Единственная

Месяц спустя

День начинался, как обычно. Солнце лениво поднималось над узкими улицами, заливая светом окна нашей маленькой квартиры в Румынии. Баки поцеловал меня в висок на прощание и ушёл за продуктами. Я пожелала ему удачи, перекинула сумку через плечо и пошла на подработку — в маленькое издательство, где мне платили за перевод книг с английского на украинский и наоборот.

Работа всегда немного отвлекала. Я сидела у окна, по привычке закутавшись в лёгкий шерстяной кардиган, и сосредоточенно переводила фразу за фразой, когда взгляд скользнул по столу — и наткнулся на свежую газету. Кто-то из коллег оставил её рядом с кофе. Я взяла её, чтобы отложить в сторону... но взгляд случайно зацепился за знакомое имя.

«Подозреваемый в организации взрыва в центре Бухареста — Джеймс Бьюкенен Барнс. Бывший агент Щ.И.Т., известный также как Зимний Солдат...»

Мир на секунду перестал существовать. Сердце ухнуло в пустоту, пальцы ослабли, и газета с шуршанием упала на стол.

Я не дышала. Не могла.

Нет. Этого не может быть.

Я быстро пробежалась глазами по тексту, выхватывая ключевые фразы: "камера наблюдения", "размытое изображение", "предполагаемое сходство", "опасен", "разыскивается". Всё сфабриковано. Кто-то снова пытается повесить на него чужую вину. Я это знала. Я чувствовала это всем нутром. Это было как в 40-х, как в 70-х, как в 2014-м. Они снова охотятся за ним.

Я с громким стуком отодвинула стул и резко встала. Коллега что-то сказал мне — я даже не уловила слов. В голове гудело, как в пчелином улье.

— Извините, я... мне срочно нужно, — бросила я и, даже не сняв бейдж, вылетела за дверь.

Холодный воздух хлестнул по лицу, но я уже бежала. Через улицы, лавируя между машинами, почти не замечая людей. Я должна его найти. Он ушёл утром — без телефона, как обычно. Он не знает. Он не знает, что его ищут. Что за ним уже могут следить.

Мои ноги несли меня сами. Дом. Надо домой. Вдруг он уже вернулся. Вдруг он ждёт меня там.

Только бы с ним ничего не случилось.

Я ворвалась в квартиру, захлопнула за собой дверь и, не разуваясь, закричала:

— Баки?! Ты дома? — голос сорвался от паники.

Ответа не было. Сердце стучало где-то в горле. Я метнулась в коридор, толкнула дверь в комнату — и застыла.

Пол был проломан, старые доски разорваны — из-под них торчал знакомый чёрный портфель, тот самый, который мы спрятали ещё год назад. Воздух был натянут, как струна. Баки стоял у одного окна, будто загнанный зверь. Его плечи напряжены, взгляд метался. У другого окна, спиной ко мне, стоял человек в тени. Я сразу узнала его.

Стив Роджерс.

Я выдохнула, как будто меня ударили. Мы встретились взглядами — и в его было столько удивления и... боли, что я почувствовала, как всё внутри холодеет.

Я стояла, не в силах вымолвить ни слова. Стив, напряжённый, будто стальная пружина, всё ещё смотрел на меня с вопросом — с болью, с тем немым упрёком, который я не знала, как заглушить.

— Почему ты не связалась со мной? Почему ты... оставила меня? — голос его был не громким, но тяжёлым, как гул грома в закрытом пространстве.

Я открыла рот, чтобы сказать хоть что-то. Но в тот же миг стекло в окне со стороны кухни пошло трещинами.

— Назад! — рявкнул Баки, развернувшись к другому окну.

Раздался глухой взрыв. Дверь с треском сорвало с петель. Комната наполнилась шумом тяжёлых сапог и гортанными командами на незнакомом языке. Автоматы. Шлемы. И... маска. Чёрная маска с серебряным отпечатком когтя.

