подарок
27 июня
Чонгук совершает решающие толчки внутри разгорячённого тела Чеён. Младшая ведёт себя тихо, поскольку рваный поцелуй заглушает стоны. Их не должны услышать ни под каким предлогом. Через одну комнату спят родители, будильник которых вот-вот прозвенит.
Парень пришёл в комнату пораньше, чтобы успеть насладиться любимой. У них получается побыть вместе только когда взрослых нет дома, а в последнее время это случается нечасто. Не вместе, так по одному: то мать Чеен, то отец Чонгука.
Чеён прикусывает губу Чонгука непроизвольно, напрягаясь всем телом, случайно сжимает его в себе. Ей слишком хорошо, чтобы контролировать себя. Старший поглаживает белоснежные щеки, заканчивая следом, но предварительно покинув её тело.
Закрученный на узел презерватив оказывается в салфетке. Главное не забыть выбросить, иначе у мамы Чеён возникнут вопросы. В его-то комнату она не заходит. Как и отец.
— Мне кажется, нас слышали, — шепчет Чеён, прижимаясь к Чонгуку, продолжает оставлять поцелуи на его шее.
Она чувствует влюблённость, бабочек в животе. Постоянно хочется находиться с ним рядом, касаться, чувствовать его прикосновения, внимание. Чонгук ощущает то же самое. Наверное, это и называют любовью? За три недели, как и кажется, они провели слишком мало времени вместе, не считая того, что каждый день рядом. Перед родителями делают вид, что просто общаются, хотя Донук иногда подшучивает ещё над тем поцелуем в машине. Конечно так, что никто не понимает.
— Скажешь, что ты смотрела порно, — усмехается Чон, вовлекая девушку в поцелуй, но он длится недолго.
В дверь стучат. Никто иная, как мать Чеён. Каждое утро будит дочь в школу, чтобы она не проспала.
Пак толкает парня в грудь, приказывая спрятаться под кровать или в шкаф. Сама вскакивает с кровати. Бумажку с презервативом выбрасывает в урну рядом с рабочим столом, натягивает ночнушку и вытирает губы на всякий случай. Хорошо, что дверь закрывается на защелку, иначе казуса не избежать.
Открыв дверь, делает вид, что только проснулась.
— Доброе утро, милая. Что ты хочешь на завтрак? — ласково спрашивает мама.
— Я буду то же, что и ты.
— Хорошо, — женщина осматривает комнату, подмечая небольшой бардак. — Приберись сегодня немного, хорошо?
— Конечно. Просто дни загруженные были, — улыбается, потирая глаза. А ведь Чеён уже давно проснулась. Кое-что помогло разлепить глаза быстрее обычного.
Взгляд женщины цепляется за футболку Чонгука, в которой он обычно спит.
— Что у тебя делает футболка Чонгука?
Девушка облизывает губы, наклонившись к матери.
— Только никому не говори, ладно? Я её украла, чтобы разозлить Чонгука. Он меня вчера вывел из себя.
— О, будь осторожна.
Хмыкнув, мама спускается на первый этаж, чтобы приготовить завтрак. Чеён облегчённо вздыхает, закрывая дверь. Чонгук вылезает из-под кровати уже в нижнем белье, остаётся надеть футболку.
— Чем же я тебя вывел? — усмехается, подходя к девушке.
— Первое, что пришло в голову.
— Понял. Что ж, хороших первых уроков в школе, я спать, — Чонгук собирается уйти к себе в комнату, но Чеён хватает его за кисть руки, притягивая к себе. Обвивает шею, оставляя поцелуй на губах.
— Нет, милый, ты идёшь на первый урок со мной, — хитро усмехается.
— С чего бы?
— Утренний секс был слишком хорош, чтобы я шла туда одна.
Ладонь Чонгука сползает на попку Чеён, пальцы буквально впиваются в упругую ягодицу.
— Давай погуляем первый урок и повторим? — прикусывает нижнюю губу, приближаясь, но Чеён сохраняет дистанцию между лицами.
— Нет. Пойдём, Чонгук. Я не хочу идти без тебя.
Старший сдаётся. Не может отказать. Победного хлопнув в ладони, Пак уходит принять быстрый душ. Чон делает то же самое, но уже в своём личном душе.
