Упущенные возможности
– Оно того не стоит, я все видел и лучше пойду приму душ.
Я спустилась в низ, где меня ожидали отец с братьями и бабушка Бертруда эффектная женщина в длинном иссиня-черном платье, шляпе Шапокляк и с серой сумочкой, в которой она складировала тонны косметики. Калиптра её не очень переносила, ибо бабушка постоянно отпускала в её сторону колкости, однажды она разозлилась и сожгла бабушкину шубу. Братьям же в целом нет нравилось её поведение, потому каждый семейный вечер за столом оборачивался тихим ужасом в прямом смысле. Гробовая тишина и напряжение так и давили сверху на меня с отцом.
Но зачастую Бертруда разряжала воздух своими остроумными шутками. Она мне нравилась, потому что была очень весёлой и интеллигентной мадемуазель, которая к тому же умела унизить мачеху.
Я побежала обнять Бертруду, пока братья сверлили нас взглядами.
– Где же твоя новая жена, Венеций? Съела мою шубу и упорхнула? – спросила Бертруда, подавая отцу своё чёрное кожаное пальто.
– Бабушка, ты к нам надолго? – поинтересовалась я, пытаясь перевести внимание бабушки на себя.
– Пока Венеций не уладит пару вопросов с Филом.
– А что с ним? – спросил Макс, приподняв бровь.
– С ним ничего, но нужно обсудить кое-что с ним связанное. Можете не волноваться, вас это никоим образом не затрагивает.
Макс усмехнулся, но промолчал.
– Что ж, где моя комната, дорогуши?
– Грегори, покажи ей свободную спальню, - сказал папа, напряженно потирая виски.
Бертруда
Так и не узнав, что имела ввиду бабушка по делу с Филом, я решила пойти в ванную.
Поднявшись на второй этаж и подойдя к двери, я её чуть приоткрыла, вдруг поняв, что внутри комнаты кто-то есть. Это был Фил! Пребывая в замешательстве, я продолжила смотреть на то, как за шторкой проявляются изгибы тела парня.
– Если уж записалась в вуайеристы, – сказал Макс, – то хотя бы проследи за тем, что тебя никто за этим не запалит, а то неловко выйдет. Особенно если объект, над которым происходит акт наблюдения, вдруг неожиданно выйдет и столкнется с тобой лицом к лицу.
– Что за чушь ты несешь? – спросила я, чувствуя учащенное сердцебиение от неожиданного объявления брата и стараясь уверить его в своей невинности.
– Всего лишь делаю выводы исходя из наблюдений.
– Я не...
– Может, ты хотя бы дверь закроешь, чтоб твоя отмазка звучала убедительней?
Макс подошёл и закрыл дверь, а затем снова перевёл свой подозрительный взгляд на меня.
– Я не подсматривала за ним, просто ушокировалась, – наконец выдавила я.
– Мне нет дела до твоего жалкого отрицания, адьес, сестричка.
Макс развернулся и спустился вниз, после чего хлопнула дверь.
Я же продолжила ждать, когда выйдет Фил.
Спустя около 20 минут он наконец вышел, недоумевающе глядя на меня.
– Ты чего стоишь?
– Ты ванную занял.
– Ты угараешь? У нас ещё одна ванная есть, тебе время некуда деть?
– Да что ты ко мне привязался? Уйди уже! – ответила я и хлопнула дверью перед ним.
Затем я зашла в душевую кабину и включила воду, чьи струи стекали по моему телу.
Я вышла в полотенце из ванной и направилась в свою комнату. Там я переоделась в пижаму и легла спать.
Я проснулась от тяжести в районе груди и сложности свободно дышать. Открыв глаза, я увидела перед собой лежащего на мне Макса, который смотрел на меня в упор.
– Какого?..Ты что творишь, из ума выжил? Слезь с меня, ты меня задавишь, жирдяй! Я тебе сейчас врежу! – начала кричать на брата я, чтоб он слез с меня.
– Сама жирдяйка! Кстати, нам нужно в школу, если ты не собираешься снова остаться и устроить вечеринку.
– Завидно, что не пригласила?
– Да нет, её эпичное завершение под крики Фила вполне компенсировали боль от предательства, – ответил мне Макс.
– Ладно, иду, выйди отсюда.
– Да ладно, чего я там не видел?
– Того, чего не видел и не увидешь.
– Не зарекайся лучше.
– Это, что, угроза?
– Нет, угрозой были твои крики о том, что ты мне врежешь, а это невинное предупреждение.
Я кинула в него подушку, после чего он вышел из комнаты, кинув её на кровать.
Я одела красные кроссовки, белую футболку с надписью "Friendsareborntodie", бюстгальтер, джинсовые шорты и кепку с елочкой.
Потом вышла и снова встретилась с Максом.
– Это тебе, Фил.
Он передал мне розовое сердечко с надписью, гласившей, что я красивая.
– Что это?
– Не знаю, сфотографируй и попроси Алису сказать тебе, что это, – ответил парень и ушёл вниз. Я же не придав этому значению решила поговорить об этом позже вместе с Ламборджинией.
Меня отвез Фил вместе с Грегори, Макс же поехал отдельно.
Кайл
В школе я встретилась с Ламбоджинией и показала ей Валентину.
– Это от кого?
– Не знаю, – ответила я, подав плечами.
– Может, от Кайла?
– Да, точно, мы же с ним целовались, а потом нас прервали.
– Нас тоже прервали, он почти стянул с меня лифчик.
– Что?
– А? Ничего, так, задумалась. Так что там с Кайлом? – спросила Ламби.
