Глава 32: Не за что
(п/п – оригинальное название My pleasure)
POV Даоток
Знакомая до боли трель телефона вырвала меня из сна посреди ночи. Он обнимал меня сзади. Одну руку подложил мне под голову, словно подушку, а другой крепко обнял за талию. Его горячее дыхание окутывало мою шею, а тепло его тела и нежный аромат дарили мне такое ощущение уюта, что я снова чуть не уснул.
Я попытался убрать его руку со своей талии, но без толку. Он только сильнее обхватил меня, недовольно бормоча сквозь сон. На мгновение мне показалось, что он проснулся, но его ровное дыхание убедило меня, что он спит.
Я потянулся за телефоном, лежавшим рядом. Экран засветился, сигнализируя о входящем звонке. Я взглянул на него – это был Норт. Было 3:30 утра. Еле подняв тяжелые веки, я ответил на звонок.
– Спи давай. Спокойной ночи, – буркнул я, прежде чем сбросить звонок, чувствуя сонливость. Но Норт позвонил снова.
[– Не вздумай сбрасывать!]
– Что случилось? Ты нафига в такую рань звонишь? – спросил я.
[– Почему ты спишь? Обычно ты не спишь в такое время!] – сказал он торопливым тоном.
– Мы люди, Норт, а не призраки. И кстати, с чего ты меня все время призраком называешь?
[– Не говори слово "призрак"! Ой...я не хочу это произносить. Я... когда принимал душ, услышал детский смех. Пиздец это было стремно! Никогда такого не было. Почему они меня беспокоят? Это же вы с Пи Титом жрали те сраные снеки, не я!]
Паника в его голосе меня немного развеселила, даже сонливость немного отступила.
– Где твой парень? – спросил я.
[– Почему ты о нем спрашиваешь?]
– Иди к нему. С ним тебе не будет страшно.
[– Нет его. Пи Джо на работе. Я и так уже на нервах, еще и его дергать? Не хочу.]
– Но ведь тебе страшно, да? Пусть он тебя успокоит.
[– Да не страшно мне! Я и страх – мы по разные стороны баррикад,] – сказал он твердым голосом.
– Ну, ладно, тогда кладу трубку. Спокойной ночи.
[– Эй, не надо! Не сбрасывай! Ладно, ладно... мне страшно. Мне реально страшно сейчас. Почти плачу, бля! Ненавижу такое. Почему они ко мне лезут, если я даже те снеки не пробовал?]
– Почти плачешь, значит?
[– Да, глаза уже на мокром месте.]
– Как-то быстро слезы у мужика потекли, – поддел я его, зная, что про плач он не всерьез, а вот страх был реальный. – Не думаю, что это что-то серьезное. Может, твои друзья просто подшутили над тобой. Что ты сейчас делаешь?
[– Под одеялом спрятался. Если Джо зайдет, то точно офигеет, что я так делаю. Но я реально испугался.]
– Открой одеяло и прислушайся. Правда слышен детский смех?
[– Да ты больной? Не буду!]
– Норт, я же говорил, что в твоей квартире ничего нет. У твоего партнера такая мощная аура, что к нему ни один призрак не сунется. Поверь мне, там ничего нет!
[– Точно?]
– Да, обещаю. Я тоже ел те снеки, и ничего не случилось. Наверняка кто-то просто прикололся.
[– Хочешь сказать, это у меня глюки от страха?]
– Может. Ты в последнее время ужастики часто смотришь?
[– Ну... бывает. Эх, башка сейчас лопнет. Ладно, убираю одеяло.]
– Смелее!
Послышалось шуршание с его стороны, потом снова наступила тишина.
[– И правда ничего.]
– Видишь? Я же тебе говорил. Перестань бояться и ложись спать.
[– А если оно появится, когда я брошу трубку?]
– Если оно действительно появится, просто отправь ко мне.
[– Это типа хорошая идея?]
– Лучше, чем если ты будешь меня дергать и не давать мне спать. Если это будет призрак, я даже высплюсь лучше.
