28
— Осторожнее! Держись за меня, — бормочет Гук~и, появляясь из-за поворота.
— Я сама могу, — ворчит СаРан, но руку его не отпускает.
— Привет, голубки, — лыбится Тэхен, заметив парочку. Они оба покрываются краской словно два переспевших томата.
— Тэ, — толкаю его в бок, — хорош детей смущать.
— Можно подумать ты тут особо взрослый, — бросает на меня недовольный взгляд СаРан.
— И я рад тебя видеть, солнышко, — смеюсь в ответ. Сон в своем репертуаре. Стоявшая рядом со мной СонМи тут же устремляется к подруге. Что-то шепчет ей на ухо, отводя от Чона, а тот следит за ними словно коршун за добычей. — Расслабься, — кладу руку на его напряженное плечо. — Мы будем каждую перемену к вашему кабинету подходить. Сейчас поднимется шумиха из-за появления Ран в школе.
— Не цепляйся ни с кем. Мы все разрулим, — улыбается Тэ, подходя с другой стороны Чона. Он сгребает младшего в железные объятья и лохматит его волосы.
— Ты чего делаешь? — вдруг кричит СаРан. Тэ даже вздрагивает от неожиданности. Вот же мелочь! Ким оборачивается на возмущенную девчонку и поднимает одну бровь. — Я все утро этот сеновал укладывала, чтобы он на человека был похож, — подходит ближе, отталкивает Кима и пытается придать прядям Гука прежний вид. — Вот же балбес! — недовольно бурчит, теребя чужие волосы. Тэхен готов упасть от смеха прямо в школьном коридоре. Подставляет кулак к расползающимся в улыбку губам и давится. Сон бросает на него полный негодования взгляд, но молчит.
— Пора на урок, — Гук аккуратно берет за руку СаРан, которой она пытается уложить его волосы, и тянет за собой. СонМи плетется за ними следом. Мы с Тэхеном провожаем их до самых дверей аудитории и отправляемся в свою.
Шум и гам вокруг двери кабинет младших привлекает внимание практически всей школы. мы с Тэхеном прибавляем шаг, заметив толпу.
— А ну разошлись все, — рявкает Тэ, бросая гневные взгляды. Часть учеников оборачиваются и отскакивают назад. Я молча прохожу следом за Тэ буравя взглядом особо непонятливых. Большая часть народа расступается, позволяя нам подойти к входной двери кабинета младших. Чон словно скала закрывает своим телом прижавшихся друг к другу девчонок. СаРан держит за руку СонМи, а та в свою очередь обнимает Сон. Два маленьких перепуганных котенка. Даже сердце сжимается на несколько секунд. Я захожу в кабинет и иду прямо к ним. Чонгук заметно расслабляется с моим появлением. Никто не мог подумать, что появление СаРан в школе вызовет такую бурную реакцию. Уже прошло больше недели, но страсти и любопытство все еще не улеглись. Тэхен заходит следом за мной, шикая на приближающихся школьников.
— Все хорошо, — присаживаюсь на корточки рядом с Ми. Она смотрит на меня словно загнанный в клетку зверек. СаРан выглядит ничем не лучше. Мы с Тэхеном остаемся с ними до самого звонка, пока остальные школьники посматривают на нас с опаской и перешептываются. Честно говоря на их мнение нам абсолютно плевать. Главное, чтобы девчонки чувствовали себя комфортно. Такая ситуация повторяется на каждой перемене. И даже в столовой нас обступают некоторые тупоголовые и жаждущие сплетен. Бывшие подружки Сон сидят молча в дальней части помещения, посматривая на нас. День проходит в постоянных шуганиях безмозглых сплетников, поэтому к концу учебного дня нервы уже не пределе. Если хоть еще один придурок сунется к девчонками или я, или Тэхен точно перейдем от слов к делу. Чона мы уже пару раз оттаскивали от назойливых баранов.
— Пойдем на репетицию? — заглядываю в библиотеку и зову свою малышку, которая словно испуганный мышонок сидит в дальнем углу зала, что-то рисуя в своем блокноте. Чон и Сон встретились мне по дороге, сообщив, что СонМи абсолютно одна в библиотеке и ей ничего не угрожает.
