Семь|7
Вечер после пляжа оказался неожиданно тёплым, будто сама вселенная решила нас отогреть. Когда мы подошли к моему дому, солнце уже скрывалось за крышами, но воздух все еще хранил тепло дня. Меган шагала рядом, босиком, сандалии болтались в её руках. Она выглядела так, словно море забрало с неё весь груз, оставив только легкость и улыбку.
— Ты уверен, что родители не будут против? — спросила она, глядя на окна моего дома.
— Мы им ничего не скажем, — пошутил я, открывая двери.
— Так я что, твоя тайная подружка?
— Ты останешься тайной, даже если я вас познакомлю.
Она засмеялась и вошла в дом.
Коридор встретил нас привычной тишиной и темнотой. Меган сняла рюкзак и осторожно прошла в гостинную. Я ступал следом, ожидая каких-то вопросов, но Меган молча села на диван. Подтянула ноги под себя и обняла подушку так, будто это её дом, и мне почему-то стало странно и одновременно приятно на душе.
Я поставил чайник и достал кружки. Когда вернулся в гостиную, Меган сидела и задумчиво смотрела в окно. Свет фонаря падал на её лицо, подчеркивая едва заметную мимику. Так она выглядела, когда размышляла. Осознание того, что я начинаю привыкать к этой девушке вызвала легкую тревогу.
— О чём думаешь? — спросил я.
— О том, что давно не плавала, — ответ был тихим, вкрадчивым. Будто она даже не осознала, что озвучила его. — Это приятно.
— Там, откуда ты родом, не было океана? — я задал вопрос, лишь потом осознав что не знаю даже из какого города Меган приехала сюда. Она словно призрак, появилась из ниоткуда.
Я поставил перед ней кружку чая. Она взяла чашку в руки и на секунду задумалась.
— Вообще-то, я родилась в Германии. Но родители переехали сюда, когда я была еще малышкой. И сколько я себя помню, я занималась плаванием, — ответила она, делая глоток. — Я мало что помню из детства, но точно помню, как любила нырять. Мама всегда начинала паниковать, когда я не выныривала дольше минуты, а мне так хотелось погружаться снова и снова. Под водой всегда было спокойно. Там ты не чувствуешь одиночества, потому что жидкость будто обнимает тебя со всех сторон. И там невероятно тихо...
— Ты любишь тишину, правда? — вопрос вырвался сам собой. Девушка грустно улыбнулась и задумалась, прежде чем продолжить.
— Когда-то я была совсем другой. Я любила шум, любила смех, любила движение и любила большие компании. В моей жизни всё вращалось вокруг плавания. Тренировки, хлорка в волосах, соревнования каждый месяц. Я жила этим. И думала, что так будет всегда.
Я замер, слушая её.
— Ты серьёзно занималась?
— Очень, — она усмехнулась, но в ее усмешке было больше грусти, чем веселья. — Я часто выигрывала. У меня была целая коллекция наград: кубков, медалей, грамот.. Тренер говорил, что у меня есть шанс выйти на профессиональный уровень. Я мечтала о больших соревнованиях, о том, чтобы однажды назвать плавание не своим хобби, а способом заработка.
— А потом? — спросил я тихо. Она сделала глоток чая и долго смотрела на кружку.
— Потом тело решило, что хватит. Врачи говорили, что лучше прекратить, родители конечно же тоже поддержали идею. Я пыталась вернуться, но каждый раз становилось хуже. В какой-то момент я поняла: если продолжу, то сломаюсь окончательно.
Я сидел рядом на диване и видел, как трудно ей это рассказывать. Рука скользнула и легла совсем рядом с коленкой девушки. Хотелось к ней прикоснуться, чтобы забрать хоть немного этой тоски по жизни, которой у нее уже никогда не будет.
— Это было как будто лишиться части себя, — сказала она. — Я чувствовала, что больше не знаю, кто я. Все вокруг продолжали жить, а я будто остановилась. Сейчас мои друзья из той жизни, наверное, даже не вспоминают обо мне. Я их не виню, просто... Так странно осознавать, что люди, которых однажды ты считала самыми близкими теперь ведут себя, словно я исчезла. Или меня вовсе никогда не существовала.
Я хотел что-то сказать, но слова застряли. Ладонь все таки легла на колено девушки, второй рукой я отставил ее чашку на столик и тут же сжал Меган в объятьях. Её руки неуверенно обвили меня, и сердце сжалось почти до боли.
— Я никогда не смогу тебя забыть, — прошептал я. Слова рассыпались в волосах девушки.
— Пожалуй, звучит слишком драматично, — Меган выдала смешок, после чего тяжело вздохнула, немного крепче сжала меня и продолжила: — Когда я исчезну, то сделаю всё, чтобы ты не смог меня найти. Так я не узнаю, сдержал ли ты свое обещание. И буду верить, что сдержал.
Мы сидели так какое-то время. Тишина была всепоглощающей, слышно только глубокое дыхание и быстрое сердцебиение. Не знаю, моё оно или её.
Руки Меган изучали мою спину, я поглаживал её голову и вдыхал запах волос. Готов поклясться, что после её рассказа чувствовал легкий аромат хлорки, перемешанный с цитрусами и цветами.
Мысли прервались, потому что пальцы девушки скользнули под края моей футболки. Дыхание тут же сбилось. Я слегка отдалился, чтобы посмотреть на её лицо. Огромные невинные глаза и приоткрытые губы, которые тут же захотелось поцеловать.
Меган всегда хорошо понимала меня без слов, поэтому я почти не удивился, когда она потянулась ко мне. Почти.
Я тоже подался вперед, слегка ударяясь носами, но не ощущая ни доли стеснения. Она пустила руки выше под футболку, я притянул её ближе за талию, второй рукой приподнимая лицо к себе.
В моей жизни было много приятных вещей. Бабушкина лазанья, быстрая поездка на мотоцикле, накуриться и смеяться с лучшим другом, тайский массаж, похвала от тренера... Сейчас всё это казалось мне просто пылью, серыми воспоминаниями. С этого дня я готов 24/7 целовать Меган, потому что это лучше всего, что я успел пережить. Её губы на моих, жаркое дыхание, холодные руки на горячей коже, волосы по лицу. Это было так просто, что становилось сложно. Сложно удержаться, сложно оторваться, сложно не влюбиться.
Когда мы оторвались друг от друга, она повернула голову и посмотрела на меня. В её глазах был свет — мягкий, теплый. Мы сидели так близко, что казалось, воздух между нами искрится. Она тяжело дышала, я тоже. Будто воздуха стало не хватать.
— Мне кажется, я влюбился в тебя, — прошептал я. — Такую, какая ты есть. Даже почти ничего о тебе не зная.
Меган улыбнулась очень сладкой улыбкой. Захотелось попробовать её на вкус, но всё же я ждал, что она ответит.
— Не знала, что настолько хорошо целуюсь, — подшутила она и провела пальцами по моей щеке. Я закрыл глаза и понял, что этот момент я запомню навсегда. Не важно, что она не ответила. Не важно, что сказал я. Сам момент. Он был всем для меня.