36
Ресницы подрагивают, порхая словно бабочки. Тонкие пальчики вздрагивают, а затем мягко касаются гладкой кожи. Такой родной и любимой! Они медленно рисуют непонятные узоры и натыкаются на шрам.
— Чимин~и, — голос настолько тихий, что вначале его никто не слышит. — Мин-Мин, — громче повторяет голос, заставляя всех присутствующих встрепенуться. Взрослые подаются вперед, но не встают со своих месте, наблюдая за очнувшейся СонМи, затаив дыхание. — Мин-Мин, — зовет она вновь, приподнимая голову над оголенной грудью Пака. Взгляд девушки падает на ярко розовый рубец, которого она только что коснулась своими пальчиками. — Чимин~и, — уже хнычет Ли, оставляя на изуродованной коже легкий поцелуй.
Я все еще нахожусь в какой-то непонятной неге, чувствуя легкие прикосновения, словно крылья бабочки щекочут мою кожу. Резко вздрагиваю как от разряда дефибриллятора, когда теплые мягкие губы ложатся на ноющую рану. Я резко открываю глаза и не могу понять свое местоположение. Я на полу? Без одежды? А на мне...
— СонМи, — шепчу я, прикрывая глаза и втягивая такой родной аромат. — Моя малышка.
— Мин-Мин, — хнычет Ли, а меня в очередной раз прошибает током. Ведь этим именем она называла меня в первой жизни. Открываю глаза и пытаюсь рассмотреть мое сокровище.
— Ми-Ми, девочка моя! — целую в прохладный висок. — Ты вернулась, — слезы подступают целой лавиной и я не могу их контролировать. Они стекают по вискам, заливаясь в уши, капают на ковер, впитываясь в его ворс.
— Да, — шепчет Ми. — Спасибо, что нашел меня, — чувствую влагу на своей груди от слез моего сокровища. — Я так скучала, — трется об меня словно маленький котенок.
— Теперь ты навсегда со мной. Больше не отпущу, — вжимаю Ми в свое тело боясь потерять снова.
— Не отпускай, — на выходе произносит Ми, потому что весь воздух из нее я выжал.
— Никогда, — прижимаюсь щекой к растрепанным волосам. Мы молчим около минуты, пока не слышим легкий шорох в стороне.
— Простите, что напугали вас, — перевожу взгляд на взрослых, которые замерли в паре метров от нас. Я вынимаю руки из-под пледа и укутываю в него СонМи. Приподнимаюсь на локтях, а затем сажусь, помогая моей девочке. Она, бедняжка, вся пунцовая от смущения. Еще бы! Очнуться полуголой в объятиях такого же полуголого парня на полу под взгляды родителей.
— Я сейчас все объясню, — выставляю руку вперед. А Ми-Ми испуганно прячется у меня за спиной. Ведь воспоминания вернулись, и она сейчас боится реакции родителей. Но надеюсь, что в этот раз обойдется без жертв.
— Твоя мама нам уже многое рассказала, — тяжело вздыхает господин Ли. — Неужели все это правда? — переводит взгляд на выглядывающую из-за моего плеча Ми. Мое сокровище хватается пальчиками за мою руку, крепко сжимая. Чувствую как они дрожат.
— Ми-Ми, — оборачиваюсь и улыбаюсь своей девочке. — Не бойся, твои нынешние родители совсем не такие, — глажу растрепанные волосики и крепко обнимаю. Она с опаской посматривает на взрослых и молчит.
— СонМи, — зовет ее моя мама. — Ты вспомнила?
— Д-да, — еле слышно шепчет Ми, переводя взгляд на женщину. Ее все еще потряхивает в страхе.
— Все хорошо, — поглаживаю спину возлюбленной. — Моя мама знает обо всем с моего дня рождения, — улыбаюсь Ми, глазки которой округляются в изумлении. Малышка! — Помочь? — заглядываю в глаза возлюбленной, переводя взгляд на небольшой участок открытой кожи под ее шеей. Она тут же трясет головой, опасливо посматривая на старших. — Тебя никто не посмеет тронуть, я же рядом, — успокаиваю Ми. — Если тебе плохо, то скажи об этом. Я помогу, — наклоняю голову, чтобы лучше видеть ее глаза. Ее взгляд бегает по моему лицу ото лба до самого подбородка и останавливается на губах. — Иди сюда, — тяну Ми на себя, немного раздвигая края пледа, в который она замоталась. Легкий разряд тока проходит по позвонкам, ослабляя напряжение. Мы не вылетаем в нашу вселенную, но нега накрывает нас с головой, на несколько секунд вырывая из действительности. — Все хорошо, — глажу спину любимой под пушистым пледом. — Я здесь, моя сокровище, — оставляю поцелуй на макушке.