ㅤㅤㅤㅤㅤ * * *
Родители Суджин уехали на некоторое время по делам, на что девушка отреагировала лишь положительно. По этому случаю буквально через полчаса после их ухода на пороге дома оказался Намджун, по привычке сразу же проходя в комнату девушки. Договорились провести время вместе или куда-нибудь сходить, но погода на улице не предвещает ничего хорошего. Внезапно пошёл ливень, хотя еще час назад на небе не было ни тучки.
— Отвратительная погода. Может, останемся дома? — Суджин посматривает на старшего, усаживаясь на его колени. Так привычнее.
— Давай. Может чем-то хочешь заняться?
— А то ты не знаешь, — девушка хихикает, потянувшись к чужим джинсам, на что старший издает смешок, размещая ладони на женских ягодицах.
— От тебя другого не стоило ожидать.
— Разве я виновата, что хочу тебя? Я соскучилась, пока тебя не было.
— Прости, детка. Я не знал, что задержусь, но я тоже ужасно соскучился по тебе.
Намджун отсутствовал около пяти дней в городе, поскольку уезжал к своим родителям в родной город, поскольку те попросили его о помощи. Думал, что все дела вместе с переездом займут лишь пару дней, но никак не рабочую неделю.
Парень помогает младшей избавиться от собственного белья за считанные секунды, также избавляет и ее, попутно любуясь на прекрасное тело. За все время, что встречаются, уже выучил месторасположение каждой родинки и не отказывает себе в удовольствии целовать их абсолютно спонтанно.
Оба не любители прелюдий, а сейчас и вовсе желание друг друга настолько велико, что возбуждение бьет ключом. Сама девушка чувствует, как член старшего уже наполнился кровью, а из головки сочится естественная смазка, сигнализируя о том, что парень готов на все сто процентов.
— Так и знал, что тебе нужен от меня только секс, — Ким усмехается, переводя взгляд на недовольную девушку, хмурившую брови к переносице.
Но и сам Намджун прекрасно знает, что это не так. Всегда встречал лишь девушек, которых приходилось лишь содержать, трахать и выслушивать проблемы, параллельно решая их и разгребаясь со своими. На чувства самого парня всем было плевать с высокой колокольни, но только не Су.
Повисает молчание, пока старший раскатывает по члену презерватив, обильно смазывая смазкой для лучшего скольжения. Девушка и так вся мокрая, но перестраховаться не помешает. Не хочет сделать ей больно или натереть, мало ли что.
— Это все потому, что у меня большой член?
Суджин усмехается, насаживаясь на член старшего, обвивая его шею руками, благодаря чему парня можно прижать к себе намного ближе.
— Не только поэтому. Ты первый парень, в которого я втрескалась по уши.
Намджун на это тихо смеётся, с особой нежностью поглаживая женскую хрупкую спинку, которую хочется защищать до конца своей жизни, а на плечике оставляет несколько невесомых поцелуев. Девушка же не скупится на стоны, одаривая ими старшего, показывая, насколько с ним хорошо.
Возможно, со стороны он и правда похож на человека, который буквально подтирается девушками и просовывает член в каждую дырку, но на деле это не так. Суджин тому подтверждение. Он готов отдавать этой девушке все что имеет сам, не намереваясь получить что-либо взамен. Правильно сказал Юнги, что младшая покорила холостяцкое сердце и надолго поселилась там. Впрочем, если все сложится, то и на всю жизнь. Никто не знает наверняка, что будет завтра, но она именно тот человек, с которым это "завтра" хочется встречать каждый день.
— Мне хорошо с тобой. И морально, и физически. Ты лучшее, что случалось со мной за все время моего существования, — старший зачесывает выбившуюся длинную прядь тёмных волос за ушко девушки, оставляя на тонкой шее очередной поцелуй. — Люблю тебя.
— И я тебя, малыш, — мягко улыбнувшись, Суджин продолжает насаживаться в медленном темпе, пока парень вовлекает в тягучий поцелуй, сминая пухлые губы поочередно.
Девушка чувствует на своей груди пару крупных ладоней, но никак не реагирует на это. Знает, что старшему нравится ее тело целиком и полностью, сама никогда не была против того, чтобы он трогал где хочется. Вскоре одна ладонь перемещается ниже, ныряя между женских ножек и добираясь до клитора, который осторожно массирует в такт собственных толчков в разгоряченное тело. Не позволит, чтобы его девушка осталась неудовлетворенной.
