Глава 29: Я знал это
POV Даоток
Я знал, что он упрется и будет настаивать на том, чтобы спать на полу около дивана. Он твердил, что хочет быть рядом со мной, хотя в его комнате была кровать размера кинг-сайз. Он подошел, взял настольную лампу и книгу, разместил их на столике.
– Читать собрался?
– Ага, – ответил он.
Он устроился на полу, прислонившись к дивану и придвинув столик ближе. Затем открыл книгу и включил лампу с мягким желтым светом, направив ее на страницы. Я лежал на диване, а он сидел внизу спиной ко мне и явно собирался читать.
– Если ты готов ко сну, то я выключу верхний свет, – произнес он спустя время.
Услышав мой тихий ответ, он встал и выключил основной свет, оставив только приглушенное свечение настольной лампы. Я лег на бок, спиной к нему, закрыл глаза и попытался заснуть. Мне не хотелось спать, но ничего не оставалось, кроме как лежать и пустить мысли на самотек.
– Спишь? – вдруг спросил он, нарушая тишину, царившую в комнате почти десять минут. – Поговори со мной, мне скучно.
– Если я начну говорить, ты не сможешь сосредоточиться на чтении.
– Да пофиг, хочу поболтать с тобой.
– Ну ладно, – ответил я, прикидывая, на какую тему можно поговорить.
Мне стало неудобно лежать к нему спиной, и я повернулся лицом. Краем глаза заметил, что он все еще читает.
– Почему тебя зовут Артит? – спросил я.
– Потому что я родился в воскресенье.
– У тебя, наверное, было другое имя, когда ты жил за границей, да?
– Угу.
– Какое?
– Дилан.
– Ух ты! Красивое имя, – сказал я с легкой улыбкой. Он положил руку на диван, и наши взгляды на мгновение встретились. Но я тут же отвел глаза.
– Почему ты избегаешь моего взгляда? – с любопытством спросил он.
– Не избегаю, – ответил я, не глядя на него.
– Точно? Посмотри на меня хотя бы секундочку, – настаивал он.
– Не хочу.
– Черт, как же меня это провоцирует, – тихо засмеялся он. – Почему мне так и хочется тебя поцеловать, а?
– Только попробуй! Не прощу.
– Да? Может, попробовать, чтоб был повод наказать? – расплылся он в ухмылке.
– С чего вдруг наказание? Ты ведь просто об этом подумал, да?
– Не совсем так, не только думал. Но ты не можешь винить за это. Все-таки это твое будущее, – ляпнул он, отчего я тут же повернулся к нему. Его самодовольная рожа чуть не вывела меня из себя.
– Все, хватит! Сменим тему.
– А кто начал, напомни? – лениво ответил он.
– Думаешь, я слишком много говорю?
Эмма, сидящая напротив Пи Артита, подперев подбородок рукой, встряла:
'Просто скажи ему, что он не ошибается.'
Я глянул на Эмму, но промолчал.
– Почему ты молчишь?
'Скажи ему уже', – настаивала Эмма.
Я тихо выдохнул. Сам не знал, стоит ли вообще это обсуждать.
'Конечно, стоит. Я же часть твоей жизни, Майкл.'
– Что с тобой? – спросил он, глядя на меня с легким замешательством, не понимая что со мной происходит. (п/п – как я поняла, наедине Дао разговаривает вслух, а при посторонних ведет диалог у себя в голове, но, видимо, это проявляется внешне: в мимике, во взгляде, вот Тит и заметил.Также он называет ее "друг")
– Помнишь, я говорил, что у меня есть воображаемый друг? – спросил я, чувствуя себя неловко от того, что поднимаю эту тему. – Зовут Эмма.
– Если бы ты не уточнил, я бы подумал, что ты имя моей мамы вспомнил, – пошутил он.
– Нет. С самого начала моего друга звали Эмма.
– О? И что с этим другом? – спросил он с энтузиазмом. Он отложил книгу и полностью сосредоточился на разговоре.
– У меня есть воображаемый друг... который никогда не уходит.
– Понятно. В детстве у многих такое бывает. Правда, у меня не было, – он пожал плечами.
– Сейчас Эмма тут. Сидит и смотрит на нас, – сказал я.