[– То есть я тебя бешу сильнее, чем призрак, да?] – рассмеялся он. [– Ладно, если ты уверен, что все в порядке, то мне немного спокойнее. Кстати, ты свободен завтра?]
– Может быть. А что?
[– Пошли в храм, сделаем заслуги вместе?]
– Ты меня зовешь делать заслуги? Серьезно?
[– Да. Последнее время что-то слишком не везет мне. Может, поможет.]
– Ладно. Только кого еще позовем?
[– Кот есть, парень есть. А, точно, еще Пи Тита можем взять. Хотя он, наверное, откажется, так что не заставляй его.]
– Окей.
[– Есть норм храм, где на удачу можно попросить? Я знаю один недалеко. Как тебе?]
– Договорились. Завтра едем. А сейчас я спать.
[– Окей. Спокойной ночи, приятных снов!]
После того как Норт повесил трубку, я вернул телефон на место и продолжил наслаждаться тишиной. Мои глаза уже привыкли к темноте вокруг. Человек рядом со мной все так же обнимал меня, и у меня было предчувствие, что так будет до утра.
Раз уж спать больше не хотелось, я повернулся к нему. Его красивое лицо было совсем близко, что вызвало во мне легкий трепет. Наверное, потому что это он. Обычно, когда он говорит, улыбается или смеется, он живой, естественный. А во сне он как-то по-особенному привлекателен. Я не понимал, как кто-то вроде него мог заставить меня так много думать о нем.
Если я попрошу его сказать, что он меня любит, он точно улыбнется во весь рот и скажет без тени сомнения. Даже обрадуется, а потом спросит: «А зачем ты попросил это сказать? Ты что, влюбился в меня?»
От одной этой мысли я невольно улыбнулся.
– Сумасшедший, – тихо выдохнул я и, протянув руку, коснулся его носа и щеки.
Он реально ненормальный, немного неразумный, но до жути милый, как я уже говорил раньше. Мне надо быть осторожнее, если я захочу похвалить его, а то и впрямь разденется догола.
– Спокойной ночи, – шепнул я спящему. Затем медленно закрыл глаза и наконец снова уснул.
...
...
Я проснулся от солнечного света, льющегося из окна. Взглянув на часы, я понял, что было уже девять утра – не рано, но и не совсем день. На телефоне высветилось уведомление о сообщениях от Артита. Он писал, что оставил мне соевое молоко и ютяо на столе, а также напомнил про прием лекарства. А еще что вернется около полудня. Я ответил ему смайликом с пальцем вверх.
После душа я привел себя в порядок, затем налил молоко, взял ютяо и приступил к завтраку. Пока я ел, проверил телефон и электронную почту, чтобы узнать, нет ли новых заказов. Один клиент связался со мной по поводу нового проекта. Обычно я без колебаний соглашался и сразу же приступал к работе, но сейчас мне надо было закончить рисунок для Артита, поэтому ответил, что смогу начать только на следующей неделе. Если они согласятся, я возьмусь за работу, а если нет, то все в порядке.
Ах да, его отец, дядя Дерек, говорил, что хочет картину акрилом на холсте. Стоит ли мне напомнить ему?
Пока размышлял, ко мне подошел Кхун Джон и потерся об ногу. Он явно просил внимания. Но я не мог его сейчас взять на руки, потому что ел жареный хлеб. Взглянув на его миску, я понял, что там еще осталось немного еды. Значит, кое-кто сегодня его уже покормил.
Он даже поменял мне повязку на лодыжке. Нельзя отрицать, что он действительно хорошо обо мне заботится. Такие небольшие, но постоянные знаки внимания могут сломать любую защиту.
Что касается меня...
Моя защита рухнула еще в тот день, когда я решил дать себе шанс и открыться ему. Благодаря этому я чувствую себя еще счастливее теперь, когда он постоянно рядом со мной. То, что он ляпнул, мол, с каждым днем он будет мне нравиться все больше, было правдой. Сегодня он мне нравится уже чуть больше, чем вчера.
Дожевав ютяо и допив соевое молоко, я помыл стакан и выбросил мусор. Потом снова уселся за рабочий стол, как обычно, и продолжил раскрашивать рисунок.
