17
— У нас есть кандидат на трансфузию, — сообщает по телефону доктор своим коллегам. — Подготовьте все необходимое. — А вы пройдемте со мной, — переводит взгляд на Тэхена и детектива. Они удаляются быстрым шагом подписывать необходимые документы, а мы так и стоим держась за руки в коридоре. СонМи нервно перебирает пальчиками в моей ладони, щекоча кожу.
— Пойдем присядем, — предлагаю я, направляясь в сторону стойки администратора. — Я думаю это надолго. Ми кивает в ответ и семенит следом за мной. Время тянется ужасно медленно. Прошло минут пятнадцать, за которые мы успели выпить купленный Тэхеном кофе, а складывается впечатление, что мы ждем вечность. СокДжин из палаты не выходит, видимо остался с Тэ. Моя малышка немного успокоилась и теперь сидит рядом со мной, перебирая складки на своей школьной юбки.
— Как думаешь, ее спасут? — поднимает на меня взволнованный взгляд, — маму Рани~и.
— Я очень на это надеюсь, — вздыхаю я, беря ее ладошку в свои.
— А господин Сон в тюрьме? — задает такой важный вопрос Ми. Точно! Во всей этой суматохе, я совсем забыл спросить детектива про виновника всего этого ужаса. Его ведь арестовали? Можно было бы узнать у Чонгука, но после перенесенного стресса он плохо ориентируется во времени и событиях. — А если она умрет, то с кем же будет СаРан? — прерывает мои раздумья Ми. Я перевожу на нее взгляд. А ведь и правда? С кем останется Сон, если ее маму не спасут? Нет, все будет хорошо! Мотнув головой отгоняю дурные мысли.
— Не думай о плохом, пожалуйста. Давай надеяться на лучшее, — предлагаю Ми. Она едва заметно кивает и прикрывает глаза. — Что такое? Тебе плохо? — начинаю волноваться я.
— Голова начала болеть, — признается моя малышка.
— Иди сюда, — подставляю свое плечо и укладываю на него ее голову. Ми пытается отнекиваться, но видимо нервозность берет верх и она сдается. Облокачивается виском, чуть придвигается лбом к моей шее и замирает. Чувствую как ее дыхание учащается. — Расслабься и отдохни немного, — поглаживаю ее ладошку, которая теребит юбку. Аромат СонМи забивает легкие моментально, проникает в каждую клеточку моего мозга, наполняя блаженством. Если бы так можно было сидеть вечно! Я немного наклоняю свою голову в ее сторону, прислоняясь к ее макушке, и закрываю глаза. Лучшего сейчас и пожелать нельзя!
— Просыпайтесь, голубки, — слышу знакомый голос и разлепляю глаза. СокДжин стоит рядом с нами, немного нагнувшись вперед и сияет. Улыбка не сходит с его лица, пока он рассматривает меня и Ми. Она тоже проснулась, не может понять кто она и где. Трет глаза тыльной стороной ладошки словно маленький ребенок и бегает взглядом от меня к детективу.
— Как она? — задаю вопрос СокДжину, интересуясь состоянием мамы СаРан.
— Будет в порядке, — улыбается детектив. — Сейчас самое главное покой и уход. Это ей обеспечит клиника.
— А Тэхен~и как? — тут же задаю вопрос СокДжину.
— Тоже в норме. Небольшая слабость, но доктор говорит, что так и должно быть.
— Господин Сон, он же в тюрьме? — вступает в разговор растерянная СонМи.
— Он в полицейском участке, арестован. Не переживайте. Думаю после такого он еще не скоро выйдет на свободу, — хмурится СокДжин. — Сейчас нужно решить с СаРан, где она будет жить, пока ее мама в больнице.
— Конечно у меня, — вступает в разговор подошедшая женщина, которая поддерживает под руку бледного Чонгука. — Добрый день, я Чон МиСу, — кланяется она детективу, — мама Чонгука и соседка СаРан.
— Добрый день госпожа Чон*! — делает поклон старший Ким. — Я детектив Ким СокДжин. Вы готовы взять заботу о Сон СаРан на себя?
— Да, — коротко отвечает мама Чонгука, переводя на него взгляд. Он все еще бледный и дезориентированный, но пытается держаться молодцом. Машет мне и СонМи, растягивая истерзанные губы в улыбке и тут же морщится, прикладывая к ним ладонь. Бедный Гуки изгрыз все губы в ожидании вестей о состоянии СаРан. — Присядь, дорогой, — госпожа Чон указывает сыну на место рядом с нами. — Я сейчас узнаю у доктора, когда можно будет забрать Ран~и.
— Я без нее домой не поеду, — тут же выпаливает Гук, хватая мать за рукав.
