С ним не страшно когда он рядом
Прошло две недели. Вы хорошо общались с парнями, ты познакомилась со всей «скорлупой», но некоторых забывала и не помнила, какие у них клички. Так как Кащей велел не оставлять тебя одну нигде, с тобой всегда кто‑то был. Тебя переодевали в пацанскую одежду, чтобы ты сходила и помылась, — это было раз в три дня. Ты ходила в разные дома, но в основном к Суворовым. Ты уже знала их маму, которая не была против того, что ты моешься у них дома, пока нет отца, ведь они понимали: хорошим это не закончится. Дилара разогревала тебе еду, давала с собой — в общем, ты ей очень благодарна. И, конечно, тебе не хотелось сидеть в этой качалке, но деваться некуда. Ты наблюдала за тем, как занимаются пацаны, но когда у них были сборы, с тобой оставался Кащей. Вы с ним пытались о чём‑то поговорить, но эти темы вам надоедали.
И вот, спустя две недели после покупок новой одежды, ты привыкла к пацанам очень сильно (это про Турбо, двух Адидасов и Зиму; ну, можно считать ещё «скорлупу»: Пальто, Ералаша, Сутулого и Лампу), но больше времени проводила с этими четырьмя.
Вот уже обед, «скорлупа» ещё в школе, и вы сидели с Суперами и Адидасом в качалке и курили сигареты. Вы смеялись, шутили, разговаривали, и тут Зима говорит:
— Мне до дома надо, мамку проведать, давно не был. Я быстро, — сказал спокойным голосом Зима, докуривая сигарету и бросая её в пепельницу.
Вы сказали, чтобы он шёл, и всё, продолжали сидеть, но тут Вахит, который только что вышел из качалки, забегает в неё снова, чуть ли не скатываясь по лестнице, и кричит:
— ТАМ КАЩЕЙ С ДОМБЫТОВСКИМИ ИДЁТ ! — кричал Зима, смотря на нас.
Вова сказал громко и нервно:
— Прячьте Сашку! — сам стал убирать все твои вещи в пакет, а этот пакет быстро запихал в тумбу. Ему помогал Вахит, чтобы точно успеть.
Тем временем, когда Вова сказал тебя прятать, Турбо взял тебя за плечи и повёл в подвал, взяв твою и свою верхнюю одежду.
— Пацаны, скажите, что я ушёл к сестре, — сказал Турбо, всё так же держа за плечи.
— Давай, тащи её уже, — сказал Вова, заканчивая пихать пакет в тумбу.
И тут они слышат, как открывается дверь. Они быстро среагировали. Адидас быстро сел на диван и сказал Зиме:
— Есть сигаретка? — чтобы те пацаны ничего не поняли из‑за того, что все тихо сидят.
— Да, держи, — достал он сигарету, которая лежала между его ухом, и отдал Вове.
У Саши с Турбо было почти намного проще: Турбо проводил её в ещё один подвал, где не было света, так как Кащей не нашёл подходящую лампочку, а прошлая перегорела.
— Всё, тут стой, — сказал Турбо, отпуская твоё плечо.
— Как тут темно, — сказала ты ему, хотя вообще не разбиралась, где он.
— Кащей всё лампочку подходящую найти не может.
Потом вы услышали, как зашёл Кащей, и вы с Турбо замолчали.
Через две минуты ты шёпотом спросила:
— Валер, ты тут? — твой голос был тихим. Ты пыталась не подавать виду, что тебе страшно, ведь ты боялась закрытых пространств, где ничего не видно вообще.
— Тут, я тут, — тихо сказал Валера и положил свою руку тебе на плечи.
Тебе стало поспокойнее. Спустя двадцать минут молчания Валера прошептал тебе в ухо:
— Не устала стоять?
— Устала, — надеясь, что сейчас эти парни уйдут.
Но Валера тихонько начал тебя куда‑то вести по этому подвалу и, спустя секунд десять, сказал:
— Всё, садись, — также тихонько произнеся это.
Ты села и почувствовала, как хорошо ногам. Ты перестала ощущать Валеру.
— Валер, ты куда делся? — сказала ты, немного трясясь от холода.
— Да тут, я стою.
— Сядь со мной, мне некомфортно, — сказала ты и почувствовала, как рядом прогнулся диван.
Ты прижалась ближе к Турбо, так как боялась, что он уйдёт. Валера приобнял тебя одной рукой за плечи, а ты прижалась к нему сильнее и положила голову ему на плечо.
