11
Очередной учебный день проносится словно скоростной поезд перед глазами столетней черепахи, я с трепетом жду вечерней репетиции с СонМи. Даже появление СаРан в столовой и ее присутствие за нашим с Тэхеном столом не портит этого невероятного чувства предвкушения. Зато это умудряется сделать мой друг. Его вопрос выводит меня из мира грез, так припечатывая к земле, что происходи это в реальности, перелом позвоночника был бы обеспечен.
— Почему она сегодня ест одна? — неожиданно произносит друг. Я поднимаю на него взгляд в недоумении. Давно ли его заботит Сон? СаРан сидит и громко хлюпает своей лапшой, вызывая у меня легкое отвращение. Нет не манера еды так выводит меня из себя, а именно присутствие рядом. Тэ закатывает глаза, и тут до меня доходит, что он сейчас говорит об отсутствующих подругах Сон. Я озираюсь по сторонам, пробегаясь взглядом, действительно их здесь нет. Эта мысль словно нарыв пульсирует в голове. Почему? Еда резко становится невкусной, а желудок скручивает спазм, когда я осознаю, что верной свиты Сон СаРан в столовой нет. С грохотом отодвигаю поднос с едой и перевожу гневный взгляд на рядом сидящую девушку.
— Сон СаРан, — рычу я, подцепляя ее локоть, — где твои подружки? Сон роняет из рук металлические палочки, которые со звоном ударяются о поверхность стола и замирает. Она не смотрит в глаза, буравя взглядом столешницу и молчит. — Еще раз спрашиваю, где они, — повышаю голос, привлекая внимание окружающих. Она молчит. У нее, что отсутствует инстинкт самосохранения? Я же предупреждал ее…
— Хён, убери руки, пожалуйста. Ты делаешь ей больно, — тихо раздается слева, но этого негромкого звука достаточно, чтобы вывести Тэ из себя.
— Опять ты здесь! — рычит Ким, упираясь кулаками в стол и приподнимаясь на месте. Его нога все еще болит, и я прекрасно знаю, что встать на нее он без боли не может, но этот балбес полностью выпрямляется, морщась. Однако, на неожиданно появившегося и встрявшего в наши разборки с СаРан Чонгука, это никак не действует. Он даже ухом не ведет и не поворачивается на Кима, лишь безотрывно и с какой-то мольбой во взгляде смотрит то на меня, то на притихшую Сон. Я тоже оборачиваюсь к ней и ошарашенно отпускаю локоть. Соленые капельки быстро скатываются по девичьим щекам, приземляясь на бежевую ткань форменной клетчатой юбки и пропадая в ее складках. Сон не произносит ни звука, сжав губы до побеления.
— Ран~и, — ласково зовет Чонгук, склоняясь к девушке, перегибаясь через меня. — Ран~и, слышишь меня? Пойдем! — аккуратно тянет за рукав пиджака, который я только что отпустил. Сон едва заметно всхлипывает и морщится явно от боли.
— Объясни, — отталкиваю я Чонгука, но тот, словно не почувствовав, тянется обратно, в очередной раз зовя одноклассницу так нежно, что даже самому тупому станут понятны его чувства. Я перевожу взгляд на Тэхена, который удивлен не меньше меня и глупо хлопает глазами, бегая ими от Чонгука с СаРан. — Чон Чонгук, — перехватываю я его руку, которую он настырно тянет к Сон, — либо ты сейчас объяснишь в чем дело, либо… — я протягиваю ладонь в руке девушки.
— Хорошо, хорошо, — тут же сдается младший и добавляет, — только отвезу ее домой. При упоминании о доме Сон подпрыгивает на стуле, пытаясь встать и явно сбежать, но я вовремя дергаю ее вниз за короткую юбку и она приземляется обратно. Чонгук не выдерживает и хватает меня за грудки.
— Я же просил, хён, — шипит мне прямо в лицо. — Не трогай ее, ты делаешь ей больно.
— Я помогаю тебе, — усмехаюсь я, наблюдая как этот милый паренек борется с желанием либо припечатать меня к полу, либо добраться до СаРан и увести отсюда. — Если бы я ее не удержал, она бы сбежала, — киваю головой на свою руку, которой все еще держу юбку девушки. Чонгука ведет, его глаза наливаются яростью, а кулаки сжимаю мой пиджак до треска ткани. Нет, я не издеваюсь и не получаю удовольствие от всего этого. Просто вижу, что малой не расскажет ничего просто так. Его надо вывести из себя, тогда можно добиться правды.
