Глава 6
Наверное, я сказала это от шока. Испугалась за него, вот и ляпнула. Надеялась на то, что будет все как в книге или фильме. Я увижу его на грани жизни и смерти, а прошептав " Я тебя люблю ", он очнется, и мы будим жить долго и счастливо. Не нравится мне он, вот и все...
Я сидела на физике. Это был предпоследний урок. Рядом моя подруга Аманда, она любит флиртовать с учителями, несмотря на их возраст. Вот сейчас она пялится на парня, которому явно есть тридцать. Ох, Господи...
Дня ещё не прошло с момента, как Луи был в короткой коме. Ему обмотали голову бинтом, и мы его забрали домой в ту же ночь. Я помню, как тряслась сидя на коленях у Найла в больнице, в кольце его теплых рук. Я боялась за Луи. Девочкам мы сказали, что он не удачно пнул мяч, вот он и упал на спину, ударившийся головой. Лиаму утром мы наняли охранников, Дани живет с ним, Найл и Зейн будут искать информацию. После уроков, Лиам едет с Даниэль домой, Найлер и Малик в поместье, а мы с Гарри должны забрать близняшек и поехать к Луи, в квартиру.
Прошел урок и, идя по коридору школы, я наткнулась на капитаншу болельщиц. Да, она такая же, как описывается во всех романтических подростковых комедиях. Только вот подруг у неё пять.
- Смотри куда прешь, жируха! - сказала она.
Жируха? Она серьезно? Я вешу сорок килограмм!!!
- Мне просто путь загородила твоя задница, мне некуда было спрятаться от неё, - съязвила я и фыркнула.
Мне позвонил кто-то на телефон и ,посмотрев на дисплей, я невольно, улыбнувшись сказала:
- Луи...
- Луи? - воскликнула так называемая его девушка, которой он изменил уже не раз, а ей наплевать. Так, стоп! Она до сих пор ещё тут? Ещё не ушла?
- Тебе какое дело, мерзкое чмо? Да, это твой "парень", который позавчера трахался с Эль, - я указала на девушку, которая стояла позади нее и смотрелась в зеркало. - А ты, наверное, уже трахнулась с Микки? А может Бобом? А, нет, с тем крутым новеньким Люком!
Резко я почувствовала её руки у себя на горле, я ударилась спиной об стенку, лопатки соприкоснулись с холодным камнем. Она смотрела на меня голубыми глазами полными ярости и гнева, перемешанные с ревностью. Оскалив свои зубы, она прошипела:
- Не лезь к моему парню! К моей жизни!
- Мне по хрен на него, - крикнула я в ответ и ударила ногой по её ноге, от чего та скрючилась и начала умолять о помощи. Усмехнувшись, я пробилась сквозь нарастающую толпу людей и продолжила свое шествие к шкафчику. Послышался спокойный удар по барабанам, а следом пронеслась мелодия, которую сыграли на рок-гитаре, музыка постепенно нарастала, перемешивалась с ритмичными ударами по барабанам, потом к этой мелодии присоединился ангельский голос. Я взяла свой телефон и ответила звонок.
- Какого черта ты не брала? - послышался строгий голос с хрипотцой, который чуть похож на голос моего брата, но у Луи он был так же низкий и к тому же нежный.
- С каких это пор я должна на твои звонки отвечать, Томлинсон? - спросила я и открыла шкафчик, когда ввела код на дверце с помощью колесика.
- С того, что... а не важно. Сколько у вас осталось уроков?
- Один, не волнуйся скоро придем, - я достала учебники и положила их в сумку. Прозвенел звонок.
- Ладно, милый, пока, целую, - пролепетала быстро я, не обращая внимания, на то, что я сказала.
- Це...
Я сбросила. не услышав, о чем он говорил. Я забежала в класс английского языка. Все сидели на своих местах, а на меня строго смотрел невероятный красивый блондин, который чем-то был похож на Найла, но у него волосы были длинней, а носик маленький.
- Мисс Стайлс, Вы снова опоздали, - сказал ангельским голосом учитель. Мило ему улыбнувшись, я сделала щенячьи глазки и сказала:
- Извините, мистер Баррингтон.
- Ладно, Сэм, садись на место, - вообще мы с этим учителем уже как бы друзья и разговариваем на " ты ".
- Спасибо, - ответила я и села между Джейкбобом и Амандой.
