Против часовой стрелки
Чердак был завален разным хламом так, что яблоку негде было упасть. Когда мы с братом разобрали большую часть всего, что здесь было, я увидела ящик. Он стоял в самом углу под кучей старых ненужных вещей. Судя по слою пыли, его давно не трогали. Позже выяснилось, что это сейф. Под ним лежал документ, подтверждающий, что в сейфе находится наше с братом наследство. Но стальной ящик был заперт. Код нигде не был зафиксирован. Перед нами встал вопрос – какой набор цифр выбрал наш отец для того, чтобы сохранить для нас наследство?
Позже, протирая на сейфе пыль, моя рука заметила неровность. Сверху над трёхзначным кодом было выгравировано: «Моя девочка». Я вспомнила, что папа часто в детстве называл меня ангелочком. Но, как детское прозвище могло нам помочь? В памяти всплыл слушок про число ангела – семёрку. Попробовала ввести. Замок щелкнул.
Среди прочего, на самом дне, лежали в конверте старые тетрадные листы. Прочитав, я столкнулась с противоречием. С одной стороны, всё прочитанное мной было, буквально, характеристикой моих друзей. С другой, папа писал это про людей, которых знал только он и больше никто из нашей семьи. Эти люди давно умерли. Зачем же он оставил эти записи мне? Что он хотел сказать?
Я показала записи друзьям, они десять минут пребывали в шоке. В голове крутилось сразу несколько мыслей.
Во-первых, как такое возможно.
Во-вторых, опасно ли это.
В-третьих, зачем.
В-четвёртых, что нам с этим делать.
Мы решили решать проблемы по мере их поступления. Завтра решили посмотреть наш чердак – вдруг, мы не всё нашли.
На чердаке мы пробыли час и поняли, что больше ничего найти не удастся. Неожиданно Даниил споткнулся о неровно лежащую доску. Под ней Мари заметила что-то белое. Это оказался ещё один тетрадный листок согнутый пополам.
В нём говорилось о человеке, который потерял свою душу. Со стороны этот человек казался обычным прохожим, но достаточно было просто поговорить с ним, чтобы заподозрить что-то неладное. Человек без души был крайне агрессивен, но стоило появиться женщине в красном пальто, как он сразу же замолкал, а его взгляд был прикован к этой женщине. Он выполнял её приказы и пожелания беспрекословно. Она могла ничего не говорить, а просто посмотреть на мужчину, как тот сейчас же понимал, о чём она попросила. При этом на его лице появлялась крайне хитрая улыбка.
- А где Женя? – спросила я, - Почему он не пришёл?
- Его мама сказала, что он себя плохо чувствует, - ответила Мари.
- Тогда надо его навестить, - предложил Макс, - Идём сейчас. Его родителей, как раз, дома нет.
- С чего ты взял? – не согласился Дима.
- С того, что сегодня – будний день, а его родители работают с девяти до шести. Плюс дорога, значит, приходят домой они где-то в семь вечера. Я много раз проверял свою теорию, она полностью оправдана.
- Ладно, пошли уже, - закончила разговор Алиса.
Зайдя в комнату, мы не сразу его узнали. Женя похудел, у него впали щёки, а его глаза! Они не отображали ни единого человеческого чувства. Он не отвечал ни на один вопрос и ни на что не реагировал. Мы узнали, о ком говорилось в последней записке.
- Мне страшно, - заплакала Алиса, - Если он так похудел за два дня, ему недолго осталось. В записке не написано ни единого слова о том, как от этого избавиться.
- Надо с этим что-то делать, - серьёзно сказал Даниил, - Давайте хотя бы попробуем предположить, что хотел твой отец, когда оставлял тебе записки?
- Наверное, надо перечитать их, - сказала Мари.
***
- Нет, мы уже час здесь сидим. У меня уже мозг кипит! – сказал Макс.
- Я полностью согласна с Максом, прошло столько времени, а результата никакого, - согласилась Мари.
- А вот я, кажется, что-то нашла, - все внимательно посмотрели на Алису, - Смотрите, на всех записках в правом нижнем углу написано «Прелюдия». И почерк такой знакомый.