Он удивленно вскинул брови, потом посмотрел туда, куда я смотрел. Эмма широко улыбалась и выглядела очень довольной.
– Я ничего не вижу.
– Эмма улыбается тебе.
– О...улыбается? А я могу с ней поговорить?
– Конечно. Эмма тоже сказала, что хочет с тобой поговорить.
– Я хоть в правильном направлении смотрю? – спросил он и ткнул в сторону Эммы. Та кивнула, но он ее не видел, поэтому я ответил:
– Да.
– И что думает твой друг? Насколько сильно я тебе уже нравлюсь?
'Чуть больше, чем было. Не унывай, я тебя поддерживаю!' – ответила мысленно Эмма.
– Эмма сказала, что немного, – коротко сказал я, не желая вдаваться в подробности.
'Майкл, ну скажи, что он тебе начинает нравиться, пусть даже немного', – попросила Эмма у меня в мыслях.
– Что она сказала? – не отставал он.
– Немного.
– Значит, я тебе начинаю нравиться, пусть даже немного?
– Это не я, это слова Эммы.
– Но Эмма ведь твое подсознание, верно?
– Ну... да.
– Отлично, – сказал он и снова посмотрел туда, где сидела Эмма.
Она светилась от радости, словно ждала, что он скажет еще.
"Почему ты такая счастливая?" – мысленно спросил я Эмму.
'Потому что не так много людей готово разговаривать с Майклом.'
– А что я за человек по мнению Эммы? – снова спросил он.
Эмма тут же ответила:
'Он невероятно харизматичный. Очень хочется его нарисовать. Он красивый, очень. Хотя внешность не причина, по которой Майкл открывает ему сердце. Просто за всей его резкостью и грубостью скрывается очень теплая и добрая натура.'
– Ну, и что она сказала? – настаивал он.
– Долго рассказывать. Забей, – отмахнулся я.
– Ты жулик! Заинтриговал и молчишь, – сказал он поддразнивающим тоном.
Я повернулся спиной к ним обоим.
– Тогда я спрошу. Как ты думаешь, я выгляжу?
– ...
– Не ответишь, я тебя поцелую.
– Ты не умеешь врать.
– Почему ты так думаешь?
– Потому что ты не из тех, кто хорошо врет.
– ...
– Ну... ты грубый, прямолинейный, но... милый и добрый, – пробормотал я так тихо, что сам едва расслышал, пряча лицо за подушкой и одеялом.
– Что?
– ...
– Никогда в жизни мне не говорили, что я милый.
– Серьезно?
– Обычно говорят, что я красавчик, крутой и все такое, – он усмехнулся. – А тут прямо приятно.
– Почему?
– Потому что ты – первый, кто увидел мою милую сторону.
Я удивился, когда он вдруг залез ко мне на диван. Я подскочил, сел, уставился на него и чуть не рухнул назад, когда он вдруг стал стягивать майку. Он задрал ее так, что стал виден низ живота.
– Ты чего творишь?!
– Я готов отдаться тебе этой ночью, – сказал он серьезно, но соблазнительным тоном.
– Стой! Не надо! Не обнимай меня!
– Почему? Хочешь, чтобы я остался в майке? Ладно. Но с тобой я бы предпочел снять... Или ты сам хочешь снять ее с меня? – продолжил он, опуская руки.
– Да не в этом дело! Я тебя просто похвалил, зачем сразу раздеваться? – вспылил я. Он вернул майку на место, при этом казался немного огорченным.
– Эх, а я уж думал, ты готов стать моей женушкой, – наигранно разочарованно вздохнул он. (п/п – เมีย (meīy) – разговорное "жена" , еще так часто называют партнера в гей-паре)
– Что ты несешь вообще?
– Ну ты же сказал, что я милый!
– Да, но при чем тут одежда?! И как это связано с тем, что ты раздевался?! – я уже за голову хватался и правда не понимал, как как все могло зайти так далеко. Он лишь хихикал, пока я пытался осознать что вообще происходит.
– Ты чего-то ожидал после этого комплимента? – спросил я.
– Нет. Просто обрадовался.
– Правда? Ты же не пытаешься меня смутить?
– Эй, но ведь ты смутился, да? – спросил он с легким смешком.