Около часа дня я услышал, как открывается входная дверь. Хозяин комнаты глянул на меня, подошел, водрузил на стол коробку с едой. Одной рукой оперся на край стола, второй – на спинку моего стула, наклонился и заглянул в рисунок.
– Круто! – сказал он.
– Спасибо, – ответил я.
Он наклонился и поцеловал меня в лоб. Без спроса. Я аж опешил, а он вел себя так, будто ничего такого не случилось.
– О, кстати, я тут Крама недавно встретил. Можно, кстати, его имя при тебе произносить? – спросил он, подойдя к шкафу и сняв лабораторный халат.
– Можно. А зачем ты с ним встречался?
– Предупредил, чтоб больше мое не трогал.
– О...да?
– Не хочешь подробностей? Типа, че он ответил?
– Мне все равно, – честно ответил я.
– Ну и отлично, – кивнул он. – Иначе я бы очень расстроился.
Он снял рубашку, которую носил под халатом, и надел чистую. Я вернулся к работе. Однако я снова взглянул на него, когда он начал расстегивать брюки.
– Можешь смотреть, я все еще в боксерах, – небрежно сказал он.
– Почему ты сказал, что я могу смотреть? Другим ты обычно запрещаешь, да?
– Потому что хочу, чтобы только ты смотрел. Люблю, когда ты смотришь на меня.
– Звучит немного странно, не думаешь? – ответил я, заставив его рассмеяться. Затем он сел на стул рядом со мной.
– Сделай перерыв, давай пожрем, – предложил он.
Я отложил кисть, убрал кое-какие вещи, чтобы освободить место для ланч-боксов. Пока мы ели, он пялился на меня.
– Норт позвал нас сделать заслуги, – сказал я.
– Че? – он аж брови поднял. – Он позвал делать заслуги?
– Ага, и сказал, чтобы Пи я тоже позвал.
– О, теперь ты снова называешь меня Пи?
– Ну, только сейчас.
– Что ты имеешь в виду под "сейчас"? – поинтересовался он. Я промолчал, пережевывая еду. Он сменил тему. – Джо тоже пойдет?
Я кивнул.
– Ага, значит, Норту опять нужна удача, чтобы вытащить "ту самую" лотерею, да?
– Откуда ты знаешь?
– Джо уже задолбал жаловаться на это, – буркнул он. – Ты хочешь пойти?
– Почему бы и нет. Я давно не делал заслуги.
– Ладно. Но молиться я не буду, – заявил он. Я молча кивнул, соглашаясь.
После того как я поел, он взял пустой ланч-бокс и выбросил его.
– Во сколько выходим? – уточнил он.
– Не знаю, Норт, наверное, позвонит.
– Ща сам спрошу, – сказал он, поднимая телефон и набирая номер Норта. После короткого разговора он повесил трубку. – Надо уже выходить. Ты уже принял душ?
– Да. Сейчас переоденусь и пойдем.
– Ок.
...
...
POV Артит
Я схватил Джонни, черного кота, и прошел с ним в комнату, чтобы поиграть, пока его хозяин переодевался. По сути, мы сейчас шли делать заслуги, чтобы Норт, мать его, вытянул себе счастливый лотерейный билетик. Стояла адская жара, и Джо, который терпеть не мог жару, пришлось набраться терпения, чтобы сопровождать своего ненаглядного в поисках удачи, хотя у него и так бабла было дохренища.
Я-то жару люблю больше, чем холод. Когда мы с Джо ездили в Бостон, там стоял такой жуткий холод, что я промерз до костей и в итоге махнул в Бразилию. Поехал я без плана, толком не представляя, куда направляюсь, еще и денег было в обрез. В конце концов меня за руку ухватила пиранья, да так, что пришлось накладывать несколько швов. Но все равно это был любопытный и веселый опыт. Так что могут эти уроды уже прекратить ржать?
