À la fin de la journée
Доминика стояла как вкопанная и не верила своим глазам, но сама была уверена в том, что видит совершенно другого человека.
— Теодор Новак, — он представился, протягивая им руку.
— А вы откуда? — только Дориан пожал ему руку.
— Я из Германии. Раньше я работал здесь, но я пришёл к вам... Чтобы попрощаться, — сказал Теодор, поправляя очки.
Реальность сбила навязчивые мысли Доминики.
— Не так быстро, идёмте, я вас приглашаю! Вкусные пирожки с вишней ждут особых гостей, — Доминика махнула рукой, приглашая его в дом.
Семья Мур всегда была с распотёртыми объятиями и встречают гостей радушно. Когда маленький Конрад вернулся в деревянный дом после игр с Бумом, он встретил незнакомого гостя, сидевшего на стуле. Большие глаза некоего Теодора были полны зависти, что через очки показались мальчику страшными. Не обращая на это внимания, Доминика представила ему своего сына. Она думала, что Конрад очень аккуратен с незнакомыми людьми и на это повлияло само хорошее воспитание.
— Славный малый! — Теодор осторожно погладил Конрада по голове. — Хм... Вдруг я хочу быть его крёстным отцом? — шутил он, после чего отпустил руку от волос юнца.
Конрад побежал в свою комнату и закрылся.
— А что? Неплохая идея! — хихикала Доминика.
— Знаешь, я твоему мужу немного завидую, но чуть ли не ревную... — снова шутил он.
На этом слове Доминика вспоминает слова покойника: «Ревность взяла меня вверх и я из-за неё принял сторону тьмы!»
Доминика развела руки в стороны, явно была недовольна этой шуткой.
— Что ты, конечно, я же шучу во второй раз! Да, кстати, я успел пожениться, у нас будет девочка. Я хочу назвать её твоим именем, ты не против?
— Не против, это слишком мило с твоей стороны!
Доминика с Теодором узнавали друг друга о большем, обсуждали о новом, и тот слишком странно шутил. И так до вечера они активно обсуждали о своём.
Когда Дориан менял доски и строил чердак, мужчина в очках попросил его проводить немного, так как по пути домой застрянет в лесу. Тот согласился, взяв с собой куртку и ключи от пикапа.
— Я ещё вернусь, — Дориан взял руки Доминики.
— Возвращайся поскорее! — её руки были расцелованы до пальцев.
— Ауф видэрзэен, аллес гутэ! — сказал Честер, улыбнувшись.
— Удачи и пока, было приятно поболтать! — попрощалась Доминика.
Теодор с Дорианом сели в машину и уехали в лес. Во время езды Дориан сомневался в своих мыслях, он был слегка уверен в том, что этот человек совсем не чужой. Воистину, чувство его не обманывало. Когда-то упавший со скалы близкий друг совсем рядом... Теодор снял очки и положил в коробку. От жары потёр лицо. Пудра легко убралась с лица. Шрамы великолепно украшались. Увидев его действия, водитель остановил машину.
— Честер... Это правда ты? — сказал Дориан, глядя на лицо Теодора.
— Кто? Честер? — голос рыжеволосого мужчины звучал нервно.
— Это твоё имя! — убеждал Дориан и положил свою ладонь к его щеке, чтобы посмотреть в его глаза поближе.
— Нет-нет, ты меня с чёртом попутал...
«Угадал мой любимый медвежонок, Дориан...»
— Заткнись... — лицо Дориана приближалось к омоложенному лицу Честера.
«Это он. Я узнал его вкус...» — в тот момент думал Мур.
Долгожданный поцелуй совершился у обоих в машине. Дориан Мур в своей душе был стопроцентно уверен, что Честер Браун, скрывающийся под именем Теодор Новак, на данный момент жив. Хьюго Кабальеро потратил свои средства на рыжего котёнка, подарив ему новую жизнь. Но Честер потерял с памяти всё, кроме одного. Не забыл имя любимого человека. И мечтает только об одном: хочет прожить счастливо до конца и умереть вместе с ним.
Только Всевышний знает, насколько они займутся любовью вне транспорта.
Но это ещё не конец... Теперь перемотаем к началу, что было задолго до аварии.
Паникующих пассажиров в борту было куча. Владимир еле отбивался, не дал себе провалиться, оставаясь в толпе. Он успел договориться со своими людьми, что если вдруг ужасное случится, но любое дело обязательно будет выполнено. Связи в бизнесе дают надежду и право на жизнь. Поминутно подождав на пороге воздушного транспорта, Владимир прыгнул через выход в море, подавая сигнал своим должникам, которые прилетели вовремя на вертолёте. А сам сломанный самолёт летел быстро в другую сторону, потому остальным было невозможно спастись.