Впрочем, Суджин много и не нужно. Буквально через пять минут она заканчивает с громким стоном, подрагивая всем телом и обмякая в крепких руках, а Намджун выходит из тела девушки, надрачивая и изливаясь в презерватив. Беременность сейчас ни к чему, слишком рано.
ㅤㅤㅤㅤㅤ * * *
Суджин убиралась у себя в комнате, чтобы избавиться от всех улик, говорящих: "здесь был Намджун!".
Входная дверь захлопнулась, что означало — вернулись родители. Суджин не придала этому значения. Она всегда возвращаются примерно в одно и то же время, но произошедшее дальше, мягко говоря, выбило её из колеи. В комнату зашла раздраженная мать.
— Убираешься? — Суджин кивнула на вопрос, заправляя кровать. — Мне позвонил завуч из твоей школы. Сказали, что тебя месяц там не было, у тебя снизились оценки и вообще успеваемость оставляет желать лучшего. Что ты скажешь в свое оправдание?
Но Суджин все ещё была под воздействием чар времени, проведённого с Намджуном. Глупо улыбнувшись, посмотрела на маму.
— Пусть разберутся с отметками присутствующих.
— Тебе весело?! Где ты шлялась целыми днями?!
— С чего ты взяла, что я прогуливала? Это у них какие-то ошибки, — отмахнулась. Если врать, то до конца.
— Хорошо. Завтра я поеду с тобой, разберёмся, какие у них там ошибки.
— Не надо.
— Что?
— Не надо, — повторила более грубым тоном.
— Значит рассказывай, где ты шлялась.
— Ну... У меня появился мальчик. Я влюблена в него безумно! Ну ты же сама понимаешь меня, — продолжает улыбаться, надеясь на поддержку. Мама расспрашивает подробнее и Суджин рассказывает, однако получает совсем не поддержку.
— Чтобы больше я тебя с ним не видела и никогда не слышала о нём! Нам в семье наркоманы не нужны! Свернёшь не на ту дорогу и всё — жизнь закончилась.
— Ты ничего не понимаешь! Намджун хороший! — Суджин повышает тон.
— Я всё сказала, Суджин! Если узнаю, что ты продолжаешь с ним общаться — в лучшем случае посажу под домашний арест, в худшем — переедем в другой город!
Женщина покидает комнату. Суджин, словно с цепи сорвалась. Бросилась к рюкзаку и начала собирать первые попавшиеся вещи. Собрав некоторые, вылетела из комнаты, обувшись, ушла из дома. Её мать наблюдала за всем, но не стала останавливать. Перебесится и вернётся.
ㅤㅤㅤㅤㅤ * * *
— И помните: никаких вечеринок, никакого алкоголя, никаких друзей. А то я знаю тебя, Чонгук. Отец за порог, а ты устроишь здесь настоящее изгнание демонов, — Донук усмехается, вспоминая день, когда он вернулся домой из командировки, а в гостиной лежала куча пьяных тел его одноклассников и друзей. Ему проблемы не нужны. Зачем выслушивать недовольства от родителей чужих детей? Хватает своего оболтуса.
— Да, конечно, пап, — с улыбкой на лице, Чонгук провожает его взглядом.
В машине уже сидит мать Чеён. Они едут на два договариваться о месте проведения свадьбы. Так что полная свобода. Можно даже школу прогулять. Чонгук следит за тем, как родительское авто скрывается за забором, ворота автоматически закрываются, а сам он возвращается в дом. На кухне закрывается дверь холодильника. Чеён разложила на столе ингредиенты для готовки, но не понятно, что именно она будет готовить.
— Официально, хата наша, — довольно произносит Чонгук с распростёртыми руками.
— И что будем делать? — незаинтересованно в парне спрашивает младшая, распечатывая готовое тесто для пиццы.
— Не знаю, как ты, а я собираюсь выпить пару баночек пива, поиграть в приставку и лечь спать, — что, собственно, он и делает. Достаёт из холодильника холодную банку пива, собираясь устроиться в гостиной.
— Может, поможешь мне приготовить пиццу? — невзначай спрашивает Чеён, опираясь о кухонную тумбу. — А потом можем посидеть у камина, вечером.
— Камин? Летом?
— На улице плохая погода, — пожимает плечами.
— А как же пиво? — хмурится Чонгук.
Девушка подходит ближе, аккуратно отставляя баночку в сторону, обвивает его шею.
