Часть 18✂️🤪
С того дня Дазай ни разу не сорвался на Чую. Он постоянно ходил за ним в квартире по пятам, а когда эспер останавливался, обнимал сзади и целовал в шею. И тому это никогда не надоедало, хоть и происходило каждый день. На работе они, естественно, не контактировали. Только перекидывались словами. И только вне своего кабинета. Там же им было дозволено почти что всё. Накахара часто либо лежал головой на коленях напарника, либо сидел на тех же коленях. Осаму лишь дышал ему в спину, сдерживая дикое желание. Он решил не давить на эспера и подождать, когда у того тоже проснётся желание. А у Чуи оно и так было, но ему пришло на ум наказать Дазая за тот случай с ревностью. И наказание успешно действовало. Пускай даже и ему приходилось терпеть.
Хироцу и его подчиненные так и не нашли того, кто заложил бомбу рядом с домом Мори. Босса это очень злило, так как улик вообще не было найдено. Но это уже говорило о том, что такое сделать никак не могли ни Отдел по делам Одарённых, ни Вооруженное Детективное Агентство. Следовательно, в городе появилась новая группировка, которая решила помешать делам Мафии. Как ни странно, но на чёрный рынок они не полезли, а сразу напали на сотрудников. Возможно, Мафия им чем-то насолила, но такие действия были очень неразумными. И всё же следов никаких не было. Ввиду сложившейся ситуации это дело поручили Двойному Чёрному. Дазай сразу же понял, когда заложили бомбу и что за ними следили. Шпион был в курсе о предстоящих делах и подготовил всё тогда, когда он и Чуя уехали на собрание. Это было очевидно. Вопрос был лишь один: откуда он следил? Поэтому Двойной Чёрный снова отправился в тот дом, чтобы убедиться в отсутствии улик или же найти их. Машину вёл Накахара, а Дазай что-то смотрел в ноутбуке. И эсперу было до жути интересно, что там.
— Что ты там делаешь?
— Да вот думаю, где найти хороший бордель. Ты случаем не знаешь?
— Что ты сказал?! Да я тебе…
— Успокойся, я пошутил. Мне никто не нужен, кроме тебя. А в ноутбуке я просматривал карту местности. По итогу обнаружил, что позади дома есть еще один дом, на который выходило наше окно. Есть предположение, что крыса скрывалась там.
— В доме кто-то живет или нет?
— Это нам и надо выяснить. А затем уже искать улики. Как оказалось, дом был без жильцов. Дазай стучал раз пять, а потом просто сломал замок. И странно было то, что в доме не нашлось ничего кроме телескопа, который был направлен точно в окно дома Мори. За ними действительно следили. Но сам шпион скрылся без следов. По крайней мере так думали напарники, прежде чем в дом кто-то вошёл. Человек в капюшоне прошелся из одной комнаты в другую и удостоверившись что никого нет, подошел к телескопу. Вот только он не заметил черные фигуры у другого окна. Осаму неслышно подошел к шпиону сзади, шепнул ему что-то на ухо и одним ударом вырубил его.
— И зачем этот идиот вернулся?
— Думаю, ему сообщили, что мы направляемся в дом и приказали проследить. Вот он и вернулся. И посмотри на это. Осаму нашёл у него в сумке фото, сделанные в те дни, что они жили в доме, и еще несколько, судя по дате, недавних фото. На одних был Чуя, на других Мори. И лишь на двух он увидел Коё. Накахара же вообще был в шоке. Ему был неизвестен ни этот человек, ни организация. А насолить он мог многим. Уж работа такая.
— Они охотятся на вас троих. Вы как-то связаны. Либо насолили одному и тому же человеку, либо просто как одни из сильнейших в Мафии.
— А как же ты? Почему там тогда нет тебя?
— А ты считаешь меня сильным?
Дазай поднялся и повернулся к Чуе лицом. Тот пытался отвернуться, скрывая смущение, но ему не позволили. Рука напарника держала за подбородок, а в карих глазах ясно читался вопрос. Он ждал ответа. А эспер даже не знал, что и сказать. Осаму действительно сильный мафиози и может легко занять место Огая после его смерти. И сам прекрасно это знает. Единственный недостаток
— это стремление умереть. В остальном ему нет равных ни в чём.
— Еще чего! Я с легкостью могу…
— Тихо. В дом еще кто-то вошёл.
Осаму закрыл рот Накахары своей рукой и стал прислушиваться. Пришедший передвигался медленно, почти неслышно, но полы жутко скрипели, выдавая его. Да и у Дазая прекрасный слух. Надавливая всем телом, он заставил Чую двигаться назад. И когда они дошли до шкафа, резко подал влево. Между мебелью и окном было небольшое расстояние, но они оба там поместились. Незнакомец зашел в комнату, оглядываясь по сторонам. Напарники могли бы легко его взять, если бы тот не держал в руках пистолет. Слишком рискованно, несмотря на способность эспера. Человек был тоже в капюшоне и, увидев такого же на полу, бросил оружие на пол и подбежал к нему. Видимо, это был его напарник. Тут то Двойной Черный вышел из засады, направляясь к ним. Один так и не пришел в себя, а второй, завидев их, потянулся к пистолету, но Чуя откинул его гравитацией.
— А вот и второй.
Осаму подходил всё ближе и тогда незнакомец вытащил нож. Мафиози лишь усмехнулся и подошел ближе. Такая прекрасная возможность умереть. Грех не воспользоваться.
— Ну же, перережь мне горло. Останови мои мучения, прекрати этот бесконечно длящийся кошмар. Ну же, давай! Чего ты ждёшь?! Избавь меня наконец от этого!
Но тот медлил. Его рука тряслась, а в глазах застыл ужас. Он явно не ожидал такого. И пока ему затуманивали разум, Чуя использовал гравитацию и выхватил нож, а затем быстро оказался сзади и надавил на сонную артерию. Не стал убивать, ведь обоих они решили отвезти в штаб и потом допросить, как очнутся. Кто бы ни был этот человек и босс организации, его нужно найти. Потому что под угрозой Мори. Без него организация падёт. Но Дазая это волновало не так сильно, как жизнь Накахары. Он не хотел потерять то, что обрёл и что даёт ему смысл жить. Осаму часто говорил про суицид, но голубые глаза не отпускают его. И эспер знал об этом, поэтому стал чаще смотреть на напарника. Так он мог и следить и останавливать. Прекрасная сила его глаз помогает не только жить, но и рождает любовь в карих омутах. Потому что Дазай Осаму начал чувствовать что-то только тогда, когда эспер впервые посмотрел на него и уронил слезу. После этого он ненавидит эту солёную воду, вытекающую из прекрасных глаз. После этого и начал по-настоящему любить.