Часть 10
"Снова не то..."
Мина проснулась не сразу.
Сначала пришло ощущение тепла не жаркого, а спокойного. Потом тишина. Та самая редкая тишина, в которой не страшно дышать..
Она открыла глаза медленно.
Потолок был незнакомый.
Белый. Чистый.
И только через пару секунд память догнала её.
— …вчера…
Она резко приподнялась, сердце снова ускорилось, но уже не так панически.
— Тихо, — раздался голос рядом. — Всё хорошо. Ты в порядке.
Чимин сидел на полу возле дивана, спиной прислонившись к кровати. В руках кружка с остывшим чаем. Он явно не спал.
— Доброе утро, — сказал он мягко.
Мина сглотнула. — Я… — она опустила глаза. — Я не хотела, чтобы ты это видел.
Он не ответил сразу.
— Знаешь, — сказал он спустя секунду, — это не то, что «хотят» или «не хотят». Это просто случается.
Она сжала край одеяла. — Мне стыдно. Я выглядела… слабой.
— Ты выглядела живой, — спокойно ответил он.
Она посмотрела на него впервые с утра. — Я не привыкла, чтобы кто-то оставался.
Он чуть усмехнулся, но без радости.
— А я не привык уходить в такие моменты.
Пауза растянулась.
Она снова почувствовала, как в груди что-то начинает сжиматься не паника, но тревога.
Чимин заметил это сразу.
— Эй, — он поднялся и сел рядом, не касаясь. — Посмотри на меня.
Она посмотрела.
— Сейчас мы просто дышим, хорошо? Ничего больше.
Она кивнула.
— Если станет тяжело — скажи. Не держи внутри.
— Я боюсь, — призналась она тихо.
— Что это снова повторится.
— Тогда я буду рядом, — сказал он так, будто это был самый очевидный факт.
— Не чтобы спасать. Просто быть.
Её глаза защипало. — Ты не обязан.
Он вздохнул. — Мина… — и впервые за долгое время назвал её имя так тихо. — Я хочу.
Она отвернулась, чтобы он не увидел слёзы.
— Вчера… когда ты обнял… — голос дрогнул. — Я сначала испугалась. А потом стало легче.
Он медленно, очень осторожно коснулся её плеча. — Можно?
Она кивнула.
Он обнял её снова.
Не так, как ночью теперь это было осознанно.
Её тело сначала напряглось, но потом расслабилось.
Она почувствовала его дыхание. Ровное. Спокойное.
— Если почувствуешь, что накрывает, — сказал он тихо, — просто скажи. Или сожми мою руку.
— Ты правда не уйдёшь? — почти шёпотом.
— Не уйду.
Она глубоко вдохнула.
— Тогда… можно ещё немного так посидеть?
Он чуть улыбнулся. — Сколько захочешь.
За окном начинался обычный день.
Но внутри было ощущение, будто что-то сдвинулось. Не вперёд. Не назад.
Просто вглубь.
И впервые за долгое время Мина подумала:
может быть, я не сломанная. Может быть, мне просто нужно время.
После того утра между ними что-то изменилось.
Не резко. Не заметно со стороны.
Просто воздух в квартире стал другим мягче, спокойнее.
Первый день прошёл тихо.
Мина ходила по дому босиком, в большой футболке, с чашкой чая в руках. Она больше не прислушивалась к каждому его шагу, не пряталась в комнате. Чимин читал книгу на диване, иногда поднимая взгляд, чтобы убедиться, что с ней всё в порядке.
— Ты сегодня лучше выглядишь, — сказал он, не глядя прямо.
— Потому что я спала, — ответила она.
— Нормально спала.
Он кивнул. — Это хорошо.
Она села рядом, подтянув ноги.
— Вчера… — начала и замолчала.
Он закрыл книгу. — Не обязательно говорить.
— Нет, — она покачала головой. — Я хочу.
Пауза.
