7.
Чему научила меня жизнь в уединении? Ни о чем не беспокоится и наслаждаться жизнью. Я стал непреложным поклонником идей гедонизма и как истинный гедонист пристрастился к хорошему вину. Чтобы скрасить грустные вечера, я устраивал для себя целые фуршеты с дорогими сортами сыров, сухофруктов и, естественно, с бутылочкой вкуснейшего вина. Это очень помогало мне быстро уснуть и безмятежно спать всю ночь. В трезвом состоянии пережить ночь я не мог. Я не верил в призраков, знал, что нахожусь абсолютно один, но каждую ночь мое подсознание играло со мной злую шутку и все страшные истории из детства воскресали в моем воображении. Постоянно мне слышался шепот, виделись темные силуэты. Страх парализовал тело, и я часами лежал или сидел в ступоре, боясь спровоцировать зловещую силу на агрессию. Но вино, попадая в мой организм, высмеивало эти страхи и дарило мне желанную беззаботность.
Больше призраков я боялся деградировать и потерять рассудок. Ради предотвращения этого я выработал для себя обязательные ежедневные привычки: чтение вслух не менее ста страниц, приготовление вкусного завтрака, занятия спортом. Порой бывали и промежуточные обязанности, но вышеперечисленные три я выполнял строго без уклонения. Я составил четкий распорядок дня и пытался жить по нему, но случались дни полной прострации, за которые я жестоко ругал себя. Я не умел отдыхать – скорее всего, это и являлось главной проблемой. Даже в подобных условиях я пытался найти себе применение и злился, не находя его. Я не мог позволить себе отдых, не проделав определенного количества работы, в ином случае он не приносил мне никакого удовольствия. Я боялся бездействовать из-за наваливающей на меня лавины мыслей и переживаний во время расслабления. Собственный мысли пожирали меня изнутри и скрыться от них я мог за пеленой важной физической деятельности. Итак, идеальная формула жизни отшельника – работа днем и вино ночью.
Прошло много времени и я утратил счет дней, Я старался жить одним счастливым днем, хоть не всегда получалось. Возможно, в таком ритме моя жизнь продлилась бы долго, и я умер бы старым человеком на берегу Индийского океана, но упорядоченный галоп жизни сбило мое падение с крыши. Одним вечером я перебрал вина. Мне жутко захотелось посмотреть на звезды и я, не задумываясь о своем состоянии, полез на крышу. Карабкаясь к самой высокой точке, я соскользнул с крыши и покатился вниз. Я упал на землю, сил встать у меня не было, и в пьяном тумане я уснул прямо на земле. Меня разбудили жаркие лучи солнца, стоявшего в самом зените, и я, ни о чем не помышляя, потянулся и ощутил всплеск адской боли во всем теле, а особенно в спине и правой ноге. Подняв голову, я обнаружил свою ногу напухшей и налитой кровью. Я ощупал голень и стопу и понял, что у меня закрытый перелом, который в данных условиях было невозможно вылечить. Да и встать самостоятельно я не мог. Я кричал и рыдал от каждой попытки двинуться с места. Адская боль пронизывала мое тело, и я без конца молился о прекращении своих страданий. Я стиснул зубы, стараясь не тратить сил на вопли, и пополз к дверям своего дома, в надежде найти там обезболивающие таблетки. Я желал больше смерти, чем терпеть эти муки и, когда смог подняться на ноги, то думал, что сердце остановится от травматического шока. Я волочил сломанную ногу за собой и успешно добрался до ванной, где должна была быть аптечка. Но аптечки не было. Я вновь разрыдался с горьким пониманием того, что терпеть мне придется долго. Чтобы как-то облегчить свою участь я намочил полотенца холодной водой и обмотал ими ногу , а потом и вовсе залез в ледяную ванную. Данная процедура немного успокоила меня, но всех проблем не решила.
Овладев собой, через время я смог сходить в аптеку и нашел там нужные препараты, эластичный бинт и сделал импровизированную повязку на ногу. Чувство уходящей боли не сравнить ни с чем, в момент прекращения страданий ты постигаешь настоящее наслаждение. Меня окутала легкая пелена спокойствия, не ощущаемого очень давно. Но злость на себя за глупо нанесенный своему здоровью непоправимый урон не проходила никогда.
На месяц я выпал из жизни. Я плотно подсел на наркотические анальгетики, помогавшие мне не чувствовать боль и беспокойство. И даже, когда нога срослась, хоть и неправильно, я не мог отказаться от них. Желания чем-то заниматься у меня не было, и я окунулся в мир наркотического забвения. И особенно этот мир мне полюбился за возможность общения с людьми, за которым я, честно говоря, истосковался. В своих видениях я часто говорил с Гретхен, но с той, какой она была раньше. Мы могли долго бродить с ней вдоль побережья, говорить и ночи напролет занимались любовью.. Это были лишь наркотические фантазии, но насколько они были реальны.… И они были мне нужны, иначе я бы сошел с ума. Весь ранее описанный контроль над течением жизни лишь скрывал огромную дыру внутри моей души, я тосковал, грустил и хотел вернуться в свой маленький домик в Винцеле, вернуться к своей работе и все изменить, научиться воспринимать все иначе, выбрать хороших друзей, закрыть глаза на их мелкие недостатки, но не быть одному. У меня не было цели жить - и я так не хотел себе в этом признаться. В довершении всего я еще и стал законченным наркоманом.
В одной из моих галлюцинаций у нас с Гретхен состоялся разговор.
-Мне стоит с тобой попрощаться,- сказала Гретхен.
-Почему? - удивился я.
-Ты умираешь, Готье. И нет смысла отрицать… Скоро ты меня покинешь, а я останусь здесь. И что же мне тогда делать. Я утоплюсь с горя в океане, если останусь одна. Жить отчужденно невыносимо… Это рано или поздно уничтожает.
-С чего ты решила, что я умираю?! Со мной все прекрасно! Я вылечу ногу и все будет как прежде! – кричал я. –Естественно, сейчас мне плохо, мне ужасно плохо, все болит, но я приведу дела в порядок… И обещаю, Гретхен, мы на моей яхте уплывем в океан…
-Мой милый… ничего уже не будет! Ты умираешь, ты разлагаешься здесь,- она ткнула рукой мне в грудь.- Ты гниешь изнутри и таблетками этого не заглушишь. Знаешь, что так шумит в твоей голове? Это не мысли, нет, это не мысли. Это шум твоей гниющей плоти.
Я разозлился и ударил ее, но она только засмеялась и ответила мне в своей надменной манере.
-Это только подтверждает мои слова!