— Хорошо, хорошо! Просто присядь, — подталкивает его к креслу возле меня.
— Мелкий, ты как? — провожу ладонью по его плечу, как только он садиться рядом. — Получше?
— Угу, — кивает Чонгук, заглядывая за меня. — СонМи, ты как? — пристально смотрит на мою малышку.
— Хорошо, Гук~и, не переживай, — отзывается Ми. А во мне просыпается червячок по имени «ревность». Понимаю, что глупо в данной ситуации ревновать Чонгука к моей малышке, но не могу это контролировать сейчас. Слишком сильны переживания.
— Посидите здесь, пойду узнаю, можно ли забрать Тэхена, — прерывает нашу мало содержательную беседу детектив Ким.Он быстрым шагом удаляется в глубь коридора.
СонМи опять сжимается в маленький комочек, словно замерзший котенок, прячет ладошки в рукава.
— Холодно? — тут же спрашиваю я. Она отрицательно мотает головой, но руки не вынимает, наоборот, сжимает их в кулачки. Переживает. — Не волнуйся, главное, что врачам удалось стабилизировать маму СаРан, — поглаживаю ее по плечу. Она вздрагивает, закусывает губу, а потом начинает плакать. Не могу смотреть на ее слезы! Обнимаю ее за плечи и притягиваю к себе. Ми утыкается в мою ключицу и всхлипывает, роняя маленькие слезинки на мой пиджак.
— СонМи, не плачь, — поворачивается Чонгук и пытается встать, но видимо голова идет кругом и его заносит чуть в сторону. Я вовремя успеваю ухватиться за его рукав и остановить его падение.
— Гук~и, не вставай! — прошу я и он кивает мне в ответ. — Сейчас вернутся твоя мама, тогда и пойдешь домой. Потерпи, — прошу его словно маленького ребенка. Ми шмыгает носом и поднимает взгляд на Чона, слезы вновь устремляются потоком. — Малышка, — шепчу я, прислонившись губами к ее голове, — не плачь!
— Принимайте еще одного, — подходит к нам СокДжин, помогая Тэхену приземлиться рядом с СонМи. — Всем сидеть на своих местах и никуда не разбегаться, — грозит длинным немного искривленным пальцем. А я и не заметил, что у него такие интересные пальцы. — Сейчас оформим все бумаги и тогда можно будет расходиться, — сообщает он. Тэхен кивает ему в ответ, упираясь согнутыми локтями в свои колени. Не могу сказать, что он выглядит особо бледным, скорее сильно расстроенным и потерянным. Смотрит в одну точку, не произнося ни слова.
— Тэ~а, — зову его, пристально наблюдая за его реакцией. Он откликается только раза с третьего, когда я провожу ладонью по его бедру. Поднимает потерянный взгляд, пробегается по моему лицу и молчит. — Как мама СаРан? — решаю задать вопрос конкретнее.
— Она... такая несчастная, — смотря в одну точку, отзывается Тэ, — но такая красивая, -выдает Ким. — Она такая хрупкая, словно прозрачная. Как можно было с ней так обращаться? Он человек вообще? — губы Кима начинают дрожать. Я с ним полностью согласен. Не понимаю, как нормальный мужчина может себе позволить поднять руку на свою жену и ребенка. Видимо господин Сон не вполне нормальный.
— Ну, развели тут сырость! — подходит СокДжин. — Документы готовы, можем выдвигаться.
— А как же Ран~и? — дергается Чонгук. — Я без Ран~и не пойду, — хмурится и цепляется пальцами за ручку кресла. Выглядит это конечно забавно, но вот такое поведение четырнадцатилетнего парня начинает меня беспокоить. Он никогда до этого не вел себя так по-детски. Видимо перенесенный стресс помутил рассудок нашего мелкого.
— Мы забираем СаРан с собой, сынок, — подошла госпожа Чон. — Доктор еще раз осмотрел ее и сказал, что ей нужен покой и обработка швов. Мы можем это обеспечить и дома. Будем просто приезжать периодически на осмотр.
— Вы врач? — удивляется СокДжин.
— Медсестра операционного блока, — улыбается госпожа Чон.
— А мама СаРан? — хрипло отзывается Тэхен. Он все еще заторможен и не может быстро реагировать.
— С ней все будет хорошо, — поясняет госпожа Чон. — Операция прошла успешно, кровотечение остановлено, кровь благодаря тебе перелили. Сейчас ей нужен покой и уход. Тэ внимательно слушает, не сводя глаз с мамы Чонгука и кивает на каждое ее слово.
— Хорошо, — хлопает в ладоши СокДжин. — Вы на машине или вам такси вызвать? — обращается к госпоже Чон.
