Локи из Йотунхейма

   Рай ли­цемер­ных и пра­вед­ных тру­сов; мир, пос­тро­ен­ный на лжи и ил­лю­зи­ях. Ка­залось, каж­до­му вхо­дяще­му на тер­ри­торию асов вы­дава­лись оч­ки с филь­тром вос­при­ятия, зас­тавляя вос­хи­щать­ся гро­тес­кны­ми пре­лес­тя­ми, хо­тя, на са­мом де­ле, мес­та ху­же не най­ти сре­ди всех де­вяти ми­ров. Или, мо­жет быть, так ка­залось толь­ко ему? Из­вечная слож­ность: оп­ре­делить, кто же бе­зумец, а кто — ге­ний.
За­кован­но­го в проч­ней­шие на­руч­ни­ки, вы­кован­ные гно­мами, с мас­кой на ли­це, его ве­ли прек­расны­ми са­дами к двор­цу вер­ховно­го бо­га. Не­уже­ли толь­ко он ви­дит это уродс­тво? Зна­мени­тые кус­тарни­ки прив­ле­кали пыш­ностью и буй­ством цве­та, но сто­ило от­вернуть­ся, как эта не­вин­ная кра­сота уже про­тяги­вала свои хищ­ные вет­ви, со­бира­ясь свер­нуть слеп­цу шею.
Жи­тели прит­ворно улы­ба­ют­ся, ве­селят­ся. Лег­че зак­рыть гла­за, чем бро­сить вы­зов стра­ху. Толь­ко он ви­дел, толь­ко он знал.
Опус­тив взгляд, он шёл в соп­ро­вож­де­нии стра­жи. Он уже ус­пел об­ду­мать все ва­ри­ан­ты при­гово­ра, ко­торые мо­жет вы­нес­ти Все­отец. Он улы­бал­ся. Мыс­ленно, ко­неч­но, так как его рот был за­жат этим без­душно за­тяну­тым на­мор­дни­ком. Впер­вые Один ока­зал­ся бес­си­лен. Ну, что он мо­жет сде­лать? Толь­ко убить. А это не на­каза­ние, это дар. Про­винив­ший­ся бог шёл на суд с лёг­костью на ду­ше. Се­год­ня его из­ба­вят от всех тех стра­даний, от той бо­ли. Его из­ба­вят от уни­зитель­но­го про­щения и по­мило­вания.
Изум­рудные гла­за не­от­рывно сле­дили за тро­пой. Не­зачем ему бы­ло ло­вить взгля­ды през­ре­ния или, что ещё ху­же, жа­лос­ти. Но, не он ли не­дав­но спас их от прав­ле­ния сво­его ин­фантиль­но­го бра­та? Не он ли унич­то­жил сво­его род­но­го от­ца, да­бы из­ба­вить ми­ры от не­ис­черпа­емо­го ис­точни­ка мсти­тель­нос­ти и не­навис­ти? Он не был так на­ивен, что­бы ожи­дать бла­годар­ности или приз­на­ния. Ник­то не ста­нет на его сто­рону.
Не­уже­ли до зам­ка нет пу­ти ко­роче? За­чем ну­жен этот спек­такль, мол, смот­ри­те, бла­город­ней­шие асы, смот­ри­те и нав­сегда за­пом­ни­те то­го, кто опо­зорил наш на­род!
«Да, за­пом­ни­те ме­ня, за­пом­ни­те моё имя. Я да­же из Хель най­ду вы­ход, что­бы тер­зать вас в кош­ма­рах!»
Не­нависть за­пол­ня­ла ду­шу бо­га об­ма­на. Та­кая при­выч­ная; ка­залось, толь­ко она и бы­ла его дру­гом, его со­юз­ни­ком. Так прос­то бы­ло спря­тать­ся за неп­ро­бив­ной сте­ной хлад­нокро­вия и без­жа­лос­тнос­ти. Ли­шить жиз­ни? Лег­ко. Ис­ка­лечить? Ещё про­ще. Из не­го са­мого выр­ва­ли сер­дце и ра­зор­ва­ли на час­ти.
