Глава 38: Твое прикосновение
POV Артит
– Давай еще раз. Один разок, и мне станет легче.
– ...
Его милое лицо нахмурилось, прежде чем он снова потянулся поцеловать меня в щеку. Я не удержался и расплылся в улыбке. Легкое касание его маленьких губ согрело моё сердце. Я обнял его обеими руками и прижал к себе, поднимая в объятия. Дао вскрикнул от неожиданности.
– Отпусти меня!
Я посмотрел на мелкого, которого держал в руках.
– Поцелуй меня еще раз.
– Я протянул одну руку, а ты уже за ногой тянешься.
– Ну а хули... Ты поцеловал меня в щеку и думал, я не отреагирую? – ухмыльнулся я, пользуясь моментом и впиваясь взглядом в лицо человека в моих объятиях, который насупился от смущения.
Если вы думаете, что я жадный, то так и есть. Я офигеть какой жадный. Особенно, когда речь идет об этом парне.
– Я не могу... – пробормотал он тихо, уткнувшись лицом мне в плечо.
Знакомый мягкий аромат и тепло его тела заставили мое сердце биться как сумасшедшее. Я крепче обнял его и прижался лицом к его лицу, наслаждаясь его теплом, пока не насытился, и только потом отпустил.
– Я понимаю...
– Э-э.
Черт, разве можно быть настолько счастливым?
Я медленно опустил его на диван. Изначально я планировал переночевать вместе с ним, но увидев какой он милый, понял, что могу не сдержаться. Поэтому извинился и сказал, что пойду к себе. Как раз и успокоюсь. С тяжелым сердцем пожелав ему спокойной ночи, я попрощался. Затем подобрл халат, который стянул до этого, перекинул его через плечо и ушел к себе, напевая от радости.
Ким? Кто это вообще? Я реально забыл. Только что я кипел от злости, а теперь был спокоен, словно ничего не случилось.
Стоя под душем, я снова прокрутил в голове все, что произошло, и не мог перестать улыбаться. Хоть я и был тем, кто прикалывался над друзьями, когда они только начинали свои отношения, но прямо сейчас я не мог перестать думать о нем. Бля, я реально потерял голову, уже самого себя не узнаю.
Я еще мылся, когда вдруг раздался звонок по LINE. Это Дерек звонил по видеосвязи, и как раз тогда, когда я стоял под душем во всей красе.
– Чего?
[– Ты че, моешься?]
– Ага. Как думаешь, это совпадение? Или ты специально спланировал? Хотел посмотреть на меня голого, поэтому заранее не предупредил.
[– ...]
Дерек промолчал. Он выглядел дико уставшим, и вместо ответа потянулся и начал снимать галстук. Похоже он только вернулся с работы.
– Эй, ты че делаешь? Не раздевайся! Нельзя делать непристойных вещей по видеосвязи. Это против всех принципов морали!
[– Я только галстук снял, придурок!] – буркнул он раздраженно, на что я громко заржал.
[– Я задолбался на работе и хотел просто поговорить с сыном. И что я получаю взамен? Какое же дерьмо у тебя в башке! Фууу...]
– Ха-ха. Как работа?
[– Норм. Учеба как?]
– Задолбала, – проворчал я. – Но зато теперь у меня есть тот, кто меня поддерживает. Хех. А вот у тебя, Дерек, такого нет...жаль.
Сказав это, я приподнял бровь и посмотрел в камеру телефона с видом победителя. Он нахмурился, глядя на меня через экран в замешательстве.
[– Нонг Дао, да?]
– Ага. Слушай, Дерек, я давно хотел тебе сказать, да все случая не было.
[– Хвастаешься? Чего такой счастливый, а? Черт, вряд ли найдется второй такой как ты, кто будет торчать в ванной и лыбиться, как идиот? Не можешь перестать улыбаться, да?]
– Вот именно!
Затем я рассказал Дереку все про Дао, включая то, что произошло за эти дни. Дерек уселся за стол в своей комнате, положил телефон перед собой и слушал.
– Ну как тебе? Такой прорыв в наших с ним отношениях, кроме меня, кто бы еще смог провернуть? Круто же?
[– Получается, он станет твоим парнем после победы в заезде?]
– Да.
[– Отлично! Это даст тебе стимул выиграть.]