И да, именно из-за того, что меня укусила пиранья, мне удалось заставить Фа написать за меня работу. И если кто-нибудь спросит, почему, если у меня повреждена рука, я все еще могу играть на барабанах, то ответ прост: потому что я притворялся. Мне было лень писать работу. Только не говорите этого Фа, ладно? Но, думаю, он уже и сам все понял. И все равно сделал за меня, не выдержав моего нытья.
В общем, вывести мелкого на солнце было хорошей идеей. Он и так белый, как свежепокрашенная стена. Шучу. Хотя нет, не шучу, он действительно слишком бледный. Такой, что аж глаза режет. Словно его только что вымыли отбеливателем. Настолько белый, что у меня голова кружилась, когда я смотрел на него.
– Ты че, черт возьми, делаешь? – спросил я Джонни, который упорно карабкался по мне. Подняв его, я посмотрел в его желтый глаз. – Ты ж меня обожаешь, да? Иди, скажи своему хозяину, чтоб он тоже меня обожать уже начал. Хотя он уже говорил, что я ему немного нравлюсь... Ну ладно, скажи ему, чтоб сдался мне уже, ладно?
– Мяу, – вот и все, что ответил Джонни.
– Мне твоя любовь не сдалась, – сказал я, когда он помахал своими крошечными лапками в воздухе. – Ревную просто. Он тебя любит больше, чем меня. Вот и придется устранить конкурента.
Кот был такой милый, что, переполнившись чувствами, я открыл рот и сделал вид, что откусываю ему голову. Как раз в этот момент хлопнула дверь ванной. Вышедший оттуда человек выглядел потрясенным, увидев меня и то, что я хотел откусить голову его кота. Он тут же подбежал и забрал у меня Джонни.
– Ты что творишь? – спросил он.
– Башку ему откусываю.
– Ты с ума сошел? Зачем тебе кусать Кхуна Джона?
– Злой он. Бесит меня. Че, даже укусить нельзя? – спросил я, изображая раздражение. – Жадина.
– Какая еще жадина? Какой нормальный человек кота за голову кусает? – он крепко обнял Джонни и погладил его по голове, словно пытаясь успокоить, хотя сам Джонни, казалось, вообще не парился. – У него теперь голова грязная, блин!
– Ты больше переживаешь за кота, чем за меня, да? – я прикинулся обиженным. Он не ответил, только начал стряхивать с меня шерсть. – Шерсть на тебе теперь повсюду.
Я сидел смирно, позволяя ему делать это. На сердце потеплело, и я невольно широко улыбнулся. Он продолжал внимательно осматривать мою рубашку, проверяя, не остались ли на ней шерстинки.
– Спасибо, – поблагодарил я, чувствуя себя необъяснимо счастливым. Мне захотелось обнять его прямо сейчас, но я знал, что он будет ругаться, поэтому сдержался. – Ты такой добрый.
– А?
– Ты очень добр ко мне.
– Так же, как ты ко мне.
– Это потому, что я тебя люблю, – сказал я.
Он остановился, посмотрел мне в глаза и медленно кивнул, словно показывая, что слышит меня, но ничего не ответил.
– Сегодня я тебе нравлюсь больше, чем вчера?
Он слегка улыбнулся и снова кивнул. Я широко улыбнулся, чувствуя, как мое сердце затрепетало.
– Только не раздевайся, – вдруг сказал он.
– Что? И что я за человек, по-твоему?
– Тот, кто всегда готов раздеться в любой момент.
– Черт! – выдохнул я, но потом усмехнулся. – Ну да, правда. С тобой я всегда готов. Даже сейчас могу.
– Э-э! – на этот раз он только испустил долгий вздох.
Затем встал, неся Джона на руках. Я же пока проверял, что у кота была еда и все необходимое. В этот момент мой телефон завибрировал, информируя о входящем сообщении.
Johan: Мы приехали
Johan: Спускайся скорее
Johan: Я внизу
☀️: Подожди полчаса хорошо?
Johan: Что ты делаешь?
☀️: Одежду выбираю
Johan: Ок, пофиг
☀️: Оооо ты злишься?
☀️: Кондишн есть?
Johan: Почему ты просто не можешь спуститься?!!