— Чимин~и, — срывается с места Ми, подлетая ко мне и обхватывая мою талию руками. Пыхтит, уткнувшись мне в грудь, потираясь о тонкую ткань рубашки щекой. Так дело не пойдет! Нам репетировать надо, а она вся дрожит, словно осенний лист. Беру ее за плечи и отвожу чуть в сторону за большой стеллаж с книгами.
— Малышка, — шепчу в самое ухо, но Ми сжимает пальчики еще сильнее, натягивая ткань рубашки на моей пояснице до предела. — Все хорошо, — прохожусь одной рукой по ее пиджаку, а вторую запускаю под него. Вынимаю заправленную блузку из юбки, расстегнув пару нижних пуговиц и забираюсь под нее. Чувствую как Ми вздрагивает, видимо легкий разряд все-таки прошел, но она до сих пор слышит меня. Поэтому второй рукой расстегиваю все остальные пуговицы на ее блузке, а затем и на своей рубашке.
— Иди ко мне, мое сокровище, — касаясь губами ее ушка, шепчу я. Прислоняю кожа к коже. Разряд! Вакуум! Нежный аромат сакуры заполняет легкие, перенося в нашу собственную вселенную. Блаженство растекается по напряженному телу. Я прихожу в себя первым, слыша голос аджуммы где-то на фоне. Она разговаривает с каким-то учеником, объясняя, что библиотека закрывается и книги она уже выдавать не будет. Открываю глаза и через прогал между книгами на полке вижу того самого Чан Хён У, который пытался шантажировать нас фотографией. Вот же! Нужно выбираться из библиотеки, но вещи Ми остались на столе, а сама она полураздетая прижата к моей оголенной груди. Слышу, как аджумма ворчит на бестолкового студента, требующего книгу в столь позднее время. Но все же соглашается найти ему нужный экземпляр, отправляясь... О, нет! Прямо в нашу сторону. Я отрываю Ми от пола все так же крепко прижав к себе и медленно обхожу стеллаж с другой стороны. Выглядываю из-за полки, пытаясь понять маршрут движения библиотекаря. Она бурчит себе под нос и смотрит лишь себе под ноги, что дает мне возможность беспрепятственно переместиться за другую полку. Ставлю Ми на ноги. Почему она до сих пор не пришла в себя? Неужели вся эта ситуация с СаРан так выбила ее из колеи? Плохо! Нам бы порепетировать танец еще раз, но видимо не судьба. Оставляю легкий поцелуй на ее виске и продолжаю наблюдать за аджуммой скозь книжные полки. Она перебирает фолианты, ища нужный и наконец вытягивает томик стихов, который требовал Чан Хён У. Женщина, шаркая ногами, отправляется обратно, а я судорожно думаю, как нам с Ми выбраться из книжного заточения.
— Малышка, — тихо зову свою возлюбленную, осторожно проводя по оголенной спине. Нужно привести ее в чувства до того, как нас здесь закроют. — Ми, солнышко мое, очнись, — оставляю легкий поцелуй на виске. Она копошится в моих объятиях, бормоча что-то невнятное. — Девочка моя, нам надо выбираться, — немного отстраняя ее от себя и смотрю в глаза. Они едва открыты, она плохо соображает, с трудом возвращаясь в реальность. — Я помогу тебе одеться, — тихо произношу я, начиная застегивать верхние пуговицы блузки. Если бы Ми себя нормально чувствовала, она бы в жизни мне этого сделать не позволила, а еще бы стопроцентно залилась румянцем, который я так люблю. Но сейчас она доверчиво смотрит в мои глаза, позволяя одеть ее. Я наспех застегиваю только несколько средних пуговиц своей рубашки.