– Разумеется, – я пожал плечами. – Я вообще не думаю про твои сотни миллионов, Дерек. Я думаю только про своего парня. Миллиарды бат это все ерунда. Неважное. (п/п - детка, я могу забрать себе всю эту ерунду. п/р - я в доле!)
[– Тогда я не буду отдавать тебе твои десять процентов.]
– Ни за что! – выпалил я, – Как это не отдашь? А кто на трассе батрачить будет? Я! Кстати, а можно мне двадцать процентов?
[– Ты вечно у меня деньги клянчишь, какого хрена еще торговаться решил?] – пробурчал Дерек.
Я вышел из ванной обмотав полотенце вокруг бедер, осторожно держа телефон и стараясь не намочить его.
[– ...]
[– Чего не вытерся? Пол будет же мокрый!]
– Само высохнет.
[– Какой же ты... надеюсь ты нанял кого-нибудь для клининга? В вашем кондо что, совсем нет никаких услуг?]
– Не-а. Лень бегать кого-то нанимать.
[– Поверни камеру. Хочу посмотреть.]
– Почему тебе вечно хочется поглазеть на чужие вещи?
[– Поверни камеру. Хочу посмотреть, в каких условиях ты живешь. Дались мне твои вещи! Я тебя знаю с момента рождения и видел все. Можно подумать, я не догадываюсь, что у тебя может быть.] – вздохнул Дерек. [– И как же меня угораздило заиметь такого, как ты? А ведь ничто не предвещало беды, пока ты был маленьким.]
– О-о-о... – протянул я, но камеру все же отвернул и показал ему комнату.
[– А у тебя не такой уж и бардак.]
– Я просто прибрался немного. Мой мелкий спал тут несколько дней, и ночью сильно ударился, споткнувшись о стопку книг, еще и лодыжку подвернул. Вот и навел марафет после этого.
[– Это же надо... кто-то вроде тебя и вдруг ведет себя подобным образом! Любовь творит чудеса.]
Дерек явно был потрясен. Я снова повернул камеру на себя, и, поставив телефон на стол, начал вытираться.
[– Блять, прикройся хоть! Я сейчас глаза себе выколю!]
– А че? Ты ж сам говорил, что знаешь меня с детства. И небось частенько видел. Так вот, маленький Артит вырос большим мальчиком. Давай, поздоровайся с дедушкой, – мне было весело шутить над Дереком, он же с лицом, полным отчаяния, просто приложил руку ко лбу.
[– Черт! У меня уже башка раскалывается! Надень трусы живо!]
– Уже надел.
[– Только не говори, что ты так же себя ведешь перед Нонгом Дао?!]
– Ну... не настолько. Он слишком милый.
[– Ну-ну, продолжай хвастаться. Я все еще не понимаю, нахера он вообще выбрал тебя.]
Я натянул штаны и развалился на диване с телефоном.
– Я же прикалываюсь, Дерек! Ты все слишком серьезно воспринимаешь. Мы же часто с тобой в детстве игрались.
[– А почему ты без верха?]
– Пижама в стирке.
[– Заболеешь же. Хотя, стоп... психи вроде тебя не простужаются.]
– Дерек, смотри! Я подкачался и теперь могу грудными мышцами двигать. Видал?
[– Да ну нахер, я смотреть не буду!] – отрезал он.
И я немного обиделся. Блин, не каждый же может ими двигать. Да и так накачать мышцы, как у меня, тоже не каждому дано.
[– Кстати, это правда, что ты говорил с его отцом?]
– Конечно!
[– Блин! Я думал, ты прикалываешься. Это был твой первый разговор с ним, и ты сразу выдал, что хочешь, чтобы его сын стал твоим парнем? Ты вообще умеешь притормаживать? Черт! Или все-таки это я виноват, что не научил тебя быть терпеливым? Кто бы мог подумать, что такой отморозок, как ты, вообще способен влюбиться?]
– А че? Я люблю этого парня, и поэтому сразу же сообщил об этом его отцу. Его батя, кстати, нормально воспринял. К тому же он фанат «Манчестер Юнайтед».
[– Серьезно? Ха! Ну, значит, он прям идеально вписывается в нашу семейку.]
– Вот именно! Дерек, готовь выкуп за невесту.
[– Я всегда готов. Тому, кто заберет моего сына, сразу миллиард отвалю.]
– Ты сам это сказал, Дерек. Так что, как только он согласится быть со мной, мы потащим выкуп к нему домой.