☀️: Шучу 555
☀️: Злой ты
Johan: Дуй быстро вниз
☀️: Лаааадно
☀️: Иду
– Погнали, – сказал я, убирая телефон в карман.
И тут заметил, что на нем была просторная светло-голубая футболка и шорты, и мне показалось, что они ему идеально подходили. Да, вот что бывает, когда с ума сходишь. Как будто мои глаза затянуты розовым фильтром.
– Ты слишком долго смотришь, – сказал он.
– И что? Чем дольше смотрю, тем ты милее.
– ...
– Неловко, да?
– Нет.
– Ага, но немного все-таки неловко. Знаешь, я еще никому не делал таких милых комплиментов, – сказал я, когда мы зашли в лифт.
Я продолжал смотреть на него, стоявшего рядом. А что такого? Ничего не поделаешь, мне очень хотелось смотреть на него. И если он тоже хочет смотреть на меня, то смело.
– Ладно, мне было немного неловко.
– Понял.
Мы спустились на первый этаж и увидели, что Норт и Джо уже ждут. Как только мы подошли, они тут же встали и направились к парковке.
– На чьей машине поедем? – спросил я.
– Ты поведешь? – спросил Джо.
Я покачал головой. Мне сегодня не хотелось садиться за руль, так что Джо, который давно завязал с гоночной карьерой, будет шофером своего ненаглядного. Мы остановились у знакомой черной машины. Я открыл заднюю дверь и сел, мелкий залез следом за мной и устроился рядом.
– Мы реально едем в храм, чтобы вытянуть номерок для лотереи, да? – уточнил я.
Джо кивнул со слегка скучающим выражением лица, а Норт усмехнулся.
– Я же говорил, что мог бы сам съездить.
– Ничего, я отвезу. Подожду с Титом снаружи, – ответил Джо.
– А мы внутрь не пойдем?
– Хочешь зайти? – Джо, сидевший за рулем, завел мотор и посмотрел на меня.
– Храм красивый, прохладно, сзади огромное дерево.
– Ну тогда подождем там, – сказал Джо, переключая передачу. Машина плавно тронулась и медленно выехала с парковки.
– Я вздремну, можно? – спросил я.
– Да делай, что хочешь.
– А если я захочу поссать? – подколол я его.
– Смело, но потом купишь мне новую машину.
– Хм, а это вариант. То есть все будет в порядке?
– Конечно! А как же! Кто-то помочился на колесо твоей машины, и ты так разозлился, что чуть не урыл его. Думаешь, я не разозлился бы, если бы ты поступил так же? – буркнул Джо.
Я не ответил, просто развалился на заднем сиденье, устроив голову на коленях Дао, не спрашивая его согласия. Он чуть удивился, но быстро сделал вид, что так и надо. Я поднял глаза, поймал его взгляд, взял за руку и медленно поцеловал.
– Эй, я все вижу, – обернулся Норт с переднего сиденья, явно подкалывая нас.
Я лишь с вызовом приподнял бровь, а тот, чью руку я только что поцеловал, попытался ее отдернуть, но я не дал. Он тяжело выдохнул.
– Ну прям сахар! Вы такие романтичные, – продолжил подкалывать Норт.
– Заткнись, – бросил я.
– Ты че, офигел, а? Вали из моей машины! – заорал Джо спереди.
– Ого, у Норта теперь есть телохранитель, – пошутил я, еще сильнее радуясь успокаивающему аромату Дао.
Он был таким манящим, что я невольно прижался лицом к его животу. Конечно, я сделал это не просто так – его живот был мягким и теплым. Если бы мы не были в машине Джо, я, пожалуй, сорвал бы с него футболку. (п/п – переводчик долго думал о гибкости Артита, и как он перекрутился в талии, чтобы уткнуться лицом в живот. Ну да ладно. Может он на спине лежал. П/р – да он на бочок завалился.)
Он вздрогнул, но не издал ни звука. Попытался оттолкнуть меня, но, конечно, безуспешно. В конце концов сдался и замолчал, вероятно, не желая, чтобы Норт снова обернулся и принялся дразнить его.