– Пока что ничего, но думаю его пригласить к себе ещё раз.
– Чтобы пригласить его домой, нужен повод.
– Какой?
– Ну, схвати его одежду и подхвати её, начав убегать домой. Ему ничего не останется, кроме как побежать за тобой.
– Классно придумала! Но как я его раздену?
– А это уже не мои проблемы. Дай, кстати домашку списать.
После урока я пошла к Кайлу, который разговаривал с кем-то.
Я подошла к нему и поприветствовала, ослепительно улыбнувшись.
Он улыбнулся в ответ и сказал привет.
– Хочешь погулять? – спросила я.
– Ну, да, давай.
Мы вышли из здания школы и пошли вдоль тропинки. Я предложила ему сыграть в правду или действие, чтобы раздеть его, если он выберет действие.
– Что выбираешь? – спросил он.
– Правду.
– Любишь чипсы?
– Не очень, они вредные. Правда или действие?
– Правда.
– Любишь небо?
– А что в нем такого? Небо как небо.
– Ясно.
– Правда или действие?
– Правда.
– Что ты больше любишь: краба или лобстера?
– Я люблю креветок под шоколадным соусом.
– Мажорка...
– Да. Правда или действие?
– Давай действие.
Я коварно улыбнулась и торжественно произнесла приказ:
– Разденься до трусов, ляг наземь и сделай березку с закрытыми глазами, а затем замри в таком положении на минуту.
– Чего?!
– Выполняй! – засмеявшись от его ошеломленного выражения лица ответила я.
Парень снял с себя футболку, штаны, ботинки, оставшись в одних носках и синих трусах.
Чуть не рухнув, он все же встал в нужную позу.
Я посмотрела несколько мгновений на его голое реоьефное тело, а затем одним рывком содрала трусы и подхватив одежду, лежащую на земле, помчалась в сторону дома, слушая, как возмущенный парень кричал мне остановиться и вернуть одежду.
До дома было недалеко, поэтому я выкинула на ходу его штаны, а затем быстро запрыгнула в дом и спряталась в ванной, откуда лучше всего слышны звуки из гостиной.
В распахнутую дверь сбежал запыхавшийся парень.
– Я сниму с тебя трусы, так что можешь даже не прятаться. Ты слышишь? Я сниму с тебя трусы! – гневно кричал Кайл, пока я слушала его за дверью комнаты. Внезапно в гостиной послышался ещё один голос...
– Так с кого именно ты снимешь трусы, дорогуша? – задал вопрос кто-то.
Тут я вышла из своего укрытия, обнаружив в комнате ошарашенного Кайла и Бертруду, что не самым довольным взглядом оглядывала полуобнаженного гостя. В руках я держала одежду парня.
– Так, – начала бабушка, отхлебнув вина из бокала, – отдай несчастному его тряпье, и пусть он уже выметается из дома, – монотонно произнесла бабушка, оборачиваясь и уходя в другую комнату.
Разочарованно и неловко я отдала парню его фиолетовые плавки и футболку с ботинками.
Когда входная дверь хлопнула, я подошла к бабушке и хотела извиниться, но она неожиданно для меня произнесла:
– Хороший торс у мальчика, не упусти, дорогуша такого жеребца!
После чего как ни в чем не бывала удалилась, попивая содержимое бокала. Я осталась в некоторое ступоре.
На следующий день я приняла водные процедуры, одела клетчатую красную юбку, белую полу прозрачную блузку и элегантнкю шляпу, как у модельных девушек на пляже на обложках журнала. После этого я обулась у выхода и поехала на своей машине.
В школе я опять наткнулась на Доминику, но та одарил меня пустым взглядом и неожиданно для меня прошла мимо.
Я вошла в класс, где меня ждал Кайл.
Он подошёл и неуверенно стал переминаться с ноги на гору. Наконец он собрался с духом и сказал:
– Прости, но вряд ли у нас что-то выйдет. Твоя семья вряд ли меня примет, так что нам лучше не пытаться. Вряд ли бы что-то вышло, я популярный, а ты не очень.
Внутри меня смешалась неистовая ярость и огорчение, поэтому я шипнула на него, и слёзы сами собой полились из глаз.
Но вскоре прозвенел звонок, и я достала салфетку, чтоб вытереть слёзы. Когда я разложила учебники, в класс зашел наш учитель по истории песни а по совместительсву наш классный и сказал, что у нас новенький.
Каждый год у нас уходили ученики, переводясь в лицеи, колледжи или по случаю переезда, поэтому на новые места школа сразу находила приезжих учеников, закидывая их в наш класс.
В том году уехал Лексус Дагарин, а вслед за ним Шейн Бумер, однако в конце учебного года нам представили Клер Беллист. Чтобы возместить оставшиеся потери, в этом году у нас новый одноклассник.
– Знакомьтесь, это Владимир Ловато. Он приехал из Болгарии, но хорошо знает как свой родной болгарский, так и китайский, ивритский и наш коренной. Прошу любить и жаловать. Владимир, можешь сесть к Маршмэллоун, все равно больше мест нет. Кстати, она же тебе и покажет нашу школу.
– Почему я? – чуть ли не возмущённо спросила я.
– Что неясного? После этого урока вы духовно сплотитесь, и поэтому ему будет легче познавать просторы здания из твоих уст. Вопрос решен, Владимир, заходи.
После этих слов стоявший в деврях парень зашел в кабинет и сел со мной, само довольно улыбнувшись.
– Привет, – прошептал он мне дружелюбным тоном.
– Привет, – ответила я и отвернулась.
Следующая глава будет горячей😏💋💘👉👌🎆🌚🔥💦