– Вот же дурак, – пробормотал я, но тоже чуть улыбнулся.
– Можно обнять тебя?
– Зачем?
– Просто хочу.
– А если я скажу нет?
Он не стал отвечать, а просто притянул меня к себе, уложил спиной на диван, а сам устроился рядом и накрыл нас одеялом.
– Идеально. Может, фильм глянем? Какой жанр любишь?
– Ужасы.
– Хорошо, но немного запарно сейчас подключать ноутбук к телеку, – сказал он спокойно. – Может, в другой раз? Но не завтра и не послезавтра.
– Наверное, – тихо пробормотал я, сдавшись.
– Что ты имеешь в виду?
– Ты ведь не собираешься отпускать меня через пару дней, да?
– А что, если ты просто переедешь ко мне?
– ...
– Подумай об этом. Мы можем разделить плату за жилье пополам, и тебе больше не придется терпеть призраков.
– Я вообще-то предпочитаю жить один, – отмахнулся я и сам не заметил, как вздохнул. Я имел в виду, что хочу личное пространство, а не буквально одиночество.
– Ну, тогда можешь жить в соседней квартире. Но я все равно буду таскать тебя сюда постоянно. В этом году холода сильнее, чем в предыдущие годы. Так что для тебя идеальный вариант – греться в моих объятиях.
– Ага, потом жарко станет.
– Кондер врубим, – беззаботно сказал он.
Я ничего не ответил и просто позволил ему обнять меня. Меня никто раньше так не обнимал, так что ощущение было непривычным. Минуты через три я вроде бы начал привыкать и перестал дергаться.
– Кинь мне вон ту книгу.
– Угу.
Я взял одну из лежащих на тумбочке книг и передал ему. Он раскрыл ее передо мной, при этом все еще обнимая меня.
– Это что?
– Читать будем вот так, лежа вместе, – он улыбнулся.
– Мне тоже придется лежать вот так?
– Если скажу нет?
– Тогда не буду.
– Но я так не скажу.
Он углубился в чтение, я тоже мог видеть страницы, и хотя английский я понимал, понять содержание книги мне было сложно.
Сам не заметил как книга с непонятным содержанием, объятия его сильных рук и тепло его тела – все это вместе внезапно дало мне чувство комфорта и безопасности.
– Не спишь? – тихо спросил он спустя некоторое время.
– ...
– Сладких снов. Не надо пытаться встретится со мной во сне, я и так буду обнимать тебя всю ночь, – спокойно прошептал он.
Я медленно вытянул ноги и повернулся удобнее. Глаза начали закрываться, и вскоре я уснул в его объятиях.
...
...
Когда я открыл глаза в в комнате было темно. Он уже спал, но все еще обнимал меня. Раскрытая книга так и лежала на коленях. Я медленно взял книгу и положил ее обратно на тумбочку. Потом попытался осторожно освободиться из его объятий. Когда мне это удалось, я встал с дивана и пошел в ванную. Поскольку я был сонный и не привык к обстановке, я сильно зацепился левой ногой за что-то, да так, что упал.
– Что это было? – тихо пробормотал я, но звук падения оказался достаточно громким и разбудил его. Он встревоженно вскочил и подбежал ко мне.
– Осторожно... ты повредил лодыжку? Черт... – раздраженно проворчал он.
Он тихо выругался, а затем поднял меня на руки и понес на кровать. Включив свет, он сел рядом, чтобы осмотреть мою ногу.
– Похоже, все-таки растянул?
– Возможно. Немного, – ответил я.
Он аккуратно пощупал лодыжку.
– Сильно болит?
– Не очень, – ответил я, стараясь вытерпеть боль.
– Думаю, ничего страшного. Но лучше пока не ходи. Если начнешь нагружать ногу, может стать хуже.
Он встал, достал что-то из ящика и вернулся с тюбиком мази. Ловко нанес ее на мою лодыжку.
– Завтра куплю тебе таблетки, они помогут быстрее поправиться, – сказал он успокаивающим тоном.
– Спасибо.
– Завтра можешь не ходить на пары.
– Не могу.
– Я оформлю тебе освобождение.
– Это же морока.
– Позже сам придешь в кампус.
– Не надо.
– Не упрямься! Слушайся врача!
– Зачем ты так напрягаешься?