— Это... — прошептала я, узнав Чёрную Пантеру, — Т'Чалла?

Баки рванулся ко мне, но был вынужден отбить удар дубинкой от одного из оперативников. Стив уже стоял в обороне, отбивая удары так, будто вернулся в форму за доли секунды.

Я бросилась к низкому шкафу, схватила свою кожаную сумку — всё, что могло пригодиться. Потом — под прицелом чужого оружия — скользнула к Баки.

— Уходи! — прошипел он, отталкивая меня к балкону. — Прыгай вниз, это не высоко!

— Ни за что! — Я нашла взглядом Стива. — Есть другой выход?

Он кивнул: — Лестничная шахта. Следуй за мной.

Мы бросились вперёд. Металлический коготь пронёсся в сантиметрах от лица Баки. Т'Чалла был быстрым — почти слишком. Если бы не Стив, подставивший щит, Баки бы не успел.

Мы неслись по коридору, как сквозь пожар: выстрелы, крики, отрывочные команды. Я запомнила каждый поворот, каждый взгляд Баки назад — проверяет, не отстала ли я. Стив шёл впереди. Пантере не нужен был план — он просто преследовал.

Когда мы спрыгнули в подъезд, почти вплотную за нами рухнул солдат. Баки оттолкнул его ударом металлической руки, как тряпичную куклу.

У входа была машина — возможно, припаркованная кем-то из жильцов. Баки подбежал первым, разбил стекло, сел за руль. Мы сели следом.

— Я не умею водить! — крикнула я, — Ты уверен, что справишься?

— Я помню, как это делается, — хмуро отозвался он.

Машина взревела и рванула с места. Через зеркало я видела, как Т'Чалла в прыжке цепляется за капот, когтями цепляя металл. Стив высунулся в окно, отбивая его щитом, чтобы дать нам оторваться.

Это был только начало.

Машина вылетела на улицу, едва не задев уличный лоток с фруктами. Люди рассыпались в стороны, как стая голубей. Я обернулась — Т'Чалла всё ещё держался за крышу, когтями рвал металл, будто это не авто, а кусок ткани.

— Он не отстанет! — крикнула я.

Баки стиснул зубы, резко крутанул руль. Машину занесло, и Пантера с грохотом слетел с крыши, прокатившись по асфальту. Но он сразу же вскочил, как будто удар только разозлил его.

— Прыгай! — приказал Баки, — Мы дальше не прорвёмся на ней!

Он уже в движении — выбил дверь, схватил меня за руку, и мы побежали. Где-то позади нас догонял Стив — я слышала удары щита и выкрики полиции.

Я вырвала руку.

— Я сама! Не тяни меня, я не ребёнок! — Я разозлилась, потому что, чёрт побери, если мы умрём — то вместе и в бою, а не потому, что кто-то из нас тянул другого.

Баки только коротко кивнул. Теперь мы двигались как одно целое.

Мы свернули в узкий проулок — и почти врезались в Т'Чаллу. Он был там, будто знал маршрут наперёд.

Баки бросился вперёд. Удар — щит. Второй — когти. Я увидела момент и врезала Пантере коленом в бок. Он отшатнулся, и этого хватило. Баки ударил его по шлему, я подставила ногу — он споткнулся, упал. Не надолго, но хватило.

— Вперёд! — крикнула я, — Я прикрою!

— Нет!

Слишком поздно. Я развернулась и пнула одну из уличных урн в сторону нападавших. Крышка отлетела, ударив одного по лицу. Второй получил в колено — я метнула нож, который когда-то отобрала у охранника ГИДРЫ. Третий получил удар сумкой по голове. В сумке были книги. И металлический компас Баки. Он точно почувствовал.

Баки вернулся, схватил меня за талию и закинул на какую-то мусорную платформу. Сам прыгнул следом. Стив уже догнал нас.

— Автобус! — показала я. Мы рванули.