— На машине, поможете мне пересадить СаРан? — улыбается мама Гука. СокДжин согласно кивает и выдвигается следом за ней, но потом оборачивается на полпути и бросает в нашу сторону: — Вы никуда не расходитесь, отвезу вас домой, — грозит своим чудесным пальцем. Я киваю в ответ, краем глаза замечая, что Тэ делает тоже самое. Чонгук срывается с места следом за матерью и Кимом старшим, но голова его подводит. Его штормит, поэтому он словно подвыпивший моряк идет по коридору широко расставляя ноги.
— Я сейчас вернусь, — встает с места Тэхен.
— Ты куда, СокДжин-хён просил не уходить, — цепляю его за рукав.
— Я только посмотрю и все... — пространно отвечает Тэ и уходит по коридору. Ми жмется ко мне, озираясь на шумную пару, которая на повышенных тонах начинает разговаривать с администратором.
— Все хорошо, — обнимаю напряженные девичьи плечи. — Сейчас вернется СокДжин-хён и поедем домой. Потерпи еще немного, малышка! СонМи тут же поднимает на меня взгляд и покрывается румянцем. Как же это мило! Не могу оторваться от созерцания этого прекрасного цветка сакуры, утопая в ее глазах. Чувствую, как теряю связь с реальностью, словно проваливаясь в бездну, когда ее маленькая ладошка ложится на мою оголенную шею. Ми кусает губы, но руку не убирает, как будто хочет получить побольше положительной энергии. Я понимаю, что ей как никогда сейчас нужен наш тактильный контакт, который так успокаивает нас обоих. Но мы в центре большого клинического холла, полного народу. Не могу же я раздеться здесь! Мысли скачут галопом, пытаясь найти выход из сложившейся ситуации. Ничего умнее не приходит, как взять ее ладошки и затолкать под мою рубашку, которую я так и не смог нормально застегнуть. Щеки Ми вспыхивают словно пожар. Она опускает голову, но не сопротивляется, лишь разжимает кулачки, удобнее укладывая свои пальчики на моей оголенной груди. А я не могу дышать, такое ощущение, что легкие выжигают клеймом в том месте, где наши тела соприкасаются. Я знаю, что это лишь первое впечатление, сейчас придет чувство невероятного блаженства, но эти несколько секунд всегда настолько сильны эмоционально, что хочется кричать. Чувствую, как нега разливается по всему телу, пробираясь в самые потаенные уголки и выгоняя оттуда страх и переживания.
— Все хорошо, малышка! Все хорошо... — тихо шепчу ей на ушко. Сейчас нужно ее успокоить и придать уверенности, ведь скоро нам придется расстаться, когда она вернется домой, и вот тогда эмоции накроют ее с головой. Весь сегодняшний день будет крутиться в голове на повторе, вызывая ураган чувств, пугаю и вынуждая закрыться от окружающих. Если бы я только мог остаться с ней до утра! Просто побыть рядом и присмотреть! Смогут ли родители успокоить ее? Расскажет ли она им о случившемся? Как они на это отреагируют? Вопросы всплывают один за другим до тех пор, пока маленький мокрый от слез носик не утыкается мне в грудь. — Знаю, тебе нужна большая поверхность контакта, но мы на людях, малышка. Нас не так поймут, — тихо шепчу я, касаясь губами ее волос.
— Что это? Почему это со мной происходит? — бормочет Ми, задевая губами мою кожу и запуская табун мурашек. — Откуда ты знаешь, что это помогает? — продолжает бормотать Ми, жуть сгибая пальчики и проходясь ноготками по моей коже. О, а вот это уже запрещенный прием! Я так точно долго не продержусь! Где носит этого СокДжина? И Тэхен как назло куда-то сбежал!
— Я сам не знаю, как это работает, — без утайки говорю я, слыша как мой голос сел. — Просто в палате Чонгука я почувствовал такое умиротворение от твоего прикосновения, что подумал, ты тоже можешь это испытать. Ведь тебе сейчас спокойно и хорошо? Ми едва заметно кивает и поворачивает лицо, прислоняясь влажной от слез щекой к моей коже. — Я переживаю за тебя, СонМи. Пообещай, если тебе ночью станет страшно или плохо, ты обязательно мне позвонишь. Хорошо?
— Да, — слышу я ее тихий голосок. Он совсем не напряжен, дыхание восстановилось. Она успокоилась. Это замечательно. Нам надо еще несколько минут для закрепления этого ощущения, но голос СокДжина из другого конца коридора вырывает нас из объятий блаженства.
— Ким Тэхен! — возмущается детектив. — Кто разрешил тебе проникать в палату реанимации без разрешения врача? Ты в своем уме? А если бы ты там что-то повредил?
— Я просто стоял и смотрел, — обиженным тоном отвечает Тэ. Он словно маленький ребенок надул губы, скрестил руки на груди и по моему готов упасть на пол и закатить истерику.