Чем больше я чувствовал удовлетворение, тем глубже зарывался в живот Дао лицом. Насладившись его запахом, я поднял взгляд и увидел, что он отвернулся к окну. Лица я не видел, но заметил, как покраснели его уши. Не удержался и ущипнул его за щеку.
– Эй, – позвал я.
– А?
– Ты тоже играешь в лотерею, как Норт?
– Нет.
– Тогда что собираешься попросить в храме?
– Хочу, чтобы в мою жизнь не приходили плохие вещи.
– Эй, не шути так! – серьезно сказал я. – А вдруг и я исчезну? Если храм и правда исполняет желания, что будет, если я вдруг пропаду? Это же катастрофа! Попроси что-то другое. Эй... а вы чего ржете?
Норт и Джо смеялись в голос.
– Блин, Пи! – сквозь смех выдал Норт. – Если это желание сбудется, у него просто появится новый парень, да?
– Да какого черта?! – возмутился я. – Почему? Разве меня недостаточно? Он еще и нового мужа себе хочет найти?!
– Тогда о чем мне просить? – спросил он вздохнув и опустил голову.
– Чтобы мы были вместе долго.
– Сука, – тихо выругался Джо.
– Потерпите, парни. Мы просто такие милашки, – отреагировал я с широкой улыбкой.
– Я думаю, тебе не следует думать самостоятельно. У тебя с башкой проблемы, – спокойно заметил Джо.
– Это так? – повернулся я к Дао, лежа на его коленях.
Он не ответил, лишь медленно покачал головой с усталым видом.
– Почему ты на меня смотришь, словно я тебе надоел? – сделал я обиженную мину. – Я что, немилый? Мне обидно. Вот если бы ты попросил, я бы стал собакой... лаял бы, прыгал, вилял хвостом... но ты все равно меня не любишь. Может, мне новые трюки выучить?
– Ты все время шутишь, – сказал он.
– Но я действительно расстроен, черт возьми! – пробормотал я тихо. – Джо, ты еще зеленый. Вот посмотри на моего Нонга. Он уже сыт по горло, что уже просто сдался, верно? – я глянул на него.
– Если ты счастлив, я тоже счастлив, – сказал он наконец.
– Но друзьями быть нельзя.
– Хм... – Норт тяжело вздохнул. – Подумай, Дао, ты правда хочешь встречаться с кем-то вроде него? Слушай, может, попробуешь с моим другом? Он не такой богатый и красивый, как этот, но точно лучше.
– Предатель, Норт! – возмутился я и пнул его сиденье. Норт тут же обернулся, и в его взгляде мелькнула паника.
– Зачем ты меня пнул? У меня чуть инфаркт не случился, понимаешь! Ты же не хочешь, чтобы он тебя врезал, да? – взвился он, кивая в сторону Джо.
– Не шуми, Норт, – тихо сказал мелкий, легко коснувшись моего лба. Это было скорее мягкое прикосновение, чем похлопывание.
– Фу, даже от такого легкого удара мне больно, – скривился Норт, явно шутя. – Этот парень уже успел тебе в душу залезть, да? Но у меня претензия. Я с тобой уже три года дружу, а он только появился. Почему у него прав больше, чем у меня?
– Ладно, давай снимем ему баллы, – предложил я с ухмылкой.
– Не надо! – всполошился Норт. – Просто сними с него за поведение. Минус двадцать!
– Минус двадцать?! Охерел, Норт! У меня всего три балла, блин! – возмутился я. – Не отнимай, а то врежу!
– Борзый пес, – хохотнул Джо. – Три балла и еще угрожает.
– На самом деле у меня всего один балл, – пробормотал я.
– Бедолага, – рассмеялся он.
Когда приехали, мы припарковались у входа в храм, забитый людьми из-за праздника.
– Так ты сюда просто погулять приехал? – удивился Джо.
– Ага. Делать все равно нечего, – пожал я плечами.
– Ты серьезно? В храм и просто так, погулять? – возмутился Джо, пока мы поднимались к статуе Будды.