На крышу. Бежим. Ветер бьёт в лицо, под ногами — рёв двигателя. Снизу полицейские, позади — Т'Чалла. Он прыгает с машины на машину. Ловко, как кошка.

— Ты в порядке?! — крикнул Баки.

— Я жива! — крикнула я в ответ. — Но если нас убьют, я буду зла!

Он усмехнулся. Даже сейчас.

Мы спрыгнули с автобуса, перебежали на другую полосу. Баки сбил Пантера с ног ударом щита, Стив подбил машину полицейских, которые перегородили нам путь.

Я схватила обломок трубы с обочины и вмазала по зеркалу мотоцикла, на котором ехал один из агентов. Он вылетел на обочину, а я, не думая, вскочила на мотоцикл.

— Садись! — крикнула я Баки.

Он, не теряя секунды, прыгнул за меня. Я не привыкла водить, но... это было инстинктивно. Скорость. Манёвр. Мысли работают в ускорении.

Стив всё ещё сражался. Т'Чалла настиг его. Я замедлилась.

— Мы не можем его оставить!

— Я знаю, — тихо сказал Баки. — Он за нас.

Мы развернулись. Резкий поворот. Помогли Стиву отбить удар, я метнула трубку в Пантеру, отвлекая его, а Баки вырубил того, кто пытался ударить Стива в спину.

Но ненадолго. Полиция окружила нас.

— На землю! Всем лечь! — гремело отовсюду.

Мы переглянулись. Ухода не было.

— Если нас арестуют — всё кончено, — прошептал Баки.

— Или только начинается, — ответила я, положив ладонь на его руку.

Я знала одно: вместе — мы пройдём даже через это.

Меня трясло не от холода. Сидя в самолёте между Баки и Стивом, я старалась сохранять спокойствие, но внутренне всё сжималось. Казалось, что мы только начали жить нормально, только начали дышать свободно — и вот нас везут в другую страну, словно преступников. Хотя... по факту так и есть.

Баки молчал. Он не смотрел ни на кого. Его глаза были пустыми, как будто он заранее готовился к худшему. Я чуть сдвинулась ближе, почти незаметно коснулась его пальцев. Он ответил лёгким движением — да, он рядом, он со мной.

— Всё будет хорошо, — шепнула я. — Я не отпущу тебя.

Он не ответил. Но мне и не нужно было.

Когда нас привезли в Берлин, всех сразу увели в разные стороны. Баки — в изолированную комнату: "до прибытия психолога". Меня и Стива проводили в другую зону. Стены серые, воздух холодный, стерильный — всё как в медицинском изоляторе. Мне было не по себе.

Я стояла, обхватив себя за локти, когда его голос разрезал тишину:

— Вот кого я совсем не ожидал увидеть.

Я подняла голову. На пороге стоял Тони Старк. В костюме, с капелькой усталости под глазами, но всё ещё тот же саркастичный гений. Только в глазах — не насмешка, а злоба.

— Тони... — выдохнула я. Не была готова. Не сейчас.

— Ты исчезла на два года, — начал он, подходя ближе, — Не было ни писем, ни координат, ни чертежей, ничего! А я, между прочим, почти завершил ту формулу. Без тебя. Хотя с тобой было... эффективнее.

— Мне пришлось уйти, — резко ответила я. — Ты не знаешь, что случилось. Я спасала его. Я спасала нас.

— Ага. Нас. Только теперь ты — соучастница террориста. И нас с тобой — больше нет.

Он почти плюнул это слово. Я шагнула ближе:

— Он не виноват. Я была с ним. Все эти два года. Он не убивал никого. У нас есть алиби.

— И кто же его подтвердит? Ты? — Он рассмеялся, но было в этом что-то истеричное. — Дочь учёного из Гидры, пропавшая на годы, появляющаяся внезапно рядом с главным подозреваемым. Очень правдоподобно.

