Часть 17
"Фобия"
Через несколько дней они встретились снова уже не случайно.
Она пришла в студию. Смотрела на зеркала, на зал, на пол.
— Я… раньше танцевала, — сказала она администратору. — Но сейчас не уверена, получится ли.
— У нас есть бесплатные курсы для восстановления, — раздался голос сзади.
Она обернулась.
Чимин стоял спокойно. Без давления. Без ожиданий.
— Если хочешь, — добавил он мягко.
— Просто попробовать.
Она смотрела на него несколько секунд.
— Мы… знакомы? — спросила она осторожно.
Он улыбнулся. Слабо, но искренне.
— Пока нет.
И впервые за долгое время он понял:
ему придётся влюбить её в себя заново.
Зал был залит мягким светом. Не ярким тёплым, будто он специально просил сделать так, чтобы ей было не страшно.
Мина стояла перед зеркалом, неловко перебирая пальцами край своей кофты.
— Если не получится — ничего страшного, — сказала она тихо.
— Здесь никто не оценивает, — ответил Чимин. — И я тоже.
Она кивнула.
Он встал рядом, не напротив. Не давил взглядом.
Музыка заиграла медленно почти шёпотом.
— Просто почувствуй ритм, — сказал он. — Не думай о движениях.
Она сделала шаг. Потом ещё один. Плечи были напряжены.
— Ты слишком держишь себя, — мягко заметил он. — Можно… расслабиться.
Он поднял руку медленно, словно спрашивая разрешения даже без слов.
— Можно? — всё-таки спросил он.
Мина на секунду замерла, потом кивнула.
Его ладонь коснулась её запястья очень легко, будто он боялся причинить боль.
Она вздрогнула, но не отдёрнула руку.
— Так лучше? — спросил он.
— Да… — ответила она почти шёпотом.
С каждым занятием он прикасался всё увереннее, но никогда резко.
Всегда тепло. Всегда осторожно.
Будто знал её тело лучше, чем она сама, но не позволял себе лишнего.
Иногда она ловила себя на мысли, что ей спокойно.
Слишком спокойно для человека, которого она «не знает».
Дни, которые стали привычкой
Прошла неделя. Потом вторая.
Зал, музыка, его голос всё стало частью её жизни.
— Ты улыбаешься, — сказал он однажды.
— Правда? — удивилась она.
— Да. Когда танцуешь.
Она посмотрела в зеркало.
И впервые не отвернулась.
Иногда после занятий они выходили вместе. Пили кофе. Молчали.
И это молчание не давило.
— Ты странный, — сказала она как-то, глядя на улицу.
— Почему?
— Ты заботишься… но ничего не требуешь.
Он усмехнулся.
— А разве нужно?
Она не ответила.
______________
Прошёл месяц
Весна почти ушла.
Город стал светлее, воздух мягче.
Они гуляли вечером. Просто так. Без повода.
Она рассказывала о мелочах: о том, что ей нравится дождь, что она боится громких голосов, что иногда ей кажется, будто она что-то потеряла.
— Иногда? — уточнил он.
— Да. Будто внутри есть пустота… но я не знаю, чем её заполнить.
Он остановился.
— Может, не нужно заполнять, — сказал он. — Может, оно само вернётся.
Она посмотрела на него странно. Долго.
— Ты… всегда так говоришь, будто знаешь меня давно.
Он улыбнулся — грустно, но тепло.
— Возможно, — ответил он. — Просто чувствую.
Улица была шумной, но привычной.
Они шли рядом, не держась за руки. Просто рядом так, как Мине было безопасно.
— Подожди здесь, — сказал Чимин, останавливаясь у пешеходного перехода. — Светофор сейчас сменится.
Мина кивнула.
Она смотрела на асфальт, потом подняла взгляд и в этот момент чья-то машина моргнула дальним светом.
Ярко. Резко. Почти больно.
Мина вздрогнула.
— Всё в порядке? — сразу спросил Чимин.
Она не ответила.
Свет снова мигнул кто-то торопился, кто-то раздражённо сигналил.
И вдруг её рука резко поднялась к голове.
— Нет… — прошептала она. — Нет, не так…
Она начала тереть виски, будто хотела стереть что-то изнутри.
— Мина? — Чимин подошёл ближе. — Смотри на меня. Всё хорошо.
Её дыхание сбилось. Часто. Неровно.
— Здесь… — её голос дрожал. — Здесь что-то было…
— Что именно? — мягко спросил он, опускаясь на уровень её глаз.
Она смотрела сквозь него.