– А ты, Джо? Часто с Чайной ходишь? – вспомнил я про его красавицу-маму.
– Не говори так. Считай, я у нее личный помощник: ношу сумки, вожу, плачу за все. Завтра она хочет сгонять за новой одеждой. Хорошо, что Норт со мной, а то я бы сдох.
– С женушкой жить весело, да? – хмыкнул я.
– У тебя же нет женушки.
– Пошел ты! – буркнул я. – Кстати, в храме же нельзя ругаться, да?
– Уже поздно, – спокойно ответил он.
– Ну, я все равно лучше тебя, – гордо сказал я. Джо нахмурился. – Хилл сказал, что я не такой, как ты, потому что у меня никого не было и я не такой бабник.
– А как же то, что было в онсэне. (п/п – горячий источник. Что же там было? Теперь интересно))
– Это неправда! Это была просто шутка, понимаешь?
– А что насчет того, что ты устроил в баре?
– Так это временное явление было. Раньше я, может, и был тигром, а теперь стал собакой.
– Какая разница? Ты ничем не лучше меня. Хилл просто предвзят ко мне, потому что боится, что я сделаю его своим парнем, – усмехнулся Джо.
– Он вообще ко всему относится с подозрением. Бедняга, – заметил я.
– Серьезно? Он сказал, что у него были подозрения? – Джо тихо хохотнул. – Я же просто прикалывался, блин.
– Ты так часто прикалываешься, что люди уже не понимают, где ты серьезно говоришь, а где нет. Может, Хиллу теперь достаточно взглянуть на твою рожу, чтобы у него мурашки пошли, – ответил я.
– Сучара, и за что он так грубо со мной? – Джо устало выдохнул. – Хотя, блин, выражение лица у него, когда его подкалываешь, и правда угарное. Он же вечно спокойный. Милаха.
– Если ты серьезно, так и скажи, – добавил я.
– Я абсолютно серьезно, – кивнул Джо.
– Ты был серьезен, когда сказал, что хочешь стать его парнем, – заржал я.
Джо только покачал головой.
– Да, понимаю, почему тебе нравится дразнить Хилла. Лицо у него, когда он офигевает, реально смешное, – хмыкнул Джо.
– Все, можем идти? – спросил я мелкого, когда он закончил молиться. Я подошел к нему, взял его туфли, затем сел и начал обувать его.
– Зачем ты надеваешь мне обувь? – растерялся он.
– Не задавай слишком много вопросов. Давай поторопимся, – ответил я.
Он промолчал, просто сунул ноги в кроссовки, и ждал пока я завязывал шнурки.
– Если ты так завяжешь, они снова развяжутся.
– Окей, перезавяжу, – ответил я, затягивая узел потуже. Закончив, я встал и увидел, что Норт и Джо ждут.
– Слушай, я прям горжусь тобой! – Норт сделал вид, что вот-вот расплачется.
– Почему? Джо тебе такого не делал? – спросил я, усмехнувшись.
– Делал, но я чаще в сандалиях хожу, их не надо завязывать, – пожал плечами Норт. – Если не хочешь напрягать своего Пи, тоже носи сандали.
– А, теперь понял.
– Это же просто завязывание шнурков. Что в этом сложного? – проворчал Джо.
– Я не позволю тебе опуститься ниже меня, – со смехом прокомментировал Норт.
– Упрямый ты, – буркнул Джо и нежно погладил Норта по голове.
Я проигнорировал их и повернулся к стоявшему рядом со мной.
– Не слишком туго?
– В самый раз. Но в следующий раз не делай так.
– Почему? Ты хочешь носить сандалии как Норт?
– Мне не нравятся сандалии. Они неудобные.
– Тебе стоит купить хорошие сандалии. Но если ты продолжишь носить кроссовки, я всегда буду завязывать тебе шнурки. Не будь как Норт, ладно?
– Спасибо, – коротко ответил он.
– Так что насчет моих баллов? – напомнил я, возвращаясь к предыдущей теме.
– Раньше я добавил еще три очка.
