Рассказы.

Вас когда-нибудь окунали головой в школьный унитаз? Лично меня — да.

Это был обычный школьный день. Все шло своим естественным чередом. Те же лица, голоса, все точно такое же, каким было и вчера и неделю и год назад. Они не замечают меня, я не замечаю их.

В глаза бросались лишь те, кто как раз таки пытался выделиться, сделать так, чтобы на них обращали внимание. У них, между прочим, это прекрасно получается.

Это избалованные подростки, приписывающие себе высший титул, и остальное, своеобразное "простолюдие", наивно и глупо ведётся на них, бегают за ними, желая влиться в их гнилое общество.

Ну а те, кто не делает этого и даже пытаются противостоять их выходкам, такие как я, непременно будут прилюдно унижены и "поставлены на своё место". Таких не так уж и много, но мы единственные не боимся их.

Они черствы и циничны. Боюсь, они давно упустили свой шанс на спасение, самолично загнав себя в эту глубокую яму, которая в их восприятии является нормой. Они одобряют и восхваляют подобную жизнь. Они аморальны.

И в этот день, проходя вдоль школьных коридоров, я шёл к своему кабинету, практически ничего не замечаю  вокруг, лишь моментами улавливая голоса, которые приговаривали, делились с друг другом очередными бессмысленными сплетнями.

Неожиданно в мою спину ударяется что-то твёрдое, от чего слегка повреждённое место отразилось болью. От того, что совсем не ожидал этого, я вздрогнул.
Под ногами выкатилось большое  зеленое яблоко.

— Слышь, — Позвал меня чей-то юношеский дерзкий голос. Но у меня и в мыслях не было реагировать на это и я продолжил идти, будто не слышал его.

— Ты чё, глухой? — Грубо спросил тот же голос. Проигнорировав, я пошёл дальше.

Позади меня послышались интенсивные шаги. Передо мной предстал, кажется, один из старшеклассников. Он, вроде как, является главным этого сборища ну очень "крутых" идиотов, которые на самом деле с головы до ног переполнены комплексами, но возвышаются за счёт унижения тех, кто неспособен постоять за себя. Слишком низко с их стороны, не так ли?

— Я тебе сказал, — Проговорил он, при этом тыкая пальцем мне в плечо. А мне то какое дело до того, что это существо мне сказало?

— И что? — Якобы в удивлении, вскинув бровь, спросил я.

— И что? И что?! — Дважды переспросил он, посмеиваясь, удивленный подобной дерзости. Но ему это только на руку.

Но в этот же момент я пожалел о том, что ответил именно так, а не иначе. Я убедился, что этим ублюдкам нужен лишь малейший повод, чтобы приступить к действиям. И ещё я понял, что я стал заранее выбранной жертвой на сегодняшний день, ещё до того, как за мной закрылись школьные двери.

— Парни, — Позвал он и рядом с ним встало два таких же высоких болванов как и он. — Давайте покажем ему, что бывает, если неправильно общаться с нами.

Те, довольно улыбнувшись, подхватили меня под обе руки, да так быстро, что я даже не успел сообразить. Они насильно поволокли меня, и я уже понимал куда. Я пытался брыкаться, старался вырваться, но все безуспешно, ведь у меня нет столько сил, сколько у этих двоих.

Вот что забавно. Меня тащили у всех на глазах. У учеников, учителей в том числе. И никто даже не попытался остановить их, понимая, что мне нужна помощь. Абсолютно никто. Они всего лишь молча смотрели мне вслед. И в этот момент я начинал ненавидеть людей все сильнее и сильнее за их равнодушие. Это чувство было слишком сильно, но оно никак не помогло мне, физически я все так же оставался слаб.

Открыв дверь уборной, они затолкали меня туда. Я старался ухватиться руками за что-нибудь, удержаться, но ничего не выходило. Я не кричал. Знал, что никто не поможет. Подлые трусливые твари.

Не успел я опомниться, как оказался в одной из тесных кабинок.

— Можно и без вдоха, — Смеясь сказал один из них и моя голова силой оказалась погруженной в туалетную воду.  Я чувствовал, как через ноздри вода попадала внутрь, в лёгкие, ведь на деле все происходило очень быстро, я начинал задыхаться.

Поняв это, эти уроды отпустили меня, и я, упав на колени, закашлялся.

— Как тебе водные процедуры? — Ухмыляясь спросил главный этой шайки, который все это время стоял в стороне, пока его дружки занимались грязной работой. — Будешь знать своё место. — Сказав это, он и его банда вышли, оставив меня одного.

Гнев закипал во мне, но я по прежнему ничего не смог бы сделать.

Мне больше ничего не оставалось, как пойти в класс в таком виде.

Одноклассники смотрели мне вслед брезгливо, с отвращением, почти все смеялись, зная, что со мной произошло. Интересно, смеялись бы они, окажись на моём месте?

Я сидел за своим столом, с опущенной головой. С волос на стол падали капли воды. Я чувствовал, какой мерзкий запах исходит от меня. От этого я ощутил ещё большее отвращение к себе и ещё большую жажду отомстить этим сукиным сынам.

— От кого так дурно пахнет? — Почувствовав запах, витавший уже по всему кабинету, спросила преподавательница. Кто-то указал на меня. — Волков? Выйди вон из класса и приведи себя в порядок.

Я и не сомневался, что со мной поступят именно так. Ведь никого не волнует, какого же мне. Всем плевать. Всем противно и смешно.

Я вышел из класса. Но я не мог пойти домой. Там меня будет ждать вечно пьяный и вечно разъярённый отец. Я знал, что он сделает, когда ему расскажут обо всем.

Но я не хотел снова остаться на ночь запертым в тёмном подвале. Я боялся того, что таилось там. Как только солнце затеряется за горизонтом, и взойдёт луна — единственный источник света, (ведь фонари в нашем районе не включаются, и потому в вечерне время жутко прохаживать по нашим переулкам) начиналось что-то жуткое. Странные стуки, неведомый шум. Иногда мне казалось, что я слышу какие-то голоса, но я знаю, что там никого не может быть. Я считаю, что отец очень жестоко относится ко мне, оставляя на целую ночь в этом страшном месте, от которого в жилах леденеет кровь.

Абсолютно всем плевать на меня, все равно на то, что будет со мной. Я обуза в школе, в семье, во всем чёртовом мире.
Во всем этом мире не найдётся хотя бы одного человека, которому не все равно на меня.

Я изгой. И я это осознаю. Моя жизнь не подлежит изменениям.