— Тебе что, холодно? — спросил Турбо.
— Немного, — тихо сказала ты.
Турбо встал и куда‑то отошёл. Ты услышала шуршание куртки.
— На, держи, — шёпотом сказал Валера и положил её тебе на ноги.
Ты её надела, после чего Валера также сел и приобнял одной рукой тебя за плечи. Спустя минут пять спросил:
— Тепло?
— Угу.
Но Валера куда-то потянулся после чего включил маленький фонарик прямо в твои глаза
-Валер ты идиот?- выругалась ты шепотом закрывая глаза руками
Турбо рассмеялся
- ну и лицо у тебя щас было- пробормотал он и выключил фонарик ты тоже засмеялась
Вы тихонько посмеялись с неё из‑за твоего какого‑то странного лица.
— Ну конечно, мне прям в глаза им светить начал - сказала ты чуть смеявшись
Вы с турбо успокоились и через минут восемь спросила:
— Ну когда они уже уйдут? — шёпотом прошептала, а Валера пожал плечами.
Тут у тебя нахлынули мысли «ему правда не холодно? Почему он меня обнимает? И почему мне это нравится? Почему рядом с ним мне, не страшно сейчас? Меня наоборот тянет в сон»
Через минут пятнадцать ты уснула на плече у Валеры и проснулась от тяжёлых шагов по лестнице. Ты напугалась, но вдруг дверь открылась, и справа от вас в пороге двери стояла до жути знакомая мужская фигура. И тут голос этого мужика:
— Ну что, голубки, на выход.
Это был голос Адидаса.
— АДИДАС, ТЫ ОБАЛДЕЛ ТАК ПУГАТЬ?! — встала ты с дивана, снимая куртку и подходя к Адидасу, который улыбался, смотря на вас с Турбо.
«Что было у Вовы с Зимой и Кащеем, пока вы с Турбо были в подвале»
(От лица Адидаса)
В качалку зашёл Кащей с двумя пацанами из другой группировки. Мы поздоровались, и Кащей сказал пройти с ними в комнату. Кащей сел на диван, где он всегда сидит, и закурил сигарету, а напротив сели эти два парня, а мы с Зимой стояли у двери.
Один из них сказал:
— Девчонку не видели на вашей улице? В шубе короткой белой?
Кащей посмотрел на нас с Зимой. Мы с Зимой покачали головой в знак отрицания.
— А что за девчонка? — поинтересовался Кащей, улыбаясь всеми зубами.
— Мы её выиграли у человека одного, он там моделями руководит. Ну вот она одной из них была. Мы приехали за ней, а она сбежала.
И тут я понял, что это Жёлтый, а второго не признал никак.
— У нас сегодня сборы, спросим у остальных. Если кто‑то увидел, позвоню, сообщу, — сказал Кащей.
— Ладно, пацаны, спасибо, что помогаете, — сказал Жёлтый.
— А что вы к этому главному по моделям не съездите? — спросил Кащей.
— Он в Москве. Не хотим снова туда мотаться.
Кащей сделал удивлённое лицо. «Не, ну актёр из него лучший, просто оскор выдать надо»подумал я.
Домбытовские не уходили, они играли с Кащеем в нарды. После первой партии Кащей сказал мне:
— Адидас, помоги мне, — а домбытовским сказал: — Я сейчас на две минуты. Зима, останься с ними. — И Кащей вышел за мной.
— Где Сашка? — спросил он.
— Зима, когда выходил, увидел тебя с домбытовскими, забежал обратно. Турбо Сашку в подвал завёл и верхнюю одежду захватил, а мы, пока время было, всю Сашкину, одежду в тумбу запихали. Поэтому не открывай её, — тихо перешёптывались мы с Кащеем.
Кащей достал водку и ушёл к домбытовским. Мы с Зимой вышли из комнаты. Мы думали о том, что там делают эти двое в комнате без света.
И вот наконец‑то эти пацаны ушли. Они мне не нравились из‑за того, что с Жёлтым мы всегда были врагами.
И вот я спускаюсь в подвал, открываю дверь и разглядываю, что Турбо обнял Сашу, а она, походу, на нём спала в куртке. Я и сказал, улыбаясь:
— Ну что, голубки, на выход.
И тут
Громкий Сашин крик
-АДИДАС, ТЫ ОБАЛДЕЛ ТАК ПУГАТЬ?!