— Убери от него руки, — на удивление абсолютно спокойным голосом произносит Тэ. Мы с Чоном переводим на него взгляды, но он на нас не смотрит, изучая реакцию СаРан. Чонгук отпускает мою одежду лишь бросив мимолетный взгляд на девушку. Я оборачиваюсь к ней и вижу ужас в ее глазах. Стоп! Она третирует учеников и до обморочного состояния боится чужих драк?
— Помоги мне, — толкает меня Чонкуг плечом, протягивая руки к грозящей сползти со своего стула на пол Сон. Я встаю со своего места, подпуская его ближе к девушке. Она не реагирует на его слова, смотря в одну точку и сжимая подол. — Надо отвезти ее в пустой кабинет, до дома она не дойдет, — тихо бормочет младший, стягивая с себя очередную бесформенную кофту и накрывая плечи девушки. Когда же он ее поднимает с места, кофта расправляется и закрывает даже юбку. И где он только берет эти балахоны?
Чонгук со знанием дела крепко обхватывает талию СаРан и медленно ведет ее на выход из столовой, а я, подхватив хромающего Тэхена, иду следом, неся вещи Сон и свои. Толкнув первую дверь слева, а это оказывается комната для хранения спортивного инвентаря, Чонгук заводит все еще молчащую СаРан внутрь и усаживает на сложенные в стопку спортивные маты. Он снимает свою рубашку с ее плеч, комкает, пытаясь соорудить подобие подушки и укладывает на нее девушку. Сон оседает словно тряпичная кукла, ее и без того короткая юбка задирается, открывая вид на белоснежное нижнее белье, а мы с Тэ стыдливо отворачивается. Чонгук, заметив это, тут же опускает клетчатую ткань и через пару секунд тычет меня пальце в плечо.
— Хён, дай мне свой пиджак, — просит он, я без лишних слов снимаю, а он накрывает им голые ноги СаРан, а затем снимает с нее туфли, укладывая ступни поудобнее. — Можете повернуться, — тихо произносит он, склоняясь над кажется задремавшей девушкой. Чонгук заботливо заправляет выбившиеся пряди за ее ушко и тихо вздыхает, рассматривая расслабленные девичьи черты. Удивительно, но спящая СаРан совсем не выглядит стервой, наоборот милой и какой-то беззащитной, особенно на фоне нависающего над ней Чонгука.
— Настало время поговорить, — выдает Тэхен, подпирая входную дверь тяжеленной гирей с помощью здоровой ноги. Чонгук не оборачиваясь плюхается прямо на пол возле спящей девушки словно сторожевой пес. Он не сводит с нее глаз, поправляя то одежду, то волосы. — Чонгук, — зовёт Тэ, — объяснись.
— Не могу, — бормочет мелкий, — это не мой секрет.
— Ты сейчас перед собой двух сплетниц школы видишь, я не пойму? — злится Ким. — Хватит дурака валять. Твоей подружке явна нужна помощь иначе она точно огребет от кого нибудь. Сам ты с ней не справляешься, — констатирует Тэ. Гук в явном замешательстве жует губу и нервно дёргает мелкие волосики на своей щеке.
— Гук~и, — подхожу я со спины, — расскажи, возможно мы поможем. Если нет, то обратимся к старшим, — кладу ладонь на напряженное плечо мелкого. Блин, мышцы словно камень! Тот вздрагивает и поднимает глаза полные… слез? — Эй, — присаживаюсь на корточки, — ты чего? Чонгук всхлипывает и утыкается мне в плечо моментально моча тонкую ткань рубашки своими слезами. Мы с Тэхен молча переглядываемся. Дав время прийти в себя, я опять прошу Чона рассказать о проблеме.
— Он очень строгий, я бы сказал деспотичный, — начинает Гук явно с того, что беспокоит больше всего.
— Кто? — спрашивает Тэ, напоминая, что мы не в курсе ситуации.
— Отец СаРан, — выдыхает мелкий. — Она всегда боялась расстроить его до дрожи в коленках. Делала все возможное, чтобы он ей гордился: училась лучше всех, танцевала лучше всех, но он был недоволен, что она слишком мягкая. Он хочет видеть в ней достойную преемницу своего дела, жесткую и беспринципную, как и он сам.
— Я видел ее родителей, они готовы любые ее капризы исполнять, — перебиваю я Гука, вспомнив нашу встречу в кафе.
— Это на людях, дома он совсем другой, — тяжело вздыхает парень, и у меня нет причин сомневаться в его словах. Слишком сильно его переживание за подружку. — Мы знакомы с раннего детства. Живем по соседству. И если раньше он лишь морально давил на Ран~и, то сейчас… — замолкает мелкий, осторожно поднимая рукав форменного пиджака спящей Сон. Чуть выше локтя виднеются темные отметины крупных явно мужских пальцев. Так вот почему Гук говорил, что ей больно, когда я схватил ее за локоть.
