пока магию не закольцевали...
В тот же миг во все стороны от Чонгука рванул нестерпимо яркий свет. Вся вобранная им из кристалла магия вырывалась в окружающий мир. Стихийники дрогнули, на несколько шагов отступили, но я рано обрадовалась.
— Мало, — в полном отчаянии прошептал архимаг. — Магии все равно слишком мало...
У меня не было времени на сомнения и размышления. Я просто достала из потайного кармана медальон. К счастью, он не потерялся во время всего этого хаоса.
Я сжала пальцами привычно ледяной артефакт. Синий водоворот в глубине его камня как всегда завораживал. Само воплощение проклятого дара...
Когда-то он отнял у меня самых дорогих людей. Пришло время искупления. Спасения, но не моей жизни. Жизни того, кто мне теперь важнее всех на свете и кого убьют стихийники, как только магия иссякнет. И жизни всех тех несчастных, кого эти мерзавцы еще погубят, если их не изгнать.
Я надела медальон.
— Лиса! — Оказавшись рядом, Чонгук перехватил мою руку.
— Это единственный выход! — в отчаянии воскликнула я. — Пожалуйста, не мешай!
— Я не мешаю. Я разделю все с тобой.
Он крепко меня обнял.
Страшно... Страшно, когда сама твоя суть замерзает. Твое сердце, твоя душа... И даже по коже узорной вязью расползается ледяная корка. Страшно и очень больно...
Древний дар многократно усиливал любую магию своего обладателя. Награди меня природа огнем, я бы сгорала сейчас заживо. Но мне достался холод. Такой привычный и такой беспощадный.
Безграничная мощь проходила сквозь меня, устремлялась во все стороны, словно вознамерившись заморозить целый мир, а потом эта сила смешивалась с магией Чонгука. Я больше не могла ни о чем думать. Сосредоточилась лишь на ощущениях. Тепло... И вовсе не магическое... Человеческое... Тепло объятий любимого... Тепло, сохраняющее жизнь...
Я пришла в себя от ощущения, что на моей коже тают снежинки. Открыла глаза. Перед пока еще чуть мутным взглядом вперемешку с редким снегом кружился пепел. И тишина... Какая удивительная царила тишина...
Чонгук только сейчас чуть ослабил объятия.
— Как ты? — Дышал он тяжело и явно едва стоял на ногах.
— Я... я не знаю... — Машинально коснулась медальона на шее и неуверенно уточнила: — А мы живы?
Чонгук рассмеялся и снова порывисто привлек меня к себе. Слышалось, что где-то невдалеке чуть охрипшим, но будто бы даже помолодевшим голосом кричит Сокджин:
— Получилось! Все получилось!
А к нам уже спешили целители. Но Чонгук отмахнулся:
— Подождите, пока не до вас.
— Но, господин, вы ранены, — попытался возразить один из них.
— Чонгук, да ты на ногах еле стоишь! — Я и сама была готова тащить его к целителям.
Но он все равно отправил всех целителей к Сокджину и остальным уцелевшим магам.
— Лиса, нам нужно поговорить кое о чем прямо сейчас, это очень важно. — Чонгук вдруг опустился передо мной на одно колено и с торжественной серьезностью произнес: — Леди Лалиса, я прошу вас стать моей женой.
— Чонгук, ты что? — Я даже растерялась. — Тебе плохо?
— Да, мне будет очень плохо, если ты не согласишься. Ведь тогда я буду вынужден тащить тебя, что я в данный момент сделать все же не в состоянии. — И тут же, очень серьезно глядя на меня, тихо пояснил: — Третий день, Лиса. Третий решающий день. Пусть я против твоей воли вынудил тебя пройти со мной первую церемонию, но теперь мне нужно твое согласие. Если все же ты категорически против... Я попытаюсь тебя отпустить. Я найду способ вернуть тебе магию, ведь понимаю, что это для тебя самое ценное.
— Нет, — прошептала я, приложив палец к его губам. — Поверь, Чонгук, вовсе не это.
— Потом наговоритесь. — Более решительный, чем остальные, целитель помешал нам в столь важный момент. — Не хватало тут еще погибших по собственной глупости.
Чонгук хотел что-то возразить, но взвившееся перед его лицом зеленоватое облачко магии усыпило. Подхватив моего мужа, целители понесли его в сторону дворца. Точнее, к уцелевшей его части. Даже не знаю, в какой момент рухнуло правое крыло, во время боя я этого не заметила.
— Вам помочь или вы сможете дойти сами? — участливо поинтересовался у меня один из целителей.
— Я сама, спасибо. — Превозмогая слабость, я медленно пошла за ними.
Вскоре ко мне присоединился чуть прихрамывающий Сокджин. Сначала мы шли молча, но вдруг архимаг тихо произнес:
— Я очень любил ее, но меня не было рядом, когда Намджун поставил метку. Я узнал слишком поздно, родители Джису уже отдали ее стихийнику. И я ничего не мог сделать, хотя отчаянно пытался ее спасти. Я поклялся, что не умру, пока не избавлю наш мир от этих тварей. Придумал план, годами подготавливал все для его воплощения. И вот теперь, когда цель достигнута... Странно, но я не знаю, для чего жить дальше...
Вряд ли Сокджин когда-либо раньше так откровенничал. Но сейчас, в таком состоянии, он словно размышлял вслух.
— Теперь вам предстоит еще одно не менее важное дело, — как можно бодрее ответила я. — Нужно, чтобы кто-то мудрый и ответственный следил за пошатнувшимся балансом магии в нашем мире. Сделал все, чтобы в дальнейшем ни стихийники, ни кто-либо еще не пробрался сюда и не причинил людям зла. Разве это не достойная цель?
Сокджин ничего не ответил, лишь устало улыбнулся.
Небо за уцелевшей частью дворца светлело. Наступал третий день. День, который я все время отбора заранее считала днем своей свободы. И я ведь и вправду теперь была свободна. Никакой нависшей угрозы, никакой метки, лишь собственный выбор. Выбор и разума, и сердца, и даже магии.
Я снова коснулась прохладного медальона на своей шее. А ведь он будет очень хорошо смотреться со свадебным платьем...