— Малышка, — зову я Ми, — они вернулись, — осторожно убираю ее согревшиеся ладошки из-под моей рубашки. Она поднимает на меня расфокусированный взгляд, блуждая по моему лицу, пытаясь вернуться в реальность. — Сейчас поедем домой, — объясняю Ми, — но помни, ты пообещала позвонить, если станет страшно или плохо, — протягиваю ей мизинец для дачи обещания и скрепляю его печатью большим пальцем. СонМи слабо улыбается на этот жест и переводит взгляд на Кимов.
— Поехали домой, — машет нам СокДжин. Тэ все так же стоит молча дуясь на старшего. Мы поднимаемся с Ми с кресел и плетемся за детективом.
— Что произошло? — спрашиваю Тэ, поравнявшись с ним.
— Ничего особенного. Просто зашел в палату к маме СаРан убедиться, что все в порядке, а меня заметила медсестра и отчитала. Тут как раз Джин-хён шел мимо, ну и началось... А я ничего не делал, просто тихо стоял и смотрел, — обиженным тоном выдает Тэхен.
— Тэ~а, — беру его за руку, — ты герой! Я так горжусь тобой. Не каждый школьник способен на такой отважный поступок. Мы все гордимся тобой. Но если медики говорят, что нельзя заходить, то лучше их послушать. Так для пациента будет лучше, понимаешь? — заглядываю в грустные глаза Кима. Он неохотно кивает в ответ. Он такой ранимый! Его так сильно тронула эта история, что он не может уйти из клиники, не убедившись, что госпожа Сон* стабильна.
Усевшись в машину, мы молча едем сначала к дому СонМи. Детектив Ким выходит первым и идет к дому.
— Помни, обещание, — произношу я, когда моя малышка открывает дверь автомобиля и выбирается наружу. Она маленькими шажками семенит к двери, вставая за широкой спиной детектива. Ким о чем-то разговаривает с мамой Ми, явно ввергая ее в шок, судя по выражению ее лицо. Затем небрежно машет в нашу сторону, поясняя еще что-то и наконец прощается, поклонившись. СонМи заходит в дом, обернувшись всего на несколько секунд на пороге в мою сторону. Я ловлю ее испуганный взгляд и сердце сжимается до размера грецкого ореха. Ей страшно. Очень! Но сможет ли она побороть свою нерешительность и стеснительность и позвонить мне? Тревога за мою малышку не отпускает меня до самой дороги до дома. СокДжин выходит вместе со мной, и кратко пересказывает моей маме, которая открыла дверь, события сегодняшнего дня, объясняя мое отсутствие в школе. Он уверяет, что переговорит с директором и прояснит ситуацию с пропусками уроков. Мама страшно взволнована, быстро кивает на слова детектива, предлагает зайти в дом, но Ким, машет в сторону машины, говоря, что ему нужно отвезти домой еще одного школьника. Они прощаются, и я попадаю под перекрестный допрос мамы и тетушки. Но вначале меня крепко обнимает мама, целуя каждый сантиметр моего лица, подталкивает к ванной комнате и обещает самый вкусный ужин. Вечер проходит в вопросах и ответах, меня клонит в сон, я начинаю клевать носом уже на десерте.
— Иди, ложись, сынок! — гладит мои еще влажные после душа волосы мама. — тебе нужно отдохнуть и набраться сил. Если бы она знала, что придает мне сил, она бы очень удивилась. Мысли сами возвращаются к моей малышке и сон как рукой снимает. Я захожу в комнату и кладу телефон рядом с подушкой. Ворочаюсь в кровати еще какое-то время, но организм устал, и я проваливаюсь в поверхностный сон. События сегодняшнего дня все смешались и отразились во сне в виде полнейшего бреда. Неизвестные люди мельтешат перед глазами не давая увидеть СонМи, Чонгук с окровавленными руками мечется по коридорам в поисках Ран~и, а Тэхен сидит на полу с системой в руке, переливая свою кровь в прозрачный полиэтиленовый пакет. Но в сон врывается какой-то назойливый звук, давя на перепонки. Я озираюсь, пытаясь найти источник, и вижу огромное табло, на котором высвечивается имя Ли СонМи. Меня словно окунают в прорубь, дыхание перехватывает, обжигая легкие, и я просыпаюсь. Однако звук никуда не исчез. И тут я понимаю, что звонит мой телефон. Как и во сне не экране имя моей малышки и пару раз трясу головой, чтобы понять сон это или явь.
— Чимин~и, мне так страшно...
*Знаю, что жена в Корее не берет фамилию мужа, но пусть мамы будут с такой же фамилией, чтобы не было путаницы