Вообще я сижу рядом с Гарри, Зейном, Лиамом или Найлом ( ну, никак не с Луи! ), когда по средам у меня английский. У Кетрин в данный момент физическая культура. Джейкоб - парень ,который по мне сохнет с третьего класса, но сказав ему: " Мы можем быть лучшими друзьями ", он засветился как солнышко. Он до сих пор меня любит. Поэтому, когда я села рядом с ним, он не мог сдержать улыбку.
А Аманда странно заглядывалась на нашего учителя, по ее словам, они познакомились в баре, когда он пьяный подсел к ней за барную стойку и заказал текилу.
Прошло минут пятнадцать урока, а я все так же пялюсь на нашего двадцатипятилетнего учителя. У него прекрасный голос, характер... он во всем прекрасен. Устроился на работу только вначале этого года. Он не то, что некоторые. Под словом " некоторые " я представляю этого идиота, который сейчас лежит на кровати в своей квартире с перебинтованной головой. Потому что Аманду он не затаскивал в постель, он просто мило с ней поболтал за барной стойкой, а потом, взяв ее номер телефона, грустный пошел домой. Говорят, он запивал в то время горе, связанное с его семьей. Но подробностями я не владею...
Вдруг, я почувствовала легкий удар в районе предплечья. Рядом с рукой лежал скомканный листочек, я посмотрела на Джейкоба, который указывал на Гарри, а братик, еле сдерживая улыбку и косой взгляд в мою сторону, слушал учителя. Развернув листочек, я увидела , как аккуратно красивыми буквами было написано " Не пялься на учителя, есть человек, который тебя любит, и ты его полюбишь. Скоро :) Хх". Есть человек, который тебя любит, и ты его полюбишь скоро. Кто это? У меня в знакомых десять парней, которые по мне до сих пор сохнут. Решив, что разберусь с этим потом, я продолжила слушать учителя. Ну как слушать... просто пялиться вместе с Амандой на него и представлять нашу свадьбу.
Я стояла на улице и, проверив, что пистолет на месте ( за штанами, на спине ), начала дальше ждать брата и близняшек. Через некоторое время они соизволили появиться на парковке, сзади школы. Сев на мотоциклы, мы поехали в дом Луишки.
- Что? Черт возьми, я не останусь тут нянькаться с ним! Я поеду с тобой! - возмущалась я уже в квартире Томлинсона.
- Нет, ты не поедешь, там должен быть я! А ты побудешь с Луи, за ним охотятся, Сэм, ты это понимаешь? Его жизнь в опасности! - уже кричал мне Гарри.
- Да рядом с ним охранники!
- И что? - ей-богу, с моим братом лучше не спорить.
- Вух, - промычала я и села на диван. - Ладно, я останусь. С тебя банка кока-колы и сахарная вата.
- Вот и умничка, - сказал братишка и ушел, надев пальто, ноябрь как ни крути. Сегодня двадцатое число две тысячи тринадцатого года...
Встав с дивана, я направилась на кухню. Найдя чайник, я налила в него кипяток, потом сделала себе и Луи по чаю. Время чаепития, моя семья придерживается этих правил, вот и я привыкла. Я понесла поднос с чаем, разными конфетками и тому подобному в спальню своего " врага ".
- Привет, - сказал он, приняв сидячие положение на кровати. - Чего такая хмурая? - спросил он.
- Не твое дело, вот тебе чай, - я поставила поднос на кровать и села рядом. Раздалась спокойная музыка, и я ответила на звонок.
- Сэм?
- Да, дядя?
- Я уезжаю в Бристоль, там находится моя дочь Мери, у неё недавно родился сын Алекс, я хочу их навестить. Меня не будет месяц, к Рождеству я приеду, поэтому подарок мне придется тебе подарить сейчас.
Расстроившись в том, что Майкла не будет на моем дне рождении, я произнесла:
- Хорошо, я приеду завтра.
- Пока, детка.
- Пока...
Я положила трубку и откинула телефон от себя подальше.
- Кто звонил?
- Сам слышал.
- Майкл?
От автора ( не конец ): включите пожалуйста Birdy – Skinny Love. Приятного прочтения, котята.
- Не твое собачье дело! Перестань лезть в мою жизнь, ты и так тут накосячил и оставил большой след. Жирный, черный след, который запомнился на всю мою жизнь! - я просто выплюнула ему в лицо эти слова.
- Что? О чем ты? - парень поперхнулся чаем.
Я встала с кровати и подняла кофту. Мои ребра чуть виднелись, вешу я около сорока килограмм, а вдоль правого бока виднелся синяк под толстым слоем пудры и тональника. С помощью косметики, я пыталась его скрыть от брата.