— Подожди меня вот здесь, — подвожу ее к крайнему стеллажу. — Я заберу твои вещи со стола, — предупреждаю СонМи. Она такая потерянная, все еще пребывающая в мире грез, что страшно отпускать. Но выбора нет. Прислоняю ее спиной к полке и практически бегом двигаюсь к столу. Быстро забрасываю в рюкзак все ее вещи и поворачиваюсь назад. Твою же мать! Чан Хён У, непонятливая ты скотина! Сколько раз тебе еще надо выкрутить руки, чтобы ты не совал к кому не надо?
— Пошел отсюда, — с размаху заряжаю ему ногой в бедро, от чего Чан отлетает метра на два, собирая всю книжную пыль с пола библиотеки. — Я же предупреждал тебя, — рычу я. Он поднимается на ноги, держась за место ушиба и косится на меня. — Пошел! — делаю шаг в его сторону, а он хромая, ползет на выход. СонМи стоит белее снега, не сводя глаз с моего лица. Напугал! Только видимо не Хён У, а я напугал свой драгоценный цветок сакуры. — Ми, — тихо зову возлюбленную, протягивая ей руку. Она с опаской осматривает меня и остается на своем месте. — Не бойся, — шепчу я. — Ты же знаешь, я не причиню вреда, — продолжаю держать руку вытянутой, ладонью вверх. — Но я никому не позволю хоть чем-то обидеть тебя, — объясняю свой порыв. Она колеблется еще около минуты, но все же протягивает мне руку в ответ.
— Правильно, девочка! За такого парня надо держаться двумя руками, — голос из-за одного из стеллажей пугает нас. Библиотекарь выходит из-за полок и улыбается мне. — Я чувствую, он хороший парень, — переводит взгляд на СонМи. — Уж поверь моему опыту, я тут миллионы студентов повидала. А теперь бегом по домам, — машет на нас руками аджумма, давая понять, чтобы мы покинули помещение. Честно говоря, я не ожидал от нее содействия, считая ее вредной и занудной, заботящейся лишь о своих книгах и их сохранности. Оказывается, она наблюдает за нами и может сделать выводы о характере человека. Спасибо вам, аджумма! Вы очень помогли мне!
— Пойдем репетировать, — говорит Ми, идя чуть впереди меня.
— Давай лучше я тебя домой провожу, — догоняю ее. Пока не решаюсь взять за руку, давая ей возможность осмыслить ситуацию в библиотеке. Корю себя за резкость, ведь она могла оттолкнуть мое сокровище. Однако моя малышка сама берет меня за руку.
— Мы и так слишком редко тренируемся, — опустив личико говорит себе под нос Ми. — Нужно готовиться усерднее.
— Только если ты себя хорошо чувствуешь, — предупреждаю я. СонМи кивает в ответ.
— Обещай мне, — вдруг громче начинает она, — обещай, что будешь применять физическую силу только тогда, когда кто-то действительно будет угрожать мне. Я ненавижу драки и насилие. Мне плохо становится, когда я вижу дерущихся людей. И вдвойне плохо, когда я вижу дерущимся тебя. Мне сразу начинает казаться, что с тобой произойдет что-то плохое.Что-то непоправимое, — переводит на меня взгляд полный слез. Нет, нет, нет! Только не плачь! Я на все готов, только не роняй слезы из-за меня! Мое сокровище! Резко притягиваю ее к себе, утыкая носиком в грудь и целую в макушку.
— Только если будет опасность, — обещаю я, крепко сжимая в объятиях. Мы стоим в полутемном коридоре школы возле танцевального зала около минуты, а затем отправляемся на репетицию.
С момента возвращения СаРан в школу проходит неделя, в течение которой мы с СонМи словно проклятые репетируем наше выступление каждый вечер. Приходим днем в субботу, вызывая удивление охраны, но продолжает оттачивать мастерство. С каждым разом получается все лучше. Даже довольно придирчивый в этом плане учитель Сон доволен нашей работой. Сегодня воскресенье, и мы должны отрепетировать в костюмах, чтобы учесть все нюансы.