Тог­да, ког­да Один, на­конец-то, приз­нал, что его млад­ший сын — вов­се не его, а Ла­фея — пра­вите­ля Й­отун­хей­ма. Ког­да стоя на краю об­ры­ва, бог, ко­торо­го он счи­тал от­цом, так лег­ко ска­зал ему «нет». Всё его детс­тво, ко­торое он про­вёл в те­ни ве­личия стар­ше­го бра­та, он ду­мал, что это прос­то его фан­та­зия и они с То­ром на рав­ных. В один день он по­нял, что всю свою жизнь был оди­нок; чу­жой сре­ди сво­их.
И се­год­ня его со­бира­ют­ся су­дить. Оп­равды­вая тем са­мым са­мих се­бя. «Маль­чиш­ка всег­да был се­бе на уме», «Сын Ла­фея не мог быть иным», «Неб­ла­годар­ность — от­ли­читель­ная чер­та ле­дяных ве­лика­нов». Пла­кала толь­ко Фригг. Она умо­ляла Оди­на по­жалеть сы­на. Толь­ко она до­гады­валась, что чувс­тву­ет её млад­ший ре­бёнок, и ви­нила се­бя в том, что так и не ре­шилась по­дой­ти к не­му и по­мочь пе­режить этот пе­ри­од. Из­гна­ние То­ра, за­тянув­ший­ся сон Оди­на... Она так бо­ялась за обо­их, но это не оп­равды­вало. Её та­кой ти­хий и та­кой щуп­лый сын нуж­дался в за­щите боль­ше всех. Без­гра­нич­ный ум нап­ра­вил его на лож­ный путь. Ему не ну­жен был Мид­гард и трон Ас­гарда. Всё, что он хо­тел — что­бы Один и все асы по­чувс­тво­вали се­бя на его мес­те.
До­рога, вы­мощен­ная бе­лым кам­нем, сви­детель­ство­вала о при­бытии к зам­ку вер­ховно­го бо­га. Плен­ник впер­вые под­нял взгляд, что­бы ещё раз убе­дить­ся в сво­ей пра­воте. Да, всё тот же бе­лос­нежный дво­рец с рос­кошны­ми ко­лон­на­ми, ови­тыми ро­зами из чис­тей­ше­го зо­лота. По-преж­не­му про­из­во­дит впе­чат­ле­ние прис­та­нища ан­ге­лов.
В этом хра­ме прит­ворс­тва бу­дет про­лита его кровь. «На­де­юсь, она ока­жет­ся дос­та­точ­но ед­кой, что­бы ос­тать­ся на­поми­нани­ем хо­тя бы на сот­ню лет», — по­думал про се­бя уз­ник.
Мас­сивные две­ри от­во­рились. Как ни стран­но, в за­ле соб­ра­лось очень мно­го зри­телей. Все взгля­ды бы­ли ус­трем­ле­ны в сто­рону бес­по­мощ­но­го бо­га и двух ох­ранни­ков.
«Смот­рят на ме­ня, буд­то я не­вес­та, иду­щая к ал­та­рю», — по­думал бог об­ма­на и оки­нул пре­зира­ющим взгля­дом всех при­сутс­тву­ющих.
Уз­ник ос­та­новил­ся пе­ред воз­вы­ша­ющим­ся тро­ном Все­от­ца. Воп­ре­ки тра­дици­ям его не пос­та­вили на ко­лени. В ду­шу зак­ра­лись сом­не­ния, что-то яв­но не так. Страж­ни­ки сня­ли с под­су­димо­го на­руч­ни­ки и зак­ры­вав­шую рот мас­ку. На ниж­ней гу­бе бо­га выс­ту­пила ка­пель­ка кро­ви, а рук он и вов­се не чувс­тво­вал. Они оп­ре­делён­но его бо­ят­ся, раз так силь­но за­тяну­ли око­вы.
— Ло­ки Ла­фей­сон, зна­ешь ли ты, по­чему пред­стал пред ас­гард­ским су­дом? — Раз­дался низ­кий го­лос Все­от­ца.