— СонМи, — голос госпожи Ли глухой и уставший, — это все правда? — внимательно смотри на дочь, которая все еще прячется на моей груди.
— Да, — совсем тихо отзывается Ми, вжимая голову в плечи и впиваясь пальчиками в мою кожу.
— Не бойся, все хорошо, — продолжаю гладить ее по спине.
— СонМи, — голос господина Ли звучит слишком громко и напряженно. Ми сжимается в маленький комочек, и он это замечает. — Дочка, — встает со своего места и подходит к нам. Присаживается на корточки, осторожно касаясь волос дочери. — Ты и твой брат самое ценное, что у нас есть. Мы бы никогда не навредили тебе, — с жалостью смотрит на трясущуюся в моих руках СонМи.
— Малышка, успокойся, — оставляю легкий поцелуй на ее виске. — Все хорошо. Все уже в прошлом. Сейчас у нас начинается новая жизнь. Очень надеюсь, что более счастливая, чем первая, — глотаю подступивший к горлу комок слез.
— Какая милота, — восклицает аджумма, хлопая себя по коленям и разряжая обстановку. СонМи едва заметно улыбается и немного расслабляется в моих объятиях.
— Я не могу поверить, что все так произошло, — бормочет госпожа Ли, вставая со своего места и подходя к дочке. Она тоже опускается рядом с супругом и целует Ми в макушку. — Моя маленькая, не переживай. Все будет хорошо. Хочешь я заварю чай с мятой? — убирает пряди с лица Ми и заглядывает в глаза. — Нам всем сейчас не помешает успокаивающий чай, — делает вывод женщина.
— Тебе надо одеться, — шепчу в самое ушко СонМи. Она кивает в ответ и размыкает объятия, быстро запахивает плед, как только я отстраняюсь от нее. Я поднимаюсь на ноги и осматриваюсь в поисках ее футболки. Далеко же я ее закинул! Приношу Ми ее одежду и помогаю встать. — Сама дойдешь или тебя проводить? — слежу за ее неуверенными действиями.
— Сама, — покрывается румянцем Ми. Ну чего смущаться то? Я и так уже видел ее голой до самой талии! Вот же чудо! Она проходится взглядом по моему телу и тянет руку к шраму. Осторожно, практически невесомо проводится указательным пальчиком и поднимает взгляд.
— Больно? — тихо спрашивает Ми.
— Уже нет, — перехватываю ее руку и оставляю легкий поцелуй на тыльной стороне. Ми вытягивает ладошку и спешит к себе в комнату, сверкая алыми щеками.
— Что будет дальше? — задает вопрос господин Ли, как только дочь скрывается из вида.
— Я не знаю, — пожимаю плечами. Я и правда не знаю.
— Что было в предыдущих перерождениях? — уточняет мужчина.
— Мы умирали в день нашей гибели в первой жизни, — тяжело вздыхаю я, озираясь по сторонам в поисках одежды.
— Вот, — протягивает мне толстовку госпожа Ли. Вот это да! Она была аж у самого порога кухни. Это как же я ее так забросил то?
— Спасибо, — делаю поклон и натягиваю кофту.
— Когда это происходит? — продолжает свой допрос господин Ли.
— У нас есть еще четыре года, — честно признаюсь я. — Мы погибли первого мая, когда Ми было восемнадцать, а мне двадцать, — замолкаю, как только вижу свое сокровище на пороге гостиной. Она мнется на месте, осматривая всех присутствующих с какой-то опаской. Я протягиваю ей руку и подзываю пальцами к себе. Ми тут же срывается с места и прижимается ко мне, обхватив руками.
— Все хорошо, — глажу по худенькой спинке свою драгоценность. Она переоделась в джинсы и нежно голубую кофточку, которая ей безумно идет.
