ДА? НЕТ?
Tris
— И ты хочешь сказать мне, что с тобой всё хорошо? — воскликнула Кристина, уперев руки в бока.
Я склонилась над унитазом, высвобождая сегодняшний завтрак.
— Всё хорошо... — не успела договорить я, так как тошнота опять подступила к горлу.
Кристина поморщилась, когда меня стошнило.
— Что ты сегодня ела? — мягко спросила она, садясь на корточки подле меня.
— То же, что и ты.
Я поднялась с пола и, убрав с лица волосы, направилась к раковине.
— Пойду принесу тебе попить, — сказала Кристина и удалилась из ванной.
Я включила воду и прополоскала рот, чтобы избавиться от чудовищного запаха. Что-то мне подсказывает, я не просто отравилась.
В этот момент я услышала, как открывается входная дверь. Тобиас. Я вытерла лицо полотенцем и напоследок взглянула в зеркало.
«Ну всё, правила есть правила», — послышался голос матери у меня в голове. Как же мне её не хватает.
Я вышла в коридор и увидела Тобиаса. На его волосах и одежде блестели снежинки. Он неуклюже развернулся и посмотрел на меня.
— Ты сегодня рано, — сказала я и прижалась к любимому.
От него веяло холодом, но тепло, которое Тобиас излучает, никуда не подевалось.
— Хотел побыстрее вернуться к тебе.
Я улыбнулась, и Тобиас нежно коснулся моего виска. От его прикосновений я буквально растаяла. Из мечты о долгом поцелуе меня вырвал голос Кристины.
— До чего же вы милые, ребятки.
Я посмотрела на неё. Кристина держала в руках чашку с водой и умилённо глядела на нас. Я испугалась: вдруг она сейчас скажет Тобиасу о том, что меня тошнит всё утро? Но она увидела мой испуганный взгляд и поняла, что этого делать не стоит.
— Ладно, я, пожалуй, пойду, — улыбнулась девушка, — не буду вам мешать.
Перед тем как выйти из дома, Кристина одарила меня серьёзным взглядом, который, видимо, означал: «Не вздумай молчать».
Дверь захлопнулась, и Тобиас снова притянул меня к себе.
— Мы сегодня опять провели весь день вместе. Думаю, ей одиноко, — вздохнув, прошептала я.
— Кристина почти всех потеряла и очень волнуется за Юрайю, — Тобиас обхватил моё лицо руками. — Ты нужна ей, как никогда.
— Ты мне тоже сейчас очень нужен.
— Я всегда буду рядом с тобой.
Я перестала дышать, когда он произнёс это. Всё, чего мне хотелось, — быть рядом с ним и только.
— Давай прогуляемся?
Я заглянула в его голубые глаза, в которые когда-то влюбилась; теперь мои чувства становятся всё сильнее и сильнее. Словно омут, в который тебя затягивает с головой. Я кивнула и сказала то, о чём уже через секунду пожалела:
— Думаю, что мне нужно выйти на свежий воздух — целый день кружится голова.
В последний раз он посмотрел на меня так же серьёзно, когда просил не идти к Эрудитам, но я ослушалась.
— Всё хорошо, — поспешила ответить я, — наверно, из-за усталости.
Нет, я не скажу ему об этом. Просто потому, что боюсь его реакции.
— Если всё хорошо, то собирайся. Сегодня тебе предстоит сделать выбор.
Я удивлённо вскинула бровь. О каком выборе идёт речь?
***
Мной овладела эйфория и чувство абсолютной свободы. Словно я в первый раз запрыгнула в вагон поезда, который мчался на полной скорости. Это чувство будет для меня неизменным. Первый прилив адреналина, который я испытала, став бесстрашной. Вот и сейчас ветер свистит в ушах, а я изо всех сил пытаюсь бежать как можно дальше, всё нагоняя и нагоняя вагоны. Тобиас уже запрыгнул и протянул мне руку. Я сделала последний рывок, и наши пальцы крепко переплелись. Тобиас рывком поднял меня, словно я пушинка, которая легче воздуха. Он прижал меня к себе, и я чувствовала его неровное дыхание, которое согревало меня. Его пальцы свободно скользят по моему телу и замирают на губах. Эти обжигающие прикосновения хочется запечатлеть у себя в памяти и хранить до последнего вздоха как символ нашей любви.
— Ты готова? — спокойно спросил Тобиас.
— Я не знаю к чему.
Он улыбнулся и, коснувшись губами моего уха, прошептал:
— Терпение...
Я подошла к раскрытой двери вагона, за которым мелькали дома и деревья. Схватилась руками за поручни и прогнулась вперёд, отдавая всю себя навстречу ветру. Мои ноги еле касались металлического пола вагона. Когда-то Тобиас стоял именно так — ему был чужд страх, и мне хотелось стать именно такой.
Картинки пейзажа сменялись одна за другой, и я не успевала сосредоточиться на чём-то одном. Где-то вдалеке мелькало здание Хэнкока. Тобиас сказал, что его отстройку закончили и сейчас полным ходом идёт заселение. Когда мы почти подъехали к Втулке, Тобиас крикнул:
— Пора!
Я оттолкнулась от вагона, спрыгнула, но не удержала равновесие и приземлилась в снег. Сугроб оказался настолько большим, что я утонула в нём по колено и кубарем покатилась вниз. Тобиас спрыгнул сразу за мной, но у него получилось удержаться на ногах. Когда парень подошёл ко мне, я лежала в снегу и хохотала. Тобиас улыбнулся и подал мне руку. Мы направились в Втулку, с которой связано множество воспоминаний.
Как только мы вошли, наши шаги отдались гулким эхо. Я удивлённо оглядела пустое помещение и поняла, что всё восстановили в точности так же, как было раньше. Чаши фракций стоят на положенных местах, целы и невредимы. Сектора всё так же разделены на Эрудицию, Дружелюбие, Бесстрашие, Правдолюбие и Отречение. Всё как и до восстания, вот только фракций больше нет.
— Нравится? — спросил Тобиас. — Многие настояли на его восстановлении, — он обвёл помещение рукой, — и я был в их числе.
— Это... — я не могла выговорить ни слова, — это безумно напоминает...
— День твоего выбора, — закончил за меня парень.
Мы посмотрели друг на друга, и тут Тобиас громко продекларировал:
— Беатрис Прайор!
Я не смогла сдержать улыбки. Теперь я поняла, о каком выборе шла речь: он хотел повторить день моего перехода в фракцию Лихачей и я решила подыграть.
Я начала медленно спускаться по лестнице, словно боялась каждого шага, будто действительно сейчас решится моя судьба. Я медленно приблизилась к чашам, ожидая увидеть в них стекло, воду, камни и угли, как в день выбора. Ничего этого не было. Со дна чаши Отречения на меня смотрел флакончик с сывороткой памяти, в чаше Бесстрашия лежал пистолет, в Дружелюбии — ягоды, в Эрудиции — шприц, а на дне чаши Правдолюбия стояла раскрытая коробочка, в которой блестело кольцо. Моё сердце бешено забилось, а по лицу поползла улыбка. Я ещё не до конца всё осознала, но, едва посмотрела на Тобиаса, все мои сомнения развеялись.
— Выбор за тобой.
Я поворачиваюсь к чашам и тянусь к самой заветной. Беру содержимое и разворачиваюсь. Тобиас смотрит на меня, и я понимаю, что испытываю те же чувства и эмоции, что и он.
— Поприветствуем мисс Итон! — говорит он невидимой толпе.
To be continued...