— Да, — нег­ромко от­ве­тил Ло­ки, кон­чи­ком язы­ка сли­зывая кап­лю кро­ви. Его гу­бы рас­тя­нулись в ус­мешке, в зе­лёных гла­зах чи­талось что угод­но, кро­ме со­жале­ния.
— Рас­ка­ива­ешь­ся ли ты в со­де­ян­ном? — Про­дол­жил вер­ховный бог.
Ло­ки мед­лил с от­ве­том. Он уви­дел Фригг, умо­ля­юще смот­ревшую на не­го, нах­му­рив­ше­гося То­ра и трёх его вер­ных дру­зей, яв­но счи­тав­ших, что дан­ные воп­ро­сы бес­смыс­ленны и по­ра бы пе­рей­ти к при­гово­ру.
— Ни­чуть.
— Тог­да, властью дан­ною мне, я при­гова­риваю те­бя к из­гна­нию в Й­отун­хейм, ли­шая те­бя бес­смер­тия и ма­гии.
Удар ски­пет­ра Оди­на по­казал­ся Ло­ки ог­лу­шитель­но гром­ким.
— Что? Ты не каз­нишь ме­ня? — Го­лос бо­га об­ма­на уто­пал в шу­ме, за­пол­нившим зал, — Ты ещё по­жале­ешь о том, что пос­мел про­явить жал­кое по­добие ми­лосер­дия!
Но Один его не слу­шал. Он, вмес­те с Фригг и То­ром, по­кидал трон­ный зал, в тай­не на­де­ясь, что его сын най­дёт вы­ход, что он спра­вит­ся с этим ис­пы­тани­ем. Ведь на са­мом де­ле он не ли­шал Ло­ки ма­гии нав­сегда.  

Хай­мдаль не без удо­воль­ствия от­пра­вил из­гнан­но­го Ло­ки в Й­отун­хейм. Пос­ледний, к сло­ву, не соп­ро­тив­лялся. Пусть его и ли­шили ма­гии, но он не со­бира­ет­ся си­деть, сло­жа ру­ки, и до­жидать­ся смер­ти. Те­перь ему хо­телось зас­та­вить Оди­на по­жалеть о его ре­шении, про­учить вер­ховно­го бо­га за сла­бость ха­рак­те­ра.
Фригг му­чили сом­не­ния. Мо­жет быть, это был её пос­ледний шанс по­гово­рить с сы­ном? Ведь он уже не опа­сен, за­чем от­прав­лять его на вер­ную по­гибель? То­ра Один из­гнал в Мид­гард, зная, что там жизнь нас­ледни­ка ас­гард­ско­го тро­на бы­ла в бе­зопас­ности. Он пре­дос­та­вил сво­ему кров­но­му нас­ледни­ку прек­расную воз­можность по­думать, не опа­са­ясь но­жа в спи­ну. И, зная даль­ней­шие со­бытия, без сом­ни­тель­ной, но всё же по­мощи Ло­ки, Тор не смог бы по­лучить сво­их сил об­ратно и пра­ва вер­нуть­ся в Ас­гард.
Же­лая ос­тать­ся со сво­ей пе­чалью на­еди­не, ко­роле­ва Ас­гарда от­пра­вилась в рос­кошный сад — гор­дость жив­ших в Ас­гарде ва­нов — Фрей­ра и Фрейи. Про­гули­ва­ясь сре­ди вос­хи­титель­ных фрук­то­вых де­ревь­ев, бо­гиня тщет­но пы­талась най­ти уте­шение. Ло­ки сбил­ся с пу­ти из-за нес­пра­вед­ли­вос­ти, ко­торую до­пус­тил его наз­ванный отец, и нес­пра­вед­ли­востью был же на­казан. Раз­ве не осоз­на­ния сво­их оши­бок хо­тел до­бить­ся от не­го Все­отец? Ли­шив Ло­ки ма­гии, Один дол­жен был дать ему шанс уви­деть ре­аль­ность гла­зами не все­могу­щего бо­га, а че­лове­ка, спо­соб­но­го чувс­тво­вать, ра­довать­ся, лю­бить... Фригг рез­ко ос­та­нови­лась. Ну ко­неч­но! Ей уже не вер­нуть бы­лого до­верия сы­на, но ес­ли бы наш­лась де­вуш­ка, спо­соб­ная его по­любить, ис­це­лить его ра­ны, за­щитить от са­мого се­бя. Эта мысль да­ла Фригг на­деж­ду. Ещё не поз­дно для та­кого чу­да.