— Спасибо, ребята! — благодарил Шевцов команду. — Чуть не забыл! Продолжим поиски, по ту сторону двинемся.
Лётчик выслушал приказ Владимира и принялся направлять вертолёт в нужную сторону.
В том месте было только плавное синее море, никаких следов не обнаружено. Владислав немного пробежал глазами и искал в море Доминику, с которой успел познакомиться, и надеялся её по-другому спасти. Он снова прыгнул в море в поисках её тела. Ныряя под водой и сохраняя в себе кислород, плыл на самое дно. Ещё немного, он бы нашёл её. Но тело Дубровской обвязано морскими водорослями, что хищникам и иным рыбам вообще не было заметно, если они не будут лезть не «в свою тарелку».
— Где же ты? — Владимир искал ответ на дне моря. Прошло двенадцать минут − его отозвали.
— Ох, чёрт! Доминика... Прости... Меня... — обижался Владислав на свои поступки и возвращался к своим.
— Вы плачете, капитан? — заметив это, спросила команда.
Шевцов немного помолчал и дал новый приказ.
— Вылетаем!
Когда самолёт взлетел ещё выше над уровнем моря, Шевцов смотрел в бушующее синее море. «Покойся с миром...» — он пустил слезу и выпил коньяку.
Никаких реакций и действий было у тела Доминики, лежащей на дне морском, среди водорослей. Такое чувство, что человека бросили из мира своего, какое же это огорчение. Время от времени тело человека начинает разлагаться и терять свою изюминку.
Тем временем, лёжа в своей мятой и мокрой постели, Дориан наконец-то просыпается после долгих сновидений.
— Странности... — прокомментировал он, протирая свои глаза, что слипают веки.
Убирая одеяло в сторону, дровосек сел на край кровати и, облокотившись на колени, касался своих растрёпанных тёмных волос.
— Сегодня, получается, делать нечего на работе, а спал то немало...
С улицы послышался лай. Дориан, услышав этот знакомый звук, надел брюки с подтяжками, опущенными вниз, и спустился вниз к двери. На крыльце он встретил Бума, державшего во рту газету. Он своего рода почтальон. Мур взял у него газету и отблагодарил собаку вкуснейшей закуской. Раскрыв целиком газету, начал читать с самого первого, что жирно выделялось буквами.
— Мне кажется, или эта газета уже была? — спросил он себя.
Зайдя в дом, его взгляд упал на календарь, висевший на деревянной стене. День абсолютно точный, что уже был.
— Совпадение, или я болен? Господи...
Он положил газету на стол и вышел на улицу, отправляясь к тому месту, где всегда рыбачил. Ещё немного шагов до выхода к берегу моря. Мужчина был на одном дыхании, когда вышел на горячий песок, что грелся под лучами солнца мимо теней хвойного леса. Шаги мощных ступней оставили за собой следы. Пальцы ног ощутили холодную морскую воду. Дориан устало сел на колени, приставляя голову к небу, глядя только вверх, на воздушные облака.
Недопонимание овладело его. Эмоции внутри него были смешанными. На лице улыбка резко менялась. Был только лишний раз слышен маленьких смех. Глоток мокрого изнутри... Горькая слезинка на лице начинает падать.
В таком положении дровосек сидел на песке, ближе к морю, обмачивая свои ноги. Он в этот момент считал себя сумасшедшим, только лишь потому, что поверил в свои видения, как реальное, но наоборот. Два с половиной часа прошло после того, как Дориан начинает успокаиваться, наслаждаясь свежим морским воздухом, волнами, небом и солнцем на горизонте.
— Медвежонок, я тебя целый час ищу! — из откуда-то выходил Честер, отпустив Бума на поводке.
— Чего ты такой грустный? — подошёл он, присоединяясь к Дориану, и сел рядом с ним.
— Хм... Да я... Подумал о плохом. Дурная весть разочаровала меня, — ответил дровосек, глядя в даль.
Честер поглаживал спину своего любимого друга и, осторожно обнимая рукой, положил свою голову на его плечо.
«Какая она, моя настоящая мечта?» — говорил в мыслях Дориан Мур, общаясь с небом.
Провальная...
Вся эта реальность случилась только в сновидениях мужчины. Доминика Дубровская, жившая с родителями и мечтавшая жить в Канаде, шла к своей мечте, но судьба не дала ей света. Владислав Шевцов, сам себе спаситель, изо всех сил пытался найти Доминику, бросив одну её в море. Честер Браун был всё ещё рядом со своим любимым человеком, Дорианом Мур, глубоко в душе мечтавший о другой любви.