[– Не спеши, идиотина. Сначала пусть он официально станет твоим парнем. Тогда мы пригласим его семью на ужин. Или сами к ним пойдем. Я встречал дохренища народу, но еще ни разу не встречался с семьей партнера моего сына. Интересно даже. Что мне подготовить?]
– Без понятия.
[– Думаю, новый костюм закажу. Нужно будет успеть пошить его.]
– А обязательно прям так серьезно, что аж костюм? – спросил я, глядя на явно нервничающего Дерека.
[– Нуууу...если он тебя по итогу все же не оценит, то хотя бы на старика клюнет.]
– Не надо испытывать меня! А, да, кстати, Дерек...
[– Чего?]
– Забыл спросить... все хотел и вылетело из башки. Ты считаешь меня вспыльчивым?
[– Да это и спрашивать не надо. Сколько раз я прибирался за тобой.]
– А если я скажу, что просто взяв Дао за руку, я успокаиваюсь? Ты поверишь?
[– Не-а.]
– Но это правда. Это как чудо. Один клиент, его клиент, сказал, что Дао ему нравится. И что ты думаешь?
[– Ну ты парень ревнивый. Однозначно врезал ему.]
– Неа, с ним все было в порядке.
[– Серьезно?] – Дерек недоверчиво приподнял бровь. [– Да ну нахер, Артит! Я тебя с детства воспитывал и ни разу не видел, чтоб ты сдерживался. Даже трое охранников тебя остановить не могли. Откуда у тебя вдруг такое самообладание?]
– Кто знает.
[– Если ради него ты можешь быть спокойным, то для меня это только плюс. Мне не придется больше переживать за тебя. А то я всегда волновался, что если кто-то его заденет, ты такое устроишь... Теперь хоть знаю, что все будет ок...]
– Подожди, Дерек, кто-то пришел, – сказал я, услышав стук в дверь.
Я встал, открыл дверь и увидел Мин, которая протянула ключи от моего байка. Мы перекинулись парой слов, после чего она пошла к себе. Я вернулся к разговору с Дереком. Мы еще долго болтали, пока наконец не положили трубки.
После звонка я завалился на кровать, читал записи, залипал в телефон. Прошел почти час, и я понял, что ни хрена не могу сосредоточиться. Все, о чем я мог думать, – только его милое лицо. Особенно, когда он смущается; этот румянец, улыбка, его сладкий голос, когда он говорит или смеется.
Он сводит меня с ума!
Черт, как же я хочу обнять его!
Я вздохнул, пошел к холодильнику, достал банку пива. Ломиться к нему в квартиру - не лучшая идея. Сейчас самым трудным для меня было сдерживаться, особенно рядом с ним.
Ни читать, ни играть не хочется. И что мне делать-то?
Я взял гитару, сел на пол и стал перебирать аккорды, просто, чтобы убить время. Внезапно меня озарило. Я вскочил, схватил блокнот, ручку и начал писать. Хрен знает, сколько времени я так просидел, но когда опомнился, то весь лист был исписан аккордами, и был накидан текст песни. Я смотрел на это, офигевая, и не мог сдержать широченную ухмылку.
Черт, я написал песню без напряга! И это песня о любви. Черт! Какой же я слащавый ублюдок! Мне срочно надо похвастаться! И кому еще это показывать, как не тому, ради кого это все было написано?
Я выскочил за дверь и постучал в соседнюю. Мне было пофиг, что было уже далеко за полночь. Он открыл дверь и уставился на меня с немым вопросом в глазах, явно смутившись от того, что я стоял голый по пояс и с гитарой в руке.
– Ты должен это увидеть! – выпалил я на английском, даже не заметив, потому что текст песни я написал на инглише.
Кажется, он еще больше офигел, но впустил меня. Я сел на пол, он сел напротив меня. Его большие глаза уставились на меня с интересом. И это было охуеть как мило!! Где-то глубоко в моем сердце сразу стало щекотно.
Я начал играть на гитаре и петь песню, ничего ему не объяснив. Песня была еще не дописана. Это был совсем сырой вариант, но мне так хотелось, чтоб он услышал.
– Ты сам это написал?
– Ага, только что закончил.
– Ух ты... У тебя реально талант. Песня просто потрясающая.
– Правда? Да ладно, не перехваливай.
Он покачал головой и слегка улыбнулся.
– С чего мне тебя нахваливать? Песня реально крутая.
– Она еще не готова, – гордо сказал я.
– Можно глянуть?
– Конечно.