Ло­ки при­зем­лился в уже зна­комой мес­тнос­ти. Здесь они бы­ли с То­ром и его друзь­ями в день, ког­да бы­ла сор­ва­на ко­рона­ция гро­мовер­жца. Тор рас­счи­тывал пе­ребить как мож­но боль­ше ле­дяных ве­лика­нов, что­бы они впредь не сме­ли приб­ли­жать­ся к Ас­гарду. Бог об­ма­на улыб­нулся. Как же лег­ко бы­ло тог­да под­тол­кнуть бра­та к ре­шитель­но­му и та­кому глу­пому ша­гу. Но тог­да бы­ли бе­зобид­ные ша­лос­ти, а те­перь он со­бира­ет­ся по­лучить за­кон­ный трон Й­отун­хей­ма и на­пасть на Ас­гард, ис­поль­зуя тай­ные хо­ды, о ко­торых знал толь­ко он. Мыс­ли о мес­ти за­нима­ли его, от­вле­кая от осоз­на­ния собс­твен­ной нич­тожнос­ти. Кто он те­перь? По­вели­телем ма­гии его уже не наз­вать. Что тол­ку от зна­ний, ес­ли не мо­жешь их при­менить. Нет боль­ше в нём и то­го ми­зер­но­го фи­зичес­ко­го пре­вос­ходс­тва, те­ло его ста­ло не проч­нее, чем у сред­неста­тис­ти­чес­ко­го мид­гар­дца. « Пе­режил па­дение в без­дну, чок­ну­тых чи­та­ури и мсти­телей, а сей­час рис­ку­ешь пасть от ос­трия ка­кой-ни­будь не­удач­но рас­по­ложен­ной со­суль­ки», — вот уже и внут­ренний го­лос прос­нулся. Сто­ит прис­лу­шать­ся. Пусть Ло­ки те­перь и не во всех смыс­лах бог, но ума у не­го не от­нять.
Как и рань­ше, мир ле­дяных ве­лика­нов был мра­чен и од­но­об­ра­зен. Бу­дучи смер­тным, Ло­ки дол­жен был бы ощу­щать про­низы­ва­ющий хо­лод, од­на­ко фак­та родс­тва с й­оту­нами не в си­лах из­ме­нить да­же сам Один.
Из­гнан­ный ас не то­ропил­ся по­падать­ся на гла­за й­оту­нам. Бы­ло бы лег­ко­мыс­ленно сра­зу явить­ся к но­вому пра­вите­лю и за­явить свои пра­ва, бу­дучи без­за­щит­ным, да ещё и со сла­вой пре­дате­ля.
Ло­ки нап­ра­вил­ся к ле­дяной пе­щере — оби­тели ко­роля ве­лика­нов. Вок­руг бы­ло на удив­ле­ние ти­хо и без­людно. Впро­чем, что ме­шало ле­дяно­му ве­лика­ну слить­ся с пей­за­жем? Не смот­ря на то, что план был скры­вать­ся от мес­тно­го ко­лори­та, Ло­ки да­же в го­лову не приш­ло ид­ти околь­ны­ми пу­тями и, пря­чась за ска­лами, мел­ки­ми про­беж­ка­ми до­бирать­ся до нуж­но­го мес­та. Он боль­ше не тот ос­то­рож­ный Ло­ки, пы­тав­ший­ся увес­ти бра­та от не­рав­ной бит­вы; он ви­дел мно­го то­го, что да­же в кош­ма­рах не прис­нится, ис­пы­тывал та­кую боль, что го­тов был умо­лять о по­щаде, сей­час его не на­пугать ка­ким-то там й­оту­ном.