— Пойдемте пить чай, — зовет госпожа Ли всех на кухню. Мы следуем за ней, а Ми так и не отрывается от меня ни на секунду. Жмется ближе, когда садимся за стол. Я беру ее за руку и поглаживаю ладошку большим пальцем. После чая мы возвращаемся в гостиную и садимся на диван. Родители Ли просят меня рассказать о себе из первой жизни. Я начинаю рассказ, а через пару минут замечаю, что моя малышка, удобно устроившись на моем плече, ведь она от меня так и не отошла, тихо посапывает. Все эти нервные потрясения, боль и воспоминания вымотали мою бедную девочку. Устала!
— Почему она нас боится? — спрашивает господин Ли, тоже замечая, что дочка уснула.
— Она не вас боится, а вашей реакции, — объясняю я. Наши отцы были категорически против наших отношений и устроили грандиозный скандал, который и завершился нашей гибелью. Видимо воспоминания Ми об этом инциденте сейчас слишком яркие и ей очень страшно, — осторожно убираю выбившуюся прядь за ее ушко. Ми смешно морщит носик, но не просыпается. Чудо мое!
— Почему ты не рассказал ей обо всем сразу? — задает вопрос мама Ли.
— Я пытался в предыдущем перерождении, но потерпел неудачу. Это лишь спугнуло ее. Проклятье, которое кинул мне в лицо отец гласило о том, что я не смогу с ней соединиться никогда. Но его смягчила мама Ми, сказав, что это получится только тогда, когда Ми сама меня полюбит и поцелует. Вот наконец так и получилось, — улыбаюсь я.
— Как ты узнал, что ей плохо? — спрашивает госпожа Ли.
— У нас с ней тактильный контакт. Чем больше поверхность соприкосновения, тем быстрее можно успокоиться и избавиться от боли. Это было еще при нашей первой жизни. Я не думал, что этот контакт сохранился, но когда попробовал, понял что работает. Сегодня я почувствовал ее боль. Я испытывал похожую боль каждый раз в свое шестнадцатилетие, когда ко мне возвращалась память о наших перерождения.
— Какой ужас! Мой бедный мальчик, — причитывает аджумма. Она утирает слезы маленьким платочком, который достала из кармана. Какая она сейчас милая! Мама обнимает ее за плечи и поглаживает. Люблю их!
— Как нам теперь действовать? — беспокоится господин Ли. — СонМи так и будет нас бояться?
— Не думаю, но ей потребуется время, чтобы все осмыслить, — улыбаюсь, переводя взгляд на свое сокровище. Мое сердце заходится в бешеном ритме только от одного осознания того, что она с моих руках. Моя маленькая девочка! Мой нежнейший цветок сакуры!
Первые робкие солнечные лучи пробиваются через неплотно закрытые шторы гостиной. Уже утро!
— Я отнесу ее в комнату? — спрашиваю разрешения родителей СонМи. Госпожа Ли поднимается с места и кивает в ответ, спешит впереди меня, чтобы открыть дверь. Я осторожно прохожу дверной проем, чтобы не задеть и не ударить СонМи. Укладываю мое сокровище на кровать, с которой ее мама только что отодвинула одеяло. Ми спит крепко и не реагирует на передвижения. Укрываю свою девочку, подтыкая одеяло и собираюсь уходить.
— Останься, — просит госпожа Ли. — Что если ей опять станет плохо, а тебя не будет рядом? Она с ума сойдет, — вздыхает мать.
— Хорошо, но только сегодня. Она должна понять, что ей ничего не угрожает в родном доме, — присаживаюсь на край кровати. — Тогда она сможет жить полноценной жизнью и радоваться ей. Госпожа Ли согласно кивает. — Мама и аджумма, пусть едут домой, — решаю я, понимая, что им будет неудобно ждать меня.
— Хорошо, — соглашается госпожа Ли и прикрывает за собой дверь.
Ровное дыхание и тепло моей девочки успокаивают и выбивают все лишние мысли из головы. Я ложусь рядом поверх ее одеяла и прикрываю глаза. Как же хорошо, что все так закончилось сегодня! Будущее мне не ведомо, да и думать о нем сейчас совершенно не хочется. Главное, что СонМи рядом и все вспомнила! Надеюсь, что мы проживем долгую и счастливую жизнь!