– И какая теперь общая сумма?
– Не скажу, – с хитрой улыбкой ответил он.
– Мошенник, блин! – проворчал я, зная, что он не передумает.
Мы вошли в храмовую зону, где Норт и Дао начали молиться и делать подношения. Тем временем мы с Джо решили подождать на смотровой площадке.
– Стоять здесь с тобой выглядит скорее грустно, чем романтично, – прокомментировал Джо, глядя на город внизу. Хотя солнце припекало довольно сильно, прохладный ветерок создавал более уютную атмосферу.
– Мы не стоим и не любуемся видом, мы ждем своих партнеров, – лениво ответил я.
– Скажи это после того, как он официально станет твоим парнем, – ухмыльнулся Джо.
– Язык у тебя острый, – фыркнул я.
Он лишь пожал плечами.
– Кстати, в следующем месяце у меня гонка, – неожиданно сказал я.
– Серьезная? – спросил он, немного удивленный.
– Ага, против компании, с которой Дерек заключил пари.
– Ставка большая?
– Миллионы.
– Неплохо.
– Угу.
– Нервничаешь?
– Нет. Мне просто нужно с кем-то погонять. Я давно не участвовал в гонках.
– Хочешь, чтобы я с тобой потренировался? Снова хочешь проиграть? – поддел он.
– Джохан, ты дольше меня не участвуешь в гонках. И уже давно заржавел, – рассмеялся я.
С тех пор, как Джо начал крутиться возле Норта, а то и раньше, он перестал соприкасаться с миром гонок.
– Потренируйся сперва. Если будет время – покатаемся. Где будет гонка?
– На трассе соперников.
– Хм, смотри, будь с ними поаккуратнее. И с машиной тоже, – предупредил он.
– Знаю. Если будет время, приходите посмотреть.
– Хорошо, если у меня будет время. Норт тоже говорил, что хочет посмотреть, – согласился он, взглянув на меня.
– Подожди, мне звонят, – прервал я наш разговор, почувствовав, как завибрировал телефон в кармане.
Я поднял трубку и увидел, что звонит один из моих друзей. Он позвал меня сегодня днем поиграть в футбол.
– Тим пригласил днем поиграть в футбол. Ты пойдешь? – спросил я.
– Я не могу. У меня работа.
– Ладно.
– Ты идешь? – спросил он.
– Думаю, да. Давно не играл, – ответил я, глядя на Норта и Дао, которые как раз вышли из храма. Они огляделись и, найдя нас глазами, направились к нам.
– Ну, как все прошло? – спросил я.
– Норм. Но Норт молился вечность, – усмехнулся Дао.
– Все, пошли лотерейные билеты покупать, – поторопил Норт.
– Их тут продают? – удивился я.
– Ага, вон там. Ты слепой, Пи? – фыркнул Норт, хватая Дао за руку и таща его вперед. – Давай быстрее, пока добрые дела тепленькие!
– Чего? Добрые дела бывают теплые и холодные? – опешил я.
– Ну ты и... ты же не буддист. Конечно, ты не знаешь, – спокойно пояснил Норт.
– Ладно, как скажешь, – буркнул я, шагая следом за ними. – О чем ты просил, когда молился? – спросил я Дао.
– Не скажу, – коротко ответил он.
– Почему?
– Если скажу, то не сбудется.
– Ты, небось, загадал, чтобы я всегда был с тобой? – поддразнил я его.
– А если не загадаю, ты со мной не останешься? – серьезно спросил он.
– С ума сошел! Ты ж знаешь, я с тобой по любому останусь. Я уже говорил, что хочу быть с тобой всю жизнь.
– Вот именно. Поэтому я ничего о тебе не просил.
– Совсем ничего?
– Ничего.
– Почему?
– Просить надо то, чего у меня еще нет, – он посмотрел на меня.
– Верно. Потому что я уже отдал тебе все. Но ты еще не принял это.
– Может, я пока не готов взять все сразу.
– Но то, что уже взял, ты же больше не отвергнешь?
– Да. Я никогда не принимаю что-то без искреннего сердца.