(Дальше от лица Саши)
Я поднимаюсь из подвала. За мной идут Турбо и Адидас. Мы направляемся в комнату к Кащею. Сев на кресло, я спрашиваю:
— Что им надо было?
— Про тебя спрашивали, — отвечает Кащей.
Тут я устраиваю им допрос: что спрашивали, про что говорили. В итоге мы решаем, что лучше сказать — ты уехала на автобусе в Москву.
Через два часа Кащей звонит Жёлтому.
Телефонный разговор
— Алло, — говорит Жёлтый.
— Алло, Жёлтый? Это Кащей, — отвечает Кащей.
— Слушаю.
— «Скорлупа» видела её на вокзале. Рейс не знают, просто из толпы выделялась.
— А что «скорлупа» на вокзале забыла?
— Там один ездил к родственнице на день рождения.
— Ладно, понял, спасибо, — говорит Жёлтый и сбрасывает трубку.
— На этой улице искать тебя не будут, — говорит Кащей спокойным голосом, затягиваясь сигаретным дымом. — Поэтому можешь выходить на улицу, только чтобы кто‑то из пацанов тебя сопровождал.
Я очень этому радуюсь. Пацаны соглашаются с Кащеем.
— На сборы её брать? — спрашивает Адидас, смотря сначала на Кащея, потом на меня.
— Конечно, брать. Везде её с собой берите, — говорит Кащей, после чего смотрит на меня и опять достаёт сигарету.
Я смотрю с довольной улыбкой на лице на ребят: Зима курит, выпуская дым, а Турбо стоит в проходе, глядя на меня.
— Редко ты такая довольная, — с ухмылкой говорит Турбо.
— Это она сдерживается ещё, — также с ухмылкой произносит Зима, выдыхая дым.
Но их перебивает Вова:
— Так, сборы через пятнадцать минут. Саша, собирайся. Кто‑то останьтесь с ней, — говорит Вова, поднимаясь с дивана.
— Я останусь, — говорит Зима и выкидывает сигарету в пепельницу.
Валера резко поворачивается к нему с серьёзным, нахмуренным взглядом. Зима смотрит на него. Они долго смотрят друг на друга, пока я, встав с кресла, не говорю:
— Так, оба останетесь, — смотрю на них, а они одновременно поворачивают свои головёшки на меня. — Я переодеваться.
Пацаны покидают комнату, и Кащей тоже уходит.
Я надеваю широкие чёрные штаны и классическую широкую футболку, затем — коричневую зипку. Выхожу из комнаты и иду за курткой. Так как мне нельзя надевать белую шубу, я взяла синюю куртку которую выбрал Марат и сказал «теперь мы похожи, как брат и сестра» ты улыбнулась и накинула её на себя . Парни уже одеты, а Кащей ушёл обратно в комнатушку.
Надеваю куртку, но не застёгиваю её до конца и натягиваю капюшон. Я уже направляюсь к выходу, как Турбо говорит:
— Ты что, заболеть хочешь? — серьёзно и грубо спрашивает он.
Я мотаю головой в знак «нет».
— Ну так шапку надевай и куртку до конца застегни, — глядя мне в глаза, говорит Валера.
Я тяжело вздыхаю и отвечаю:
— Сам без шапки ходишь и вообще в расстёгнутой кожанке.
Валера осматривает меня с ног до головы и говорит:
— Ладно, пошлите, — и направляется к двери.
Мы выходим на улицу, и я сразу чувствую запах свободы — запах того, что не нужно переодеваться в пацанскую одежду, чтобы выйти на улицу.
Мы идём в сторону хоккейного поля. Я шагаю посередине между Зимой и Турбо.
Когда мы подходим к полю, я открываю дверцу, которая служит бортиком. Парни следуют за мной.
Как только меня видят, все пацаны начинают друг друга расспрашивать:
— А чё она вышла?
— А ей что, на улицу выход теперь не ограничен?
— Чё она не в пацанской одежде?
Я просто улыбаюсь, глядя под ноги.
Когда мы приближаемся к воротам, где стоят Вова и Марат с другими пацанами, Марат жмёт мне руку и говорит:
— Куртка почти как у меня, — улыбается он до ушей, держа меня за плечи. Он явно очень доволен, и я не понимаю, из‑за чего: «Ему что, Вова впервые за день ни одного подзатыльника не дал? Или с Айгуль сегодня гулял? А может, Вова ему что‑то интересное сказал? Да он, по‑любому, что‑то ему сказал, только что?»