- Дай-ка взглянуть, - попросила я, - Так у меня фортепиано так называется!
Под крышкой музыкального инструмента мы нашли ещё один листок бумаги, согнутый пополам.
- Кажется, что он упал туда случайно, - сказала Алиса, когда мы его увидели.
Из папиной записки я узнала, что в нашей семье я знаю не всех.
Когда-то давно мой отец знал молодого человека и знал неплохо. Из дружбы папа предоставил ему жильё, благодаря папе, тот получил высшее образование. Но однажды зимой, ночью около подъезда, Сергей поскользнулся на ступеньках, ударился головой и скончался от потери крови. Это была чистой воды случайность, поэтому он остался в этом мире. В виде телохранителя нашей семьи.
- Что-то с трудом верится, - сказал Дима с усмешкой.
- А, - вскрикнула Алиса, - смотрите, - сказала она почти неслышно и показала пальцем на окно.
Стекло запотело. На нём как будто пальцем вырисовывалась надпись: «Я есть, я здесь»
- О, Господи, - прошептала Мари. Девочки были в предобморочном состоянии.
- Пошли отсюда, - сказал Макс, - Иначе они сейчас сознание потеряют.
Я стояла и всматривалась в воздух. Я ничего не слышала и поэтому вздрогнула, когда Дима взял меня за руку.
- Ты замёрзла, - сказал он. Я посмотрела на свои руки. Я будто не чувствовала себя несколько минут.
- Не трогай меня, - я сказала это с таким холодным тоном, какого сама от себя не ожидала. Он осторожно убрал руку, - Прости, прости меня, пожалуйста, - Я сама не знала, почему так отреагировала.
Мы целый час пили горячий чай, разговаривали, и, кажется, девочки пришли в себя. У Мари снова появился лёгкий румянец на щеках, а Алиса, наконец, начала улыбаться по-настоящему, по-человечески.
- Вот, - сказал Даниил, - Теперь я вижу, что вы пришли в себя.
- Да, теперь можно вернуться к нашим баранам, - согласился Макс, - Что нам делать с Женей? Он усыхает на глазах, а мы ничего не можем сделать.
- А может, обратиться к Сергею? – неуверенно спросила я. Девочки сразу побледнели.
- Кира! Ну, мы только девочек в чувства привели. А ты одним словом все наши труды перечеркнула, - вздохнул Дима.
- Нет, я серьёзно! – ответила я, - Вдруг, он нам поможет. Не зря всё-таки папа написал это письмо!
- Мне, конечно, страшно – сказала Мари, - Но ради Жени я согласна встретиться с Сергеем.
- Ну, нет! – возразил Макс, - Ещё одна такая встреча, и у девочек будет нервный срыв.
- Да, я когда на окно посмотрела, у меня холодок по спине прошёл, - поёжилась Алиса, - Кира, а тебе разве не было страшно?
- Нет, - с недоумением ответила я, - Мне было жутко любопытно и всё.
- Так, - сказал Дима, - Кира сейчас идёт домой, а как что-нибудь узнает – позвонит. А мы с вами идём гулять и успокаиваться. Нервные клетки, как известно не восстанавливаются.
На следующий день в школе я рассказала друзьям то, о чём они даже подумать не могли.
- Вы представляете! – начала говорить я, когда вошла в школу, - Мне Сергей такое рассказал, что закачаетесь! Так что лучше сядьте.
- Ну, говори уже, - поторопил меня Макс.
- А почему ты вчера нам не позвонила? Мы же договорились, - спросил Дима.