Он взял мой блокнот и пролистал.
– Сначала я просто играл на гитаре, чтоб время убить. Но как только подумал о тебе, слова и музыка сами пришли мне в голову.
– Так значит... эта песня для...
– Для тебя.
– Спасибо. Я правда счастлив, – он улыбнулся так, что у меня дыхание сбилось. Его глаза засияли. Я чуть не сорвался поцеловать его, но сдержался. – Ты сделал шаг к своей мечте.
– Да, теперь не надо ждать выпуска. Я могу писать песни и так, в свободное время, – сказал я и тут же решил спросить: – Значит, я заслужил поцелуй в щеку как награду!
– Это вообще не имеет к делу никакого отношения, – сказал он тихо. – И что дальше?
– Ну... надо доработать. Одной гитары мало. Я сначала допишу, потом думаю в студию. Ты же умеешь играть на клавишных? Поможешь?
– А петь будешь сам?
– Посмотрим.
– По-моему, у тебя красивый голос.
– О, тогда дай поцелую... хотя бы в щеку.
– Я же сказал уже, что это никак не относится к делу.
– Ладно, забудем пока про вокал. Я сперва накидаю, и, думаю, сразу в студию. Спать все равно не могу. Пошли со мной?
Он покачал головой.
– Мне учиться надо. У меня завтра экзамен.
– Эх, жаль! Если б не экзамен, я бы тебя точно с собой потащил, – я встал, он тоже поднялся. – Ладно, тогда я пошел.
– Да, будь осторожен по дороге.
Я нагнулся и чмокнул его в щеку. Он застыл от неожиданности.
Я выскочил, пока он не успел ничего сказать, переоделся и рванул в студию. Это была моя собственная студия, которую Дерек построил на случай, если я вдруг снова захочу писать музыку. Она была у него в доме. Сам он тоже умел играть на нескольких инструментах, но редко ими пользовался, позволяя аппаратуре пылиться без дела. И все-таки я думаю, что он нанял кого-то приглядывать за всем.
Какой же заботливый и внимательный мужик мой отец!
Я позвонил ему, когда приехал, чтобы мне открыли мне ворота. Он вышел сам, в белой футболке и штанах, заспанный в хлам. Обычно открывает экономка, но видимо из-за того, что все спали, он решил сделать все сам. А ведь мог и поднять кого-нибудь.
– Нахрена ты приперся среди ночи? Только не показывай мне опять всякую хрень, а то я точно не усну, черт возьми!
– Да ладно, тебе же нравится на самом деле, просто не признаешься.
– Это как раз то, что мешает уснуть, если честно.
– Дерек, ты офигеешь! Глянь вот, – я протянул ему блокнот. Он, моргая, взял и протер глаза.
– Что это?
– Песня. Я снова начал писать.
– Серьезно? Пару часов назад ты показывал мне какую-то дичь. Только не говори, что это тебя вдохновило. Я не хочу каждый раз видеть твое хозяйство, когда ты песню пишешь.
– Да че ты такой травмированный? Мне просто делать было нечего. Читать, играть не хотелось. Я взял гитару, и вдруг – бац! И тут идея пришла. Вот и написал. Пока не готово, но это начало. Вот почему я сюда приперся. В студию.
– Охренеть... Как закончил, так сразу в студию. Ты всегда все делаешь так быстро. Наконец-то ты воспользуешься студией, которая так долго пустовала, – сказал Дерек, вернув мне блокнот, – Почерк у тебя клевый. А тот, про кого писал, в курсе?
– Конечно! Он первый узнал.
– И что сказал?
– Сказал, что рад и поблагодарил меня.
– Думаю, он все сильнее к тебе привязывается. Походу, нравишься ему.
– Правда? – я оживился.
– Ну, а кому не понравится, когда ему песню пишут? Ты все сделал правильно, – похвалил Дерек, похлопав меня по плечу, прежде чем войти в дом. Он открыл дверь студии. – Я месяц назад аппаратуру проверял. Должно все работать. Попробуй.
– Раньше я не понимал, зачем ты вообще эту студию сделал. А теперь – дошло.
– Я же говорил, твои песни стоят того. Если захочешь снова писать – я буду рядом. Да и деньги были, студия недорого обошлась, так что че бы не сделать? Все лучше, чем пустая комната. Дом-то большой.
– Ого, красиво сам себя похвалил, – поддел я его.
– Завтра у тебя смена?