Я топчусь возле дома семейства Ли в ожидании своего волшебного цветка сакуры, когда замечаю ее мама возле окна. Она отодвигает штору и приветсвенно машет мне рукой. Я кланяюсь в ответ. Следом за ней у окна появляется господин Ли, тоже маша мне, и я кланяюсь во второй раз. Между ними появляется мальчик — брат СонМи, наступает моя очередь помахать рукой. Он машет мне в ответ, сияя счастливой улыбкой.
— Пойдем? — выбегает из дома СонМи, останавливаясь в метре от меня. Я уже хочу по привычке взять ее за прохладную ладошку, но замечаю, как она прячет их в карманы своего пуховика. Стесняется перед родителями? Ах, ну они же на знают, что мы уже давно не только за ручки держимся, но даже спали вместе несколько раз. Узнай они об этом, думаю, не стали бы мне с таким энтузиазмом руками махать, а огрели бы чем нибудь тяжелым. Иду следом за СонМи, которая уже устремилась на остановку.
— Прости, — сама берет меня за руку, как только мы заходим в автобус. — Не хочу пока им ничего рассказывать. Боюсь не поверят, а лишь запретят нам общаться, — тихо добавляет, утягивая меня на свободные места. Мы садимся рядом не выпуская ладоней друг друга. Это так приятно! Маленькие прохладные пальчики Ми быстро согреваются в моей руке.
— Не волнуйся! Все нормально, — улыбаюсь я. — Ты взяла платье для выступления? — перевожу тему, рассматривая большой пакет в руках возлюбленной. Она кивает в ответ, отводя его чуть в сторону, когда я протягиваю к нему руку. Я удивленно поднимаю брови.
— В зале увидишь, — смущенно улыбается она.
— Я просто хотел помочь нести, — сияю в ответ на ее действия. Ну что за чудо! Мы едем несколько остановок слепя редких пассажиров своими счастливыми улыбками.
— Ми, ты такая... — не могу подобрать слов, когда мое прекрасное создание заходит в зал для репетиций в платье для выступления. Она такая воздушная и невесомая в нем, будто и нет ее вовсе, лишь перышко кружится в воздухе. Тут же представляю как это будет выглядеть на сцене и сердце пускается галопом.
— Не красиво? — осматривает себя Ми.
— Умопомрачительно как красиво, — подхожу ближе. — Даже дотронуться страшно, — улыбаюсь моей возлюбленной. — Боюсь, что ты упорхнет как бабочка. Можно... — обдумываю пару секунд свое предложение, — можно записать на камеру нашу тренировку?
— Это отличная идея, — воодушевляется Ми. — Потом будет проще заметить все недочеты. Мы ищем подходящее место для установки телефона, а затем включает запись. Танцует так, как в последний раз. С полной отдачей и эмоциями через край, но оставляем интригу до конкурса. Ведь в конце танца при затухающем свете мы задумали показать поцелуй. Надеюсь, что к тому моменту СонМи разберется в своих чувствах, примет их и поцелует меня осознанно сама. Именно поэтому мы лишь замирает в конце, потянувшись навстречу друг другу. Закончив тренировку, бегом устремляемся к телефону и садимся на подготовленный заранее мат, чтобы просмотреть запись. Экран не очень большой, поэтому приходится придвинуться поплотнее друг к другу. Мы соприкасаемся головами, отчего выбившиеся из прически прядки СонМи щекочат мне щеку. Я жмурюсь от удовольствия словно мартовский кот. Никогда не думал, щекотка может быть настолько приятной. Отсмотрев записанный материал, мы включаем заново и разбираем уже более подробно каждый недочет. Танцуем отдельный куски с новыми поправками и решаем, что оставить, а что нет. Время пролетает незаметно, поэтому когда мы заканчивает на улице уже становится темно. Переодевшись, бежим на остановку.
— Я рада, что нам удалось отработать все от и до, — садится на свободное место СонМи, устало выдыхая. От тренировки ее щечки раскраснелись и она похожа на прекрасный цветок, который хочется сорвать. Трясу головой отгоняя дурные мысли, которые так и лезут в голову при виде ее коралловых губ, поблескивающих в свете уличных фонарей за окном. Ли СонМи, ты сведешь меня с ума!