- Не позвонила я потому, что такое невозможно описать по телефону! Короче, прихожу я домой. А дома никого нет. Только стекло запотевшее и на нём написано: «Привет. Они ушли в магазин. У нас мало времени, поэтому настрой радио на пустую волну, и я тебе всё расскажу». Ну, я всё сделала, легла на диван, закрыла глаза. И через пару минут в комнате зазвучал голос. Он представился, а мне почему-то стало более чем любопытно. Вместо страха у меня появилось чувство авантюризма. Это похоже на эмоции, которые испытываешь, когда прыгаешь с тарзанки. Чувство, что сейчас что-то будет, и бабочки в животе. Так вот от него я узнала, что мой отец написал, как тот человек без души вновь обрёл себя. Он написал это в последние часы своей жизни. Только он дописал последнее слово, как вдруг услышал шаги в коридоре. У него не было времени на размышления, и он спрятал записку в карман своей пижамы. Но ночью скомканный листок выпал и закатился под кровать. Утром уборщица приняла его за мусор и выбросила.
Но к счастью, Сергей стоял за спиной моего отца, когда тот писал последнюю и самую важную записку. Женю может спасти только одно, - в этот момент прозвенел звонок, учитель вошёл в класс, а мой рассказ так и остался оборванным.
В этот день у нас уже не было времени поговорить. Вечером я написала конец в чате:
- В общем, нам надо собраться в комнате Жени. С собой мы возьмём лупу и чёрную свечу. Ровно в три часа ночи, когда на небе будет полная луна, мы пропустим лунный свет сквозь лупу. Направив его прямо в глаза жени. Потом зажжём свечу и сделаем так, чтобы луч прошёл через линзу, огонь и упал в глаза Жени. Так должно продолжаться минуту, но никак не больше! Но есть загвоздка – Женя не должен проснуться.
- Отлично! – написал Макс, - Проблема легко решается. Мы с Даниилом и Женей собираемся у меня. Вечером в чай я ему добавляю снотворное, он засыпает. А ночью мы делаем всё по инструкции.
- Нет! – тут же написали девочки, - Вы не можете так с нами. Наши нервы просто не выдержат!
- Выдержат! – написал Дима, - А если нет, то весь следующий день мы будем отпаивать вас горячим чаем с вареньем.
- Ладно, уж, - согласились подруги, - Уговорили.
На следующий день мальчики появились в школе с более чем бледными лицами и синими кругами под глазами.
- Боже, что с вами случилось? – накинулась на них с расспросиами Мари. Они только переглянулись.
- Я не поняла – возмутилась Алсиа, - Вы нам собираетесь рассказывать, что произошло или нет?! – они только промолчали. Мы отпросились в медпункт, а медсестра сказала срочно отвести их домой. Дома под тёплым пледом и с кружкой какао Макс всё-таки начал рассказ.
- Когда мы минуту продержали лунный свет на глазах Жени, произоло то, чего никто не ожидал. Сначала ресницы Жени загорелись, потом огонь исчез, как будто никогда его и не было. На несколько секунд Женя перестал дышать, - Макс по лучше завернулся в плед, - Только Даниил прикоснулся к нему, его глаза открылись. Резко и неожиданно. Он медленно повернул глову. На его лице красовалась ужасающая улыбка. Он сказал шёпотом, граничащим со скрежетом: «Это я. Сергей. Ему осталось три дня. А потом я заберу его тело», - Макса бросило в дрожь. А Даниил продолжил, - Это чудовище начало истерически сметься, смотря на Макса. А тот стоял, как парализованный. Я прижал хохочущее тело Жени к кровати и закрыл глаза. От того, что последнее время Женя был не в себе, его тело было слишком слабым, чтобы мне помешать. Я крикнул на Макса, и он наконец очнулся. Пока он бегал за снотворным, монстр пытался меня укусить. Но у него ничего не вышло. Только вблизи я рассмотрел, что это была не улыбка. Оскал. Зверя, загнанного в угол. Он сам понимал, что у него мало сил. Ему не победить. Но некоторое время он пользовался своими артистическими способностями в полной мере. Он запугивал нас, - мальчики допили какао, пришли в себя.
- А почему Дима с вами не пошёл? – спросила я.
- Он не смог, - тихо ответил Макс, - У него какие-то дела появились. Сейчас самое главное – у нас времени в обрез. Три дня. Давайте соберёмся и всё обсудим?