– Ты хочешь отдохнуть два дня или не ходить всю жизнь? Потому что если понадобится, я тебя к кровати привяжу. Выбирай, – сказал он серьезно.
– Ладно, отдохну два дня.
Он продолжил аккуратно мазать и массировать мне лодыжку. Было немного непривычно, что кто-то так заботится обо мне.
– Штанина мешает. Подними, – сказал он.
Штаны действительно закрывали лодыжки, я задрал их повыше. Он внимательно посмотрел и тихо сказал:
– У тебя красивые ноги.
Я тут же удивленно повернулся к нему.
– Что?
– Не скажу.
– А мне и не интересно, – буркнул я.
– Ну и ладно, – пожал он плечами. Закончив с мазью, он наложил повязку и убрал тюбик. – А почему ты вообще проснулся?
– В туалет захотел.
– Я помогу.
– Не надо.
– И как ты пойдешь?
– Как-нибудь сам.
– Упрямец, – пробурчал он и, подняв меня на руки, понес в туалет. Осторожно поставил перед унитазом. – Я просто помогу.
Я промолчал, нахмурившись. Он рассмеялся и отвернулся.
– Будешь подсматривать, я рассержусь, – предупредил я.
– Понял-понял! Поторопись, а то нога заболит. Хорошо, что пол тут нескользкий.
Я быстро закончил свои дела.
– Готово? – спросил он поворачиваясь ко мне, затем снова поднял меня на руки и отнес в кровать.
– Спи тут. Я пока почитаю, – сказал он. Я взглянул на часы, было раннее утро. – Спи. Я никуда не уйду.
– И на пробежку не пойдешь?
– Пойду, а ты сиди спокойно. Что тебе купить поесть? Я куплю, тут рядом.
– Возьми соевое молоко, если будет.
– Хорошо. Если что, звони.
Он вернулся на диван и продолжил читать, как и говорил. Думаю, к пяти или шести утра он пойдет бегать. Я снова уснул, чувствуя тепло на лодыжке от мази, которую он нанес.
Проснулся я от утреннего солнца. Осмотрелся – его не было. На часах было уже восемь. Видимо, ушел в больницу. Я заметил, что повязка на ноге новая и пахнет свежей мазью. Значит, он перевязал меня перед уходом. Я взял телефон и увидел его сообщение, отправленное около половины восьмого.
☀️: Соевого молока не нашел
☀️: Еда в холодильнике, разогрей. Не забудь выпить таблетки
☀️: Таблетки 1 желтая капсула и 2 белых, после еды
☀️: Днем еще принесу еду
☀️: Не ходи много просто сиди или лежи
☀️: Дай знать когда проснешься
Я просто ответил: "Окей, понял", и отложил телефон. Он не прочитал, наверное, был занят.
Я медленно опустил ноги с кровати, стараясь встать. Боль была не настолько сильной, чтобы я не мог опираться на травмированную ногу. Однако стоило сделать несколько шагов, как она заныла. В итоге я прислонился к стене, чтобы немного передохнуть, прежде чем дойти до ванной. Умывшись и почистив зубы, я вышел на кухню и разогрел еду в микроволновке. Я поел, как мне было велено, и принял лекарство, которое он заранее приготовил.
Я заметил Кхуна Джона, игравшего в углу комнаты. Подойдя ближе, увидел, что в его миске осталась еда. Значит, его покормили перед уходом. Я хотел бы с ним поиграть, но мое состояние не позволяло. Если бы я его позвал... то просто потревожил бы зря, поэтому я просто наблюдал за ним издалека.
Сегодня у меня была совместная пара с Нортом. Если бы он узнал, что я споткнулся и подвернул лодыжку, мне бы точно влетело. Я попытался вспомнить, обо что же я вчера споткнулся? Но, осмотрев место падения, ничего не нашел.
Решив не забивать себе голову, я вернулся к ноутбуку. Раз уж у меня появилось свободное время, можно заняться работой. И я работал, пока не услышал, как открылась дверь. Вошел Пи, хозяин квартиры, одетый в белый халат.
– Как нога? – спросил он.
– Чуть лучше.
– Хорошо. Много не ходил? – он поставил пакет с едой на стол.
– Угу.