– Ага, с утра.
– Смотри не залипай тут до упора, чтобы не потерять счет времени. Ты всегда так погружаешься в свои дела, что не просыпаешься. Поставь будильник.
– Ты меня прям отлично знаешь.
– Я с тобой дольше всех, – сказал Дерек, зевая. – Начнешь прямо сейчас? Я тебе что-нибудь приготовлю.
– Ого, шеф лично хочет мне приготовить?
– Не обольщайся. Просто сэндвич. Жди.
– Идеально.
Я радостно ввалился в студию. Сел за комп с двумя мониторами, глянул на ряды аппаратуры и начал все включать. Я вспомнил, как сочинять музыку, и потихоньку приступил к работе.
POV Дао
Я получил сообщение от дяди Дерека. Это было фото Пи Артита, который сидел в студии. Увидев его, я невольно улыбнулся. Полчаса назад он появился, не сказав ни слова, и начал играть для меня на гитаре.
Это была незнакомая мелодия, я был уверен, что никогда ее не слышал. Но потом он сказал, что написал ее для меня. Я замер, услышав это. Потом радость захлестнула меня, я почувствовал себя по-настоящему счастливым, зная, что он сочинил ее, думая обо мне.
Я заглянул в его блокнот с текстом и понял, что это отличная любовная песня. Мелодия цепляла, а от его голоса я почти потерял сознание. Если бы завтра не было экзамена, я бы точно пошел с ним в студию. Я очень хотел увидеть, как он все это делает.
Я обменялся LINE с дядей Дереком, когда мы списывались по почте. Он сказал, что я могу не говорить Пи Артиту о нашей переписке. Я и думать об этом забыл, пока он не прислал фото.
Его голос звучал чертовски притягательно, даже несмотря на то, что песня еще не готова. Но, по-моему, она уже звучала офигенно. Я был так счастлив, что словами трудно описать. Никогда не думал, что кто-то вообще напишет для меня песню. А еще я был рад потому, что он когда-то говорил, что его мечта – заниматься музыкой, и вот он сделал еще один шаг к мечте. Это тоже радовало.
Я долго смотрел на его фото, прежде чем отложил телефон. Он выглядел счастливым и полным сил. Казалось, он горит тем, что делает. Пусть это всего лишь пара снимков, но человек на них выглядел таким привлекательным. Я никогда не думал, что мне может кто-то так нравиться. Один взгляд на его фотографию делал меня счастливым.
Его образ продолжал преследовать меня, но я заставил себя готовиться к экзаменам и в конце концов вырубился от усталости. Внезапно проснувшись, я понял, что лежу в кровати. Темнота вокруг мешала рассмотреть что-либо.
Я увидел тень над собой, и вдруг грудь словно пронзил электрический разряд. Я почувствовал на себе теплую и влажную ладонь, которая скользнула по моему животу, потом вверх и нежно коснулась соска.
– Ммм... – когда коснулись моей груди, с губ сорвался тихий стон. Поскольку меня никогда раньше так не трогали, это было странно. Ощущение покалывания переросло в щекочущее наслаждение, и я сам невольно выгнулся навстречу его руке.
– Хочешь, я остановлюсь? – спросил он мягким, хриплым голосом.
Услышав его голос, мое сердце забилось сильнее. Мне хотелось оттолкнуть его, но я был бессилен под жаром его рук. Он наклонился, обвел сосок языком, лизнул и стал жестко посасывать, отчего мурашки побежали по груди и животу.
Другой рукой он гладил мою спину. Было и стыдно, и чертовски приятно. Мне не хватало воздуха, я стал дышать чаще, собирая остатки сил, чтобы оттолкнуть его. Он, казалось, ничуть не смутился, но подчинился, отстранившись. Я натянул футболку и вскочил, уставшись на него.
– Совсем, что ли?! – выругался я и со всего размаху врезал ему подушкой. Он даже не увернулся. Он просто продолжал стоять на коленях на кровати, уперев руки в бедра и запрокинув голову, позволяя мне бить себя. Когда я выдохся, остановился и прохрипел: – Извинись!!
– Прости. Я правда не смог себя сдержать! Я знаю, что должен был, но мне до пиздец как хотелось тебя обнять.
– ...
– Все потому, что я не умею себя контролировать. В следующий раз не спи так, чтобы футболка на тебе задиралась. Ты же знаешь, как я схожу по тебе с ума.
– Не сваливай вину на меня! Уходи.