- Хорошо, - я взялась за телефон, - Я позвоню Мариэлле, а вы пока отправте Диме сообщение.
- Почему бы ему тоже не позвонить? – спросила Алиса.
- Потому что он всё равно не возьмёт, - сказал Даниил, - У него принцип такой.
- Странно, - я вернулась в комнату, - Не отвечает.
- Напиши ей, - сказал Макс.
- Что-то совсем не то, - сказала я, - Посмотрите, она онлайн, но сообщение не прочитано. Ей же пришло уведомление, она дожлна нам ответить!
- Кстати, - заметил Даниил, - С Димой такая же фигня. Сам онлайн, а на сообщение не отвечает.
- Надо с этим разобраться, - я каким-то шестым чувством поняла, что тут что-то не так.
- Разобраться надо с Женей, - сказал Макс, - У него три дня. А эти наверное просто заняты.
- Интересно, чем это они вдвоём заняты с телефонами в руках? – лукаво улыбнулась Алиса, - Может, они встречаются? Тайно.
- Не говори ерунды, - оборвала я её иллюзии, - Во-первых, это сейчас не важно. Во-вторых, это только предположение. А в-третьих, у нас и так есть о чём подумать.
- Ладно-ладно, - пожала плечами Алиса, - Что уже предположить нельзя?
Мы целый день думали, писали Мари с Димой, предполагали всё возможное и невозможное. Но не сдвинулись с места ни на шаг. А на следующее утро в школе мы встретили Диму. Вместе с ним стояла Мари. Они что-то бурно обсуждали и даже не заметили, как мы подошли. Макс тут же хотел обратить на себя внимание, но я перехватила его руку. Одного взгляда было достаточно. Вслушиваясь в разговор друзей, я поняла только одно – от нас они не получали ни звонков, ни писем.
- Где вы были весь вчерашний день? – спросила Алиса, обнимая Мариэллу, - Мы вам писали, звонили. А от вас ноль реакции.
- Так, давайте рассказвыайте, где вчера пропадали. Только коротко и ясно, - сказала я.
- Хорошо, - согласился Дима, - Вчера я шёл в школу. На дороге валялись часы. Красивые, с цепочкой. Позолоченые. Я их подобрал. Смотрю, время на полчаса опаздывает. Остановился. Только повернул стрелку, а они как закружатся. То в одну сторону, то в другую. Когда остановились, я заметил, что теперь на полчаса спешат. Попробовал осторожно покрутить назад – не двигаются. Совсем. Через несколько минут я заметил, что рядом со мной довольно давно стоит Мари. Ну, поздоровались, я рассказал, что нашёл странные часы. Она примерила. К её форме они так хорошо подошли, что просто глаз не оторвать. Вдруг вспомнил, что скоро уроки. Сказал Мари. Только мы собрались двинуться по направлению к школе, как поняли, что никакой школы здесь поблизости нет. Мы оказались в совершенно незнакомом месте. Несколько минут мы стояли, ничего не понимая. Потом решили зайти в кафе, узнать хотя бы сколько времени. Почему-то наши с Мари найденные часы показывали одно время, правильное, а на телефонах время отсчитывалось. Тогда оставалось двадцать восемь минут, - в этот момент его перебила Мари, - Странное какое-то было кафе. В стиле ретро. И женщины на улице, и мужщины – все были одеты, как во времена наших родителей. У нас оставалась мелочь в карманах, мы взяли по чашке чая и два пирожных. Кстати, цены там тоже странные. Никогда не видела таких дешёвых пирожных.
- Рассказать коротко и ясно – это значит рассказать по делу, - сказал Дима.
- Нет-нет, - перебила я его, - Пусть продолжает. Я думаю, сейчас как раз мелочи помогут нам разобраться.
- На следующем уроке, - со вздохом произнёс Макс, глядя на часы.
Только по дороге домой мы вспомнили про занимательный рассказ Димы и Мари.
- Так вот, - продолжила Мариэлла, - Пока мы сидели и говорили ни о чём...
- Стоп, - прервал их Даниил, - Вокруг вас творились все эти странности, а вы просто болтали?!