– Вот твой обед. Не забудь поесть и выпить таблетки, – скомандовал он и сразу ушел, захлопнув за собой дверь. Я не успел ничего сказать и просто сидел в растерянности. Он пришел только затем, чтобы принести еду, и тут же ушел из-за плотного графика.
Я открыл пакет и нашел там обычную домашнюю еду. Съел примерно половину, мне этого было достаточно, чтобы почувствовать сытость. Потом, как он просил, принял лекарство и вернулся к работе. Быть одному целый день для меня не проблема. Наоборот, мне это даже нравится, потому что можно спокойно работать, а если дел нет, то посмотреть кино или поиграть.
Я продолжал работать, пока не услышал стук в дверь. Пришлось встать и, хромая, пойти открыть. На пороге стоял Норт с пакетом в руках. Его волосы были растрепаны, как после поездки на мотоцикле.
– Эй, как ты? Пи сказал, ты ногу подвернул.
Норт зашел и положил пакет рядом с моим ноутом.
– Сразу скажу, что мне не хотелось тащиться в эту странную квартиру, полную призраков. Но Пи сказал, что я трус, если не сгоняю. А я не трус, ясно? Я и раньше бывал в таких местах, – сказал он и сел в кресло. – Я пришел проведать тебя. Вот, принес пожрать. Держи, это все тебе.
Норт вытащил из пакета кучу закусок. Я молча смотрел на него с подозрением. Трудно поверить, что Норт добровольно делится снеками и не ест сам.
– Говори честно, – сказал я. – Там что-то подмешано?
– Да ничего там нет! Серьезно. Я выгляжу подозрительно, да? Но это обычные снеки. Ты же получил травму, вот я тебе и принес. Съешь и сразу поправишься, – нагло соврал он.
– Полностью поправлюсь?
– Ага, полностью. Перейдешь на новый уровень. Вот, держи, ешь.
– Ты не умеешь врать, Норт, – сказал я, взял одну упаковку, открыл и попробовал. На вкус - обычный снек. Но вот поведение Норта слишком странное.
– Ладно, признаю. Эти снеки прокляты, – выдохнул он и завалился на кровать. – Я тут посплю, можно? Пи жаловался, что даже спать в обнимку с тобой нельзя.
– Нет, – честно ответил я.
– Он тебя не обнимал? Блин, обидно. Пи вообще-то очень заботливый, – усмехнулся он.
– А что за проклятье на снеках? – спросил я, открывая еще один.
Я сел в кресло рядом со столом и повернул его в сторону Норта, который развалился на кровати. Он раздраженно стянул с себя форменную рубашку инженерного факультета, оставшись в одной майке. Помню, Норт как-то жаловался, что его партнер просил не снимать форму, даже когда было ужасно жарко.
– Жарко, черт возьми. Что ты спрашивал?
– Про проклятье на снеках. Что ты имел в виду?
– Ты уже съел? – он выглядел слегка ошарашенным.
– Ага, съел. Так что давай, рассказывай.
– Ладно, слушай. Помнишь моих дружков? Так вот, один из них, весьма упоротый тип, который вечно ищет неприятности. Он подкинул мне этот сраный снек в рюкзак. Я даже не заметил. Когда спохватился, было уже поздно возвращать.
– Зачем он это сделал?
– Говорит, стащил его с какого-то алтаря куклы-духа. [1]
– Ты серьезно?! Куклы-духа?
– Ага. Я типа не боюсь всякой хрени, ну я им так сказал, вот он и решил, что я – идеальный кандидат на роль жертвы. А мне вообще не улыбалось, что вдруг какие-то духи заявятся требовать свою хавку обратно.
– Но почему он решил разыграть именно тебя? – с любопытством спросил я.
– Без понятия. Я же добрый и мягкий парень... Ну, может, из-за того, что однажды я плеснул на него маслом и немного поджег. Но это была просто шутка. И чего он так взбесился?
– Э-э... Ну, если честно, я бы тоже взбесился, – ответил я, пытаясь не рассмеяться.
– Да он просто драматизирует. Хотя да, в тот день у нас чуть вся лаборатория из-за этого не сгорела. Повезло, что огонь был небольшой, быстро потушили.
– Слушай, ты реально ходячая неприятность, – прокомментировал я, усмехнувшись.