— Он бьет ее? — хмурится Тэ.
— Пока нет, но думаю что и до этого скоро дойдёт, — сквозь зубы рычит Чонгук.
— А ее мать куда смотрит? — поражается Ким.
— Она не меньше Ран~и боится мужа и не перечит ему. Они полностью финансово зависят от него, поэтому он делает все, что пожелает, — вздыхает младший.
— Что-то твой рассказ не вяжется с поведение твоей подружки, — скептически выдает Тэхен. Я тоже не могу понять, как девочка, подвергающаяся домашнему насилию может так себя вести. — Может ты забыл, что произошло с ХэИн? — напоминает Ким. Чонгук хмурится, потом морщится, но все-таки поднимает глаза на Тэхена. Ему явно неприятна эта тема, но ради СаРан, он пересиливает себя.
— Я прекрасно помню эту историю, — не отводя взгляда, отвечает Чон. — После победы ХэИн, кстати говоря не совсем честной, отец СаРан устроил ей такой скандал, что я всю ночь не мог ее успокоить. Она проплакала несколько часов в ряду, а потом вот так же отключилась. Я кстати почитал в интернете, там написано, что это защитная реакция организма на сильный стресс.
— Ты на жалость не дави, — укоряет Тэхен, — по какой причине Сон набросилась на ХэИн?
— ХэИн быстро завоевала симпатию окружающих, но на самом деле была далеко не ангелом. Ран~и доверяла ей и очень хотела подружиться, учитывая, что кроме меня друзей у нее не было. Но узнав ее истинное лицо, была в шоке. ХэИн подслушала наш разговор об отношениях с отцом и пыталась шантажировать, грозят рассказать всей школе. Я признаю, что действия СаРан в отношении ХэИн были агрессивными, но на тот момент она находилась в таком жутком состоянии, что я удивился, что ХэИн отделалась лишь мусорный баком. Тэхен-хён, спасибо, что спас ХэИн. Если бы Ран~и рассказала мне все сразу, я бы пришел к бакам, но я узнал о случившемся только ночью, — опускает голову Чонгук. Я сел рядом с ним на пол, поглаживая его спину. Паренек выдохся, повествуя эту жуткую историю. Однако Тэхен не унимался.
— А СонМи ей чем помешала? Или она по-твоему тоже притворяется? — наступает Ким на абсолютно не сопротивляющегося Гука.
— Нет, нет, — отмахнулся Чон, даже не заметив агрессии в свою сторону. — СонМи — ангел, — игнорируя и мое негодование, улыбнулся младший. — Просто мне кажется Ран~и понравилось чувство превосходства. А Ми такая тихая и покорная, не может дать отпор, — прикрывая глаза, едва шевеля языком, отвечает Чон. Он что спать собрался? Я потряс его за плечо, и он тут же оживился. — Нет нет, я не сплю. Хён, — обращается ко мне, — я обещаю, что буду смотреть, чтобы Ран~и, не обижала СонМи, но прошу… — замолкает на несколько секунд, — не мучай мою Ран~и, — еле ворочает языком.
— Сегодня тоже утешал СаРан? — догадываюсь я, а Гук, борясь со сном, кивает в ответ.
— Залезай и ложись рядом, — усмехается Тэ, а младший под наши удивленные взгляды именно так и делает. Скидывает кроссовки и перелезает через спящую Сон, укладывается у нее за спиной и прижимается ближе, обхватив стройную талию и утыкаясь в девичий затылок. СаРан возится во сне и поворачивается к нему лицом, тыкаясь носом в шею парня. Видно, что поза для сна уже привычная.
— Вот дают, — хмыкает Тэ, смотря как Чонгук прижимает девушку еще ближе практически вдавливая в свою грудь.
— И что нам делать? — перевожу взгляд на Тэ. — Вряд ли ее родители согласятся на разговор со школьным психологом. Но и ситуацию так оставлять нельзя.
— Да уж, — хмурится Тэ. — Похоже, он говорит правду. Тут не только психолог нужен, тут в полицию надо обращаться. Я позвоню вечером хёну, он — полицейский, и посоветуюсь. Сейчас с ними что делать? Тут одних оставлять нельзя. Еще увидит кто, — делает вывод Ким. Я согласно киваю. — Давай так, ты иди к СонМи, а я посмотрю за ними пока не проснутся. Видимо Тэхен верит Чонгуку. Это замечательно, потому что недопонимание нам сейчас ни к чему совершенно.