- Да, - сухо ответил Дима, - Продолжай.
- Ну, вот. Пока мы разговаривали, за Димой сел странный человек. Он сидел лицом ко мне. Мужчина лет тридцати, с тёмными волосами, серыми глазами и ростом, примерно, метр восемьдесят пять.
- Почему ты назвала его странным? – спросила Алиса.
- Потому что он всё время смотрел мне в глаза. Но как будто не на меня, а сквозь мои зрачки куда-то вдаль. От этого взгляда у меня бегали мурашки, и становилось неуютно. Он ничего не заказывал, не выражал никаких эмоций. Я даже не знала, зачем он туда пришёл. Я решила его не замечать. Через десять минут после того, как мы сели за наш столик, в кафе вошла блондинка.
- Можешь описать её? – спросила я.
- Конечно, - ответила Мари, - Волосы лежали на плечах плавными локонами. Блондинисто золотой цвет переливался. Она была в красном осеннем пальто, чёрных полусапожках, с чёрной небольшой сумкой на плече. На шее чёрный с красным шарфик, и тёмные очки. Она вошла, сняла очки и каждому присутствующему заглянула в глаза. Её взгляд был похож на взгляд убийцы, когда та выбирает себе жертву. Потом она села напротив того странного мужчины, они о чём-то предельно непонятно и тихо разговаривали. До меня долетала только интонация женщины, но сразу стало ясно, что она приказывает, диктует. А он ничего ей в ответ не сказал. Не мужик, а тряпка. Только кивал и хмыкал. Так они «проговорили» минут пять и начали собираться. Я не знала, почему, мне просто надо было пойти за ними и всё узнать. Дима бы не пошёл за ними. Он этого не чувствовал. Поэтому я соврала, что мне душно. Мы шли в десяти метрах от этой странной парочки – она шла впереди уверенной походкой, он же плёлся сзади. Только тогда я увидела, как он сутулится. Как будто на него ношу великую взвалили, а он мучается. Терпит. В итоге, они завернули за очередной угол и остановились. Людей вокруг не было. Они нас не заметили. Женщина говорила:
- Возьми.
Тот отвечал:
- Что это?
- Это кусочек сахара. Положи себе в карман и носи неснимая сутки. Понял?
- Да.
Потом она открыла дверь, они зашли в подъезд. Дима по привычке посмотрел на телефон. Оставалась одна минута. Я не успела испугаться, мы оказались перед школой. До уроков ещё десять минут, с телефонами всё в порядке, а позолоченый часы уже не ходят.
- Красное пальто, красное пальто, - причём тут какая-то блондинка, какие часы, - Да, вопросов стало только больше, а тем времением дни проходят, у нас осталось только сорок восемь часов.
- Какие сорок восемь часов? – спросил Дима.
- Через двое суток Сергей заберёт тело Жени, - ответил Макс, - Мы с Даниилом вселили его дух в Женю, и теперь у нас только два дня.
- Кошмар, - Мари закрыла лицо руками, - Может, это была подсказка?
- Точно! – меня как током дёрнуло. Записки, - Это та женщина, которую папа описывал в той записке. Это она исповедала того странного мужчину. Поэтому он так смотрел, не возражал и сутулился. У него отняли душу, характер. Самого себя.
- Нам срочно нужен сахар, - сказал Макс. Мы пошли к Жене, по дороге зашли к Мари, взяли сахар.
- Мы должны его куда-то прятать, - сказал Дима, когда мы стояли у кровати Жени, - Так, чтобы никто не нашёл, но рядом с Женей.
- Может, в карман? – спросила Мари, - Ведь никто специально его обыскивать не будет.
- Нет, - задумалась Алиса, - В карман – банально. Лучше под матрас. Он всё равно целыми днями лежит.
- Отличная идея!
На следующий вечер мы пришли к Жене, чтобы посмотреть, как работает наш «амулет».
- Ребята, - улыбнулся он, - Как я рад вас видеть!
Мы забрали сахар и вместе с часами и записками выкинули их в реку. От греха подальше.