– Ну так это же весело! Когда собираются такие, как мы, всегда начинается хаос. Слушай, а давай наберем этого психа и позлим его?
Норт реально позвонил ему и начал жестко подкалывать. Если бы я был тем парнем, я бы уже разозлился как черт. Когда он, наконец, положил трубку, я сменил тему.
– Слушай, Норт, а как ты начал открываться своему партнеру? Что ты почувствовал?
– Че вдруг такой вопрос? Эй, стоп, это долгая история! – оживился Норт, быстро подтащил стул и сел рядом. – А ты сам-то как?
– Я начал открываться ему, – коротко сказал я.
– Да ну? И что тебя так пробило?
– Его искренность.
– Ну, это да. Он вообще не умеет врать, такой же, как я, – самодовольно ухмыльнулся Норт.
– Вот это я и имел в виду, но, эй, чего ты себя хвалишь?
– Я по серьезке. Так что случилось? Расскажи!
Я вкратце рассказал, что произошло с тех пор, как я решил ему открыться. Правда, все случилось только вчера вечером.
– И как он отреагировал? Упал в обморок от шока? – съязвил Норт.
– Да нет, просто вскочил на байк и свалил.
Норт рассмеялся.
– О, это просто его стиль. Я слышал от Пи, что у него сейчас в больнице жопа с графиком. Но он все равно нашел время примчаться сюда, чтобы привезти еду. Это круто.
– Ну, он как настоящий байкер. Его страсть невероятная.
Норт засмеялся еще громче.
– Получается, он тебе утром хавку занес, и еще днем заезжал?
Я только тяжело вздохнул.
– Это в его стиле. И вот, насчет этого... Ты говорил, что он сказал что-то про твои ноги и что-то там про "понесу тебя". Че это за прикол? – спросил Норт, хмурясь словно пытался вспомнить. – А, все, вспомнил! Это когда ты подвернул лодыжку, и он тебя на руках утащил, да? Просто представь, как это романтично!
– Ага. И еще сказал, что у меня красивые ноги. Что он вообще имел в виду? Это он просто так, или намекал на что-то?
Норт схватился за голову и начал ржать.
– Он реально без тормозов! Капец он честный! Ты только подумай, сперва он говорит, что у тебя красивые ноги, а потом тащит на руках. Это стопроцентно его фишка, чтоб закадрить...
– По-моему, он странный, – нахмурился я, пытаясь подобрать подходящее, но не обидное слово.
Норт уже катался со смеху.
– Ты только сказал, что он милый, а он сразу: "Я готов стать твоим!" – блин, спонтанность у него в крови. Он такой непосредственный, – проговорил он, захлебываясь от смеха.
– Я даже не знаю, что сказать. Он слишком быстро двигается, – признался я с легкой улыбкой.
Норт продолжал улыбаться во весь рот.
– Ты же поел и принял лекарства, да? Не забудь.
– Ага, все сделал как положено. Как прошла сегодня учеба?
– У нас групповое задание. Я пришлю тебе подробности позже. Срок сдачи на следующей неделе. О, и я сказал профессору, что ты сегодня приболел, так что не забудь оформить справку!
– Спасибо. Думаю, через пару дней уже смогу нормально ходить.
– Отлично. Но... как так вышло, что ты вообще у него в квартире оказался?
– Он тебе ничего не говорил? – спросил я.
– Нет, он просто заявился с утра пораньше и сказал, что я должен сгонять и присмотреть за тобой после пары. Еще, что ты подвернул ногу и тебе приснилось что-то странное, – ответил Норт.
– А, ну это потому что он забрал мой ключ-карту от квартиры, – сказал я спокойно.
– То есть силой затащил тебя к себе?
– Типа того.
– Он вечно делает все по-своему. А ты... все равно открыл свое сердце, даже зная, какой он упрямый и грубый. Ну ты прям герой без наград! – с усмешкой заметил Норт. – Если бы это был я, я бы не стал.
– Ну, ты не такой, – коротко ответил я.
– Хотя, по-моему, вы с ним немного похожи. Оба упертые, как два барана, – продолжил Норт.
– Возможно. Но он гораздо жестче, – сказал я с легкой улыбкой.