– Нет, дай я тебя обниму.
– Ты еще смеешь просить?
– Если захочешь, я могу сделать это снова.
– Совсем спятил?! – рявкнул я, скривившись. Сердце все еще колотилось. От его горячих прикосновений по телу все еще гулял жар. Мое лицо полыхало, – Я ж не для этого ключ-карту тебе давал!
– Даже не думай забирать! – нахмурился он, – Мне так хорошо. Давай, бей меня своей мягкой подушкой!
– Если я тебя сейчас реально стулом тресну, не ной потом, – пригрозил я. Он опустил голову, при этом выглядел как здоровый пес, которого отчитал хозяин.
– Бей сколько хочешь, если тебе от этого полегчает, – сказал он серьезным тоном, а его нежный взгляд смягчил мое сердце.
– Больше так не делай.
– Почему нет?! Да ты так охуенно пахнешь!
– Ай! – он заорал, когда я с силой дернул его за ухо.
– Я сказал, не делай так больше!
– Все, все, не буду... ай...
– Еще раз повторяю: не делай больше ничего такого, пока мы не начнем встречаться, ясно? Я хочу быть готов.
– Ты про это?..
– Да, про это тоже, так что не лезь больше ко мне, – процедил я сквозь зубы, хотя на самом деле не хотел этого говорить.
Я знал, какой он и чего мне следует ожидать. Хотя раньше меня он не интересовал, сейчас я пытался подготовиться, а он торопил.
– Понял. Почему ты такой милый, а?
– Ну хоть понял... – вздохнул я, отпуская его ухо. Оно слегка покраснело. Я заметил кучу проколов от сережек и старался быть осторожным. Взглянул на часы и понял, что уже было начало шестого утра. – Ты только что пришел?
– Ага. Закончил песню. Хотя нет, не совсем. Устал жутко, пошел спать. Но потом подумал, что хочу тебя обнять... и вот я тут.
"А потом ты вломился и разбудил, приставая ко мне, да?"
Хотелось взбеситься, но я не смог. Черт... Да и дело не в том, что я против или не люблю это. Просто время еще не пришло. Если я не подготовлюсь, меня реально хватит инфаркт.
– Когда песня будет готова, дам тебе послушать первым. Это ведь песня, написаная для тебя.
– Хмм... ладно, буду ждать, – улыбнулся я.
Он ничего не ответил, только смотрел на меня своими красивыми бездонными глазами. Я замер, не понимая, что он там высматривает.
– Но ты правда слишком милый. Ну дай еще разок тебя пожамкать?
– Нет!
Я начал пихать его от кровати, и, дойдя до дивана, толкнул его так, что он рухнул на него. С этого момента, если он будет приходит в мою квартиру, к моей кровати ему подходить запрещено. Таково было наше соглашение. Сначала он был недоволен, но спорить не стал и в итоге сдался.
Утром, сквозь сон, я почувствовал легкие поцелуи в лоб и щеку и услышал: "Я не лез на кровать".
Затем я услышал, как открылась и закрылась дверь.
Проснулся я около восьми тридцати утра. В квартире никого, кроме меня и Кхуна Джона, не было. Собираясь принять душ, я вдруг увидел, как из стены вышла Пи Крим.
– Э? Ты чем там ночью занимался? Я ужас как смутилась, понял? Я же пришла поболтать! Он такой необычный. Я тихонько подсмотрела за вами. Сосед твой очень красивый. Но не стала особо разглядывать, чтоб ты не ревновал. Хотя выглядел он уставшим и сонным, все равно был чертовски притягательный. Тело у него офигенное: кожа загорелая, куча мышц, татуировки... Я в шоке, что он за тобой бегает, и видно же, что влюблен по уши.
– ... – я даже не повернулся к Пи Крим. Сначала я не придавал ее словам значения, но потом понял, что мое лицо начинает гореть.
– Ууу, щеки красные! Смутился, да?
– ...
Я не ответил и ушел в ванную. Черт, мне становилось реально неуютно от того, что в комнате есть призрак. Я переоделся в студенческую форму и направился к двери ванной.
– Пи Крим.
– А?
– Не смотри. Не слушай. Не вмешивайся. Скажи это и остальным. Иначе я позову бабушку, чтобы она вас всех разогнала.
– ...ладно. Не смотри так серьезно. У тебя лицо скорее милое, чем пугающее. Ой! Щеки опять красные!