— А ты думаешь, я бы солгала тебе? — прошипела я. — Я работала с тобой, я доверяла тебе. Неужели ты не чувствуешь разницы между тем Баки и тем, что ты видишь сейчас?

— А ты не чувствуешь, как мне больно от того, что ты просто исчезла?

Секунда. Тишина. Мы оба замерли, переглянувшись. В его взгляде было столько боли, что я не смогла ответить. Но и извиниться тоже не смогла.

И тут...

Свет погас.

Сначала щёлкнуло в потолке. Потом в стене. Вся система — обесточена. Мониторы, лампы, камеры. Тишина стала оглушающей.

— Что за... — выдохнул Тони, обернувшись.

— Баки, — сорвалось с моих губ. Я развернулась к двери. — Он внизу.

Стив подбежал к панели, но она уже не работала.

— Это оно. — Он посмотрел на нас. — Они идут за ним.

Я побежала к выходу, сердце било в висках. Не успела. Всё начало рушиться.

Света не было. Лишь проблески красных аварийных ламп выхватывали контуры стен. Сначала — тишина. А потом — крик охраны. Выстрел. Стекло. Грохот.

Он вернулся. Зимний солдат.

Я рванула в сторону лестницы, петляя по коридорам, как тень. В голове гудело: «Найди того, кто выдал себя за психолога. Найди». Но в груди — тревога. Баки. Если он под контролем — он непобедим. Если без — он опасен.

На повороте я замерла. Что-то стукнуло внутри меня. В памяти всплыл план здания — чуть ниже этажом должна быть оружейная. Я резко повернула и побежала назад. Если я найду шокер или хоть что-то — у меня будет шанс.

Я быстро спустилась вниз и увидела , что в оружейной ничего не осталось. Я раздраженно вздохнула. На столе остались только шприцы. Как я поняла это усыпляющие средство. Я схватила один.

Пока я поднималась, услышала, как сотрясаются стены. Бой. Я сорвалась с места, влетела в коридор — и замерла.

Баки. В режиме. Металл блестит, в глазах — пустота. Он сражался с Стивом — и это был не бой, а буря. Баки бил быстро, безжалостно, ловко. Его металлическая рука рассекала воздух как лезвие. Стив едва успевал блокировать удары щитом. Один толчок — и Стив отлетает в стену. Другой — он валится в шахту лифта.

— БА-КИ! — крикнула я.

Он обернулся. Медленно. Словно реагируя на звук, не на имя. И в следующий миг — бросок. Он летит на меня, как хищник.

Я едва успела перекатиться. Первый удар — в бетон, трещина пошла по стене. Я ударила его ногой в бок, он даже не дрогнул. Попыталась скрутить руку — он дёрнул плечом, сбросив меня как куклу. Я с трудом удержалась на ногах.

— Борись, — прохрипела я, блокируя удар. — Ты — не Зимний Солдат. Ты — Баки.

Ответа не было. Только ещё один выпад. Я использовала инерцию, прокрутилась, схватила его за шею, попыталась ударить в солнечное сплетение. Но он контратаковал: раз — меня швырнуло на пол, два — он оказался сверху, металлическая рука прижала мне плечо.

Всё внутри меня кричало. Я не могла его ранить. Не могла.

Он поднял руку для решающего удара.

Я резко вывернулась, прижавшись к его груди. Его глаза — сталь. Но где-то в глубине... тень сомнения?

Я накрыла его губы своими. Вспышка. Взрыв ощущений. Он замер. Полностью. Пальцы дрогнули. Глаза расширились.

— Прости, — прошептала я прямо в его губы.

И вонзила в бок усыпляющий шприц, взятый в оружейной.

Он дёрнулся, как раненый зверь. Ещё секунду боролся. Потом мышцы ослабли. Рука сползла с моего плеча. Он упал мне на колени, тяжело дыша.

Я прижала его голову к себе, сквозь слёзы глядя в пустоту:

— Прости, прости...