Свет снова вспыхнул и в этот момент её тело резко напряглось.
— Сон… — выдохнула она.
— Что?
— Сон-дже… — повторила она громче. — Сон-дже… здесь…
Она начала пятиться назад, будто дорога под ногами стала чужой.
— Мина, стой, — Чимин протянул руку, но не прикоснулся, помня, как она боялась резких движений. — Я здесь.
— Здесь случилось что-то плохое… — её голос срывался. — Он… он был здесь…
Слова путались
Свет, шум, машины всё накрыло её сразу.
— Сон-дже… — почти закричала она. — Сон-дже…!
Её колени подкосились.
— Мина!
Чимин успел поймать её, опуская на асфальт, закрывая собой от света фар.
— Всё, всё, смотри на меня, — говорил он быстро, дрожащими руками набирая номер скорой. — Дыши. Я с тобой. Слышишь?
Она уже почти не слышала.
— Сон-дже… — прошептала она в последний раз.
И потеряла сознание.
Больница
Белые стены. Запах антисептика.
Тишина, которая давит сильнее шума.
Чимин сидел у её кровати, не отходя ни на шаг.
Прошёл час. Потом второй. Потом десятый.
Она не просыпалась.
— Такое бывает, — сказал врач. — Организм защищается. Память может возвращаться волнами.
— Она говорила имя, — тихо сказал Чимин. — Перед обмороком.
Врач посмотрел внимательно.
— Это важный триггер. Но не давите на неё.
Чимин кивнул, хотя внутри всё сжималось.
Он не ел. Не спал.
Только сидел и смотрел на её лицо, бледное, спокойное слишком спокойное.
— Прости… — прошептал он.
— Я должен был быть рядом тогда.
Пробуждение
Прошло почти десять часов.
Он вышел всего на минуту поговорить с медсестрой.
И когда вернулся, распахнул дверь резко.
— Мина..
Она сидела.
Опираясь на подушки. Смотрела прямо на него.
— Чимин… — сказала она тихо.
Он замер.
— Ты… — он подошёл ближе, почти не дыша. — Ты проснулась.
— Я уже проснулась, — ответила она.
— Давно.
Он сел рядом, не касаясь.
— Я скучал по тебе, — вырвалось у него. — Очень.
Она смотрела на него долго. Слишком осознанно.
— Как долго я здесь спала? — спросила она.
— Почти десять часов.
Она кивнула.
И вдруг по её щеке скатилась слеза.
— Я всё вспомнила, — сказала она.
— Всё.
Он вздрогнул.
— Ты… уверена?
— Сон-дже. Авария. Ты. Больница. — Она закрыла глаза. — И то, как ты был рядом.
Тишина повисла между ними.
— Но… — она открыла глаза. — Я всё равно боюсь света.
Он мягко наклонился ближе.
— Я буду рядом, — сказал он. — Даже если ты снова забудешь. Даже если испугаешься.
Она впервые сама протянула руку.
И коснулась его пальцев.
— На этот раз… — сказала она. — Не уходи.
Она молчала слишком долго.
Глаза Мины блестели не от слёз, а от страха, который ещё не ушёл.
Свет в палате был приглушён, но даже он заставлял её щуриться.
— Мне страшно… — прошептала она. — Всё будто снова может повториться.
Чимин хотел что-то сказать, но не успел.
Мина резко вдохнула, словно воздух закончился, и вдруг…
потянулась к нему сама.
Не неуверенно.
Не осторожно.
Она обхватила его руками крепко, прижимаясь всем телом, будто боялась, что он исчезнет в следующую секунду.
— Не уходи… — сказала она, уткнувшись ему в грудь.
— Пожалуйста. Я вспомнила всё, и мне страшно одной.
Чимин на мгновение замер.
А потом обнял в ответ осторожно, но надёжно, закрывая её собой от всего мира.
— Я здесь, — прошептал он ей в волосы. — Я никуда не уйду. Слышишь? Я рядом.
Её пальцы дрожали, сжимая его куртку.
— Когда я была без сознания… — её голос сорвался. — Мне казалось, что я снова одна. Что никто не держит.
— Теперь держат, — тихо сказал он. — И больше не отпустят.
Мина прижалась ещё сильнее.
Слёзы наконец потекли тёплые, настоящие, не от боли, а от облегчения.
В этот момент она поняла:
она не просто вспомнила прошлое
она вернулась туда, где была в безопасности.
А Чимин закрыл глаза, позволяя себе впервые за долгое время просто дышать.
Он дождался.