Одна история
Сейчас я расскажу вам одну историю.
С детства у меня был друг. Я постоянно к нему ходила, даже если очень уставала, даже если могла заскочить лишь на пару минут, а если меня не выпускали, то я сбегала. Я ходила к нему даже тогда, когда у меня поднималась температура.
Он был обычным парнем на первый взгляд, не сказать, что красивый, но бесконечно веселый, добрый и заботливый. Все так про него говорили. Он всё время стремился помочь каждому, ежесекундно где-то пропадал, утешая кого-нибудь. Он нравился всем.
Но я знала то, что не знал больше никто, и потому дорожила этим секретом, словно в нём находился смысл моей жизни. Мой друг превосходно рассказывал истории. Все они всегда были разные, всегда наполненные яркой жизнью, глубокими мыслями и самыми настоящими приключениями. Он рассказывал про то, как мы спасали мир, как его рушили, как строили, как просто искали сокровища, сражались с пиратами, плыли по галактике на космическом корабле, ища планету для жизни... Каждая история была непохожа на другую. И я всегда этому удивлялась. Приходила к нему с мыслью, что сегодня уж точно история будет чем-то схожа со вчерашней. Но я всегда ошибалась.
И вот однажды я пришла к нему после трудного учебного дня, чтобы снова послушать историю и расслабиться. Я пришла... А его не оказалось дома. Тогда я очень сильно разозлилась. Не знаю почему, не знаю, что меня вывело из себя: то, что он не предупредил, что его не будет, или то, что я не услышу историю и день словно будет прожит зря, потому что я ничего достойного не сделала. Я не стала его искать. Просто посидела, словно ждала его, а потом ушла.
Когда шла к нему на следующий день, думала, что его опять не будет, думала, что же мне тогда делать. Однако он встретил меня с широкой улыбкой и распростёртыми объятиями, такой живой и весёлый, как и всегда. И он и словом не обмолвился о вчерашнем дне. Глянув в его глаза, я разозлилась уже на себя. Как я могла вчера просто уйти? А вдруг что-то с ним случилось? Почему я не побежала искать?
Я почувствовала себя ужасно виноватой, и мне захотелось извиниться, но мой друг ничего не говорил о вчерашнем. Он просто начал рассказывать новую историю, а я просто не осмелилась заговорить.
Мой друг заметил перемены. Он спросил, что случилось со мной, не из-за вчерашнего ли я так угрюма? Я сказала ему, что нет, что не злилась на него. Тогда он рассказал, что ему позвонил старый друг и попросил срочно о помощи. Он не успел меня предупредить: помчался помогать. Как и всегда, и везде, и со всеми. Когда я спросила, смог ли он ему помочь, мой друг лишь на миг опустил глаза, приподняв уголки губ, словно досадно улыбнулся неудачи, вспомнив вчерашнее. Он ответил, что не смог. И живо улыбнулся. Я ему тогда сказала, что всем он всё равно не сможет помочь, что это невозможно. И тогда он мне ответил на это: "Я хотя бы попытаюсь".
В дальнейшем если ему надо было куда-то уйти, он всегда меня предупреждал, словно не поверил мне, что я на него не злилась. По правде, я злилась только на себя.
Как-то за очередной историей я вдруг захотела взять его за руку. И он с удовольствием сжал мою. Мне так понравилось прикасаться к нему ладонями, что с того дня мы постоянно держались за руку. А потом вдруг как-то он меня обнял. И это было сравнимо с объятием целого мира, словно сама Вселенная укрыла тебя от невзгод, и после этого я буквально считала минуты до того момента, когда смогу его увидеть вновь и выслушать его историю.
Как-то раз он предупредил меня, что его не будет. Но я все равно пришла к нему. Когда переступила порог и осознала, что в доме пусто, ничего не почувствовала, то есть никакого гнева, только спокойствие и немного грусти оттого, что его не было, что я не услышу историю. Я села на наше место и стала слушать тишину.
Тишина... Она оказалась такой громкой, такой красивой. Я вдруг представила, как на нас с ним со стороны кто-то смотрит, выключив звук. На что это похоже? Это что-то красивое, нежное... Я еще долго слушала тишину, представляя нас.
На следующий день мы сидели с ним, обнявшись. Он начал рассказывать, но я попросила ничего не говорить. Он удивился, но не стал настаивать, просто сжал мою руку и молчал, дыша около уха. Я слышала его умеренное сердцебиение, и это заставило мое собственное сердце сделать сальто. Он был реальным! Как я. Здесь и сейчас. И порой казался более реальным, чем всё окружающее нас.
И я снова представила нас со стороны.
И тогда, наконец, поняла то, что должна была понять уже очень давно. Я приходила не его истории слушать. Я приходила к нему.