— В твоих объятиях… — она запнулась, потом выдохнула. — В них я забываю всё. Даже себя. Это странно.
Он не ответил сразу. Только пальцы чуть сильнее сжали край книги.
— Я рад, что тебе спокойно, — сказал он наконец. — Это главное.
Она посмотрела на него внимательно. — Ты всегда так уходишь от ответа?
Он усмехнулся. — А ты всегда говоришь наполовину?
Она улыбнулась впервые за день.
На второй день они вместе готовили завтрак.
Неловко. Медленно. Смешно.
— Ты опять пересолил, — сказала она, пробуя яичницу.
— Невозможно, — возразил он. — Я солил один раз.
— Вот именно.
Он закатил глаза, а она рассмеялась тихо, по-настоящему.
Потом они вместе убирали. Она включила музыку и, забывшись, начала танцевать прямо на кухне. Без хореографии. Просто двигаясь, как чувствует.
— Ты же знаешь, что это не движение, — сказал он, наблюдая.
— Я знаю, — ответила она, продолжая.
— Но мне так легче.
Он смотрел на неё долго. — Ты красивая, когда не стараешься.
Она покраснела. — Перестань.
— Я не стараюсь, — сказал он спокойно.
Вечером они смотрели фильм. Она сама придвинулась ближе, почти машинально. Через минуту её голова оказалась у него на плече.
— Если тебе неудобно… — начала она.
— Удобно, — перебил он тихо.
Они сидели так долго.
Никто не делал лишних движений.
Никто не говорил лишних слов.
На третий день Мина впервые заговорила о будущем — не прямо, но между строк.
— Когда всё это закончится… — сказала она, сидя на подоконнике. — Я хочу жить спокойно. Без криков. Без оправданий.
— Ты заслуживаешь этого, — ответил Чимин.
— А ты? — она посмотрела на него. — Ты чего хочешь?
Он задумался. — Я хочу… — пауза.
— Чтобы было тихо. И чтобы рядом был человек, который не делает больно.
Она медленно кивнула.
— Я тоже.
Они посмотрели друг на друга.
Долго. Слишком долго для «просто друзей».
Слишком осторожно для влюблённых.
И именно в этот момент
тук.
Они вздрогнули.
— Ты кого-то ждёшь? — спросила она шёпотом.
Он покачал головой.
— Нет.
Тук. Тук.
Стук был уверенный. Настойчивый.
Не случайный.
Мина почувствовала, как внутри всё сжалось. Почему у меня такое чувство, что это… не просто так?
Чимин медленно встал.
— Оставайся здесь.
Он подошёл к двери.
Рука легла на ручку.
Тук.
И в эту секунду Мина поняла:
эти тихие дни были не началом.
Они были передышкой.
Стук в дверь был громким и уверенным. Чимин открыл, и перед ними стояли его родители оба с суровыми лицами, будто вошли в свой дом с правом приговора.
— Здравствуйте, — попытался спокойно начать Чимин. — Что вы здесь делаете?
— Мы хотим познакомиться, — сказала мать, не улыбаясь. — Узнать, с кем ты проводишь время.
— Мы просто зашли, — вставил отец, слегка наклонившись. — Мы хотим понять, кто эта девушка.
Мина почувствовала, как внутри всё сжалось, но Чимин встал рядом, почти за неё, будто защищая.
— Откуда ты? — спросила мать, поворачиваясь к Мине с холодной усмешкой.
— Я… — Мина хотела ответить, но слова застряли.
— Откуда твоя семья? — повторила мать, чуть сильнее. — Чем занимаются твои родители?
— Они работают продавцами, — тихо произнесла Мина.
— Продавцами?! — мать захохотала с ноткой презрения. — Не тяни с собой моего сына в болото! — голос её обострился, глаза сужены. — Из-за тебя он отказался от Америки! Всё из-за тебя, понимаешь? Ты совсем недооцениваешь последствия.
Мина сначала молчала. Она сжимала руки, но старалась держаться твёрдо.
— …