6.
Взошло солнце, и мягкий розоватый свет залил пространство комнаты. От скуки я решил побродить по дому в поисках интересной информации о пропавших жителях этого жилища. Это был маленький одноэтажный домик, с уютной винтажной мебелью и картинами на стенах, жильцы явно были эмигрантами, потому что во всем чувствовалась совершенно другая культура. Я нашел здесь много фотографий, на которых изображалась семья: очень красивая мать с невероятно ласковым взглядом, смешной отец семейства (на его голове были необычайно кудрявые рыжие волосы, а улыбка была слегка кривоватой, и именно эти черты делали его забавным) и маленькая дочурка, похожая на отца. Я видел много разных сюжетов их жизни. Особенно мне понравилось фото, где они кормили дочку лимоном, и она интересно морщилась, а родители смеялись. Я забрал его себе в память о милом домике иммигрантов.
На меня напала хандра. Я все время глядел на фото и думал о том, что для меня все утрачено. Ранее я был недоволен жизнью в обществе, но внутри меня все же была надежда встретить своего человека, с которым я смогу быть счастлив и создам семью. Сейчас никаких надежд и целей не будет, я просто умру, не оставив после себя ничего.
Я объездил всю Австралию, каждый день жил в новом особняке, менял вещи и машины по три раза на день, придумывал себе бесполезные занятия вроде перестановки в комнате или разбивание стекол в доме. Во время жуткой тоски я разговаривал сам с собой: пересказывал разные жизненные ситуации, говорил об искусстве и литературе, пел песни. Я чувствовал приближение жуткого разочарования, но старался скинуть это на скуку.