Моя малышка скромно ждет меня в библиотеке, когда я вылетаю туда словно ураган. Эти тёплые взаимоотношения Чонгука и СаРан вызывают воспоминания о нашей любви, будоража кровь. Старая библиотекарь грозно зыркает на меня глазами из-под толстых линз, а я практически на цыпочках крадусь к моей малышке, которая так увлечена, что не замечает меня. Она разложила свой скетчбук и карандаши и делает набросок. Я заглядываю ей через плечо в надежде увидеть нас на бумаге, но… На весь лист изображено гневное лицо ее отца. Мое сердце замирает, а потом и вовсе сжимается от страха за мое сокровище. Неужели ей приснилось окончание нашей грустной истории? Боюсь пошевелиться и сделать лишнее движение, лишь рвано вдыхаю воздух маленькими порциями. Видимо слишком громко, потому что СонМи оборачивается и испуганно осматривает меня.
— Чимин~и, почему ты такой бледный? — шепчет она, ведь мы в библиотеке, а у меня ноги подгибаются от ее «Чимин~и». Не знаю, что ответить, молчу, а Ми осматривает меня с ног до головы. — Тебе плохо? Что-то болит? — тянется тонкими пальчиками к моей рубашке. — Где твой пиджак? — замечает отсутствие одного из элементов одежды.
— Одолжил, — так же шепотом отвечаю я, посматривая на недовольного библиотекаря. — Кто это? — голос сел от волнения. Ми переводит взгляд на рисунок, на который я указываю подбородком.
— Пока не знаю, — пожимает плечами, — приснился сегодня, — смущенно отворачивается.
— Он что-то говорил? — замираю в ожидании.
— Нет, просто гневно смотрел, как будто я в чем то провинилась, — мотает головой Ми, а я облегченно выдыхаю. Но надолго ли? Он наверняка скоро заговорит. — Может нам отложить репетицию? — переводит разговор Ми.
— Почему? — поднимаю брови я.
— Мне кажется, ты устал? — неуверенно спрашивает СонМи. Я мотаю головой. Ну уж нет! Ни за что на свете я не откажусь от репетиции с моей малышкой.
— Пойдем, а то эта вредная аджумма нас сейчас поколотит, — тихо смеюсь я, замечая приближающуюся работницу библиотеки. СонМи быстро собирает свои вещи, заталкивая в сумку и, улыбаясь, следует за мной. Я беру ее за руку, якобы утягивая от библиотекаря, а сам тону от нежной кожи, тоненьких пальчиков, который несмело сжимаются мою ладонь. — Бежим, — подходя к самой двери библиотеки, громко говорю. СонМи смеется и поддается моему настрою. Мы пробегаем коридор, сворачивая пару раз и останавливаемся перед дверью репетиционного зала, переводя дыхание. Хорошо, если сонсенним еще не пришел, и у нас будет возможность побыть наедине хоть немного. Я толкаю дверь и заглядываю внутрь. Никого. Тяну Ми за собой, она заходит, озираясь по сторонам и, кажется, тоже довольна отсутствием учителя. Мы вспоминаем вчерашние движения и связки, двигаясь медленнее обычного, улыбаясь друг другу.
Проходит около часа, мы уставшие, но довольные, валимся на пол в разные стороны, соприкасаясь лишь головами. Сил двигаться нет, поэтому я поворачиваюсь на бок, рассматривая СонМи в отражении зеркал. Она делает тоже самое. Ее щечки раскраснелись, собранные в пучок волосы слегка растрепались, придавая легкую небрежность. Я готов вечно смотреть на это сокровище, очерчивая взглядом каждый выступ гибкого тела. Легкость ее движений завораживает.
Входная дверь едва слышно скрипит и в проеме появляется тёмная макушка парня.
— Хён, прости, — бросая быстрый взгляд на меня и СонМи, бормочет лохматый и заспанный Чонгук. Я моментально проскакивают на ноги и походу к нему.
— Как она? — шепчу я, закрывая мелкому обзор на мою девочку. Чон улыбается, замечая мой маневр, показывает рукой знак окей и протягивает мне мой пиджак.
— Спасибо, хён, — улыбается младший.
— Иди домой, — хлопаю его по плечу, — и отоспись как следует. Завтра поговорим. Чонгук кивает словно китайский болванчик, но останавливается вспоминая о чем-то.
— Тэхен-хёна я посадил в такси, — сообщает он, за что я ему безмерно благодарен. Честно говоря за время репетиции рядом с моей малышкой я забываю обо всем, даже о друге, который не может нормально передвигаться самостоятельно. Чонгук — замечательный парень как выясняется. С ним приятно иметь дело. Мы коротко прощаемся, и он несётся по коридору, громыхая своими бутсами, явно к Сон СаРан.