8
Мусим, в отличие от Киры, не был погружен в творчество, но его внутренняя тоска была не менее острой. Переезд стал для него не только сменой города, но и полным обнулением.
Он оставил позади свою популярность, свою команду и, что самое главное, Киру.
Он пытался убедить себя, что поступил правильно. Что отношения на расстоянии — это глупость, и что он дал Кире возможность найти кого-то лучше. Но каждый раз, когда он вспоминал ее глаза в тот день, когда он сказал «подружились», он чувствовал себя предателем.
В новом городе он быстро добился успеха в учебе и спорте. Он стал более сдержанным, более серьезным. Его друзья считали его идеальным парнем: надежным, умным, перспективным. Но никто не знал, что он носит в своем бумажнике.
Рисунок Киры — тот самый, где он изображен как мечтатель с книгой — стал его якорем. Он был слегка потерт по краям, но линии оставались четкими. Он доставал его в моменты сомнений, перед важными экзаменами или когда чувствовал себя особенно одиноким. Этот рисунок был доказательством того, что кто-то когда-то видел его настоящего, а не его маску.
Мусим пытался завести отношения. Были девушки — красивые, умные, но они не задерживались. Он не мог понять, почему.
Он встречался с Евой, которая была такой же открытой и спортивной, как он. Она была полной его противоположностью Кире. Но когда Ева начинала говорить о своих чувствах, Мусим закрывался. Он ждал от нее того же негласного понимания, того же языка намеков, который был у него с Кирой. Но Ева требовала слов, а Мусим разучился говорить о любви вслух.
Он расстался с Евой после полугода, потому что она сказала: «Ты здесь, Мусим, но тебя нет. Ты постоянно сравниваешь меня с кем-то, кого я не знаю».
Мусим знал, с кем он ее сравнивает. С девушкой, которая пахла корицей и книгами, и которая могла выразить целую вселенную чувств одним наброском.
Он тоже изредка проверял ее профиль. Он видел ее иллюстрации — они были великолепны. Он видел, как она становится известной. Он гордился ею, но эта гордость была смешана с болью. Он видел, что она добилась успеха, но не знал, счастлива ли она.
Ему хотелось написать ей. Простое «Привет. Поздравляю с выставкой». Но страх парализовал его. Он боялся, что она ответит холодно или, что еще хуже, не ответит вообще. Он боялся, что нарушит ее покой.
Он хранил ее рисунок, как реликвию, и это было его молчаливым признанием. Он не мог отпустить ее, потому что она была его единственным доказательством того, что он способен на глубокие чувства.
Однажды, его друг, заметив его очередную неудачную попытку отношений, спросил: «Что не так, Мусим? Ты будто ждешь, что девушка будет читать твои мысли. Ты должен говорить о том, что чувствуешь».
Мусим посмотрел на друга и подумал: «Я умею говорить. Но только с той, которая понимает без слов».
Он не знал, что Кира тоже научилась говорить, но боялась, что он ее не услышит. Они оба застряли в прошлом, в своем негласном романе, который требовал, чтобы они оба сделали шаг к зрелости.
Продолжение следует...