- Ч-ч-что это? - прохрипел парень.
- То, что ты сделал со мной...
Парень встал и протянул руку к моему телу. Я как завороженная смотрела на его действия, прикрывая грудь футболкой. Его рука плавно и нежно коснулась моих ребер, проводя линию до пупка, приятно лаская мое худое тело. Пусть и такие тонкие и хрупкие движения, я ощущала их так, словно рядом с моим горлом виднеется острый нож. Мне было не по себе, неприятно, больно. Я до сих пор боюсь его прикосновений. Привыкнув к его касаниям, я продолжила следить за его руками. Дрожь проносилась в моем теле , сладостно отдаваясь внизу живота. Мне было приятно находится сейчас рядом с Луи. Да, приятно. С нежным и ласковым Луи, который боится меня разрушить своими касаниями. Почему он не такой всегда? Почему он такой грубый, жестокий, враждебный? Он отдаляется от меня все время. Но сейчас... сейчас этого Луи я хочу обнять, коснутся своими покусанными губами от усталости его лба и прошептать нежные слова, сказав, что все будет хорошо. Я люблю именно этого Луи. Его пальцы еле-еле касались моего тела, слово боясь его сломать, будто перед ним стоит мамина любимая хрустальная ваза, а он пятилетний Томлинсон, которому все интересно в жизни, как обычному ребенку. Он просто нежно касается этой вазы, проводя пальцами вдоль каждого изгиба. Его пальцы дошли до моего пупка и остановились там. Нежно и приятно его левая рука накрыла мой живот, и на его лице можно было увидеть еле заметную улыбку. Он что-то прошептал, улыбаясь себе под нос, но что, я не смогла расслышать. Легкие касания повторились, уже он исследовал следующий изгиб, ведущий к моему синяку. Я его получила в начале ноября, когда не дала списать на алгебре, показав ему фак. Эти синяки долго проходят. И ссадины еле заживают. Изящные движения плавно перемещались к синяку, его пальцы тряслись, как и он сам выдавая свою робость и боязнь.
- Это сделал я? - робко спросил он. Следя, как вздымается его грудь, из-за того, что его дыхание сбилось, я кивнула, сдерживая слезы.
- О Боже, - прошептал он и упал на колени передо мной. Зажмурившись, я ощутила легкое покалывание в зоне бока, где находился синяк. - Извини, - движения прекратились. Во мне проснулось некое такое чувство, которое умоляло, чтобы я схватила его руку и приложила к животу, прося о дальнейших действиях. - Извини! - он словно уже кричал. Он поднял на меня свои красные от слез глаза. Он выглядел беспощадным, жалким, любимым. В его глазах я читала страх и ужас. Ужас от его действий.
Томлинсон вспоминал, как беспощадно бил эту девушку. Как смеялся, когда давал ей пощечину. Как потом восторженно улыбался, чувствовал победу. И он знал, знал, что никто об этом не узнает. Она всего-лишь жалкая его жертва. Он любит других трахать, а ее бить. Она ему заменяла других девушек. Для него она даже не была человеком.
Но сейчас Томлинсон понимал, почему она перестала носить короткие юбки, изящные коктейльные платья, блузки. Почему она часто закрывает свои руки длинными рукавами, а топы меняет на длинные большие футболки брата. Почему она стала такой холодной и дерзкой. Почему она променяла розовых мишек на дорогие мотоциклы и холодное оружие. Чтобы защищаться о такого Томлинсона. Чтобы быть ему врагом. Чтобы Томлинсон больше никогда к ней не прикасался.
И Луи кричал: "Прости". Кричал на всю квартиру, стоя перед ней на коленях и держа ее ноги. Словно не хотел, чтобы она убегала от него. Он хотел, чтобы она осталась. Осталась в его жизни. И он бы сделал все, чтобы поцеловать ее макушку и произнести: " Со мной ты в безопасности, малышка".
- Из-за меня ты похудела? - тихо спросил Луи.
- Да, - кивнула я.
Его губы легко коснулись зоны моего бока, оставляя осторожно легкий поцелуй, который кое-как снял подступившую боль. Он зажмурился от слез. Отвернул голос, чтобы снова не сделать мне больно. Он сжал кулаки и сел на пол. Он начал снова плакать.
- Если бы повернул время вспять и остановился...
Он встал на ноги и приблизился ко мне, между нами не было практически расстояния, но то, что я произнесла дрожащим голосом в слух, повергло и меня, и его в шок, я не ожидала такого от себя...