Вда­ли по­казал­ся вход в пе­щеру. Но ох­ра­ны ниг­де не бы­ло. Ло­ки ос­та­новил­ся. Что-то не­ес­тес­твен­ное бы­ло в та­кой пус­тыннос­ти. Трик­стер при­щурил­ся.
— Не то, что­бы я сос­ку­чил­ся, но где все? — Он ос­мотрел­ся вок­руг, так и не уви­дев ни ма­лей­ше­го на­мёка на жизнь.
Вы­бирая меж­ду смертью от ску­ки и по­пада­ни­ем в ло­вуш­ку, на­вер­ня­ка уго­тован­ную ему в пе­щере, Ло­ки выб­рал пос­леднее. В кон­це — кон­цов, ес­ли бы они хо­тели его убить, то уже уби­ли бы.
Длин­ный тун­нель в пе­щере, ве­дущий к трон­но­му за­лу, ос­ве­щали ле­дяные ци­лин­дры с за­моро­жен­ны­ми внут­ри жу­ками, по­хожи­ми на свет­лячков, толь­ко круп­нее. Ло­ки изо всех сил пы­тал­ся уло­вить хо­тя бы шо­рох, но всё, что он слы­шал — свои собс­твен­ные ша­ги и по­пыт­ки внут­ренне­го го­лоса воз­звать к здра­вомыс­лию трик­сте­ра. Ещё три ша­га — и он ока­жет­ся в трон­ном за­ле. От­сту­пать уже не­куда.
В ос­ве­щён­ном за­ле то­же ни­кого не ока­залось, но Ло­ки яв­но чувс­тво­вал на се­бе взгляд. И это не плод его во­об­ра­жения, сей­час что-то дол­жно слу­чить­ся. Сто­ило Ло­ки сде­лать пос­ледний шаг до цен­тра за­ла, как, вы­рос­шие из по­ла, ле­дяные копья об­ра­зова­ли вок­руг не­го коль­цо, с нап­равлен­ны­ми в шею ос­три­ями. Бог об­ма­на ин­стинктив­но от­кло­нил го­лову чуть на­зад, ста­ра­ясь хоть нем­но­го уве­личить рас­сто­яние от блес­тевших кон­чи­ков ги­гант­ских со­сулек.
— Вот те­бе и не­удач­но тор­ча­щая со­суль­ка, — еле ше­веля гу­бами, про­из­нёс плен­ник.
Зал пос­те­пен­но за­пол­нился й­оту­нами. Все смот­ре­ли то на пой­ман­но­го бо­га, то на но­вого пра­вите­ля.
— Ло­ки Ла­фей­сон, — ле­дяной ко­роль сде­лал уда­рение на пос­леднем сло­ве, — ка­кая не­ожи­дан­ность! Хо­тя, нет, я ждал те­бя. Ви­дишь, мы встре­ча­ем те­бя всей семь­ёй.
Смех й­оту­нов раз­нёсся эхом по всей пе­щере.
— Не смот­ря на то, что ты сын на­шего пре­дыду­щего ко­роля, ты ещё и пре­датель. Здесь ты не дож­дёшь­ся по­щады, но бу­дешь каз­нён зав­тра.
— За­чем же тя­нуть? — С вы­зовом спро­сил Ло­ки. Ка­жет­ся, слу­хи, что его ли­шили ма­гии, до Й­отун­хей­ма не дош­ли.
— Се­год­ня те­бя ещё оп­ла­кива­ют.
Ну да, тра­диции. Ес­ли мер­тве­ца оп­ла­кивать, то бо­гиня Хела от­пуска­ет его из сво­его царс­тва. Ло­ки сра­зу по­нял, что оп­ла­кива­ла его Фригг.
— Вре­мя до каз­ни ты про­ведёшь в тюрь­ме. Нас­лаждай­ся пос­ледни­ми ча­сами, — с эти­ми сло­вами копья рез­ко срав­ня­лись с по­лом, да­вая на мгно­вение рас­сла­бить­ся, но в ту же ми­нуту зем­ля уш­ла из-под ног, и Ло­ки про­валил­ся в под­зе­мелье, по­теряв соз­на­ние от силь­но­го уда­ра.