— Разве нет ничего интереснее пива? — вскидывает брови, поглаживая чужую шею пальцами. Чонгуку большего не надо.
— Я тебя понял, где там твоя пицца?
Чонгук подходит к столу, берет досточку, начиная нарезать колбасу ломтиками. Чеён раскатывает тесто, понимая, что это занятие не из лёгких. Ей понадобилось пятнадцать минут, чтобы добиться идеальной круглой формы. У её мамы всегда получалось так ловко и красиво, видимо, у самой девушки руки немного не из того места.
После колбасы Чонгук принимается натирать сыр и делать нужный соус. Всем руководит девушка, поэтому он лишь исполняет её указания. Он и не хотел-то пиццу делать, но, раз она настояла, пришлось помочь.
Когда все оказалось готово, Чеён поставила пиццу в духовку, включив на необходимое время. Чонгуку в этот момент позвонил неизвестный номер, краем глаза блондинка увидела его, а вот парень сразу же понял, кто дал о себе знать.
— Я сейчас вернусь, — бросает, выходя на улицу. Чеён смотрит ему вслед, хмурясь.
Вид у Чонгука был обеспокоенный, обычно он говорит по телефону расслабленно, подкалывая своих друзей. Этот разговор отличался.
Как только он входит за пределы двора, его хватают за плечо, оттаскивая к ближайшим кустам. Чон чувствует резкий удар в живот, расходящуюся боль по телу и невозможность открыть глаза.
— Ты не забыл про нас, малец?
— О вас забудешь.
— А вот мы не уверены, что помнишь. Где наши деньги?
— Я же сказал, что верну! Дайте еще немного времени!
Перед его лицом оказывается наконечник раскладного ножа.
— Мы и так ждём дольше положенного. Ещё два дня — пойдут проценты. Тогда ты из этой хуйни не выпутаешься.
Мужчина небрежно отталкивает младшего, и они вместе с его напарником скрываются с места происшествия. Это так в их стиле: бросаться угрозами.
Чонгук выжидает, когда придёт в себя и возвращается домой, отмахиваясь от вопросов Чеён. Не нужно ей знать. Они и так видели её, в случае чего на прицеле окажется именно она.
Примерно через час пицца оказалась готова. Чеён нарезала её на ломтики, пока Чонгук разжигал камин. Правда, времени это заняло немного, поскольку камин был электрическим, но это не суть.
Стащив у отца бутылку красного вина, разлил по бокалам. Донук, скорее всего, не заметит, а если и заметит, то это он сам выпил и забыл. Все-таки среди кучи алкоголя легко что-то упустить, но Чонгук уверен, что отец ведёт подсчёт количества.
— Надеюсь, она получилась вкусной, — неуверенно говорит Чеён. Она не мастер готовки.
Чонгук пробует первым, довольно хмурясь. Ему нравится. Чеён пробует следом, могло быть и лучше. Запивает вином, скрашивая вкус пиццы.
— В следующий раз нужно положить меньше соуса, — кривится младшая.
— Ты положила побольше. От души, — смеётся.
Ужин проходит в тишине. Обстановка несколько напряжённая. Чонгук задумался о произошедшем полчаса назад. И поделиться не с кем. Хотя... Он обещал рассказать отцу, но не сделал этого.
Парень, посмотрев на девушку, вспоминает о купленном для неё подарке.
— Я сейчас вернусь.
Быстро сходив в свою комнату, Чонгук возвращается с небольшой бархатной коробочкой. Чеён сразу понимает, что там может быть, но не понимает, ей ли это. Но с другой стороны зачем Чонгуку показывать то, что принадлежит другой?
Открыв коробочку, перед ней предстаёт золотое колечко с розовым бриллиантом в виде сердца. Такое ведь кучу денег стоит.
— Это тебе.
— Мне? — девушка забирает кольцо рассмотреть поближе. — Очень красивое, — улыбается.
— Тебе нравится?
— Да, но... Оно ведь дорогое, а тебе нужно возвращать долг.
— Не думай об этом, это моя забота.
Чонгук перетягивает Чеён к себе на бедра, обвивая талию руками.
— Я хотел сделать тебе приятное. Надеюсь, у меня получилось.
— Получилось, — усмехнувшись, Чеён захлопывает коробочку.
Кольцо она примерит позже, сейчас есть кое-что поинтереснее. Она впивается в губы старшего, завязывая между ними жаркий поцелуй.