– Да вы как близнецы, ей-богу! А вот я не выдержал бы, если бы мне пришлось жить с кем-то, кто такой же, как я, – сказал Норт, пренебрежительно махнув рукой. – А змея эта... где она?
– Переехала в мою квартиру.
– То есть вы типа поменялись местами?
– Можно и так сказать.
– О, кстати, а ты понял вообще, обо что тогда споткнулся?
– Нет. Очень темно было. Я потом утром пошел смотреть и не нашел. Все исчезло, – объяснил я, указывая на место, где упал накануне вечером. Норт посмотрел в ту сторону, приподняв бровь.
– Может, он уже убрал все, – заметил Норт. – И ты все еще в его футболке и штанах? Они на тебе как мешок висят.
– У меня нет с собой сменной одежды.
– Так попросил бы. Если надо, могу сгонять и принести.
– Не утруждайся, – ответил я.
– Ты слишком невозмутимый, – хмыкнул Норт. – Так чем ты тут сегодня вообще занимался?
– Да ничем особенным. Просто отдыхал.
– Ну вот ты добрый, конечно! Все равно его хвалишь, даже если он тебя силой к себе затащил. Настоящий друг, надежный при любых раскладах, – сказал Норт с ехидной улыбкой.
– Если я услышу от тебя еще хоть один подкол, то я, наверно, умру, – отозвался я ровным тоном.
– Серьезно, ты вообще когда-нибудь влюблялся? Или ты родился без чувств? У тебя вообще сердце-то есть или нету? – продолжал подкалывать он, уже явно перегибая палку.
Я слабо улыбнулся и ответил:
– Может, это он помог мне понять, что у меня тоже есть сердце.
_____________🍃_________
[1] ลูกเทพ (Luk Thep) – это куклы, в которых по поверьям вселяются духи детей или ангельских существ. Считается, что если заботиться о такой кукле, как о настоящем ребенке (кормить, одевать, молиться), она принесет удачу, богатство и защиту. Куклы часто получают подношения – пищу, напитки, игрушки. Сами куклы и одежда для них.
ศาลพระภูมิ (San Phra Phum ) – это маленькие святилища. Кто бывал в Таиланде, обращал внимание на стоящие возле домов, офисов, магазинов и т. д. маленькие строения. Туда ставят подношения для духов места, чтобы задобрить их. Еда, поставленная туда, считается священной – забирать ее строго запрещено.
Есть еще одно народное поверье – กุมารทอง (Kuman Thong) – Золотой мальчик. Идея Куман Тхонг восходит к древним анимистическим и буддийским верованиям. Согласно легендам, это дух ребенка, часто умершего до рождения или в младенчестве, которого монахи или маги с помощью ритуалов "успокаивают" и превращают в помощника. Считалось, что Куман Тхонг может приносить удачу, богатство, защиту, если с ним правильно обращаться.
Но есть темная сторона традиции – в недавнем времени некоторые амулеты Куман Тхонг создавались из останков мертворожденных детей (например, сушеных тел, смешанных с маслами, золой и травами). Такой амулет часто покрывался золотом (отсюда и название – "золотой мальчик"). Эти практики считаются жестокими и незаконными в современном Таиланде, и официальный буддизм их не одобряет.
Современный Куман Тхонг делают из воска, дерева, пластика – их освящают монахи или практикующие маги (หมอผี (mŏr phǐi) – "знахарь духов"). Им приносят еду, сладости, игрушки, напитки, с ними разговаривают, у них просят помощи и защиты. Некоторые владельцы утверждают, что куклы могут подавать "знаки" – например, если что-то не так или они чем-то недовольны.
Также можно встретить живых "золотых мальчиков"
Исходя из этого если объяснять по тексту - кража снека, которые любят дети, с алтаря куклы-духа в тайской культуре это очень серьезное нарушение, и считается, что обиженный дух может прийти за своей едой. Возможно, Норт решил "переложить" ответственность на Дао, чтобы избежать проклятия, типа "пусть теперь дух за ним придет, а не за мной", потому что Дао может общаться с ними, и в случае чего договориться с духом.
ПыСы от переводчика. Погуглите про куклы-духи в Тае. По мне, Дао надо испытать линчи (凌遲) (казнь тысячи порезов) на этом сученыше 🙂