После этого Вова обращается к пацанам:
— Саше теперь можно выходить на улицу, но... — он делает паузу, почёсывает затылок и продолжает: — Если её кто‑то увидит одну на улице, то сразу провожать. Не хватало, чтобы её украли. — Он поворачивается ко мне и кладёт руки на плечи. — Ну что, дыши свежим воздухом во все лёгкие.
Я улыбаюсь, выхожу из объятий и направляюсь к воротам, где стоит Турбо, щёлкая семечки.
Он ловит меня взглядом и говорит:
— Ладно, сегодня не так холодно, но куртку застегни, — поворачивается, выплёвывая кожуру от семечек.
— Что это так резко у тебя режим заботы включился? — уже стоя возле него и облокотившись на ворота, спрашиваю я, широко улыбаясь и глядя на него.
— Заболеешь, — продолжает он. — А я не хочу, чтоб ты мучилась.- отвернувшись от меня сказал Валера
— Не переживай, не буду.
Он поворачивается. Наши взгляды встречаются, и он, отвернувшись, говорит:
— Ну как знаешь.
Тут Марат кричит:
— Давайте в футбол! Давно не играли, — весело произносит он, но я всё думаю, почему он такой довольный.
— Саш, ты будешь? — поворачивается он ко мне.
— Не, я пас, — отвечаю я, немного наклонив голову.
— Будешь судьёй, значит.
— Я тоже не буду, — говорит Турбо, повернув голову к Марату.
— Ну хорошо, двое судей лучше одного, — и бежит делиться на команды.
Они разделяются на команды, и Турбо, не поворачиваясь ко мне, говорит:
— Отойди от ворот, — и сам тоже начинает отходить.
Я не спорю и следую за ним. Он запрыгивает на бортик и продолжает грызть семечки.
— Чё ты один грызёшь? Отсыпь мне тоже, — говорю я, облокотившись об бортик.
— Так ты и не просишь. Я ж не знаю, может, ты их не любишь. Давай руку, — говорит он, наблюдая за пацанами, которые ставят кого‑то на ворота, а кого‑то — на защиту.
Я протягиваю руку, и он отсыпает мне семечек.
— Спасибо, — говорю я нежным голосом, после чего думаю: «А чё у меня голос сейчас такой милый?»
Но Турбо просто кивает мне, выплёвывает кожуру и снова кладёт в рот новую семечку.
— Мы готовы! — кричит Вова, повернувшись к нам с Турбо.
Турбо объявляет начало игры, после чего ребята начинают играть как бешеные. Вова падает, хватает Марата — в общем, весело.
Пока Турбо не задаёт глупый вопрос:
— А чё у тебя с Маратом? — спрашивает он меня, немного наклонившись и не отрывая глаз от игры.
— А чё у меня с ним? — недоумеваю я.
— Ну... — делает он небольшую паузу. — Смотрит на тебя и лыбу давит во все тридцать три зуба. Ну и ты от него не отстаёшь.
— Чё за тупой вопрос? Ты на что намекаешь? — говорю я уже повышенным тоном, поворачиваясь к нему.
Он быстро пожимает плечами и говорит:
— Ну а вдруг вы мутите и не говорите об этом? — поворачивается ко мне.
— Нет, ни за что, — отвечаю я, отворачиваясь от него.
— Чой‑то так? — тоже отворачивается он, смотря на игру. — Ещё скажи, не в твоём вкусе.
Я начинаю спокойно говорить:
— Нет, мне нужен кто‑то постарше, — тихо произношу я. После этих слов Валера резко поворачивается ко мне. — Кто‑то сильнее, — продолжаю я. — Кто‑то ответственнее.
Турбо всё смотрит на меня, не отрывая взгляда.
Я смотрю в одну точку секунд четыре, разворачиваюсь и иду в сторону качалки. Но я чувствую, как Турбо провожает меня взглядом.
Как думаете о чем турбо думает? И какие у вас впечатления по главе?
—————————————————
Дорогие читатели постаралась написать более интереснее чем планировала. Прошу ставить звездочки ведь они прогнивают мой фф, а у меня появляется мотивация писать фф дальше. А также пишите комментарии. Как вы относитесь к герою нравится, он вам или нет, правильно ли поступает он, пишите о своих чувствах (все комментарии прочитаю).Надеюсь на понимание всех люблю, всех обнимаю ❤️🩹